Миротворец

Ангелы убивают чертей

На небе, в воде и на суше,

Доказывая, что они сильней,

Но не лучше.

Гарри с тоской смотрел в окно, на котором совсем недавно появилась решётка, и вздыхал. Его лето пошло совершенно не по плану! Начать нужно с того, что Дурсли не пускали его к профессору Снейпу. Казалось бы, они должны радоваться тому, что Гарри не мешает им и попадается на глаза как можно реже, но у его родственников как всегда было всё не как у нормальных людей. Конечно, юный волшебник огорчился, но стал надеяться хотя бы на то, что он сможет переписываться со своими друзьями по совиной почте, но проблема заключалась в том, что Гарри уже отправил целую стопку писем, а в ответ не получил ни строчки! Не от хафлпафцев, не от Невилла с Роном, не от Драко. Вначале Гарри думал, что ребята могут быть просто заняты или проводят всё время с семьёй, но на его письма так и не ответили до сей поры, а у него, между прочим, скоро был день рождения, и мальчик надеялся, что на его празднование кто-нибудь заберёт его от Дурслей. Но почта молчала. Неужели все забыли про Гарри? Неужели вся их дружба была важна только ему одному? Мальчик гнал от себя подобные мысли и надеялся, что вся проблема заключалась лишь в неисправности совиной почты. Ведь такое могло быть? Но вчера произошло самое ужасное. Накануне прихода важных гостей в комнате Гарри появился домовой эльф! Представившись Добби, он заявил, что Гарри нельзя возвращаться в Хогвартс – единственное место, где мальчик чувствовал себя нужным и ценным! А в добавок оказалось, что именно Добби всё это время перехватывал письма его друзей и ответы Гарри, а после, когда мальчик пытался отобрать у наглого домовика конверты, этот эльф «уронил» на голову гостье торт и скрылся, выставив Гарри виноватым. Именно поэтому Гарри оказался запертым в собственной комнате на замок, дядя Вернон запретил ему выпускать сову и повесил на окно решётку. Гарри остался без возможности отправить своим друзьям или профессору Снейпу сигнал о помощи. Неужели ему придётся вот так всё лето просидеть в четырёх стенах? Но как же он тогда сможет отправиться на Диагон аллею и закупить всё необходимое к началу учебного года? Внезапно дверь в его комнату распахнулась, чуть не слетев с петель, и в проходе возникла… Тётя Лия! Она стояла в ярко-алом сарафане и улыбалась. - Гарри, собирай вещички! Я собираюсь тебя украсть! Мальчик не верил своему счастью и смотрел на женщину так, словно не до конца был уверен, настоящая ли она, или ему просто привиделось.

***

Азалия сидела на балкончике своей маленькой квартирки в центре Лондона, попивая кофе и наслаждаясь ласковым утренним солнышком. Неделю назад от неё уехал Невилл, приглашённый в гости к Уизли, и теперь в её доме вновь стало тихо. Конечно, её племянник не был нарушителем спокойствия, как раз наоборот, старался вести себя тихо. Сама Азалия настаивала на том, чтобы они каждый день занимались чем-то громким и весёлым – например, слушали пластинки с магловской музыкой или разрисовывали белые стены, которые ей давно наскучили. Женщина улыбнулась, вспоминая, в каком ужасе был Невилл, когда она, обмакнув кисточку в зелёную краску, специально забрызгала его. И только после того, как она заверила племянника, что ругать она его не собирается и даже ждёт, что и он её измажет, Невилл успокоился и стал получать удовольствие от процесса. Для Азалии это было маленькой победой. Конечно, ей нравились хорошие и послушные дети, но она всегда справедливо считала, что иногда любому ребёнку стоит побеситься, тем более, когда это санкционировано взрослыми. Хотя, если бы Невилл набедокурил без её вмешательства, она бы тоже не расстроилась. Все дети иногда балуются. Разве это плохо? Неожиданно на перила приземлилась старая облезлая сова, в которой женщина узнала личную сову Уизли. Мисс Лонгботтом поспешила принести птице немного воды и орехов, а уж потом бережно забрала у старичка письмо и стала вчитываться. Писал ей Невилл. Оказывается, всё это время он не получил от Гарри не одного письма, и Рон тоже. Ребята написывали ему и приглашали в Нору, но Гарри их упорно игнорировал. Посовещавшись, они отправили письмо девочке Ханне с Хафлпафа и также Драко. Результаты были неутешительными – они также не получали вестей от друга. Невилл написал о своих опасениях по поводу Дурслей и напомнил, что у Гарри совсем скоро должен был быть день рождения, и его они собирались отпраздновать вместе прямо в Норе. Не могла бы тётя как-то связаться с Гарри и забрать его от маглов? Конечно могла бы! Давно пора было это сделать! Азалия помрачнела и, отбросив письмо, стала собираться. Она понятия не имела, где живут эти детомучители, но знала человека, который мог бы ей это подсказать!

