Мы ограбим Лувр

Макс проснулся от безжалостного солнечного света, бьющего прямо в глаза. Он с трудом приоткрыл веки и тут же пожалел об этом — голова раскалывалась так, будто внутри черепа проводил тест-драйв целый автопарк. — Сука, — пробормотал он, прикрывая глаза рукой. Рядом что-то зашевелилось, и Макс с удивлением обнаружил в своей постели девушку. Длинные светлые волосы разметались по подушке, загорелая спина виднелась из-под смятой простыни. Черт. Макс даже не помнил, как ее зовут, и не был уверен, что вообще спрашивал имя. События вчерашнего вечера всплывали в памяти разрозненными фрагментами. Виски с Ландо... еще виски... какой-то клуб недалеко от доков... танцы... еще больше выпивки... и вот результат — головная боль размером с Эйфелеву башню и незнакомка в постели. Макс со стоном повернул голову к прикроватному столику, где лежали его часы. 10:53. — Дерьмо! — он резко сел, и комната тут же закружилась перед глазами. Они должны были встретиться с Шарлем у Лувра в 11:00. Первая разведка. Ключевая часть операции на 88 миллионов евро, которую он сейчас рисковал провалить, потому что не мог отказать себе в пьяной вечеринке. — Прекрасно, просто прекрасно, — пробормотал Макс, вскакивая с кровати и ощущая, как гравитация буквально пытается вернуть его обратно на простыни. Он начал судорожно собирать свою одежду, разбросанную по комнате. Джинсы обнаружились под кроватью, рубашка — на столике, один носок — в ванной. Девушка перевернулась, что-то пробормотала во сне и продолжила мирно спать, не подозревая о панике, охватившей Макса. Натягивая джинсы и пытаясь одновременно найти второй носок, Макс выскочил в гостиную и замер на пороге. Картина, представшая перед его глазами, напоминала сцену из фильма о конце света — перевернутая мебель, пустые бутылки, разбросанная одежда и еда. На диване, раскинув руки, спал Ландо, по обе стороны от него мирно посапывали две девушки. — Прекрасно, — проворчал Макс, натягивая наконец найденный второй носок. — Ему-то не надо таскаться сегодня по Лувру с принцем Монако. От одной мысли о Шарле голова заболела еще сильнее. Шарль, который никогда не опаздывает. Шарль, который даже с похмелья выглядит как чертова модель с обложки. Шарль, который наверняка уже ждет у входа в Лувр, безупречно одетый и раздраженно поглядывающий на часы. Макс пошел на кухню в поисках обезболивающего. Он вывалил содержимое нескольких шкафчиков, прежде чем нашел упаковку аспирина. Запив две таблетки водой прямо из-под крана, он достал телефон и вызвал такси. — 10 минут? Отлично, — он посмотрел на свое отражение в зеркале над раковиной и поморщился. Опухшие красные глаза, щетина, волосы торчат во все стороны, а на шее красуется явный засос. Он выглядел точно так, как чувствовал себя — как человек, который провел ночь в алкогольном угаре, а не профессиональный вор, готовящийся к самому важному делу в своей карьере. — Уже... эм... уходишь? — сонный голос незнакомки застал его врасплох. Девушка стояла в дверях кухни, закутавшись в простыню. При дневном свете Макс отметил, что она была действительно красива — огромные голубые глаза, чувственные губы, точеные скулы. — Да, прости, — Макс натянуто улыбнулся, пытаясь вспомнить имя. — У меня деловая встреча. Неожиданная. — О, — она выглядела разочарованной. — Ты мог бы разбудить меня, чтобы попрощаться. — Я не хотел тебя беспокоить, ты так мирно спала, — импровизировал Макс, одновременно пытаясь пригладить волосы и застегнуть рубашку. — Слушай, я должен бежать, но чувствуй себя как дома. Там на диване мой друг Ландо, он покажет тебе, где что. Телефон завибрировал — такси прибыло. — Ты