Раз - и очарование.

Странные чувства обуревали душу Киркорова, едва он вытерпел три часа интервью бывшей жены. Конечно, был рад ее видеть в здравии и все в такой же женской - несмотря на почтенный возраст - привлекательности, но сама мысль, что Алла обесценила их совместную жизнь, буровила сердце Филиппа до глубокой, почти что черной, дыры... Он на миг задумался - почему Пугачева так поступила? Почему она сухо и без всякой оглядки назвала их потрясающую историю любви и не только всего лишь... пиар-ходом? Боль сменилась яростью, да такой, что, едва войдя на порог собственного дома, Киркоров швырнул в стену первое, что попалось ему под руку - по случайности как раз одну из фигурок-кукол Аллы, что ему дарил один мастер. Фигурка с треском шлепнулась о стену и, оставив значительную вмятину на обоях с вензелями, обездвиженно рухнула на пол. - Ба-а-а-али-и-ин... - разочарованно протянул Филипп, все-таки наклонившись, чтобы поднять маленькую "Аллочку". Фигурка, конечно же, не могла не пострадать - голова "Пугачевой" отлетела, едва шмякнулась о стену, и этот факт почему-то заставил Фила ухмыльнуться, - Ну вот реально - бошку бы тебе оторвать за твои слова, Аллусь, - как будто причитая, поднялся с пола и, осторожно взяв туловище и голову куклы, попытался ее насадить обратно, починить хоть как-то, - А потом на место поставить, - с негромким кратким скрипом повернув голову куклы и все-таки сумев насадить ее обратно, произнес певец, - Ну вот что мне с тобой делать? - повертел "Аллу" в своих руках и, бросив краткий разочарованный взгляд на фортепьяно, на котором изначально стояла фигурка, вернул на место, - Что он мог мне дать? Пф-ф! - вспомнив фразу, что разозлила его больше всего, фыркнул Киркоров, - Душу тебе свою, Аллуся. Сердце. Время. Молодость. Преданность. Любовь. Мало? - как будто новая волна гнева вскипела в его все еще любящей душе, и Фил, резко развернувшись к коллекции "Аллочек", стоявших на рояле, еле сдержался, чтобы не ударить по его крышке, сжав руку в кулак и заорав, - Мало? Мало тебе?! - комок обиды подступил к горлу, едва ли не выдавливая слезы из уже опухших глаз, - Алла! - обреченно выпалил Фил, все еще смотря на только что отремонтированную куклу, - Ну как ты могла? Как у тебя язык?.. - на миг запнулся он, словно понимая, что на его вопрос так и не будет ответа. Посмотрев еще минуту в глаза той самой кукле, устало махнул рукой и скрылся в своем кабинете на втором этаже... Поздний и, главное, внезапный звонок в дверь заставил Люсю Дороднову испуганно вскочить с постели. Женщина быстро скинула с себя одеяло и босиком, лишь оставаясь в одной пижаме, прошла ко входной двери. Приподнявшись на цыпочки, посмотрела в глазок и сразу же, заметив кого-то знакомого, щелкнула, открывая дверь. Филиппу пришлось невероятно туго, когда Алла с ним разводилась, он буквально не знал, как жить. Сцена стала не отдушиной, как раньше, а единственным спасением и стимулом вообще жить - конечно, до рождения детей. Алла-Виктория и Мартин компенсировали и создавали ту самую семью, которую Фил стремился создать с Аллой. И, если с Аллой семья состояла только из них двоих, несмотря на несколько попыток стать родителями, то жизнь переиграла все по-своему, подарив Филиппу детей взамен любимой жены... - Не скажу, что я удивлена, - ухмыльнулась Дороднова, протягивая к шатающемуся и явно пьяному мужчине руки, словно пытаясь того подстраховать, чтобы он не упал, - но нет - все же я удивлена. Давненько ты так не наклюкивался, мой родной! - Люся! - резко подняв на женщину взор, что аж голова закружилась, как-то расхлябанно улыбнулся ей Филипп, - Прости, что так поздно! - да, даже в таком состоянии Филипп оставался вежлив и тактичен, - Я тебя сильно побеспокоил? - Да какой там! - махнула рукой Дороднова, - Сам же знаешь, ты моя семья! - она не поняла, почему на эту, казалось бы, простую фразу, Киркоров расплылся в улыбке, словно довольный чеширский кот, - Заходи-заходи, - чуть подначивала она Филиппа, чувствуя, что от распахнутой двери его может продуть сквозняком. - Семья, - полушепотом повторил Киркоров, все-таки зайдя на порог и пройдя чуть дальше, - А у меня нет семьи! - резко повернулся к Людмиле лицом