Набранный Вами номер не существует

Всё тело стало льдом, сердце – камнем, а дыхание – инеем. Воспоминания возвращались обрывками, а позднее обрушивались на Альберта лавиной. Кто-то кричал, и Шоу не знал, исходил ли крик от него самого или разум проигрывал снова и снова те воспоминания, где он в детстве, в подвале. Мозг повторял вой ребёнка, зовущего маму, искажая и растягивая звук, пока Альберт не начинал кричать вместе с ним. Ад забирал всё: улыбку мамы и смех брата. Макс так похож на мать. Те же глаза, те же угольные волосы и та же доброта, которая сгубила их обоих. Воспоминания тускнели и пропадали. Нет, Альберт припрятал их сам и видоизменил. Прибывая в аду, Похититель вспоминал всех своих жертв. Их искалеченные тела и остекленевшие глаза, в которых застыл вопрос: «за что?». Он любил этих мальчишек, какой бы ни была эта извращённая любовь. Похититель любил Финни, как и остальных. Нет, он любил и ненавидел Блэйка сильнее прежних. Ведь Финни не довёл их заветную игру до конца. Альберт по ночам наблюдал за мальчишкой, который убил его. Озлобленный маньяк с ненавистью и вожделением глядел на «проказника». Не терпелось причинить боль, услышать крики и попробовать на вкус слёзы. Но продуманные планы требуют терпения, и призрак копил силы, питаясь одними лишь страхом и отчаянием. Руки, которые Финни не мог видеть, иногда стягивали по ночам ему одеяло пониже, дабы наблюдать было гораздо приятнее. Бедный маленький Финни. Мальчик сходил с ума, ему не с кем поговорить. Отец обращался с ним, словно с раненым диким зверем, а сын делал вид, что не видел страха на лице Теренса. Сын не мог рассказать о своей боли папе и хотел, чтобы Гвен жила нормальной жизнью, даже если брат сам не мог. Теперь темнота в углу комнаты служила наблюдателем, а страх стал для Финни наркотиком, доводившим до безумства, до исступления. Возможно, именно внутреннее одиночество и заставило Блэйка, наконец, отвечать маньяку-призраку.

***

Сентябрь. 1981 г. Колорадо. Северный Денвер. Нежданный звонок прорезал тишину осенней ночи. Находясь на кухне, Финн отступил назад, затем быстро шагнул вперёд. Сняв трубку, он не спешил говорить первым. — Прошу, только не падай в обморок. Финн представил холодные глаза, видневшиеся сквозь прорези маски, и сразу замотал головой, стараясь вытрясти их из сознания, упрятать подальше. — Хули тебе надо? — Тише-тише, — голос высокий, ритмичный, почти по-детски игривый. — Моему проказнику нужно с кем-то болтать по душам. — Но не с тобой же, — отрицал парень, сжав телефонную трубку так, что костяшки пальцев побелели. — Уже забыл косые взгляды детишек в школе, холодность папаши и жалость сестрёнки? — гадкий смешок Похитителя заставил тяжело дышать. — Ты один. У тебя нет друзей, кроме меня, Финни. — Не называй меня так! — шипел он, сжимая свободную руку. Выслушав тишину, разбавляемую статическим шумом, подросток сглотнул застывший ком в горле. — Мне стоило бы сказать твоей мамаше спасибо. Она подобрала сыночку красивое имя. Так и хочется его повторять. Финн снова почувствовал, как гнев поедал его с новой силой. — Не смей говорить о моей матери, пидорас! — Не смей так со мной разговаривать, Финни! — рычал призрак, выделяя имя так, что у Блэйка мурашки по коже бежали. Прямо как в подвале, когда настроение Похитителя менялось, словно по щелчку выключателя. — Раз не хочешь болтать, то сладких снов. Линия резко замолчала. Над ухом какое-то время потрескивала статика, а потом звук исчез.