позвонишь? — спросила девушка, делая шаг в его сторону. — Обязательно, — соврал Макс, хватая куртку и направляясь к выходу. Он почти выбежал из апартаментов, на ходу проверяя, взял ли кошелек и ключи. В лифте Макс попытался привести себя в порядок — застегнул рубашку до конца, пригладил волосы и поправил воротник, чтобы скрыть засос. Такси ждало у подъезда. Макс плюхнулся на заднее сиденье и назвал адрес: — Лувр, пожалуйста. И можно побыстрее? Водитель окинул его оценивающим взглядом через зеркало заднего вида: — Тяжелая ночь, а? — Не то слово, — вздохнул Макс, прислоняясь головой к прохладному стеклу. Париж за окном был неприлично солнечным и оживленным. Город, казалось, наслаждался его страданиями, сверкая и переливаясь всеми красками осени. Телефон Макса завибрировал. Сообщение от Шарля: "Где ты? Я жду у пирамиды". Макс застонал и набрал ответ: "Еду. Такси петляло по узким улочкам Парижа, и каждый поворот отдавался в голове Макса новой волной боли. Он заметил темные солнцезащитные очки, висящие на зеркале заднего вида таксиста, и сглотнул. "Одна кража перед кражей века," — подумал он и, дождавшись, когда водитель отвлечется на перестроение, быстрым движением руки снял очки с зеркала и надел их. Таксист, погруженный в парижский трафик и поток французских ругательств в адрес других водителей, ничего не заметил. Макс с облегчением выдохнул, когда тёмные стёкла смягчили безжалостный солнечный свет. Если он еще раз посмотрит на солнце без защиты, его точно стошнит. — Лувр, месье, — объявил таксист, останавливаясь недалеко от знаменитой стеклянной пирамиды. Макс расплатился, щедро добавив чаевые — частично из-за угрызений совести за очки, частично чтобы быстрее закончить разговор — и выбрался из машины. Он сразу же увидел Шарля. Тот стоял у основания пирамиды, непринужденно оперевшись на перила, и что-то печатал в телефоне. На нём были светло-голубые джинсы, идеально сидящие на стройных ногах, белая футболка и темно-синий блейзер. Волосы, слегка взъерошенные осенним ветерком, обрамляли его лицо, придавая ему какую-то раздражающую кинематографическую красоту. "Люди должны собираться, чтобы посмотреть на него, а не на чёртовы картины," — пронеслось в голове у Макса, и он тут же скривился от собственных мыслей. "Какие же херовые идеи приходят с похмелья." Шарль поднял глаза от телефона, заметил приближающегося Макса и позволил себе едва заметную усмешку. — Выглядишь отлично, — с лёгкой иронией произнёс он, когда Макс подошёл ближе. — Особенно мне нравятся эти... — он сделал жест, указывающий на солнцезащитные очки, — дизайнерские очки. — Пошёл ты, — буркнул Макс, но без особого запала. У него не было сил на полноценную перепалку. — И тебе доброе утро, — Шарль невозмутимо убрал телефон в карман. — Всего лишь 43 минуты опоздания. Для тебя это практически пунктуальность. Макс подавил желание огрызнуться. Вместо этого он глубоко вдохнул парижский воздух, наполненный запахами свежей выпечки из ближайшего кафе. — У нас есть работа, — напомнил он. — Давай просто сделаем это. Шарль окинул его оценивающим взглядом — от взъерошенных волос до мятой рубашки с неправильно застёгнутыми пуговицами. — Тяжёлая ночь? — спросил он с намёком на улыбку. — Не твоё дело, — отрезал Макс. — Судя по засосу на шее, весьма... продуктивная, — заметил Шарль, и Макс инстинктивно дёрнул рукой к шее. — Не волнуйся, он почти не виден. Если не присматриваться. Макс почувствовал, как начинает злиться: — Мы здесь для работы, помнишь? Не для обсуждения моей личной жизни. — Разумеется, — кивнул Шарль, его лицо снова стало нейтральным и профессиональным. — Но прежде чем мы войдём, может, застегнёшь