Другая апокалипсическая история

Адреналин пульсировал в венах, превращая кровь в жидкий огонь. Сердце готово было вырваться из груди, колотясь о рёбра с такой силой, что казалось, ещё немного — и оно просто разорвётся. «Беги! Беги! БЕГИ!!!» — кричало сознание, заглушая все остальные мысли. Ноги, словно чужие, двигались механически, будто последние остатки энергии высасывались из тела с каждым шагом. Мышцы горели огнём, а лёгкие разрывались от нехватки воздуха, будто кто-то невидимый сжимал их в тисках. Пот заливал глаза, мешая видеть, но остановиться означало смерть. «Быстрее! Ещё быстрее!» — эта мантра звучала в голове, подгоняя вперёд, прочь от опасности, от смерти, от жутких хрипов позади. Земля под ногами слилась в одно размытое пятно, мир сузился до узкой полоски перед глазами. И вдруг — голос. Хриплый, надрывающийся, почти умоляющий: ???— Стой! Остановись, прошу тебя! Ло ты на пределе! Остановись, умоляю! Ты угасаешь! Но тело не слушалось. Оно жило своей жизнью, продолжая бег, пока сознание боролось с инстинктом выживания. Кто-то взял меня за рукав в куртке и резко дёрнул, дёрнул настолько сильно что я практически остановился и повернулся. Увидев себя, точнее если это так можно сказать назвать. Ещё несколько мучительных секунд, прежде чем ноги наконец-то начали окончательно замедляться. Когда я понял что мои ноги полностью остановились я не понимал что происходит. Вокруг был он, был я, и пустота. Пару мгновений пару секунд и пустошь она растворяется? Или это всё конец мы добежали до конца вопрос мир он по ощущениям начал не только растворяться, как будто сквозь проблески растворившегося тумана, видно три точки его город или его очертания. Но всё-таки было что-то не так ну что мир он расплывается? ???– Успокойся посмотри на меня – сквозь туман я слышал слова кричащего человека который был напротив меня. Голова начала кружится ноги становились совсем ватными. А в лёгких не хватало воздуха. Тяжело дыша, мы рухнули на землю, глотая воздух жадными глотками, словно утопающий, вырвавшийся на поверхность. Смерть пронеслась мимо, оставив нас живыми, но на грани истощения. Но при этом - Я. Я не могу вздохнуть, воздуха, воздуха категорически не хватает. Быстрый вздохи и выдохи, ещё, ещё, не давая выбраться из пучины страха, и накрывая большой паникой. В голове проносилось только то что, что-то происходит. Как будто это что мой конец! Нет я не хочу, что ж делать? Быстрые вдохи и выдохи не прекращаются. А меня как будто всё тянет ниже к земле. Фигура в джерси которая хваталась ртом вохдуха, ему становилось все хуже. Вторая другая фигура приблизилась и наклоняясь к нему. Пыталась, делала движение, движение которое пытаются чем-то помочь. Она хватает меня за плечи и как будто встряхивает.Раз за разом ещё сильнее и ещё, и ещё и ещё. Меня выдернули из этой глухой пучины слова, нет крики, они докричались до моего разума: ???– да взгляни ты на меня!!! Странная дрожь пробежала по телу, словно невидимая рука толкнула что-то внутри, пробуждая сознание от панического тумана. Я замер, чувствуя, как каждый мускул напряжён до предела, готовый в любой момент сорваться с места. Медленно, почти ритуально, я сделал глубокий вдох. Воздух, холодный и чистый, хлынул в лёгкие, наполняя их живительной силой. Ещё один вдох — глубже, медленнее, позволяя панике отступить, раствориться в успокаивающем ритме дыхания. Мозг постепенно возвращался к реальности, словно выныривая из мутного водоёма страха. Постепенно зрение прояснилось. Сквозь туман перед глазами начал проступать силуэт. Сначала размытый, неясный, он обретал чёткость с каждым новым вдохом. И вот он предстал передо мной во всей своей странной красе: Чёрная рубашка, идеально выглаженная, контрастировала с белым костюмом-тройкой, строгими ботинками. Но были детали, которые словно связывали нас невидимой нитью: Клетчатый оранжевый шарф, такой же, как у меня и очки, поблескивающие в тусклом свете, почти идентичные моим Эта невероятная встреча, произошедшая в тот момент, когда мой разум только-только начал возвращаться к реальности, казалась чем-то нереальным — то ли сном, то ли галлюцинацией, порождённой перепуганным сознанием. Но нет — он стоял передо мной, живой и настоящий, в своём странном сочетании