***

Северус Снейп почувствовал некое дежавю, когда летом, накануне дня рождения Гарри, к нему постучались. Неужели Поттер наконец соизволил его навесить? Он ведь обещал приехать на автобусе! Снейп, между прочим, ждал его и даже время от времени покупал сладости, чтобы ему было чем угощать своего маленького гостя. Какого же было его удивление, когда у себя на пороге он обнаружил Азалию Лонгботтом, одетую в свой излюбленный красный цвет, с палочкой наперевес и очень воинственным взглядом. Снейп панически подумал, а не по его ли душу она пришла. Но нет, она пришла узнать, где именно Дурсли, эти, цитата, недоумки с соплохвостами в голове вместо мозга, живут. - Что-то произошло? - Они его взаперти держат! Гарри не отправил Невиллу ни строчки за всё лето, да и всем остальным ребятам тоже, хотя сами они его завалили корреспонденцией. А ведь у него скоро праздник, мы планировали отмечать в Норе, на свежем воздухе с чудесным пасторальным пейзажем… А эти недоумки-родственнички хотят лишить ребёнка всех радостей жизни! Скажите мне, где они живут? Снейп понял, что отпускать эту ведьму одну – опасно. Мало ли, она решит превратить Петунию и её мужа в свинюшек? Авроры возьмут её под стражу, а Северусу придётся ходить на допросы в качестве свидетеля… Ему это надо? Вот именно, что нет. Поэтому, обречённо вздохнув, он вышел на улицу и предложил Азалии взять его за плечо – для парной аппарации. Петуния, открывшая им дверь, ошалело переводила взгляд со Снейпа на Лонгботтом и обратно. Азалия очаровательно улыбнулась и без приглашения вошла. - Миссис Дурсль, как это мило с вашей стороны, что позволили нам войти… Северус с каким-то злым весельем наблюдал за возмущённой Петунией, которая просто не знала, что ей ответить на такую наглость. Она перевела свирепый взгляд на Снейпа и прошипела: - Снейп, кто это и что вы делаете в моём доме? Азалия ответила за него. - Понимаете ли, уважаемая, у нас волшебников тоже есть социальные педагоги. А что вы так смотрите, думаете, раз мы носим мантии и размахиваем ветками, то мы совсем уж неандертальцы необразованные? Не на ту напали! Так вот, миссис Дурсль, мы, признаться, очень обеспокоены состоянием Гарри и тем фактом, что он уже некоторое время не выходит на связь. В школе же нами были замечены заикание, слишком маленький вес и другие признаки того, что с ребёнком обращаются плохо… Как вы это объясните? В проходе показалось огромное лицо Вернона Дурсля, и мисс Лонгботтом вмиг переключилась на него. - А Вы, я полагаю, мистер Дурсль… Что ж, думаю, это Вы виновник основных проблем Гарри, всё же Ваша жена не похожа на того, кто будет лупить ребёнка… Азалия тихо и непринуждённо в течение получаса объясняла этому маглу основы детского воспитания, запугивала и пообещала наведываться в этот дом каждое лето и лично следить за обстановкой на Тисовой улице. Когда мужчина попытался как-то возразить незваной гостье и напомнить, что на него не действуют её «дебильные волшебные законы», женщина хищно прищурилась и заявила: - А вы думаете, мы не сотрудничаем с британским правительством и никоим образом не связаны с вами, маглами? О, вы ошибаетесь, милый. Ваш ненаглядный Мейджор является мне двоюродным братом. Жаль только, что он полез в эту дурацкую политику... Но что он ещё мог сделать, родившись сквибом? Вернон Дурсль с ужасом взирал на женщину. Снейп ухмыльнулся. Петуния, покосившись на него, тихо спросила: - Где ты нашёл эту… Я даже не знаю, как её назвать… Снейп мученически вздохнул и прошептал: - В том то и дело, что я её не находил, она сама меня нашла… В общем, профилактическая беседа прошла вполне эффективно. Петуния даже предложила выпить Снейпу лимонада, пока Азалия пошла забирать Гарри. Он невозмутимо сидел в светлой кухне Дурслей, пока хозяйка дома явно не слишком понимала, что вообще произошло. - Она что, твоя жена? Снейп поперхнулся предложенным напитком и яростно замотал головой. - Что ты несёшь, Петуния? Какая жена? Она такая же преподавательница в школе, как и я сам. Мы коллеги. Последнее слово он произнёс с явным нажимом. Петуния хмыкнула. - Ну, не хочешь рассказывать, не рассказывай. Мне-то какое дело до твоей личной жизни? Северус хотел было возразить, но тут на него неожиданно налетел маленький вихрь, именуемый Гарри Поттером, и радостно залепетал: - П-профессор Снейп, я т-так соскучился! И мужчине резко стало не до дурацких предположений Петунии и проницательных женских взглядов. Он приобнял Гарри и едва заметно улыбнулся. Вот теперь всё было в порядке.

