шрамы, которые никто не видит.

Тишина в квартире альбиноса была громче любого шума. Она давила на барабанные перепонки, пульсировала в такт учащенному сердцебиению Чюпепа. Он все еще стоял в прихожей, вцепившись в телефон так, что костяшки пальцев побелели. Что за прошлое? Что мог скрывать за собой спокойный, немного отстраненный О́н? Мысли метались, натыкаясь на стены страха и паранойи. Голос в голове шептал на ухо: «за тобой следят. О́н–часть чего-то ужасного, скоро ты все узнаешь.» Другая часть мозга пыталась сопротивляться: «это случайность. О́н–хороший человек, ему можно доверять.» Но тревога уже пустила корни слишком глубоко. Дрожащими пальцами Чюпеп набрал сообщение. Не О́ну. Еще рано. Чюп: «что тебе от меня нужно?» Неизвестный: «поговори с ним. Спроси, почему он перевелся в новую школу пять лет назад. Самое главное, спроси про его старое окружение.» Слово «окружение» было обведено в кавычки. В памяти Чюпепа всплыла его прошлая «компания». Предательство, насмешки.. Сердце сжалось. А что, если О́н такой же? Может, его странная доброта–маска? Но зачем О́н тратит свое время на странного новенького? Чюпеп чувствовал, как сходит с ума. Его руки потянулись к тумбочке, на которой лежала шкатулка. Старое, ужасно знакомое желание изрезать себя, чтобы заглушить внутреннюю боль, поступило к горлу. Последний раз. Всего лишь пару небольших надрезов. Его пальцы коснулись холодного пластика браслета. И тут Чюпеп вспомнил взгляд О́на в раздевалке. Взгляд не осуждающий, а.. понимающий, уставший. Альбинос с силой снял три браслета с руки, и отшвырнул их. «да похуй мне на этого О́на, все новые проблемы из-за него.» О́н ни в чем не виноват. Виноваты старые травмы Чюпепа, виновато прошлое. Чюпеп начал искать в шкатулке лезвие, перебирая украшения тонкими пальцами. Лезвие быстро нашлось, к счастью или сожалению.. На нем еще остались следы засохшей крови. Чюпеп стоял перед зеркалом в ванной. Может, не стоит?.. Может быть, просто поспать, например.. Руки сами бросили лезвие в раковину. Ладно, все таки не стоит. ... Тем временем О́н, отпив последний глоток холодного кофе, все же оторвался от монитора. Сообщение от «девушки Чюпепа» не давало ему покоя. Это была не ревность, наверное. Это было чувство тревоги за альбиноса. Если сейчас Чюпепу написывают тоже самое, то Чюпеп, с его хрупкой психикой, точно не выдержит такого давления. О́н напечатал сообщение для Чюпепа: «у тебя есть девушка?» Сообщение было прочитано быстро, даже очень быстро. Ответ тоже поступил почти сразу. Чюп: «че» И тут О́н сразу все понял. Его просто разыгрывают, все нормально. «тебе тоже сейчас написывают?» Чюп: «да. И что же у тебя с прошлым?» О́н почесал затылок. Да ничего, вроде. Если честно, до перевода в новую школу О́н вообще не воспринимал свою жизнь. У него не было личности, друзья вроде были, а вроде и нет. «Я очень плохо помню свое прошлое. Что тебе пишут?» Чюп: «это уже не так важно.» Чюпепа наполнило чувство спокойствия. Из-за чьей-то глупой шутки он мог сорваться, и возможно, даже не смог бы остановить себя. О́н, как и думал Чюпеп, нормальный. Возможно, альбинос даже считает его другом. Чюпеп с облегчением выдохнул. Тяжелый камень, давивший на грудь, будто растворился. Он поднял лезвие с дна раковина, завернул в салфетку, и.. выбросил в мусорное ведро. Действие было ритуальным, будто