Resonance

Accelerando (итал. — «аччелерандо») — постепенное ускорение темпа музыкального произведения, особенно в его конце.

             Аластор потянулся и встал. Ноги утонули в мягком ковре. Он вышел на балкончик, чтобы немного подышать воздухом, и его внимание привлёк странный предмет, лежащий на перилах.              Он подошёл ближе. Это было маховое двухцветное перо, след вчерашнего визита Люцифера. Аластор повертел его в руках. Лёгкое и мягкое, почти как облако. Словно подчиняясь посторонней воле, он поднял его и положил к себе в карман.              Может стать весьма ценным трофеем для личной коллекции. Когда ему наконец удастся уйти отсюда, а затем раз и навсегда расправиться с Люцифером за все унижения.              Когда он вернулся в комнату, на прикроватной тумбе снова лежала записка.               «Завтрак в 7 утра. Приходи, если станет лучше».              Он ещё раз изучающе пробежался по ней взглядом, будто желая найти подвох. Люцифер и вправду пригласил его позавтракать?              «Ну и ну. Это что-то новенькое».              Вскоре в его комнату прибыл имп-слуга, прикатив к нему вешалку со множеством нарядов.              «Король-коротышка сдержал своё обещание», — подумал Аластор, скептически ощупывая одежду. Большинство нарядов было по-королевски нелепым и слишком вычурным. Не говоря уже о том, что почти вся одежда была белой, напоминая о хозяине дворца.              Если бы не пропавшие силы, Аластор сам в два счёта сотворил бы любую одежду, какую захотел. Но теперь вся его жизнь состояла из сплошных ограничений.              Наконец он остановился на тёмных бриджах и алой рубашке с кружевами на груди. Имп подтащил к нему напольное зеркало, и Аластор покрутился по сторонам.              …Во всяком случае, лучше, чем он ожидал. Рубашка была коротковата, но зато подчёркивала тонкую талию, гармонично сочетаясь с волосами. Удивительно, что у Люцифера вообще нашлась такая вещь.              «Не мог же он создать её нарочно?..»              Он кивнул импу, дав понять, что закончил, и они вместе вышли из комнаты.       