рубашку правильно? Мы должны выглядеть как респектабельные посетители, а не как человек после бурной ночи и его... — он сделал паузу, — друг. Макс опустил глаза и увидел, что действительно пропустил одну петлю, из-за чего рубашка перекосилась. — Чёрт, — пробормотал он, начиная расстёгивать пуговицы. — Позволь мне, — неожиданно предложил Шарль, делая шаг вперёд. — Иначе мы здесь до вечера простоим. Не дожидаясь ответа, он быстрыми, уверенными движениями расстегнул рубашку Макса, выровнял её и аккуратно застегнул обратно — на этот раз правильно. Макс замер, ощущая лёгкие прикосновения пальцев Шарля через ткань рубашки. От него пахло дорогим одеколоном с нотами сандала и лимона. Этот аромат мгновенно вернул Макса в прошлое — в номер отеля в Монте-Карло, где они проводили последние приготовления перед операцией, а затем... — Вот так лучше, — Шарль сделал шаг назад, прерывая воспоминания Макса. — Теперь мы можем идти. Макс прочистил горло, пытаясь вернуться в настоящее: — Спасибо, — выдавил он. — Какой у нас план? — Обычная экскурсия, — ответил Шарль, направляясь к входу в музей. — Мы просто пройдёмся по основным галереям, уделив особое внимание галерее Аполлона. Ничего подозрительного — просто два друга, наслаждающихся искусством. — Два друга, — повторил Макс с лёгкой усмешкой. — Звучит почти правдоподобно. — Кем бы ты предпочёл быть? — поинтересовался Шарль. — Парой? Коллегами? — Давай остановимся на незнакомцах, которых случайно свела судьба в очереди за билетами, — предложил Макс. — Как романтично, — съязвил Шарль, и Макс не мог не заметить, как уголки его губ чуть дрогнули в улыбке. Они подошли к очереди на вход в Лувр. Несмотря на ранний час, у пирамиды уже толпились туристы. Очередь двигалась медленно, но спустя двадцать минут они наконец оказались внутри. Прохладный воздух кондиционеров был настоящим благословением для измученного похмельем Макса. — Начнем с крыла Денон, — тихо произнес Шарль, изучая карту музея. — Оттуда можно незаметно перейти к галерее Аполлона. Макс молча кивнул. Его голова все еще раскалывалась, а желудок периодически напоминал о себе неприятными спазмами. "Больше никогда," — пообещал он себе в сотый раз за это утро. Они методично передвигались по огромным залам музея. Шарль внимательно рассматривал произведения искусства, время от времени делая заметки в телефоне. Он двигался с легкостью и уверенностью человека, для которого музеи были привычной средой обитания. Макс же рассматривал Шарля. Он говорил себе, что всему виной алкоголь, который наверняка еще циркулировал в его организме, но черт... Видимо, Макс мазохист, если любуется человеком, из-за которого он чуть не сел. Хотя бы за темными стеклами очков не было видно его глаз и направления взгляда. Впрочем, вряд-ли очки скрывали выражение его лица, которое морщилось при каждой вспышке яркого света или громком звуке. Шарль остановился перед массивной картиной, изображающей какую-то историческую битву, и склонил голову, рассматривая детали. Солнечный луч, проникающий через высокое окно, упал на его профиль, подчеркивая совершенные черты — прямой нос, чувственные губы, изящную линию скул. В этот момент Шарль больше напоминал одну из статуй музея, чем живого человека. "Мазохист," — снова подумал Макс, ощущая знакомое сжатие в груди. — Ты вообще слушаешь? — внезапно спросил Шарль, повернувшись к нему. — А? — Макс моргнул. — Прости, что? — Я говорю, что заметил уже семь камер только в этом зале, — терпеливо повторил Шарль. — Плюс два охранника, которые меняются каждые сорок минут. — А, да, — Макс кивнул, пытаясь сосредоточиться. — Я заметил еще датчики движения у