***

Финна трясло после разговора с Похитителем. Он два часа раздражённо переворачивался то на один бок, то на другой бок и попеременно закрывал глаза. Усталость даже близко не описывала его текущее состояние, но сон он откладывал до последнего. Три кружки кофе не помогли, музыка в ушах перестала оставаться бодрым. Через пол часа он всё же провалился за пределы сна и проснулся от странного ощущения. Словно вокруг не его комната. Так и было. Высокий потолок, спёртый воздух и темнота такая мёртвая. Воняло ржавчиной, пылью и ссаньём, от чего у Блэйка завязался узел в желудке. Трудно заставить тело двигаться на незнакомом матрасе. Он быстро глянул наверх и ужаснулся. Обрезанный провод знакомого чёрного телефона свисал вниз. Кошмар вернулся, он снова в подвале. Шмыгнув носом, Финн подтянул ватные ноги и обхватил колени. Зябко и не ночная прохлада вызвала дрожь. Блэйк громко заплакал, позволяя страху овладеть им. — Привет, — прозвучал ломкий голосок. Финн заметил движение в углу. Прям в том же месте где за ним в ту злополучную ночь наблюдал Похититель. — Думал, ты вообще не проснёшься. Финниган вытер рукавом слезинки и присмотрелся. Мальчишка сидел на корточках у стены, молча подперев кулаком голову. Лица не видно. Подвал сейчас во власти полумрака и теней. Но Блэйк не удивлён ещё одной жертве. Он потёр глаза и произнёс: — К-как я тут оказался? — сосед, слегка дёрнувшись от его суетливого голоса, лишь пожал плечами. Финн сквозь потёмки заметил кардинальное отличие подвала. — Дверь другая! Кудряш поднялся с комковатого матраса и поспешил на выход. — Дру-другая? — но не успел собеседник оформить свой повисший в воздухе вопрос как следует, Блэйк принялся с остервенением ломать ногой деревянное покрытие. — Эй-эй! Уймись, лохматый! Паренёк, как ужаленный вскочил с места и тронул плечо Финна. — Помогай! — Идиот! — он с трудом оттащил Блэйка от двери и пару раз тряхнул. — Хочешь его взбесить? Хочешь, чтобы всыпали ремня? Разъярённый Финн толкнул юношу к стене и в миг сократил между ними расстояние. Испуганный мальчик слегка нерешительно попытался обойти Блэйка, но тот преградил все пути отступления руками. По правую и по левую стороны. Они стояли чуть ли не вплотную. Опустив голову, незнакомец гадал, чем же он провинился, чтоб вызвать у Финна такую реакцию. Выдохнув, Блэйк медленно убрал правую ладонь со стены и сделал шаг назад. Когда озадаченный подросток вышел на мало-мальский свет, Финн стал разглядывать пленника. Белая майка и джинсы, а волосы с начёсом аля помпадур, но пару прядей специально вычесали так, что они свисали со лба. Забавно, прям как у Элвиса Пресли в 50-ых, но юноше шло. — Он тебя бил? Невесёлый смешок мальчика прокатился по подвалу и эхом отдавался в ушах Блэйка. — Конечно, — он поморщился, как-то особенно болезненно. Стало неловко за свой минутный гнев и Финн отошёл в сторону, давая ему пространство. — Как давно ты тут? Он замечал, как подросток пятился, будто затравленное животное. Видел, как тот дрожал от холода, и как на довольно таки милую мордашку явилась неловкость. Блэйк смутился. Финн, чё за мысли? Прекращая. Хотя, этот «модник» реально красивый. — Он иногда запирает меня. Когда я не слушаюсь, — неловкие мысли Финна как водой смыло. — Говорит я… — Проказник? Блэйк не хотел перебивать. Это мерзкое слово само выскользнуло. — Да. Он ведь не только бил меня. Финн чувствовал, как внутри поднималась тошнота. — И-извини, за то, что… за то, что припечатал к стене. — Извини, что схватил. Он слегка улыбнулся и вновь огляделся, пытаясь собраться с мыслями. Подвал выглядел чище и меньше прежнего. Санузел отсутствовал и решётки на окне не было. Снова посмотрел на мальчишку, который выглядел так, будто из другого… времени что-ли. В голове поселилась довольно странная, но интересная мысль: Я, наверное, сплю. А это прошлое. — И прости, если задам странный вопрос, но… какой сейчас год? Было видно, такие резкие перемены в настроении Финна юноше не противны. Скорее всего, трудно понимаемы. — Он так сильно тебя ударил по голове? — Д-да. На помощь Финну явилась идея соврать. Во-первых, человек перед ним не его друг. Во-вторых, нужно узнать как можно больше. Ну и, в конце концов, говорить правду и быть честным – не одно и то же. — 1950-й, вообще-то. Сырой воздух льнул к коже, вызывая мурашки. Блэйк поёжился, обнимая себя за плечи. Да, это всё сон. Финн впервые видел прошлое, как и его сестра. Теперь это «проклятие» усилилось с возрастом. Неизвестно, что ещё дальше будет. Скорее всего, этот пацан мёртв. Блять, как же жаль. Финн тихо прошептал: — Самая первая жертва. — Чего бормочешь? — скрывая сонливость, мальчик из прошлого подавлял зевок кулаком. — Лучше скажи, что ты делаешь, когда не можешь заснуть? Буднично интересовался подросток, садясь обратно в серый угол. Словно они обсуждали всякие мелочи, сидя в чьей-то из их комнат. — Ну, обычно я просто слушаю музыку или гудение холодильника. Бывает, читаю. Чаще всего я просто много курю. Иногда ничего из этого не помогает. Минутная тишина не была неловкой. Она была лёгкой, почти мирной. Вдруг незнакомец удивлённо спросил: — Куришь? — Блэйк кивнул. — А сколько тебе? — Шестнадцать, — мальчик из 80-ых слегка наклонился и протянул ладонь. — Меня Финн звать. Подросток лишь улыбнулся в ответ и пожал руку новому «соседу». — Я Ал. Мне пятнадцать кстати. Всё в его жестах, взгляде и голосе, выдавало скромную радость общения. Неверия, что с ним наконец-то кто-то мог поговорить.