***

      В сопровождении всё того же импа, Аластор спустился по роскошной лестнице. Первый раз, как он очнулся здесь, ему наконец выпала возможность изучить дворец. Архитектура Пандемониума обладала игривым безумием, в котором причудливо смешивались элементы ар-деко, викторианского стиля и цирка-шапито. Дворец казался воплощением фантазии, сошедшей со страниц детской книжки. Его интерьеры искрились золотом, отражались в бесчисленных зеркалах и взрывались яркими красками: белым, малиновым, золотым, нежно-розовым.              Беззаботность и гедонистическое веселье. Атмосфера бесконечного праздника. Весьма в духе короля-коротышки.              Но внимательный наблюдатель заметил бы, что за показной роскошью скрывается меланхолия и усталость. Многие зеркала были завешены, мебель покрыта слоем пыли. Тяжелые шторы плотно задернуты, создавая гнетущую полутьму.              Они вошли в столовую, и имп поспешно раскланялся, удаляясь прочь. Аластор осмотрелся. Как и другие комнаты, столовая поражала своим масштабом, но размеры вызывали скорее ощущение пустоты, чем восторга. Вглубь комнаты тянулся несоразмерно длинный стол. В центре стояла ваза без цветов.              На противоположном краю стола сидел Люцифер, скучающе подперев рукой подбородок, как будто долго ожидая кого-то. Он был одет в шелковый халат с меховой отделкой, напоминающий королевскую мантию.               Увидев Аластора, он поднял голову. Его глаза распахнулись.              — О! Эм, приве… КХЕ-КХЕ, в смысле, ещё живой?              — Ради завтрака с самим Люцифером не грех встать из могилы!              Аластор манерно поклонился и сел на противоположный конец стола. Люцифер закатил глаза.              — Просто… Я не думал, что ты согласишься. Всё-таки твоё самочувствие…              — С моим самочувствием всё прекрасно, — процедил он.              Пока импы сервировали стол на двоих, в воздухе стояла тишина, прерываемая звяканьем посуды.              Люцифер прокашлялся.              — Неплохо, э-м, выглядишь, — он кивнул на его наряд.              — Ах, да, — Аластор поправил рубашку. — Весьма удивлён, что в Вашем гардеробе нашлось что-то более-менее сносное.              — …но пижама всё равно была лучше.              В этот момент имп подал ему вилку, и Аластор, непрерывно улыбаясь, подавил желание проткнуть ей глаз Его Величества.              Перед ним оказалась изысканная тарелка с запеченными тостами, яйцами «Бенедикт» и беконом. Рядом стояла ваза с фруктами и графин с яблочным соком. Нестареющая классика и самый компромиссный вариант для гостей. Не то, что Аластор обычно предпочитал есть — всё же ничто не могло сравниться со свежей олениной — но тоже сойдёт.              Недолго думая, Люцифер намазал тост щедрым слоем джема, так, что ярко-красные капли аппетитно стекали с поджаристых краёв, и отправил в рот.              Аластор хмыкнул. Ну разумеется, Люцифер был сладкоежкой. Неудивительно: он же сам выглядел как десерт — белоснежная кожа, будто заварной крем, яркие щёки, напоминающие спелые вишни.              Аластор медленно намотал ломтик бекона на вилку. Интересно, какой вкус у Люцифера. Но затем поморщился. Наверняка приторно сладкий. Всё же он предпочитал более терпкую, более острую еду.              Видимо, на какое-то время он ушёл в себя, потому что не сразу услышал:              — …эй, Ад вызывает Аластора. Теперь-то что не так?              — О, всё чудесно! Просто размышлял о том, как бы Вас сервировать.       Люцифер поперхнулся, и Аластор разразился смехом.              — Ты и твои каннибальские замашки… И вообще, ты мной подавишься, — скривился он.              — Ну разумеется. Вы же выглядите как свадебный торт. Боюсь, я не большой любитель сладкого. Особенно на завтрак.              Люцифер возмущённо ткнул вилкой в его сторону. Он ещё не прожевал еду, и его речь напомнила Аластору злобного бурундука:              — Во вшяком шлучае, я не завтракаю шырыми оленями, — он сделал глоток и поморщился, видимо, наглядно представив себе завтрак Аластора. — Нет, серьёзно, как ты это ешь?!              — Могу задать Вам тот же вопрос, — парировал Аластор, глядя, как Люцифер берёт с подставки кекс. — Не боитесь, что скоро адская корона начнёт липнуть к Вашей голове?              — Ха-ха, умираю со смеху. Ты что, всё это время сидел в своей комнате и придумывал каламбуры?              — В отличие от Вас, мне не требуется столько времени, чтобы придумать достойный аргумент для оппонента. И кстати говоря, в моей комнате совершенно нечем заняться! Вам когда-нибудь приходила мысль, что гости должны себя чем-то развлекать?              Люцифер покрутил в руке стакан.              — Я, эм… Могу достать тебе радио, — вдруг сказал он, — если хочешь. Или ещё какое-нибудь старьё.              Аластор повернул голову, но Люцифер не смотрел на него.              — Как любезно, Ваше Величество.              Люцифер фыркнул.              — Прекрати уже использовать эти титулы. Меня никто так не зовёт.              Аластор постучал по подбородку.              — Хм. Может, вы правы. Думаю, с таким… выдающимся ростом больше подойдёт «Ваше Высочество».              — Ах ты ублюдок…              В глазах Люцифера блеснул огонь, и он вспорхнул из-за стола, оказавшись лицом к лицу с Аластором. Тот поднялся со стула.              — Полагаю, в Вашем случае это единственный способ компенсировать нашу разницу в росте?              — Не слышу, к кому ты обращаешься.              Аластор наигранно приложил руку к груди.              — Прошу прощения?..              Люцифер ухмыльнулся.              — Ты всё прекрасно понял. Назови меня по имени. На этот раз без идиотских титулов.              Аластор застыл. Опустил руку. С момента их встречи он ещё ни разу не звал Люцифера по имени — по крайней мере, не вслух.              — Если Вам это доставит удовольствие…              Люцифер с энтузиазмом закивал. Его крылья медленно взмахивали, закрывая собой весь мир. Алый и белый, белый и алый…              Он вспомнил о пере, лежащем у него в кармане. Наверняка крылья были такими же мягкими.              — Люцифер, — произнёс он после паузы. Словно пробуя имя на вкус. Лю-ци-фер. Благозвучное и по-ангельски певучее. Но вместе с тем — колючее, как игла.               «А ему подходит», — невольно подумал он.              — Что-что? Я не расслышал! — Люцифер приложил ладонь к уху.              — Возраст плохо на Вас сказывается. Люцифер.              Тот не вспыхнул на очередную подколку. Напротив — его взгляд немного смягчился.              Уголки губ Аластора растянулись в ехидной улыбке. Настала пора взять реванш.              — Может, Вы уже забыли, как меня зовут? Пока я слышал в свой адрес только «радио-демон».       Люцифер спрятал крылья и встал на ноги. Протестующе открыл рот. Затем закрыл его, поняв, что попался на удочку.              — Я помню, — сказал он, глядя на него снизу-вверх. И добавил, понизив голос:              — Аластор.              Без раздражения, без насмешки. Удивительно… спокойно. Как простой факт, вселенский закон.              «Земля вращается вокруг Солнца». «Вода закипает при ста градусах». «Все грешники попадают в Ад».              «Аластор».              Они смотрели друг на друга так, словно увиделись впервые. В комнате воцарилось молчание.              По спине Аластора пробежала дрожь. Он чувствовал себя обезоруженным.              Это было… непривычно.              Это было… некомфортно.              …это был всего лишь Люцифер.              Тогда что за странное ощущение?              — Ну и ну! Я то-думал, Вас уже одолел старческий склероз.              — Ха-ха! Может, мне стоит сделать тебя личным шутом, Аластор?              — Ха-ха-ХА! Только через мой труп, Люцифер.              Они наклонились так близко друг к другу, что практически коснулись носами. Воздух искрил от задиристости. Аластор угрожающе улыбнулся. Люцифер сощурил глаза.              Их прервал тонкий голос импа, появившегося из ниоткуда:              — Э-э, сэр…ы? — Он переводил взгляд с Аластора на Люцифера. — У вас посетитель.              От неожиданности Люцифер отстранился так резко, что их лбы соприкоснулись.              — Упс! — он неловко потёр лоб рукой. — Небольшое столкновение!.. Ха-ха… — он повернулся к импу, не упуская из внимания Аластора. Тот застыл на месте, отстранённо потирая ушиб. — Посетитель, значит? И кто же это?              — Шарлотта Морнингстар, сэр.              