он похоронил часть своего старого «я». Чюп: «ладно, проехали.» О́н: «кто-то явно хочет нас рассорить!» Чюп: «у него, кстати, почти получилось.» ... Чюпеп чувствовал покой, свободу. Хотя, все таки, когда мать вернется с работы, покой снова рухнет. Как жаль. ... Рука потянулась к мусорному ведру, вытаскивая ту самую салфетку. Это не лучшее место, куда можно выкинуть лезвие, поэтому, пусть полежит в шкатулке, мало ли.. Самое главное, что инцидент с таинственным незнакомцем скорее всего кончился. Доверие к О́ну немного выросло. Это уже начало чего-то хорошего в его жизни. Чюпеп осознал, что никогда не чувствовал себя так хорошо. Даже со старыми «друзьями». ... Следующий день. Суббота. На телефон пришло сообщение: О́н: «я под твоим окном, выходи» Чюп: «зач» О́н: «прогуляемся, познакомимся ближе.» Чюпеп надел на себя то, что попалось на глаза, и начал выходить из квартиры. Перед подъездом стоял О́н. — И куда мы пойдем? — Иди за мной. — О́н схватил Чюпепа за руку, словно маленького ребенка, и потащил за собой. Привел их О́н к заброшенной школе. Чюпеп сначало затрусил, а потом начал подниматься вместе с О́ном, будто у него был выбор. Дойдя до самого последнего, пятого этажа, О́н отпустил руку Чюпепа. — Смотри.. кстати, отсюда видна́ почти половина города. Красиво, не так ли? — Да.. красиво, даже очень.. и давно ты по таким местам ходишь? — Давно. — Чюпеп получил подзатыльник. В этом ударе не было ни агрессии, ни боли. Скорей некая нежность?.. Этот подзатыльник Чюпеп запомнит еще надолго. О́н присел, Чюпеп вместе с ним. ... После долгого молчания, О́н заговорил: — Я пришел сюда, чтобы узнать о тебе. Расскажи мне что-либо про себя, мне интересна твоя жизнь. — Нуу.. например? — Во первых, кто тебя довел до такого состояния? — его взгляд упал на руки Чюпепа, стараясь дать намек. Намек стал понятен. — Друзья, мать, да и в целом все далекое прошлое.. — Что с матерью? — Как тебе сказать.. короче, пятнадцать лет назад ее изнасиловали, она могла сделать аборт, но родители отговорили ее. Могла не послушать их, и не портить жизнь ни себе, ни ребенку. О́на охватило чувство шока. Неужели перед ним сейчас сидит результат чьего-то преступления? В это сложно поверить, но, да. О́н всегда удивлялся таким людям, как Чюпеп, хотя, ему такие попадались только в книгах. Те, кто в детстве вообще не получал внимание от родителей, обычно самые преданные. Конечно, всего для одного человека. Которого еще надо найти. — Блять. Мне очень жаль,Чюпеп. Ты не достоин ненависти от кого-либо. Ты, на самом деле, очень интересный, как человек. — Правда? Глаза альбиноса будто засверкали в тот момент. Чюпеп забыл о прошлых обидах, забыл о прошлых проблемах, в целом забыл о прошлом. Его мысли сейчас были заполнены только словами О́на. Только О́н видит в нем человека. — Знаешь, с тобой я чувствую себя чуть лучше. Я могу считать тебя хорошим другом. После этих слов Чюпеп аккуратно приобнял его. Этих чувств он не испытывал очень давно, очень очень давно. Все моменты с прошлого на время забыты. Сейчас Чюпеп думает только о О́не, и О́н думает только о Чюпепе. ... Начало темнеть. О́н проводил Чюпепа до дома, и пошел домой сам. Когда Чюпеп уже попал домой, он устало бросил верхнюю одежду на диван, и завалился в кровать. Ему понравилась эта посиделка на заброшке, надо ходить туда чаще, с О́ном, конечно же.