В поисках призрака

Тишина в коридоре третьего этажа была гнетущей, нарушаемой лишь скрипом половиц под тяжелыми ботинками Варки. Он остановился у двери с номером «34». Замок, простой ригельный, поддался отмычке с парой уверенных движений. Варка толкнул дверь, готовый к хаосу, который оставляет после себя бегство или обыск. Но хаос был старым, застывшим. Пыль висела в воздухе, пахло травами и затхлостью. Комната была не просто пуста — она была брошена. И кто-то здесь уже был. Аккуратно, но настойчиво. Ящики комода выдвинуты не до конца, книги на полке сдвинуты, будто кто-то проверял, нет ли чего за ними. Кто-то искал. Так же, как и он. «Значит, я не первый. И Лауму ищут не только Демьян с Рери, либо эти бугаи здесь успели побывать», — промелькнула тревожная мысль. Осматривать теперь это место было бессмысленно — все улики уже уничтожены или изъяты. План «А» рухнул, не успев начаться. Оставался план «Б» — Роман Багдеев, бывший конюх, вышвырнутый из поместья Демьяна. У того, наверняка, точился зуб на старика, и он мог знать какие-то грязные секреты, не указанные в официальном досье. Варка развернулся и тяжелыми шагами направился к лестнице. Нужно было спуститься в холл и, пока не рассвело, найти адрес Багдеева. Но, спустившись на первый этаж, он наткнулся не на сонную тишину, а на хаос. У стойки вахты столпилось человек десять — жильцы в ночных одеждах, с перекошенными от паники и брезгливости лицами. В центре этого водоворота, поставив на стойку табурет, сидела заплаканная девочка лет семи со светлыми волосами. Над ней склонилась Инеффа. Варка как-то виделся с ней в магазине, где они разговорились о консервантах в молоке; это была молодая мама, живущая этажом выше. Её лицо, обычно невозмутимое, было искажено холодной яростью. В одной руке она держала гребень с мелкими зубьями, в другой — кусок ваты. Она методично, с почти хирургической жестокостью, вычесывала её волосы, разглядывая каждую прядь. На белой вате были видны крошечные темные точки. — Вши... — прошептал кто-то из толпы с таким ужасом, будто объявили о чуме. Ягода металась рядом, её обычная беззаботность испарилась без следа. Она пыталась то успокоить толпу, то помочь Инеффе, судорожно протирая спиртом все поверхности стойки. И тут Варка заметил его. В тени, у входа в коридор персонала, стоял Кирилл. Он был бледнее обычного, его глаза были широко раскрыты, а пальцы судорожно впились в собственные предплечья, оставляя красные полосы. Он смотрел на эту сцену с таким первобытным страхом, будто видел не вшей, а саму смерть. Видимо, заранее опасаясь новых сплетен, позора и брезгливых взглядов, которые стали бы последней каплей. План «Б» с Багдеевым мгновенно испарился. Все нити сходились здесь, в этом проклятом холле, наполненном запахом страха и дешевого дезинфектанта. Охота на «Призрака» и поиск Лаумы хоть и невольно, но отошли на второй план перед лицом новой, приземленной угрозы. Варка замер в дверном проёме. —Всем тихо! — резко скомандовала Ягода, не выдерживая шума и хлопая ладонью по стойке. Паника притихла,перейдя в подавленный гул. —Сейчас истерикой делу не поможешь. Всем, кто сегодня близко контактировал с Айно, — подойти ко мне на проверку. Особенно дети и те, у кого длинные волосы. Взгляд Варки скользнул по перепуганным лицам и остановился на Флинсе. Тот все так же стоял в тени, словно надеясь, что его проигнорируют. Мужчина, преодолевая внутреннее сопротивление, тяжело шагнул к нему. —Флинс. — Голос Варки прозвучал не как приказ, а скорее как тихий выдох. — Давай помогу. Проверимся. Оба. Кирилл медленно перевел на него недоверчивый взгляд. —Что, герой, — в его сиплом голосе проскользнула острая колкость, — момента не упустишь, чтобы снова за волосы подергать? Варка смущенно потер ладонью шею, натянуто улыбаясь. Шутка была всё же уместной, учитывая обстоятельства первого знакомства. —Нет. Просто у меня они короткие, — он провел рукой по своей блондинистой щетине. — Быстро справишься. Ягода с Инеффой и так заняты со всеми. И мы оба сегодня тут крутились. А тебе явно не хочется привлекать внимание жильцов. Флинс смотрел на него с немым недоверием, но после паузы кивнул. Они отступили в самый угол холла, подальше от всеобщей истерики. Варка грузно опустился на потертый кожзам дивана, жестом предложив место рядом. Кирилл нерешительно присел на край, сохраняя дистанцию, его поза была скованной. —Давай по-быстрому, — буркнул Варка. — Повернись. Кирилл медленно развернулся к нему спиной. Его длинные, темные с осветлёнными кончиками волосы, обычно скрывавшие лицо, теперь лежали беззащитной массой на его худых плечах. Варка замер на секунду, его собственные крупные, покрытые шрамами пальцы выглядели грубыми и неуместными на фоне худой спины и затылка парня. Он принялся за работу без церемоний, но с неожиданной методичностью. Он не дёргал и не рыскал взглядом. Он разбирал прядь за прядью, зажимая их между большим и указательным пальцами и внимательно изучая кожу у корней. Дыхание Варки было ровным, сосредоточенным. Он пах ветром, холодом