***

             Люцифер открыл дверь и чуть не угодил лицом в пышный букет красных цветов. Из-за него с лучезарной улыбкой выглянула Чарли.       Тот самый букет. Который выбрал ОН.       » Что за?..»       — Чар-Чар! — он обнял её и взял букет, но тут же пожалел об этом — тот был в половину его роста и закрывал почти весь обзор. — А это.?              — Привет, пап! — они прошли внутрь, и Чарли энергично повернулась к нему. — Это для Аластора. Я подумала, было бы здорово сделать сюрприз.              Люцифер уставился на букет. На Чарли. Снова на букет.              — Э-м-м, дорогая…. как бы сказать… Я даже не уверен, любит ли он цветы.              Любит ли он хоть что-нибудь, кроме радио и мучений грешников, раз уж на то пошло.              Чарли озадаченно постучала пальцем по подбородку.              — Ой, я об этом не подумала. Но ведь главное — показать, что о нём заботятся, правда?              В этот момент за их спинами неожиданно возник сам Аластор, заставив их подскочить. Несмотря на потерю способностей, радио-демону всё ещё удавалось эффектно появляться в самый неподходящий момент.              — Ча-а-а-р-рли! — напел он, хватая Чарли за плечи. — Что за милейший визит!              — Аластор! — Она неуверенно улыбнулась. — У меня для тебя кое-что есть. Подарок от всех нас. — Она толкнула Люцифера в бок, но тот остался стоять на месте, и она сквозь зубы процедила: — Который-сейчас-отдаст-тебе-Люцифер.              Люцифер уставился на неё. Что, серьёзно?!              Чарли натянуто улыбалась. Даже не обладая телепатией, Люцифер прочёл её мысли.       «Папа-просто-отдай-уже-цветы».              — Пф. Да пожалуйста, — Он сунул букет под нос Аластору. Тот осторожно взял его…              В его глазах промелькнула.       Совершенная.       Растерянность.              — Как… очаровательно, — медленно пробормотал он.              Аластор не до конца верил в происходящее. Он словно попал в параллельную вселенную, где не действовали правила сделок, которыми он привык руководствоваться. Ты отдаёшь — ты получаешь.              Его острый ум затих, не в силах обработать эту информацию. Доброта, не требующая ничего взамен. Забавно… Но это ведь была Чарли. В её светлой головке не обитало такого понятия, как «скрытый мотив».              Чарли сделала глубокий вдох.              — Я очень-очень надеюсь, что тебе нравится, потому что не знаю, какие подарки ты любишь, и ни у кого в «Отеле» не было идей получше, и я решила, что цветы подойдут — они ведь многим нравятся, и я захотела подарить что-нибудь приятное, чтобы поднять настроение, потому что ты прекрасный менеджер, и друг, и Ниффти тоже очень по тебе скучает, и…              — Чарли, милая, — Аластор остановил её. — Цветов более, чем достаточно. Признаться, я, хм… слегка шокирован таким вниманием!              — Ну, тогда привыкай, — Чарли мягко улыбнулась. — В «Отеле» мы все заботимся друг о друге. И ты теперь часть нашей команды, Аластор. О, и кстати, тебе идёт! — Она указала на рубашку.              Каждое предложение вонзалось в его мозг как пуля. Совсем сбитый с толку, Аластор замолчал. Что не ускользнуло от внимания Люцифера.              — Тебе нужно больше отдыхать, Аластор, — добавила она. — Тем более «Отель» ещё не до конца восстановлен после битвы, и на ремонт уйдёт какое-то время…       Аластор раздражённо повёл ухом. Если бы к нему вернулись способности, он бы справился с этим, не моргнув и глазом.       — Дорогая, оставь это мне! — тут же встрял Люцифер. — Как только твой коридорный поправится…       — МЕ-НЕД-ЖЕР! — настойчиво пропел он.       — …я тут же приду помочь!       Взгляд Чарли обеспокоенно бегал от Люцифера к Аластору.       — Пап… Можно тебя на пару слов?       — Эм-м… да, дорогая?       — Наедине.       

***

      Они отошли подальше.       Люцифер оглянулся на Аластора, но тот без особого интереса рассматривал обои.       — Пап, я понимаю, что тебе может быть непросто с Аластором… Но пожалуйста-пожалуйста, — она взяла его руки в свои, — хотя бы попробуйте поладить!       Он вздохнул.       — Чарли, боюсь, это невозможно. Я сражался с Небесами. Я знаю, о чём говорю.       — Тогда найдите какие-нибудь общие интересы! Наверняка у вас есть хоть что-то такое! Какое-нибудь хобби, или…       Люцифер представил, как он и радио-демон, взявшись за руки, бегут по полю из алых роз и вместе закалывают кого-нибудь.       Бр-р-р. Что за гадость?!       Он помотал головой.       — Милая, я не…       — Ну пожалуйста-пожалуйста-пожалуйста!       Чарли умоляюще хлопнула ресницами.       — Ча-а-а-рли… — Но Люцифер знал, что проиграл эту битву ещё до начала. — Ладно, я попробую.       Чарли восторженно пискнула.       — Но НИЧЕГО не обещаю!       Они вернулись обратно. Аластор всё так же жутко улыбался. Если он что-то услышал, то не подал виду.       — Чарли, ты, э-м-м, не хочешь остаться на чай?       — Прости, пап, но мне действительно пора. Вегги нужна моя помощь, и я обещала не задерживаться надолго. Но я обязательно ещё навещу вас двоих!       — Приходи, когда захочешь, дорогая. Тебе всегда рады, — он хотел обнять Чарли, но в последний момент передумал и только неловко помахал рукой на прощание.       

