В поисках чего-то важного

Краткое содержание: Во время важной семейной встречи по поводу «ситуации Гаса и Джи-Ар», возникает тема безусловной любви, вызывающая некоторое противоречие.       — Над чем работаешь?       Джастин улыбается, когда Брайан наклоняется над ним и утыкается носом в плечо, вглядываясь в альбом.       — Мне показалось, что свет, проходя сквозь окно, выглядит интересно. Видишь? — Джастин поворачивает альбом к Брайану.       — Зачем рисовать это, когда ты можешь нарисовать меня? — нараспев произносит тот, кусая Джастина за плечо.       — На мой вкус, ты слишком одет, — поддразнивает его Джастин.       — И почему сразу не сказал? — Брайан ухмыляется, делая вид, что собирается снять рубашку.       К сожалению, они не одни. Даже близко.       — Брайан, — мягко предупреждает Линдси.       — Брайан! — рявкает Мел, прищурив глаза. — Держи себя в руках и прочь от Джастина. Нам нужно обсудить важные вопросы.       Бен и Майкл появляются в кабинет Мел, где назначено семейное собрание, как и было запланировано, и Брайан неохотно отступает. Но он держится рядом, что, может быть, и не нравится Мел, но однозначно радует Джастина, который прислоняется к Брайану и продолжает рисовать.       — Нам нужно серьезно поговорить, — торжественно объявляет Мел, — о ситуации с Гасом и Джи-Ар.       «Ситуация». Она произносит это слово с такой серьезностью, что Джастин едва не смеется вслух. Кажется, это многовато, учитывая, что предстоит дискуссия о двух маленьких детях.       — Ситуация вышла из-под контроля, — соглашается Майкл, качая головой, — и я, например, действительно устал от этого.       — Мы все устали, — успокаивающе добавляет Линдси, — и все знаем, как это неприятно.       Джастин бросает косой взгляд на Брайана, который смотрит на них с плохо скрытым раздражением. К сожалению, его взгляд не остается незамеченным Мел.       — Прежде чем вы двое перейдете на сторону Гаса…       — Боже упаси, — бормочет Брайан.       Мел игнорирует его и продолжает:       — Пожалуйста, выслушайте нас.       Несмотря на то, что так называемый «серьезный разговор» находится только в зачаточном состоянии, комната уже искрится напряжением, которое, к счастью, смягчает Бен.       — Мы все любим детей, — спокойно произносит он. — И хотим лучшего для них обоих. Было бы неплохо, если бы мы могли поговорить о том, как это сделать.       Джастин слегка улыбается Бену, затем пожимает плечами в сторону Мел. Он смотрит на Брайана, и тот слегка кивает. «Серьезный разговор» возобновляется. Джастин снова переключает внимание на альбом. Он продолжает работать над эскизом окна в кабинете Мел, через которое струится мягкий теплый свет.       — Проблема соперничества между братом и сестрой вышла из-под контроля, — утверждает Мел, — мы думали, что Гас приспособится к настоящему времени, но он все еще не принял Джи-Ар.       — Не принял? — возражает Брайан, выгибая бровь. — Они играли вместе утром. А сейчас играют в своей комнате.       Майкл с возмущением поворачивается к нему.       — Ты хоть представляешь, как редко это бывает?       — Ты хоть представляешь, как скучно играть с младенцем? — с усмешкой парирует Брайан.       — С Джи-Ар не скучно! — Майкл вскидывает руки. — Господи, неудивительно, что Гас относится к ней так же как ты.       — Не понимаю, почему ты все передергиваешь, — пожимает плечами Брайан, — я не говорил, что Джи-Ар скучная, я сказал, что младенцы скучные.       — И я уверена, что Брайан никогда бы не сказал ничего подобного в присутствии Гаса, — вставляет Линдси. Ее глаза в сторону Брайана многозначительно блестят, — верно?       — Верно, — подтверждает Брайан.       На этой ноте напряжение немного спадает. Брайан снова склоняется над Джастином и наблюдает за ним. Джастин откидывается назад и впитывает тепло Брайана спиной. Он начинает рисовать деревья, видимые через окно, в то время как семейное собрание продолжается.       — Дело в том, — Мел наклоняется вперед в своем кресле и серьезно смотрит на всех, — что это было не так страшно, когда Джи-Ар была меньше. Но она приближается к тому возрасту, когда начнет замечать поведение Гаса, желая получить разъяснения.       — Какое поведение? — отрываясь от альбома, спрашивает Джастин.       После паузы Майкл недоверчиво обращается к Джастину:       — Ты это серьезно?       — Да, — спокойно отвечает Джастин, — я знаю, что Гас жалуется на нее, но это в основном за ее спиной. Он все еще играет с ней и показывает свою привязанность.       — Это говорит бывший ребенок с плаката о соперничестве между братьями и сестрами, — бормочет Майкл.       Справедливое замечание — Джастин пожимает плечами.       — Конечно, — соглашается он, — я был полным ничтожеством по отношению к Молли.       — Ты все еще полное ничтожество, — смеется Брайан, — когда дело касается чего угодно — не только Молли.       — Заткнись, — смеется Джастин, слегка толкая Брайана локтем. Ему приходится сдерживать визг, когда тот отвечает, игриво кусая его за шею, — во всяком случае, я это пережил. Мне просто нужно было немного времени, чтобы привыкнуть и принять то, что я чей-то старший брат.       — Думаю, проблема в том, что у Гаса было достаточно времени, чтобы «приспособиться» и «принять», — мягко говорит Линдси, — и все же он по-прежнему жалуется на нее и говорит вещи, которые кажутся очень обидными.       — Например? — предсказуемо защищая сына, спрашивает Брайан.       Майкл тут же начинает перечислять список обвинений, загибая пальцы:       — Например: называя ее «тупой» и «глупой», утверждая, что она «раздражает», говоря, что ненавидит ее, желая, чтобы она исчезла, прося нас забрать ее обратно в Питтсбург. И я могу продолжить!       — Ну, — протянул Брайан, — почему бы нам просто не вывести его через черный ход и не пристрелить?       — Брайан, — огрызается Мел, — это не смешно.       Чувствуя, что вот-вот начнется ссора, Джастин откладывает карандаш и пытается сгладить ситуацию.       — Так что же мы можем сделать? У кого-нибудь на примете есть решение? — он с интересом наблюдает, как все взгляды обращаются к Брайану.       — Мы думали, ты сможешь поговорить с ним, — улыбается Брайану Линдс.       — Тебя он слушает, — соглашается Мел, ободряюще кивая Брайану.       — Он уже слышал это от всех нас, — добавляет Майкл.       — Гасу явно небезразлично твое мнение, Брайан, — вставляет Бен. — Если бы вы сели рядом и поговорили, это, вероятно, очень помогло бы.       Хотя их рассуждения здравы, Джастин раздражен тем, что они не сделали собственную домашнюю работу.       — Брайан уже говорил об этом с Гасом, — высказывается он. — Мы оба говорили. Если Гас произносит что-то злое в адрес Джи-Ар, мы его одергиваем. И поощряем его проводить с ней время.       — Дело не только в комментариях или игре, — говорит Мел, — мы думаем, что Гас должен принять роль старшего брата. Мы хотим, чтобы ты объяснил ему это, Брай.       Джастин все еще в сомнениях — нет ничего такого, чего бы Гас не слышал раньше. Брайан, похоже, аналогично скептичен:       — И что именно я должен сказать ребенку?       С удивительно терпеливой улыбкой Мел пытается объяснить:       — Мы хотим, чтобы Гас понял, что как бы мы ни уважали то, что ему не всегда нравится общество Джи-Ар, она все равно его сестра и что они семья. Роль старшего брата должна состоять в том, чтобы поддерживать ее и направлять, когда она вырастет, и любить безусловно. В конце концов, она его семья.       Рука Джастина замирает. Он смотрит на Брайана и совсем не удивляется, когда тот закатывает глаза.       — «Безусловно»? — повторяет Брайан с преувеличенным сарказмом.       Терпение Мел исчезает в мгновение ока.       — Какие-то проблемы? — прямо спрашивает она. Совершенно очевидно транслируя: «Лучше бы их, блядь, не было».       Брайан поднимает руки в насмешливом почтении и заставляет себя улыбнуться.       — Только одна: ад замерзнет, если я буду научить своего сына любить ее, или кого-то еще, безусловно.       Тишина, которая следует за этим, совершенно ледяная. Джастин не решается продолжать рисовать, скрип его карандаша раздается тревожно громко среди напряженной тишины.       Вскоре она прерывается криком Майкла:       — Как, черт возьми, ты можешь так говорить?!       — Серьезно, Брайан? — вздыхает Мел.       На кончике языка у Джастина вертится желание огрызнуться на них обоих, но прежде чем он успевает, Бен спокойно вмешивается:       — Погодите, ребята, мы должны выслушать Брайана.       — Я согласна, — Линдси ободряюще кивает Брайану, — продолжай.       