официального стиля и нашего общего аксессуара. Только вот его очки покоились не на носу, а на голове. Когда я осознал это, мне удалось наконец разглядеть выражение его лица. Оно было таким же, как у меня, за исключением цвета глаз, и сейчас на нём отражалась целая гамма эмоций. Что-то похожее на страх, ужас и беспокойство — а может быть, и что-то ещё — читалось в его чертах. Лицо его выглядело измождённым и уставшим, словно он прошёл через адские испытания. Эмоции, проступавшие сквозь эту усталость, были настолько сложными и противоречивыми, что я не мог их разгадать. Что они означали? Что скрывалось за этим взглядом? И всё же я знал его… Эта мысль пульсировала в моём сознании, словно пытаясь пробиться сквозь густую пелену недавнего шока и паники. Она царапалась изнутри, как загнанный в ловушку зверь, стремясь вырваться на свободу и раскрыть тайну, которая, казалось, была спрятана глубоко в закоулках моей памяти. Его лицо, такое знакомое и в то же время чужое, словно мозаика из воспоминаний, которые никак не хотели складываться в единую картину. Глаза, полные невысказанных вопросов, губы, слегка подрагивающие от напряжения… — Джон? — единственное слово, которое смог выдавить из себя парень в Джерси. Оно повисло в воздухе, тяжёлое и вязкое, как мёд. Это было всё, что он успел произнести, прежде чем его мир начал медленно растворяться в темноте. Тьма, словно голодная хищница, набросилась на его сознание, поглощая последние крупицы реальности. И вот уже ничего не осталось — только пустота, холодная и безмолвная, поглотившая его целиком. … Открыв глаза сначала было очень ярко, настолько ярко что невозможно было разглядеть где он и что находится вокруг него. Прошло какое-то время пока его глаза не привыкли к тому где он находится что происходит. Услышав шевеление в комнате быстро оказался он его двойник: — Очнулась спящая красавица! Давай помогу встать. Пить хочешь? Не успел я и слова произнести, как в его руках уже материализовался стакан с водой. Жажда была настолько сильной, что я схватил стакан с такой поспешностью, будто от этого зависела моя жизнь. Вода — прохладная, живительная — хлынула в пересохшее горло, даря долгожданное облегчение. Несколько жадных глотков — и стакан опустел. Я даже не заметил, как осушил его до дна. Мой двойник, словно предугадав мою потребность, уже направлялся за новой порцией воды, двигаясь с поразительной лёгкостью и грацией. Пока он отсутствовал, я попытался осмотреться, оценить место, где оказался Первое, что бросалось в глаза при входе в комнату — её странное, почти неестественное состояние. Казалось, будто время здесь остановилось в какой-то определённый момент, оставив после себя лишь следы былого присутствия людей. Повсюду царил беспорядок: вещи были разбросаны как будто в спешке, создавая причудливый хаос на полу. Толстый слой пыли покрывал все поверхности, создавая впечатление, что комната не видела хозяев уже долгие месяцы, если не годы. Окна, некогда пропускавшие свет, теперь выглядели удручающе — их стёкла были испещрены мелкими трещинами, словно кто-то пытался пробиться внутрь или выбраться наружу. Сквозь эти трещины пробивались тусклые лучи света, создавая причудливые узоры на пыльных поверхностях. Стены представляли собой печальное зрелище: местами краска облезла и осыпалась, обнажая голый бетон, а там, где сохранились обои, они отходили от стен, особенно у потолка, образуя волнистые складки. Пол был покрыт толстым слоем грязи, смешанной с пылью, что создавало неприятное ощущение при каждом шаге. Казалось, что каждый след, оставленный здесь, навсегда останется в этой застывшей во времени комнате. Но самым странным во всей этой картине была мебель. Она выглядела совершенно новой, словно только что привезённой из магазина, но при этом была покрыта толстым слоем пыли. Создавалось впечатление, что её купили, расставили по комнате и тут же покинули помещение, оставив всё как есть. Эта новая, но заброшенная мебель казалась неуместной в этом царстве запустения, словно последний привет от прежней, нормальной жизни, которая теперь казалась такой далёкой и нереальной в мире зомби-апокалипсиса Пока я рассматривал комнату который находился снова пришёл мой двойник: – На держи ещё спящая красавица. - Ты был в