***

События вокруг Гарри завертелись с невероятной скоростью. Стоило ему только очутиться в Норе, как на него налетели соскучившиеся друзья. Вместе с ними, а также близнецами Джорджем и Фредом и самой младшей в семье - девочкой Джинни, он исследовал их причудливый, волшебный и невероятно уютный дом. Он познакомился с родителями Рона – людьми хорошими и гостеприимными. Катался на метле, сражался с садовыми гномами, бегал по близлежащим холмам, купался в речке и загорал. Невилл и Рон первые дни без умолку болтали и рассказывали ему последние новости магического мира, а также помогали отвечать на посыпавшиеся от других ребят письма. Они наедались кулинарными шедеврами миссис Уизли, играли в плюй-камни, гуляли до самой темноты, а потом хихикали ночами напролёт, не в силах уснуть. Встречали рассветы и закаты, жарили маршмеллоу на костре и лазали по деревьям, срывая недозрелые кислые яблоки, а потом ели их до боли в животе. На день рождения Невилла и Гарри, которые они решили отмечать в один день, в Нору приехала бабушка Невилла и профессор Снейп по большой просьбе самого Гарри. Миссис Уизли не без помощи тёти Лии накрыла им замечательный стол, во главе которого красовался огромный малиновый пирог. Именинники получили целые горки подарков и задували свечи вместе. Абсолютно счастливый и разомлевший Гарри после первого в своей жизни настоящего праздника сидел на бревне у костра, наблюдая за танцем язычков пламени. Его эмоции за последние дни зашкаливали на самой высокой шкале счастья, и теперь от их переизбытка он стал задумчивым и даже немного грустным. Тётя Лия подкралась незаметно и легонько защекотала мальчика, чтобы тот перестал хмуриться. - Ну, Гарри, тебе понравился праздник? Его заботливо накрыли пиджаком и запихнули в руки чашку душистого чая. Гарри улыбнулся. - Это был л-лучший день рождения в м-моей жизни, ведь ни разу в жизни его не п-праздновал. Тётя Лия нахмурилась и пробормотала: «Эти маглы, я бы их…» Но договаривать, конечно, не стала. Спросила: - Слушай, а чего они тебе решётку на окно поставили и целых три щеколды на дверь налепили? Это уж как-то слишком. - Это всё из-за д-домовика… - Какого домовика? Гарри кратко рассказал о том, что произошло и почему именно его письма всё это время не доходили до друзей. Женщина хмурилась всё больше и больше, а выслушав всю историю целиком, серьёзно сказала: - В следующий раз, Гарри, сразу говори о таких вещах. Этот эльф опасен, и может выкинуть что-то подобное, когда ты будешь уже в школе. А нам и так забот хватает, ещё с неадекватными домовиками возиться! Гарри кисло улыбнулся. - Со мной в-вечно что-то случается… Я вам не н-надоем так? - Что за глупости! Взрослые для этого и нужны, чтобы вытаскивать детишек из всяких переделок! Вот Невилл однажды… Гарри слушал истории тёти Лии, тихо посмеиваясь, и думали том, как ему невероятно повезло с людьми, окружавшими его в последний год. Людьми, готовыми принять его и помочь в трудную минуту. Когда все школьники, находящиеся в Норе наконец получили письма, дружная компания в лице всех Уизли, Гарри и Невилла отправились на Диагон аллею. Там к ним присоединилась тётя Лия, и они все вместе отправились в книжный магазин. В этом году им нужно было купить полное собрание сочинений некого Локхарта. - Редкостный болван, - поделилась своими соображениями тётя Лия. Ребята похихикали, но вскоре им стало не до смеха – в книжном была огромная очередь, как раз из-за автограф сессии нового учителя по ЗОТИ! Гарри с интересом и недоумением рассматривал коренастого кучерявого блондина со слащавой ухмылочкой – это был сам Гилдерой. Мужчина явно упивался вниманием своих многочисленных фанаток и с каждым словом распалялся всё больше. Гарри начали толкать сзади, и он сам не заметил, как оказался практически