Любить назло...

Беда грянула на втором курсе, когда умерла мама. Для Тимофея это был самый страшный удар. Три дня он ревел навзрыд. Не мог сдержаться и когда её хоронили на сельском кладбище, насыпав простой земляной холмик без креста, поверх которого возложили цветы и металлическую табличку с выгравированной надписью: "Сестра Любовь Дульская", даты рождения и смерти, а также цитата из Библии: "Последний же враг истребится Смерть". Отец сказал полагающуюся в таких случаях проповедь о надежде на воскресение из мертвых для всех верующих в пресвятую троицу и в искупительную жертву Иисуса Христа, Господа и спасителя нашего. Потом все собрались в их доме на поминальную вечерю без алкоголя. А Тимофей погрузился в свои мысли. Он никак не мог понять: почему Бог, такой любящий, добрый и всемогущий, допустил болезнь и смерть его мамы, которая искренне веровала в него и молилась об исцелении? Тима знал, что отец, брат, сестра да и вся их община возносила молитвы за исцеление сестры Любы. Сам он постился и молился, чтобы только мама его осталась жива. Ему так хотелось порадовать её дипломом врача после окончания учебы. Теперь этого не будет... Ничего больше не будет. Ни её улыбки, ни теплых натруженных рук, обнимающих сына, ни веусно пахнущих пирожков, которыми она часто баловала своих детей и мужа, а иногда и совершенно незнакомых людей, которые просились к ним на ночлег. Теперь всё. Мамы больше нет. Вернее, если верить учению их церкви, она ждёт часа своего воскресения, когда архангел вострубит и умершие во Христе восстанут из могил на встречу с Господом во время его Второго пришествия, а живые нетленными будут восхищены на небеса. Вот только когда это случится? - никому из людей знать не дано... Простившись с овдовевшим отцом, Тима снова вернулся к учебе. Он дал себе слово: обязательно выучиться, чтобы найти средство для спасения других людей от смертоносного недуга. Пусть служители церкви спасают их души, он же будет лечить бренные людские тела. Так прошло ещё три года. Тимофей был одним из лучших студентов в своей группе. Многие ему завидовали, но нашлись и друзья, искренне радовавшиеся каждому его успеху. Одним из таких друзей стал его сосед - смуглокожий парень со слегка раскосыми черными глазами по имени Саид. Его семья эмигрировала из далекого Афганистана, когда власть там захватили радикальные исламисты. Он довольно хорошо общался на родном языке Тимофея, к тому же отлично знал арабский, читал в оригинале Коран - священную книгу мусульман, суры из которой цитировал наизусть, как стихи. Пять раз в день Саид совершал намаз - мусульманскую молитву. Он категорически отказывался кушать свинину, называя её странным словом "чушка". Тима вспомнил, что подобный пищевой запрет содержался и в законе Моисея, данном для евреев. На почве религии они и сдружились. Саид любил наугад раскрывать свой Коран - книжечку в зеленой обложке, которая листалась справа налево, и цитировать слова пророка Мухаммада, а Тима в ответ доставал Библию и находил в ней схожие по содержанию стихи. Афганец, который по национальности оказался пуштуном, рассказал молодому христианину, что после окончания медицинского университета хочет поступить в мусульманское духовное училище - медресе, выучиться на муллу. - Буду лечить не только тела, но и души людей, приводить их к Аллаху. Эти слова понравились Тимофею: он ведь тоже мечтал совмещать врачебную практику с проповеднической деятельностью. Дружба христианина и мусульманина крепла. Из солидарности со своим новым другом Тимофей тоже отказался от свиного мяса, Саид же начал учить его арабскому, чтобы тот мог сам читать странные завитушки букв священного писания ислама. Они вместе готовились к занятиям, переписывали друг у друга лекции, если кто-то не успевал что-то записать под диктовку преподавателя, вместе же делали лабораторные и практические работы. На четвертом курсе Саид познакомил Тимофея со своей новой девушкой - светловолосой красавицей с крутыми бедрами, длинными ногами и славянской внешностью. - Лейла, - представил её афганец. - Лиля, - поправила его она, лукаво улыбаясь и сверкая голубыми глазами. - Примешь ислам - станешь Лейла, - рассмеялся Саид. Девушка сжала губки. Видимо, такая перспектива пришлась ей не очень по душе, но вслух ничего не сказала. Зато ночью Тима остался в комнате один: Саид ушел к своей "гурии", как он называл Лилю. Юноша долго не мог уснуть. Ему вдруг стало грустно и одиноко. Чтобы хоть как-то утешить себя, он включил настольную лампу и взял в руки Библию, которую перечитывал уже пятый раз. Казалось бы, что он может найти в ней нового? Но нет: слово Божье - настолько многогранно, что даже знакомые стихи наполняются новым смыслом, когда начинаешь над ними раздумывать. "Песнь песней". Любовная лирика царя Соломона. Тимофей раньше пробегал её галопом, считая малозначительной и вообще не понятно почему попавшей в Библию. Здесь ведь даже ни разу не упоминается Бог всемогущий! Тима знал евангелическую трактовку этой ветхозаветной книги: мол, в ней символически показаны Христос-жених и Церковь, как его невеста. Для юного христианина такое объяснение казалось вполне приемлемым. Но вот теперь, читая "Песнь", он увидел что-то новое, на что раньше не обращал внимания... 1 — Как прекрасна ты, милая моя, как прекрасна! Глаза твои за вуалью, словно голуби. Твои волосы, как стадо черных коз, что сходит с горы Галаад. 2 Зубы твои белы, как стадо выстриженных овец, выходящих из купальни. У каждого есть свой близнец, никто из них не одинок. 3 Губы твои, словно алая лента, уста твои прекрасны. Щеки твои за вуалью — румяны, как половинки граната. 4 Шея твоя, как башня Давида, изящно сложенная, украшенная тысячью щитов, все они — щиты воинов. 5 Груди твои, как два олененка, как двойня газели, пасущиеся среди лилий. (Песня Песней, 4 глава; Библия — Новый русский перевод). 1 — Вернись, вернись, Суламита!19 Вернись, вернись, чтобы мы смогли посмотреть на тебя! — Зачем смотреть вам на Суламиту, как на танцующую Маханаимский танец?20 2 Как красивы ноги твои в сандалиях, дочь знатного рода! Изгиб твоих бедер, как ожерелье, дело рук искусного мастера. 3 Пупок твой, словно круглая чаша, в которой не истощается ароматное вино; живот твой — ворох пшеницы, окруженный лилиями. 4 Груди твои, как два олененка, как двойня газели. 5 Шея твоя, как башня из слоновой кости. Глаза твои бездонные, как озерки... (Песня Песней 7 глава — Библия — Новый русский перевод). И в воображении молодого человека возникли не Христос с его Церковью, а прекрасная мододая девушка с пышной, обнаженной грудью, округлыми бёдрами, животиком и той самой женской тайной, скрытой за ворохом пшеницы нежных кудряшек чуть ниже, притягивающих взор и будоражащих греховные желания... Сам того не заметив, Тима уснул, выронив из рук Библию, которая плюхнулась на пол.