***

      — Удивлён, что Чарли вообще о тебе переживает, — сказал Люцифер, как только они остались наедине.              — Что ж, в конце концов, я и вправду её незаменимый ассистент во всём! — энергично ответил Аластор, держа в руке букет алых роз — цвет его зрачков, одежды, волос…              Алый, алый… Всюду алый. В жизни Люцифера стало пугающе много этого цвета.               — К тому же, именно я был рядом с дорогой Чарли последние несколько месяцев, пока она пыталась договориться о встрече с Небесами.              Люцифер сощурил глаза.              — На что это ты намекаешь?..              — Ах, сущие пустяки. Кажется, Ваши с дочерью отношения проходят… не лучшую стадию.              — У нас с Чарли всё нормально, — процедил он.              — О, неужели? — Аластор наклонился ближе и понизил голос: — Интересно, Люцифер, когда Вы в последний раз интересовались, как у неё дела? Или Его Королевское Величество полагает, что всё «нормально», пока Ад не провалится под землю? — увидев его смущение, Аластор продолжил: — Или, может, Вы когда-нибудь видели, как она работает над проектом для своего отеля до поздней ночи? Нет? Что ж, это впечатляющее зрелище. И, возможно, са-а-а-мую малость тревожное, если ты — родитель.               Люцифер скрестил руки на груди, пытаясь выглядеть невозмутимым.              — Пф! Что за ерунда. Я и так всё знаю о Чарли. Просто не считаю нужным вмешиваться в её… хобби. И кроме того, Чарли знает, что я всегда рядом. А ты, — он ткнул пальцем в его грудь, — ты просто пытаешься влезть к ней в доверие. Чарли — моя дочь, и я знаю её лучше какого-то там радиоведущего.              Аластор пожал плечами.              — Я лишь констатирую факты. И пока они говорят не в Вашу пользу, Люцифер. В конце концов, я понимаю, что за такой энергичной девушкой бывает сложно уследить. Как хорошо, что у неё есть кто-то, вроде меня.              Люцифер мгновенно вспыхнул.              — Ты… да кто ТЫ вообще такой? Заявляешься сюда и думаешь, что можешь заменить Чарли… Кого, отца?! Да ты просто беспомощный грешник, который думает, что он умнее всех!..              Как по щелчку, ехидная улыбка Аластора стала пустой. Он опустил голову, безучастно рассматривая когти.              — Возможно, на данный момент я и вправду потерял в своих силах. Но, к счастью для Чарли, умственные способности всё ещё при мне. И они позволяют мне видеть вещи, которые ускользают от внимания Вашего Королевского Величества. А теперь — bonne journée, Люцифер.       Он зловеще улыбнулся и щёлкнул пальцами, ожидая, что его тут же поглотят тени…       Но ничего не произошло.              «Чёрт… Точно».       Аластору не осталось ничего другого, кроме как позорно развернуться перед носом Люцифера и уйти, игнорируя озадаченный взгляд, обращённый в его сторону.       

***

      Люцифер чувствовал себя последним в мире идиотом.        Чарли сказала поладить с Аластором. Найти общий язык, а не провоцировать его ещё больше. Казалось, когда он пытался делать что-то намеренно, то всегда лажал. Аластор был как сейф, к которому невозможно подобрать пароль. На нём даже не было поля для ввода. «Прямо как ящик Пандоры».       Ему не хотелось сломя голову бежать и извиняться… Да и за что — за факт, что Аластор действительно был грешником, садистом и убийцей-каннибалом?       И всё же он злобно стиснул края шляпы и нарисовал пальцем круг. Перед ним вспыхнул золотой портал.       Нужно было догнать его. Ради Чарли… И никого другого.       