отключке несколько дней, а если быть точнее три дня 15 часов и 33 секунды. Если ещё немного дольше, мы с тобой были бы в движении, хоть бы ещё немного дольше мы бы бежали, ты мы оба угасли, причём угасли бы совсем. Да твоя искра намного сильнее чем у меня и это факт, но факт, что и я бы погас, бы вместе с тобой Ло. Но нас по большему факту спасло то, что мы были с тобой объединены. Хотя и при этом наше тело и разум больше контролировал ты, и поэтому тебе досталось намного больше, чем мне. Так что поэтому можно сказать мы живы. – Джон, подожди, подожди. Угас? Погибли? Стоп, а где это мы? Точнее куда мы с тобой попали что это за место? И почему оно выглядит как кха..кха… — Wow, wow, принцесса, успокойся, не напрягайся так! — в его голосе проскользнула лёгкая нотка сарказма. — Спокойнее, или ты всё-таки хочешь на тот свет? Он сделал паузу, внимательно наблюдая за моей реакцией. Его глаза, такие похожие на мои, но с другим оттенком, словно проникали в самую душу. — Я тебе всё расскажу, но давай ты сейчас более-менее придёшь в себя, успокоишься. И я отвечу тебе на все твои вопросы, договорились? Его слова повисли в воздухе, словно невидимые нити, связывающие нас. Я чувствовал, как внутри нарастает напряжение, как вопросы рвутся наружу, но понимал — он прав. Нужно было собраться с мыслями. Кивок — единственное, что я смог выдавить из себя в ответ. — Ну вот и договорились! Отдыхай, я сейчас подойду. Его шаги затихли где-то вдалеке, а я остался наедине со своими мыслями. Пятнадцать, может, двадцать минут — время тянулось медленно, словно резина. Каждый вздох, каждый шорох казался оглушительным в этой гнетущей тишине. И вот он вернулся. Плавно опустился на диван рядом со мной, его костюм-тройка, он был потрепан? Он глубоко вздохнул, словно собираясь с мыслями, и наконец начал говорить. Его голос звучал спокойно, почти буднично, но я чувствовал — за этими словами скрывается нечто большее. Нечто, что может изменить всё. — Итак, — произнёс он, глядя мне прямо в глаза, — начнём с самого начала… — Ну что ж… После того как мы с тобой покинули Архей и бежали через пустошь, мы хотели вернуться в кафетерий — в тот момент времени, с которого мы отправились в это ужасное приключение. Но в один момент… ты, Лолошка, побежал не в ту сторону. И ты бежал с такой скоростью, что я даже не представляю, как далеко мы с тобой оказались… — его голос дрожал от напряжения, каждое слово звучало как удар молота. В комнате повисла тяжёлая тишина. Казалось, воздух наэлектризовался от невысказанных страхов и тайн. — Ну, как ты знаешь, я остановил тебя, потому что мы были на грани. Точнее, ты был ближе к краю. Как видишь, я выгляжу намного лучше тебя, — он попытался усмехнуться, но его внешний вид противоречил этим словам. Синяки под глазами, расстёгнутые пуговицы на рубашке, закатанные рукава, растрёпанные волосы — всё это говорило о том, что его «лучшее состояние» было весьма относительным. — За время пребывания здесь я понял только одно: мы здесь практически одни из живых существ, которые здесь есть. — В смысле «мы одни»? И почему «практически»? — парень с синим шарфом нахмурился, в его голосе звучало искреннее недоумение. — А вот так, Ло… Мы здесь одни. А вот «практически»… — его собеседник резко замолчал. Что-то или кто-то явно тревожил его, заставляя нервничать. — После твоей отключки я вместе с тобой отправился искать помощь — не бросать же такое красивое личико просто лежать на асфальте. Я обошёл всё вокруг… и не увидел никого, кроме парочки зомби. Последние слова повисли в воздухе, словно предвестники чего-то зловещего. Напряжение достигло своего пика, и каждый понимал — самое страшное ещё впереди. Тишина повисла в воздухе, тяжёлая и давящая, словно свинцовое одеяло. Лолошка всё ещё пытался осмыслить происходящее, переваривая информацию о том, куда они попали после Архея. Но видя, как его напарник нервно ёрзает на месте, он понимал — нужно продолжать разговор. — Лолошка, я сам не знаю, что здесь происходит, откуда взялись эти зомби… Могу лишь строить предположения. В тот момент я просто пытался спасти нас обоих. Мы оказались в каком-то безумном месте, где весь город кишит нежитью. Зомби… ты же понимаешь… — он с трудом подбирал слова, — я с огромным трудом нашёл для