окон и, вероятно, давления под некоторыми экспонатами. Это была ложь. Он не заметил ничего, кроме того, как свет играет в волосах Шарля. — Идем дальше, — сказал Шарль, не комментируя очевидный обман. — Галерея Аполлона должна быть за следующим поворотом. Они шли через бесконечные залы, заполненные туристами. Макс старался сконцентрироваться на задаче — оценить расположение камер, изучить маршруты охраны, отметить потенциальные слабые места в системе безопасности. Но его взгляд снова и снова возвращался к Шарлю. — Вот мы и пришли, — тихо произнес Шарль, когда они вошли в просторный зал с богато украшенным потолком. Галерея Аполлона поражала своим величием — золоченый потолок с фресками, инкрустированные драгоценными камнями стены, витрины с сокровищами, мерцающими под специальным освещением. В центре зала, в отдельной бронированной витрине, располагались драгоценности, которые им предстояло украсть. — Впечатляет, — пробормотал Макс, наконец отвлекшись от созерцания Шарля и сосредоточившись на их цели. Они медленно приблизились к центральной витрине. За толстым стеклом мерцали изумруды, сапфиры, бриллианты — наследие императорской семьи. В самом центре экспозиции располагался крупный изумрудный кулон в обрамлении бриллиантов — знаменитая "Слеза Екатерины". — Это оно, — прошептал Шарль, останавливаясь перед витриной и делая вид, что внимательно изучает информационную табличку. — Охрана серьезная, — заметил Макс, оглядываясь по сторонам и на этот раз действительно оценивая ситуацию. — Четыре камеры только вокруг этой витрины, лазерные датчики у основания, вероятно, датчики давления внутри. — И система сигнализации, срабатывающая при малейшем изменении температуры или влажности внутри, — добавил Шарль. — Не говоря уже о весовых сенсорах под каждым экспонатом. — Ничего невозможного, — пожал плечами Макс, хотя внутренне он оценивал сложность задачи как крайне высокую. — Разумеется, — кивнул Шарль с легкой улыбкой. — Для нас нет невозможного, верно? Их взгляды встретились, и на секунду Макс почувствовал то же, что и раньше — то странное понимание без слов, ту синхронность мышления, которая делала их такой эффективной командой. До Сингапура. — Ключевой момент — время, — продолжил Шарль, отводя взгляд. — Нам нужно будет действовать предельно быстро. — Ничего нового, — кивнул Макс. — Давай осмотрим другие залы, оценим маршруты отступления. Они продолжили методично обходить зал за залом. Постепенно головная боль Макса начала отступать, уступая место профессиональному интересу. Он заметил, что Шарль делает фото некоторых экспонатов, явно маскируя свой настоящий интерес — камеры и датчики безопасности. Через час Максу стало откровенно скучно. Бродить по музею никогда не было его любимым занятием, даже когда целью было планирование кражи. К тому же, ему пришла в голову идея — можно одновременно и позлить Шарля, и получить ценную информацию о внутренней планировке помещений. Они проходили мимо неприметной двери с табличкой "Только для персонала", когда Макс внезапно схватился за живот и скривился в выражение, имитирующем приступ тошноты. — О боже, — простонал он достаточно громко, чтобы привлечь внимание стоящего неподалеку охранника. — Меня сейчас стошнит. Шарль закатил глаза, но достал телефон, чтобы найти на карте музея ближайший туалет. — Здесь нет туалета поблизости, — сказал он. — Ближайший в другом крыле. Макс еще громче застонал и кивнул на дверь с надписью "Только для персонала", а затем на охранника, который уже обратил на них внимание. Уголки губ Шарля дрогнули в едва заметной ухмылке, но тут же его лицо приняло обеспокоенное выражение. Он схватил