***

Аластор редко впадал в меланхолию, но теперь в его голове жужжал один и тот же назойливый голос:       «Ты просто грешник, который думает, что он умнее всех!»       Ну конечно. Именно так Люцифер и видел всех жителей Ада. Просто грешники. Как банально.       Впервые ему не хотелось доказывать кому-то свою значимость. Свой статус радио-демона. Теперь он испытывал лишь острое желание побыть наедине.       Пройдя мимо столовой, он поставил букет в вазу, аккуратно поправив цветы рукой, чтобы не нарушить композицию. Не зная, чем ещё заняться в отсутствии своих сил, Аластор решил прогуляться по дворцу.       Его шаги эхом отдавались в обширных залах. Пандемониум был огромен: вдоль длинных коридоров тянулись сотни комнат, уходя в бесконечность. Мраморные колонны, украшенные причудливыми барельефами с изображением падших ангелов, стремились ввысь, поддерживая расписные своды, на которых Люцифер в разных ипостасях представал то как ангел, то как демонический властитель. Он отметил странное сочетание роскоши и упадка: некогда роскошные алые портьеры выгорели до бледно-розового; канделябры из чистого золота были покрыты густой пылью; на расставленных в нишах скульптурах облупилась позолота, обнажая камень.              Пол в одной из комнат был выложен мраморной мозаикой, изображающей сцены из Рая до Падения. Аластор с интересом рассмотрел её: Люцифер в виде ангела гордо восседал среди себе подобных. Видимо, ещё в те времена в его душе горело пламя бунта.              Ниже была совсем другая сцена: Люцифер, уже как демон, восседал на троне Ада, а рядом с ним стояла Лилит. За их спинами стояли наготове сотни демонических войск. Складывалось ощущение, будто адский владыка окружил себя напоминаниями о потерянном Рае, желая воссоздать утраченное.              Но Аластор заметил одну любопытную деталь. Парадоксальным образом на обоих мозаиках его взгляд оставался одинаковым. Решительным, но при этом мягким. Весёлым и одновременно задумчивым. Словно он был соткан из противоречий.              Не отдавая себе отчёта, он провёл рукой по мозаике, но тут же одёрнул себя.              Аластор заглянул в одну из дверей. Он оказался в просторной комнате. Высокие окна с витражами от пола до потолка пропускали лучи закатного солнца, окрашивая её в разные оттенки. В центре комнаты, как застывший в ожидании гость, стоял рояль. На чёрном лаке была нарисована золотая эмблема в виде змеи, вьющейся вокруг яблока. Аластор завороженно смотрел на него. Он не смог устоять и откинул крышку, проведя пальцами по слоновой кости клавиш. Он извлёк простой мотив. Звуки музыки наполнили комнату. Запах дерева и лака щекотал ноздри, вызывая странное дежавю. Аластор опустил руки и замер. Мать, склонившаяся над ним, терпеливо объясняет гаммы и аккорды. Запах её духов, смешанный с ароматом старой древесины их домашнего пианино. Её мягкая улыбка, когда он, наконец, правильно сыграл отрывок. Впервые за долгое время он почувствовал укол тоски по прошлой жизни. Он обернулся, услышав за спиной шаги. На пороге стоял Люцифер. Аластор наклонил голову. — Ваше Величество. Решили приобщиться к культуре? Люцифер фыркнул, скрестив руки на груди. — Просто… проходил мимо. Услышал, как за дверью душат кошку. Решил проверить. — Хм-м. Не знал, что у Вас проблемы со слухом. Иначе