нас хоть какое-то подобие укрытия. Что мне оставалось делать? Прыгать от радости, обнаружив, что какие-то существа из прошлого каким-то образом оказались в будущем, да ещё и с новыми особенностями? На них, в отличие от тех, что мы видели раньше, нет ни камней скита, ни антискита — это единственное, что я успел заметить. Минутная пауза повисла в воздухе, наполненная невысказанными вопросами и страхом. — Пока ты был без сознания, на тебя сильно повлияло истощение. Это может привести к самым разным последствиям. — Слушай, я действительно очень устал. Раз ты уже пришёл в себя и можешь о себе позаботиться, я хочу прилечь на диван. Сидеть на стуле не очень-то удобно, а диван большой. Или ты хочешь, чтобы я спал на полу? — Нет, конечно нет. Я могу осмотреться здесь? — Делай что хочешь, но за пределы этой квартиры ни ногой. Ты меня понял? — Да-да, понял я, понял. Тоже мне, мамочка нашлась! В его голосе прозвучала лёгкая ирония, но оба понимали — сейчас не время для шуток. Ситуация была слишком серьёзной, чтобы относиться к ней легкомысленно. Джон без сил рухнул на диван, мгновенно погрузившись в глубокий сон. Ло, всё ещё пребывающий в состоянии шока от происходящего, застыл в изумлении, наблюдая за тем, как его двойник мирно посапывает. Тёмные круги под глазами Джона красноречиво свидетельствовали о его изнурении — вряд ли он спал больше пары часов за последние сутки. «Видимо, его состояние куда хуже, чем он пытается показать», — промелькнула мысль в голове Ло. Собравшись с духом, Ло начал исследовать помещение. Комната, в которой они оказались, представляла собой своеобразное пространство — гостиная, плавно переходящая в спальню. Здесь располагался внушительный диван, старинный стеллаж, заставленный книгами, и небольшой столик, за которым, вероятно, Джон проводил свои исследования. Пройдя через коридор, Ло обнаружил несколько помещений. Первая дверь вела в санузел, вторая — на кухню, где царил творческий беспорядок: разбросанные листы бумаги, исписанные заметки, книги. Очевидно, именно здесь Джон проводил большую часть времени, собирая информацию о происходящем. По другую сторону коридора находилась кладовая, наполненная походным снаряжением и запасами одежды. Особого внимания заслуживал кабинет — помещение, явно принадлежащее человеку науки. Компьютер, множество колб, различные приборы — всё указывало на серьёзную исследовательскую деятельность. «Джон здесь явно в своей тарелке», — с ноткой сарказма подумал Ло. Из кабинета вела дверь на балкон, но её осмотр Ло решил отложить на потом. Осознав, что голод начинает давать о себе знать, Ло направился на кухню в поисках еды. Проходя мимо входной двери, он на мгновение остановился, вспомнив предупреждение Джона: «Не выходи без меня». Прикоснувшись к двери, он отметил её внушительный вес — она казалась чугунной, что выглядело довольно странно в современном интерьере. На кухне его ждал внушительный запас продовольствия. В ящиках обнаружились различные крупы — гречка, овёс, овсянка, горох, несколько видов макарон. В отдельном отсеке хранились энергетические батончики с изюмом и орехами. Среди консервов попадались как экзотические (тунец), так и повседневные (томатный суп). Также нашлась походная газовая плита и различные кухонные принадлежности. Холодильник оказался абсолютно пустым, словно его давно не использовали. Однако, исследуя пространство возле дверного проёма, Ло обнаружил потайной ящик. Любопытство взяло верх, и он открыл его. Внутри хранился внушительный запас алкоголя — от лёгких напитков до крепких, несколько блоков сигарет, коробки спичек и свечей. Пальцы Ло дрожали, когда он касался блока сигарет. Что-то в этих тонких пачках, в их упаковке, в их запахе пробуждало в нём смутные, едва уловимые воспоминания. Будто призрак прошлого пытался пробиться сквозь пелену забвения, но каждый раз ускользал, оставляя лишь чувство тревоги и дежавю. Он замер, прислушиваясь к дыханию спящего Джона. Тишина казалась оглушительной, каждая секунда тянулась бесконечно долго. Спички, упавшие на пол, словно отсчитывали секунды его провала. Сердце колотилось где-то в горле, готовое выскочить от страха быть пойманным. Медленно, почти ритуально, Ло вернул всё на свои места. И Пачка сигарет, который он всё-таки