С обманчиво спокойной улыбкой Брайан наклоняется вперед и медленно и выразительно говорит:       — Я отказываюсь навязывать такие идеи или оказывать такое давление на собственного ребенка. Гас не должен чувствовать себя обязанным любить кого-то просто потому, что они семья. Конечно, я поговорю с ним о том, что значит быть старшим братом, без проблем. Но, блядь, ни за что не буду заставлять любить кого-то, даже свою младшую сестру.       Еще несколько мгновений недоверчивого молчания проходят очень, очень медленно. Джастин на самом деле испытывает облегчение, услышав, как Майкл прерывает его своим причитанием:       — Ты невероятен! Они просто дети!       — Что невероятно, — холодно парирует Брайан, — так это то, что вы, взрослые люди, считаете приемлемым принуждение.       — Пожалуйста, мы не будем его принуждать, — усмехается Мел и, прищурившись, смотрит на Брайана, — нам нужно только, чтобы Гас относился к младшей сестре с любовью и уважением. Это не так уж много, чтобы просить.       — Проси! — Брайан пожимает плечами — Но не впутывай в это «безусловно».       Майкл устало вздыхает и переключает свое внимание на Джастина. В его взгляде мольба, видя которую Джастин понимает, что Майкл собирается сказать. Он уже открывает рот, чтобы предупредить его, но слишком поздно, Майкл отчаянно требует:       — Джастин, скажи что-нибудь!       Брайан поворачивается и смотрит на Джастина с широкой, понимающей улыбкой.       — Да, Джастин, скажи что-нибудь. Мы с удовольствием выслушаем твои мысли по этому поводу.       Джастин не может устоять перед довольной ухмылкой, застывшей на лице Брайана. Он посылает дьявольскую усмешку в ответ самодовольному партнеру, затем поворачивается лицом к группе и объявляет:       — Я думаю, что понятие «безусловная любовь» чрезмерно романтизировано и крайне проблематично. Если вы спросите меня, Гас и Джи-Ар оба заслуживают чего-то лучшего.       Брайан торжествующе улыбается, а Мел опускает голову на руки.       — О, ради всего святого!       Она не единственная, кто выглядит раздраженной. Вздохнув, Линдси откидывается на спинку кресла. Майкл фыркает и бросает на Джастина крайне разочарованный взгляд. Бен, самый уравновешенный из всех, оживляется и резко спрашивает:       — Что именно вы оба имеете в виду?       — Не заводи их, — устало предупреждает Мел.       — Нет, я хочу это услышать, — Майкл критически оглядывает обоих, — вы вместе уже больше шести лет. Ты серьезно говоришь, что вы не любите друг друга безусловно?       — Я не понимаю, какое это имеет отношение к происходящему, — говорит Брайан, стреляя в Майкла взглядом, который является в равной степени сбитым с толку и оскорбленным.       — Мы знаем, как относимся друг к другу, — добавляет Джастин, нежно касаясь руки Брайана. Он улыбается, когда тот обнимает его за плечи и притягивает чуть ближе.       — Боже, спаси меня, — бормочет Мел. Она втягивает воздух, выдыхает его, затем спрашивает отрывистым голосом: — Не хотите ли поделиться со всеми нами?       «Не со всеми», — инстинктивно отвечает Джастин, не произнося этого вслух.       Брайана, однако, не заботится о сдержанности:       — Какого хрена нам это делать?       — Потому что, — Мел показывает на них обоих, — как бы вы ни называли это сейчас — дело не только в вас двоих. Гас смотрит на вас и обращает внимание на то, как вы взаимодействуете между собой. Поэтому я уверена, что говорю за всех в этой комнате, когда утверждаю, что мы хотели бы знать то, чему вы будете учить ребенка.       Джастин смотрит на совершенно недовольного Брайана, затем на всех остальных. Это основательно сбивает с толку — все глаза прикованы к нему, и выжидательные выражения лиц довольно напряженные. Он закрывает альбом и собирается отложить его в сторону, но Брайан ловко перехватывает его и начинает лениво перелистывать, демонстрируя полную незаинтересованность в катастрофическом семейном собрании. Поскольку у Мел есть веская точка зрения (и поскольку они все еще смотрят на него с этим жутким ожидающим выражением), Джастин решает посмотреть в лицо опасности. Он выпрямляется и осторожно произносит:       — Удобно учить Гаса или Джи-Ар любить «безусловно». Я не думаю, что это реально или полезно. Мысль о том, что мы должны любить людей безусловно, абсурдна. Мой отец, например, — формально он член семьи, но что он сделал, чтобы заслужить мою любовь, не говоря уже о ее безусловности? Представьте, если бы я считал, что обязан ему этим, я бы никогда не вышел из шкафа. Возможно, никогда не встретил бы никого из вас, — он делает паузу, чтобы перевести дыхание, и с облегчением видит, что Мел немного смягчается, ободряюще кивает, и он радостно продолжает: — Вы знаете, кто все время твердил и твердил о безусловной любви?.. Итан.       — Йен, — поправляет Брайан с ухмылкой.       — Йен, — поправляется Джастин, сверкнув быстрой улыбкой в сторону Брайана, — он любил сладкие речи о том, как мы любим друг друга безусловно. Я предполагаю, что на самом деле он думал об этом как о страховке или о побеге из тюрьмы. К счастью, я, в конце концов, разглядел его бред и понял, насколько хреновы такие отношения. И ушел, потому что у меня были определенные условия о том, каких отношений я хотел, и он не выполнил их. У него не было такого желания. А после, Дафна потратила целую вечность няньчась со мной, пока я разбирался, что условия, границы, правила, ожидания — называйте как хотите, очень важны. И очень ценны. Я не хотел бы жить без них. К счастью, я не единственный, кто так себя чувствует, — Джастин поворачивается и многозначительно смотрит на Брайана. Он на мгновение забывает обо всех остальных и улыбается своему партнеру. — Что касается тебя, ты прекрасно знаешь, как я к тебе отношусь. Я люблю вас всех, очень, и никогда не хотел бы накладывать на это ограничения. Но с тобой мы оба знаем, что хотим друг другу счастья. Но не хотели бы жертвовать ничем для того, чтобы быть вместе. Мы вместе, потому что хотим быть вместе, и потому что это наше самое счастливое время. Но если это когда-нибудь изменится, мы вольны идти каждый своей дорогой. Если я когда-нибудь сделаю тебя несчастным, не хочу, чтобы ты терпел это во имя безусловной любви. Это чушь собачья. Я вообще не думаю, что это «любовь», скорее пограничный бред. Маскарад. — Он улыбается, наблюдая, как гордость расцветает во взгляде Брайана. Джастин мягко целует его в губы, и заявляет всем, смотрящим на него: — Условная любовь может звучать не так романтично, как ее альтернатива, но если вы спросите меня, — это намного лучше. Я не хочу любить слепо и безгранично. И не хочу учить этому Гаса или Джи-Ар. Мне посчастливилось научиться любить осознанно, и я хочу, чтобы у них тоже был такой опыт. — Джастин удивляется, что его слова встречают полным молчанием. Он ожидал шквал вопросов и, или — критики (ну… в основном критики). Вместо этого, все совершенно спокойно. Джастин пользуется случаем, чтобы продолжить говорить и добавляет: — Я хотел бы научить их быть открытыми и отдающими. Они любвеобильные дети, и мы должны воспитывать в них это, но наряду с этим, они должны научиться познавать и любить себя, чтобы понять, что им нужно от их любимых. Для меня однозначно худший сценарий тот, где Гас не сможет преодолеть соперничество между братьями и сестрами. Будет держаться за свое негодование на Джи-Ар и вымещать его на ней, что с годами приведет к тому, что она почувствует себя отчужденной и обиженной. Хотим ли мы, чтобы Джи-Ар чувствовал себя обязанной безусловно любить Гаса? Или же хотим, чтобы она осознала, что заслуживает лучшего, и свободу выбора — просить его об этом или двигаться дальше?       — Это справедливо, — говорит Бен, — каков твой лучший сценарий?       — В лучшем случае Гас вырастет и примет реальность того, что он старший брат, — Джастин на мгновение замолкает и задумывается, затем твердо добавляет: — Но мы должны дать ему время и пространство, чтобы сделать это на его собственных условиях. Я за то, чтобы поддержать его, но не одобряю давление на ребенка. Он уже столько пережил, а еще даже не вышел из леса и все еще борется с собой.       — Ну да, — соглашается Мел. Она собирается что-то сказать, но Джастин еще не закончил.       — И еще кое-что, — выпаливает он, — кто-нибудь замечал, как ведет себя Гас, когда ищет внимания или пытается что-то из нас вытянуть? — он оглядывает всех, останавливаясь, наконец, на Брайане.       — Он изображает щенячий взгляд и сосет палец, — отвечает тот.       — Правильно, — кивает Джастин, — а кому-нибудь еще приходило в голову, что он буквально подражает младенцу, чтобы получить то, что хочет?       На лице Бена появляется понимание.       — Он думает, что ему нужно это делать.       — Потому что он видит, как все мы потакаем Джи-Ар и заботимся о ее нуждах, — подхватывает Джастин, — но в последнее время, мы игнорируем его, когда он пробует этот метод, так что представьте, что он должен чувствовать. Держу пари, он расстроен, как черт.       