как можно перепутать классику и звуки животного? Люцифер открыл рот, чтобы возразить. Закрыл. Вместо этого он подошёл ближе и одной рукой сыграл несколько аккордов. Звук был высоким и чистым, словно звон колокольчика. Между их руками оставалось совсем немного места, и Люцифер вдруг осознал, как близко они стоят. Он поймал на себе взгляд Аластора. — Ита-а-ак, — сладко протянул он, — у Вас всё же есть какой-никакой слух. — Ну разумеется! Не чета твоим салунным трюкам. Он дёрнул бровью. — О? Это что, вызов? Люцифер ухмыльнулся и щелчком призвал золотую скрипку. — Что, если я скажу «да»? Аластор изящно провёл рукой по клавишам, выманивая аккорд. — Ну что ж… посмотрим, успеете ли Вы за мной. Он взял пару аккордов, и Люцифер мгновенно узнал начало «Крейцеровой сонаты». Поначалу мелодия была спокойной. Люцифер поднял свою скрипку, отвечая в тон. Мелодия начала нарастать. Аккорды становились дерзкими. Темп ускорился. Музыка превратилась в бурю. Люцифер атаковал струны, его смычок мелькал с невероятной скорость. Аластор, вторя ему, яростно бил по клавишам. Каждая нота была вызовом, каждая струна — ответом. Комната вибрировала от чистой силы, словно это было сражение. ТАМ-М-М. Последний аккорд грохотом прокатился по комнате, оставив после себя звенящую тишину. Тяжело дыша, Люцифер опустил скрипку, как оружие после битвы. Он провёл рукой по лбу, стряхивая пот. Лицо Аластора раскраснелось. — Неплохо, — признал Люцифер. — Для тапёра. Аластор оскалился. Может, ему показалось, но алые глаза горели ярче обычного. — Что ж! Вы тоже не промах. Хотя до моего уровня, конечно, далеко. — Ну да. Сначала нужно, чтобы медведь оттоптал мне уши. — Умейте признавать поражение. Люцифер закатил глаза и убрал золотую скрипку обратно в небытие. Воздух в комнате ещё гудел от задорного напряжения. Непохожего на то мрачное чувство, что висело между ними обычно. И… да, Аластор и вправду был неплохим пианистом. Если не прирождённым. Он снова украдкой посмотрел на его руки. — Не думал, что ты знаешь Бетховена, — небрежно заметил он. Спина Аластора была идеально прямой. Он положил руки на колени, и Люцифер отвёл взгляд. — Все образованные люди увлекаются искусством! И кроме того, у меня был хороший учитель. А это дорогого стоит. Он затих, и вдруг сказал — больше констатируя, чем спрашивая: — Вы здесь из-за Чарли. Люцифер… не знал, что ответить. — Она упоминала кое-что о наших… сходствах. Его улыбка была нечитаема. — Вы верите в то, что у Вас, — он указал на Люцифера пальцем, — и у меня, — палец указал на себя, — есть что-то общее? — Слушай, Чарли просто хочет, чтобы мы не перегрызли друг другу глотки, — он устало провёл рукой по лицу. — И если тебе интересно, она говорила про интересы. Так что… э-м-м… да. Видимо, у нас всё же есть кое-что общее. — Помимо, конечно, отцовской любви! Люцифер сделал шаг вперёд. — К моей дочери! Аластор оскалился, наступая в ответ. — К моей талантливой протеже! Они стояли вплотную — если бы кто-то толкнул их в спину, они бы точно столкнулись лбами.       Снова наступила тишина.       Люцифер слышал его тихое дыхание, смешанное с собственным. Его глаза были так близко, что он видел в них своё отражение.       — Ладно, — бурунул он. — Мне пора. И, прежде чем тот успел ответить, Люцифер стремительно покинул комнату.             