Макса за руку и быстро направился к охраннику. — Excusez-moi, monsieur! — обратился Шарль на безупречном французском с легким акцентом. — Mon petit ami, он... как это сказать... — Шарль изобразил замешательство, будто подбирая слово. — Он выпил слишком много вчера вечером, идиот! И сейчас ему очень плохо. Охранник, крепкий мужчина средних лет с усталым выражением лица, окинул их безразличным взглядом: — Туалеты находятся в другом крыле, — сухо ответил он. — Я знаю, но боюсь, мы не успеем, — Шарль сделал умоляющее лицо, одновременно крепче сжимая руку Макса, который для убедительности издал еще один страдальческий стон. — Если он начнет... вы понимаете... прямо здесь, в зале? Перед "Венерой Милосской"? Думаю, вашему начальству это не понравится. Охранник перевел взгляд на бледного Макса, который действительно выглядел неважно благодаря реальному похмелью, и тяжело вздохнул. — Пять минут, — проворчал он, открывая дверь с надписью "Только для персонала". — Туалет в конце коридора налево. И чтобы через пять минут вас здесь не было. — Merci, monsieur! Вы спаситель! — воскликнул Шарль с благодарной улыбкой, которая могла бы растопить сердце даже самого сурового охранника. Они быстро прошли через дверь, и как только она закрылась за ними, Шарль отпустил руку Макса. — "Mon petit ami"? — Макс поднял бровь, возвращаясь к своему обычному состоянию. — Серьезно? — Это сработало, не так ли? — Шарль пожал плечами, оглядываясь по сторонам. — И это первое, что пришло в голову. Они оказались в узком служебном коридоре с бетонными стенами и неприкрытыми трубами вентиляции под потолком. Вдоль стен тянулись кабели и трубы, а пол был покрыт простым линолеумом. — Бинго, — тихо произнес Макс, разглядывая вентиляционные шахты. — Это именно то, что нам нужно было узнать. Они быстро двинулись вперед, стараясь запомнить как можно больше деталей. Шарль незаметно сделал несколько снимков на телефон, а Макс внимательно изучал расположение камер в служебных помещениях — их было значительно меньше, чем в общедоступных залах. — Смотри, — Шарль указал на план эвакуации, висящий на стене. — Это полная схема служебных помещений этого крыла. — Отличная находка, — Макс подошел ближе, пока Шарль быстро фотографировал схему. Внезапно они услышали приближающиеся шаги и голоса. Макс и Шарль обменялись быстрыми взглядами — им нужно было немедленно найти оправдание своему присутствию здесь. Не говоря ни слова, Шарль схватил Макса за плечи, толкнул его к стене и... поцеловал. Макс на секунду замер от неожиданности, но затем, понимая план Шарля, ответил на поцелуй, обнимая его за талию. Краем глаза он заметил, как двое сотрудников музея появились из-за поворота и остановились, увидев их. — Эй! — окликнул один из них. — Вы не должны здесь находиться! Шарль отстранился от Макса с выражением смущения и легкого замешательства на лице. — Oh, pardon! — воскликнул он, переходя на французский. — Нам сказали, что здесь есть туалет, и мы... мы немного увлеклись. Макс добавил к картине виноватую улыбку и взъерошенные волосы, которые и так были в беспорядке. Сотрудники музея обменялись взглядами — смесь раздражения и легкого веселья. — Туалет там, — указал один из них направление, откуда они только что пришли. — А затем немедленно вернитесь в общие залы. — Bien sûr, bien sûr! — закивал Шарль, беря Макса за руку. — Nous sommes désolés! Они быстро направились к указанному туалету, чувствуя на себе взгляды сотрудников. Оказавшись внутри пустого туалета для персонала, Шарль закрыл дверь и повернулся к Максу с триумфальной улыбкой. — Это было... — начал он, но осекся, заметив, как изменилось лицо