Parallax

«Она не хотела потерять его. Он не хотел её отпускать»

      Крестраж. Том создал очередной крестраж... — Ты уверен, что это безопасно? — спрашивала у него Нагайна.       Но скорее для того, чтобы успокоить себя. Ведь ей прекрасно было известно, что несёт за собой магия деления души. Просто... Том казался ей таким «непробиваемым». Таким уверенным в себе. Но она понимала, что его покалеченная душа претерпевает ужасающие метаморфозы, и ей было страшно за него... Ведь Нагайна так сильно привязалась к Тому Реддлу, что не хотела его потерять.       — Это не просто магия, Том. Это... нечто непостижимое. И у меня плохие предчувствия. Ты уверен, что понимаешь последствия? Том поднял взгляд, в котором не было ни страха, ни сомнений — только холодная решимость. Он улыбнулся, но эта улыбка не была ни тёплой, ни дружелюбной.       — Ты беспокоишься о последствиях, Нагайна? — низким шёпотом спрашивал Том. — Ты боишься, что этa магия выйдет из-под контроля?       Нагайна почувствовала, как её сердце на мгновение сжалось. Её вопрос был не о магии, а о нём самом. О том, насколько он готов пройти через эту грань. Сколько ещё он будет рисковать, пока не станет тем, кого уже невозможно вернуть обратно? — Я не боюсь магии, — ответила она, не сводя с него взгляда. — Я боюсь того, что ты перестанешь быть собой.       Том пристально смотрел на Нагайну. Его взгляд проникал сквозь неё, как будто оценивая каждую черту её лица, каждую эмоцию. Её слова что-то пробудили в нём — не страх, конечно, но воспоминание о той части себя, которую он старался забыть. Той части, которая могла... чувствовать. Он медленно поднялся с кресла и подошёл к Нагайне, замирая в шаге от неё, позволяя напряжению между ними нарастать. В его глазах на мгновение промелькнуло что-то, что могло бы показаться мягкостью, но это была лишь иллюзия.       — Ты думаешь, я боюсь потерять себя? — шёпотом произнёс он, его дыхание касалось её кожи. — Нет, Нагайна. Я не боюсь. Потому что каждый кусочек души, который я отделяю, приближает меня к бессмертию. Но ты...       Он протянул руку, осторожно, почти ласково убрал прядь её волос за ухо. Этот жест казался неестественно нежным на фоне его слов.       — Ты важна для меня, Нагайна. — В его голосе зазвучала новая интонация — глубокая, тихая, и от этого ещё более жуткая. — Настолько важна, что, когда придёт время, я сделаю тебя частью своего бессмертия. ...И спустя десятки лет он поместит часть своей души в неё. Ведь Том Реддл так сильно привязался к Нагайне, что не хотел её отпускать...