сунул в карман, казался тяжёлым, словно камень. Что-то в этой находке было неправильным, тревожным, будто эти сигареты хранили какую-то тайну, связанную с его забытым прошлым. Отбросив эти мысли, он заставил себя сосредоточиться на насущном — нужно было найти что-то съедобное. Но теперь каждый шорох казался громче, каждое движение — более заметным. Он словно находился на грани между реальностью и каким-то странным, запутанным сном. Открывая ящики, Ло старался действовать как можно тише. Его взгляд скользил по запасам еды, но мысли всё время возвращались к сигаретам. Почему они вызвали такую сильную реакцию? Кто был этот давний друг, напомнивший о себе через такую простую вещь? Он достал пачку овсянки, а так же пачку изюма. Руки всё ещё немного дрожали, но не от страха — от какого-то странного, необъяснимого волнения. Словно эти сигареты были ключом к какой-то важной тайне, спрятанной глубоко в его памяти. Разложив всё необходимое на столе, Ло начал готовить. Но даже сейчас, занимаясь привычным делом, он не мог избавиться от ощущения, что наткнулся на что-то важное, что-то, что может изменить всё его понимание происходящего. И это «что-то» было спрятано в кармане его куртки, в виде пачки тонких сигарет. Собрав всю волю в кулак и отбросив страхи, Ло решил приготовить овсянку на воде с сахаром и изюмом. Казалось бы, что может быть проще? Но судьба распорядилась иначе — кухонная плита оказалась сломанной, конфорки не работали, а сама плита отказывалась включаться. Поначалу он подумал, что дело в отсутствии электричества, но свет в квартире горел. Значит, проблема была именно в плите. После недолгих размышлений Ло вспомнил о походном газовом приборе, который видел ранее. Он отправился на поиски, попутно отыскав пару газовых баллонов. Приготовление пищи заняло совсем немного времени — навыки выживания и готовки, полученные в различных группах, не прошли даром. Ло был уверен в своих силах и не сомневался, что справится с задачей. Пока каша томилась, он продолжил исследовать кухню и обнаружил весьма удачные находки: упаковку зелёного чая и несколько банок быстрорастворимого кофе. Недолго думая, он достал сотейник, налил воду и поставил её греться — чайника в доме не оказалось, что вызвало у него новые вопросы и подозрения. Через пятнадцать минут всё было готово: горячая каша, ароматный чай и даже кипяток для его спящего двойника. Ло собрал всё необходимое и решил наконец исследовать тот самый балкон, который он оставил напоследок. Тихонько заглянув в комнату, где спал Джон, он убедился, что тот всё ещё погружён в глубокий сон, и направился к балкону. Помещение оказалось просторным и довольно уютным, с потрясающим видом на окрестности. Вернувшись в дом, Ло взял покрывало, которое нашёл в кабинете. Ткань была холодной и слегка влажной, словно хранила в себе тайны этого мрачного места. Он укутался в него, чувствуя, как по спине пробежал неприятный холодок. Балкон встретил его промозглым воздухом и тяжёлым, давящим молчанием. Город внизу казался заброшенным, мёртвым — лишь редкие тени скользили по улицам, напоминая о том, что здесь всё ещё есть жизнь, но какая-то неправильная, искажённая. Ло осторожно примостился у края балкона, стараясь не шуметь. Вид, открывшийся перед ним, вызывал тревогу. Полуразрушенные здания, выбитые окна, заколоченные двери — всё это создавало ощущение, будто он оказался в декорациях постапокалиптического фильма. В воздухе витало что-то зловещее, какая-то невидимая угроза, заставляющая его инстинктивно сжиматься. Каждый шорох внизу казался подозрительным, каждый отблеск света — предвестником чего-то недоброго. Он начал осторожно изучать окрестности, но чем дольше смотрел, тем больше понимал — что-то здесь не так. Слишком тихо. Слишком пусто. Слишком много деталей, которые не складывались в единую картину. Каша в миске казалась безвкусной, чай остывал, а Ло всё сидел, вглядываясь в пустоту улиц, пытаясь разгадать тайну этого места. И чем дольше он смотрел, тем сильнее становилось ощущение, что за ним кто-то наблюдает — невидимые глаза следили за каждым его движением, ожидая момента, когда он ослабит бдительность. Город хранил свои секреты, и Ло чувствовал, что они могут оказаться куда страшнее, чем он мог себе представить…