***

      Чем ближе Чарли подходила к «Отелю», тем тревожнее ей становилось. Это были руины. Полуразрушенные окна заколочены, чёрный вход забит досками. Уцелевшие буквы на вывеске грустно мигали.              Она со вздохом зашла внутрь. Откуда-то сверху донёсся вопль Вегги:              — Чарли, СЗАДИ!..              Она испуганно пригнулась, и над её головой просвистела пуля, выбив дверное стекло. Дверь распахнулась. В помещение ворвался демон-акула. Вегги спрыгнула ему на спину, пронзив грудь копьём. Её лицо забрызгала ярко-розовая кровь.              — Фух! Это было близко. — Она подала руку, помогая Вегги встать. — Спасибо, Вег.              — Будь осторожнее, милая. В последнее время ублюдки совсем обнаглели, — она смахнула пот с лица. — Я всерьёз начинаю думать, что нам пора заколотить и входную дверь.              Прочуяв, что после исчезновения Аластора «Отель Хазбин» (или то, что от него осталось) остался без своей главной защиты, туда кинулись грешники. Конечно, не за искуплением. В основном это были гангстеры-акулы, ополчившиеся на отель после того, как их в первый раз привела Мимзи. И, как это бывает в Аду, были и те, кто просто хотел поживиться лёгкой добычей.              Из-за барной стойки торчало дуло вскинутого «Томми-гана». Энджел осторожно выглянул из своего укрытия.              — Чарли! Ну что, как там мистер Радио-Болтун? Не хочет немного помочь, пока нас тут к чёрту не убило, твою мать, да какого хрена!..              Выбив заколоченное окно, внутрь ворвался ещё один демон-акула, и Энджел выпустил в него целую обойму, пока тот не упал на пол.              Чарли, прятавшаяся за перевёрнутым столиком, неловко пожала плечами.              — Э-м, пока ещё… не очень. Думаю, ему какое-то время нужно отдохнуть у Люцифера, чтобы восстановиться.              — Да?! А у нас тут пятизвёздочный, мать его, курорт! Отдых каждый день!              — Энджел! — рявкнула Вегги. — Что тебе непонятно в «плохо себя чувствует»?!              — Вегги, всё в порядке, — Чарли положила руку на её плечо. — Энджел, я понимаю, что ты злишься, и ты имеешь на это полное право. Если бы только я могла что-то сделать, я бы тут же…              — Чарли, конфетка, я злюсь не на тебя, — Энджел опустил дымящийся пулемёт. — Я просто не догоняю, почему наш всегда-крутой-и-супер-опасный радио-менеджер не выполняет свои обязанности и оставляет нам всю грязную работу.              — Вообще не удивлён. Весьма в его духе, — мрачно заметил Хаск, сидящий рядом.              В этот момент, усугубляя ситуацию, подбежала Ниффти, обхватив её ногу обеими руками.              — Я скучаю по плохому ма-а-а-льчику-у-у! — заревела она.              Чарли вздохнула и взяла её на руки.              — Ребята, я понимаю. Вам всем сейчас очень тяжело. Но мы должны держаться. Ради жертвы Пентиуса. Мы ведь пережили нападение ангелов! Неужели не можем справиться с демонами?..              — Думаю, как-нибудь точно справимся, детка, — сказала Вегги.              — А знаешь что? Выживем и без красноглазки, — закивал Энджел. — Настала пора вспомнить мои лихие годы с этим малышом, — он нежно похлопал пулемёт.              Хаск запрыгнул на барную стойку, задумчиво вертя в руке бутылку. Вегги красноречиво зыркнула на него.              — Что?! Думаете, я куда-то от вас дерусь, кучка фриков? — надулся он. — Да пусть меня лучше съедят акулы.              Вегги приобняла её, Энджел утешающе положил руку на спину, и Чарли почувствовала, как её глаза предательски защипало.              — Что ж, не время унывать! — она энергично подняла голову. — Я должна подумать, как ещё можно обезопасить нас, пока Аластор не вернулся. Буду в своей комнате. Энджел, Вегги, — те кивнули ей, — не пускайте внутрь всяких… э-э, подозрительных типов. Ниффти, — услышав своё имя, она воинственно приставила ладонь к виску, — будь добра, убери осколки. Хаск, — он салютовал бутылкой, — ты охраняешь чёрный вход. За работу!              Чарли закусила губу и отвернулась, не в силах смотреть им в глаза.              «Поскорее бы Аластор вернулся».