у самого прилавка. Конечно, Локхарт тут же его заметил и, цапнув за плечо, вывел на всеобщее одобрение. - Сам Гарри Поттер пришёл на презентацию моей новой книги! Конечно, я очень польщён, такая честь быть кумиром кумира! Именно поэтому сегодня я подарю Гарри моё полное собрание сочинений в качестве подарка! - Кхм-кхм, уважаемый! Гарри, между прочим, не один пришёл, но и друзей привёл. Не хотите ли и им выделить по экземплярчику? Тётя Лия улыбнулась той своей очаровательной улыбкой, от которой остальным людям обычно становилось не по себе, и, выйдя вперёд, демонстративно отодвинула сбитого с толку Гарри от писателя. Тот замялся, но, увидев направленные на него колдокамеры, кивнул. Улыбка быстро сошла с его лица, когда он увидел, сколько было у Гарри друзей. - Пошли-ка отсюда, пока эти невротички нас не затолкали, - тётя Лия ловко проскочила толпу ведьм и вывела Гарри к выходу из магазина, где они неожиданно столкнулись с Драко. Гарри, радостно вскрикнув, подбежал к другу, но почему-то сам Малфой выглядел несчастно. Вздохнув, он воскликнул: - Поттер, прости меня, пожалуйста, я так виноват! - Почему ты так говоришь, Драко? Разве что-то случилось? - Добби случился! Это наш домой эльф перехватывал все письма! Ума не приложу, зачем он это делал! Наверное, просто в очередной раз пытался спровоцировать отца на то, чтобы тот выгнал его из дома… Гарри впервые видел, чтобы Драко был настолько расстроенным, и поэтому поспешил заверить: - Да всё хорошо, я не злюсь на тебя и… Добби. Наверное, он просто немного не в себе… Драко хотел возразить, но к ним подошли Рон, Невилл и неожиданно вовремя пришедшая Гермиона. Ребята стали болтать, дожидаясь пока взрослые сделают за них покупки – маленьким детям невозможно было протиснуться к кассе. Внезапно к ним подошёл высокий статный мужчина с длинными белыми волосами и тростью в руке. Гарри сразу понял, что это был лорд Малфой, отец Драко. Они поздоровались с Люциусом, и тот, оглядев их цепким взглядом серых глаз, произнёс: - Рад наконец видеть друзей Драко, про которых он без умолку болтал всё лето… Он как-то странно посмотрел на их компанию, но, увидев предостерегающий взгляд от сына, воздержался от комментариев и только дипломатично заявил: - Как всё меняется в этом мире… - Да, Вы правы, м-мистер Малфой, но это и к л-лучшему, - произнёс Гарри. Люциус Малфой сдержанно улыбнулся и удалился. Драко закатил глаза. - Ребят, простите, пожалуйста. Я просил его быть вежливым, но папа… Ему трудно изменить свои привычки. Гермиона отмахнулась: - Да ладно, Малфой. За родителей не извиняются. Драко бледно улыбнулся. Было видно, что взгляды собственного отца его задевают. Чтобы как-то разрядить обстановку, Гарри спросил: - Кто пойдёт со мной в лавку с ингредиентами? Мы там встречаемся с Ханной, Сьюзен, Эрни и Джастином. В итоге с ним пошли только Невилл и Драко, но Гарри и не обижался. Хафлпафцы по очереди лезли обниматься, смеялись и пытались в четыре голоса рассказать о своих летних приключениях, из-за чего Гарри и половины не понял. Самое главное, что все они были загоревшие и отдохнувшие, а уж подробности поездки Эрни в Танзанию или историю о том, как Ханна пошла с мамой за грибами и потерялась, он узнает попозже, в поезде. Уже ночью в Норе, когда они рассмотрели все свои учебники, ещё немого посмеялись с Локхарта и обсудили их предстоящий год, Гарри услышал, как Невилл, лежащий в кровати напротив, сказал: - Уже второй курс… Иногда мне кажется, что мир вокруг крутиться с огромной скоростью. Я боюсь, что моя голова закружится и я упаду. Гарри тихо ответил: - Не в-волнуйся, Невилл. Я обязательно буду рядом и п-поймаю, если что. Из открытого окна было слышно песни сверчков. - Спасибо, Гарри. Ты мой лучший друг. - И ты мой тоже. С-спокойной ночи. - Спокойной.