и, все еще придурковато улыбаясь, всплеснул руками Фил, - И никогда, как выясняется теперь, блять, не было! - У-у-у... - протянула Людмила, чисто интуитивно почувствовав, о чем идет речь, - Понятно. Пойдем на кухню, я тебе кофе сварю. - Нет, ты меня слышишь вообще? - несмотря на довольно сильное опьянение, шатающийся Киркоров ретиво прошел вслед за помощницей, которая со временем стала ему настолько близким человеком, что он считал ее за тетю, - Алла Б... - на миг запнулся Фил, - Брисна... - икнул неудачно, что плечи дернулись, - Да подожди, Люсь! - не вытерпел Фил и осторожно коснулся плеча женщины, что Люся тут же остановилась. Стоя, как вкопанная, она терпеливо ждала, пока Филипп завершит свою фразу, словно позабыв о намерении отвлечь его чашечкой кофе, - Алла... Моя Алла, которая до сих пор мне жжет сердце... - глубоко протяжно выдохнув, Фил облокотился о дверной косяк, - Нет, ты представляешь... Пиар! - пояснил Фил, негромко воскликнув, - Я для нее всего-навсего пиар! - но Дороднова, отвернув взор в сторону, чтобы не обидеть ненароком, кратко хмыкнула, - Люся... Ты же жила с нами... Ты видела все! Ну как она могла так сказать? - Филя, успокойся. - потрепав Киркорова по взъерошенной белобрысой макушке, поспешила утешить его Люся, - Ты слишком трагично все воспринимаешь. - А как это еще можно воспринимать? - буркнул себе под нос Филипп, все-таки первым пройдя на кухню, - Я ее знаю с одиннадцати лет. Люблю с двадцати. Одиннадцать лет венчанного брака. Куча попыток завести детей. И теперь это!.. - Фил, на секунду поддавшись эмоциям, замахнулся, чтобы влупить хорошенько по столешнице, но, тут же вспомнив, что находится не у себя дома, передумал и потому медленно опустил руку, завершив фразу едва различимым полушепотом, - Псу под хвост... ПФ-ф! Пиар! - Садись, я тебе сейчас кофе сварю, ты так редко у меня бываешь! - Люся, желая его отвлечь, суетилась по комнате, доставая из шкафчика банку с молотыми зернами арабики, - А то, что Алла там говорит - да подумаешь! Филь! А то ты не знаешь, как было! А то я, блин, не знаю! Кто надо - все помнит. - А ей, видимо, не надо помнить, - устало плюхнулся Филипп на стул и, облокотившись о локоть, прикрыл глаза, - Она вообще хоть что-то помнит, как думаешь? Или все обесценила? - Трудно сказать, Филь, - произнесла Людмила, заливая кофе крутым кипятком из только что вскипевшего чайника, - Когда она жила в России, нет-нет, но память играла. И к тебе было теплое отношение. А сейчас... - тяжело вздохнула Люся, все-таки вручив Филиппу расписную кружку с заваренной арабикой, - поди знай, что у нее в бошке творится. - Вы так и не общаетесь? - небрежно добавляя сахар в напиток ложкой, что немного рассыпал на обеденный стол, уточнил Фил. На что Люся лишь пожала плечами: - С ней напрямую - нет. Но я хожу на всякие слеты ее фанатов, поздравляю с днем рождения. - повисла неловкая пауза и, чтобы ее заполнить, Люся озвучила свое предположение, - Я знаю, Филь, что тебя задело это интервью. Думаю, Алла тоже понимала, что ее слова не останутся без внимания. Она сделала это нарочно. Я хорошо к ней отношусь, но умею смотреть на вещи здраво. - Что ты предлагаешь? Мне тоже забыть наши годы счастья с ней? - По крайней мере, на людях. Иначе смотреться это будет... глупо. Ты не можешь быть вечным страдальцем, это никому, включая тебя, не нужно. Да и что бы ты ей сказал, Филь? - в этот момент, когда Киркоров поднял свой взгляд на Люсю, помощница заметила, что Филипп словно протрезвел в одночасье. Глаза не затуманены опьянением, взор чистый, спокойный. Лицо почти детское, а в глазах стоят слезы. Слегка улыбнувшись, Филипп ответил: - Спасибо, Люсь... Я сказал бы ей... спасибо. "Ты б сказал ей, что любишь! А то я не знаю!" (Люся). - Пей кофе, Филь. Остынет. - сменив излишне болезненную тему, Люся надеялась отвлечь Фила. Только даже за дальнейшим обсуждением, казалось бы, простых бытовых вещей разговор так или иначе касался Аллы. Когда Дороднова вышла в другую комнату всего на пять минут, застала Филиппа сладко сопящим - он, положив руки на стол, кое-как облокотился и сразу же заснул, - Сказать ему, что ли... Что мы общались с Аллой недавно? Она ведь номер сменила. Может, дать?