Макса. Оно приобрело нездоровый зеленоватый оттенок, а глаза расширились в паническом осознании. В следующее мгновение Макс рванулся к ближайшей кабинке, едва успев распахнуть дверь и склониться над унитазом, как его желудок решил окончательно взбунтоваться против вчерашних излишеств. Шарль замер на месте, его триумфальная улыбка сменилась выражением растерянности, а затем — беспокойства. После секундного колебания он последовал за Максом, остановившись у входа в кабинку. — Эй, ты в порядке? — спросил он, хотя ответ был очевиден. Макс не мог ответить, занятый более насущным делом — избавлением от токсинов в своем организме. Шарль вздохнул, вошел в кабинку и, после короткого колебания, положил руку на спину Макса, поддерживая его. Когда приступ наконец прошел, Макс выпрямился, чувствуя себя одновременно опустошенным и странно облегченным. Он покачнулся, и Шарль неожиданно поддержал его за плечи. — Держись, — тихо сказал Шарль, помогая Максу дойти до раковины. — Переиграл со своим актерским мастерством? Макс слабо усмехнулся, включая воду и ополаскивая лицо: — Видимо, я был слишком убедителен. Шарль протянул ему бумажное полотенце: — Ты выглядишь ужасно. — Спасибо за комплимент, — буркнул Макс, промакивая лицо. — Всегда знал, что могу рассчитывать на твою поддержку. Шарль неожиданно серьезно посмотрел на него: — Ты можешь. Их взгляды встретились в зеркале над раковиной, и на мгновение между ними повисло что-то невысказанное, тяжелое от прошлых обид и несбывшихся надежд. — Я в порядке, — Макс первым отвел взгляд, отходя от раковины. — Нам нужно выбираться отсюда, пока тот охранник не начал нас искать. — Да, — согласился Шарль, все еще наблюдая за Максом с легкой тревогой. — Ты уверен, что можешь идти? — Я пережил и худшее, — отмахнулся Макс, направляясь к двери. — Например, предательство партнера в Сингапуре. Он тут же пожалел о своих словах, увидев, как лицо Шарля закрылось, приобретая то холодное, отстраненное выражение, которое Макс так ненавидел. — Прости, — неожиданно для самого себя сказал Макс. — Это было лишним. Шарль коротко кивнул, не говоря ни слова, и они вышли из туалета, стараясь двигаться как можно тише. Коридор был пуст. Они быстро направились к выходу в общедоступные залы, стараясь запомнить как можно больше деталей по пути. — Кстати, — вполголоса произнес Макс, когда они подходили к двери, — неплохой был ход с поцелуем. Креативно. — Спасибо, — ответил Шарль, и Максу показалось, что он уловил тень улыбки. — Хотя я надеялся, что ты не станешь блевать сразу после него. Это немного ударило по моему эго. Макс не удержался от смешка: — Поверь, дело было не в твоей технике. — Я знаю, — невозмутимо ответил Шарль, открывая дверь, ведущую обратно в зал музея. — Моя техника безупречна. Они вернулись в общедоступную часть музея, и Шарль сразу принял вид увлеченного искусством посетителя, обращая внимание Макса на детали картины, висящей напротив. Охранник, пропустивший их ранее, бросил в их сторону подозрительный взгляд, но ничего не сказал. — Думаю, на сегодня хватит, — тихо произнес Шарль, когда они отошли на безопасное расстояние. — У нас есть вся необходимая информация, а тебе нужно отдохнуть. Макс кивнул, внезапно ощущая накатившую усталость: — Согласен. Вернемся на базу и поделимся находками с остальными. Они направились к выходу из музея, сохраняя безопасную дистанцию между собой — просто два посетителя, случайно идущие в одном направлении. Но что-то изменилось между ними после этого странного утра. Что-то, чему Макс пока не мог дать определение, но что ощущалось как первая трещина в стене молчания и обид, выстроенной после Сингапура.