Съежившись, Мел тихо ругается, и Линдси берет ее за руку, что явно утешает.       — Так каков план игры? — спрашивает она.       — Я думаю, нам всем нужно быть более внимательными к тому, как мы относимся к детям, — предлагает Бен, на что все выражают согласие.       — Может быть, когда мы будем встречаться все вместе, как сейчас, — говорит Майкл, — сможем проводить немного времени один на один с ним.       — Ему бы это понравилось, — кивнув, замечет Брайан.       — Я все еще думаю, что тебе следует поговорить с Гасом, — говорит Линдси, умоляюще глядя на Брайана, — что касается того, что ты… скажешь ему… Это твое дело. Я, конечно, не могу спорить с тем, что сказал Джастин. Если вы оба хотите… научить Гаса любить… условно…       Поскольку она колеблется, Джастин вскакивает и протестует:       — Мы не будем учить его выставлять условия. Я не выступаю за то, чтобы научить Гаса утаивать или сдерживать свои чувства. Мне нравится он такой, какой есть.       — Я знаю, милый. И доверяю вам обоим, — улыбается Линдс.       — Хорошо, — Мел хлопает в ладоши, — значит, Брайан попытается поговорить с Гасом о соперничестве между братьями и сестрами, а остальные будут работать над тем, чтобы Гас чувствовал себя одинаково ценным. Звучит неплохо? — все одобрительно соглашаются. Мел встает и торопливо произносит: — Теперь нам нужно отложить это собрание и пойти проведать детей. Они слишком долго молчат. ***       Позже той же ночью (намного позже, после того, как Брайан, Джастин и Майкл закончили очищать волшебные маркерные «татуировки» с Гаса и Джи-Ар, находящих ситуацию веселой и хихикающих все время купания) Джастин оказывается свернувшимся калачиком в постели с Брайаном, уютно устроившись в жадных объятиях партнера. Он, наслаждаясь безопасностью рук Брайана и мягким прикосновением теплого дыхания к своей шее, шепчет:       — Ты ведь знаешь, что я имел в виду, правда?       — Я знаю, что ты имел в виду, — бормочет Брайан, целуя Джастина в затылок, — как всегда, Дафна хорошо тебя научила.       Слегка подтолкнув Брайана локтем, Джастин замечает:       — Ты тоже.       — Это само собой разумеется.       Джастин посмеивается над самодовольным тоном Брайана.       — Конечно.       Он замолкает на некоторое время и наслаждается удовольствием, которое приходит вместе со всем этим: быть завернутым в объятия Брайана, зная, что их ребенок находится по другую сторону стены, а не в другой стране, и в кои-то веки так много членов семьи рядом. Джастин мысленно возвращается к семейной встрече и чуть ли не в голос смеясь, вспоминает реакцию на свою речь — смятение, растерянность, ужас, возмущение. Он еще глубже зарывается в объятия Брайана и шепотом спрашивает:       — Чувствуешь, что мы говорим совершенно на разных языках со всеми остальными?       — Конечно, — посмеивается Брайан. И еще более самодовольно, добавляет: — Это более развитый язык.       — Очевидно, — поддразнивает Джастин, тихо смеясь.       Его смех прерывается, когда Брайан начинает целовать его шею, он снова закрывает глаза и наслаждается этим ощущением.       — Я имел в виду именно то, что сказал. Я люблю тебя — всех вас, очень, и никогда не буду ставить условия. И знаю, что всегда буду любить тебя.       — Ммм, — бормочет Брайан, нежно утыкаясь носом в шею Джастина.       — Но что касается наших отношений… — Джастин крепко сжимает левую руку Брайана, — думаю… Это должно быть условно. Я не хочу, чтобы кто-то из нас чувствовал себя обязанным оставаться рядом. И не хотел бы, чтобы мы чувствовали себя вынужденными мириться с чем-то, что не делает нас счастливыми. Мне нравится, что мы сейчас вместе, потому что оба этого хотим, и я горжусь этим. Горжусь нами.       Он улыбается, когда Брайан крепче обнимает его.       — Я тоже, Солнышко, — довольно вздыхая, шепчет он.       В его голосе так много теплоты, что она течет через Джастина, поет ему. Он еще больше расслабляется в чудесных объятиях и позволяет чувствам накрыть себя: комфорту, принесенному близостью с Брайаном, радости, исходящей от теплоты его голоса, гордости за свои отношения, которую они оба чувствуют. Пока Джастин наслаждается всем этим, он улыбается про себя. И когда оба счастливо засыпают, эта улыбка остается с ним.