и дешевым мылом. От Кирилла тянуло сладковатым запахом пота, болезни и чем-то химическим, даже горьким. Варка молчал. Минута тянулась мучительно долго. Кирилл сидел, не двигаясь, его спина была напряжена до дрожи. Он видел, как другие жильцы уже начинали вскрикивать, обнаруживая у себя непрошенных гостей, и с каждым таким возгласом его плечи вздрагивали всё сильнее. И вот пальцы Варки замерли. Он наклонился чуть ближе, его брови сдвинулись. Он аккуратно разделил одну прядь и провел ногтем по крошечному, едва заметному белому зёрнышку, прочно прилипшему к волосу у самой кожи. Затем еще одно. И еще. Он медленно отпустил волосы. —Флинс, — сказал он тихо, и его голос потерял всю свою привычную твердость, став почти что мягким. Кирилл резко обернулся. Его испуганные глаза впились в лицо Варки, выискивая в нем подтверждение тому, чего он так боялся. —Что? — выдохнул он, и это было не слово, а стон. Варка смотрел на него прямо. —Плохие новости, — тихо, но очень четко произнес он. Он видел, как по лицу парня поползла маска леденящего ужаса, как его глаза наполнялись паникой и отчаянием. Прежде чем та могла вырваться наружу — криком, истерикой, — Варка положил свою тяжелую, теплую ладонь ему на костлявое плечо. Жест был неуклюжим, но твердым. Не утешающим, а скорее якорем, не дающим смыть течением. —Эй. Тихо. Не заводись, — сказал он, и в его низком голосе не было ни капли насмешки или брезгливости. Была лишь простая, суровая констатация. — Не переживай. С этим справимся. Это просто... новая задача. Всё решаемо и... поправимо. Он не говорил «ерунда». Он признал проблему, назвал ее плохой новостью, но сразу же обозначил ее как решаемую. Для человека, привыкшего к хаосу и боли, такая прямолинейность сработала лучше любой сладкой лжи. Паника в глазах Кирилла не ушла, но отступила, уступив место шоку и смутному, недоумевающему доверию к этой внезапной, грубой опоре. Ягода, закончив с очередным жильцом и с отчаянием глядя на пустующую полку с медикаментами за стойкой, обвела взглядом холл. Ее взгляд упал на Варку и Кирилла, сидевших на диване в странном, замершем перемирии. —Варка! — звонко позвала она, в голосе ее слышалась усталость. — Будь другом, аптека на Угольном переулке, ночная. Сбегай, купи шампуня от этой... заразы. Флакона три, нет, четыре. Кир, проведи его, а? Варка молча поднялся, привычно кивнув. Задача была простой и понятной — добыть необходимые ресурсы. Кирилл тоже медленно встал и угрюмо ответил Ягоде: —Проведу уж. Они вышли в промозглую тьму ночного Нод-Края. Воздух был густым от влаги и смога, редкие фонари отбрасывали на грязный снег жёлтые пятна света. Шли молча, ускоряя шаг против колючего ветра. —Рери... — начал Варка, не глядя на спутника. — Он и правда настолько влиятельный? Кирилл улыбнулся, но в его улыбке не было ни капли веселья. —Влияние? У него есть деньги и нужные связи. Но по сути он всего лишь преуспевающий негодяй. —Ты его боишься? Кирилл молча шёл дальше, его шаги отдавались эхом в пустынном переулке. Тень от ближайшего фонаря скользнула по его осунувшемуся лицу, когда он наконец ответил: —Да. Ветер донёс из соседнего двора отдалённый лай собаки. Кирилл повернулся к Варке, и в его глазах читалась неподдельная усталость. —Тебе тоже стоит. Не ввязывайся в его дела и не копай под него, если, конечно, хочешь остаться живым и целым. Они молча продолжили путь. Варка бросал взгляды на парня: его худое, осунувшееся лицо, тёмные круги под глазами, тёмные вздутые вены на шее. В свете фонарей, на мгновение, мужчине даже показалось, что рядом с ним идёт не живой человек, а просто мёртвое тело, дух которого не захотел покидать его. —Почему не попробуешь завязать? — спросил он прямо. — Я бы не сказал, что ты глупый парень, сам знаешь, что такая жизнь разрушительна, да и твои близкие беспокоятся, наверное. Он помолчал, глядя на припудренный инеем асфальт. —У меня были проблемы с алкоголем... — нехотя признался мужчина, словно откусывая каждое слово. — И поверь, мне тоже было непросто. Не то чтобы я просто проснулся однажды и решил бросить. Но это... это всё в прошлом. Кирилл медленно повернулся к нему. В уличном свете его лицо казалось вырезанным из бледного воска. —Вот как? Просто взял да перестал, сделал, значит, решение и прекратил? Он горько усмехнулся,медленно покачивая головой. —Это не алкоголь, Варка. Ты мог перестать — и твой организм в целом функционировал дальше. Здесь же... — он сделал паузу, подбирая слова. — Здесь вещества встраиваются в саму химию мозга. Без них тело просто... отказывается работать. Это не психологическая тяга, которую можно перебороть. Это физиология. Ломка — это не просто плохое самочувствие. Это ощущение, будто тебя живьём разрывают на части изнутри. Он посмотрел на Варку, видя, что тот до конца не понимает. —Представь, что тебя лишили не выпивки, а воздуха. Вот примерно так это и чувствуется. И знаешь самое ужасное? — его голос дрогнул. — В какой-то момент ты готов на всё, лишь бы эта боль прекратилась. Даже на предательство. Даже на унижение. Ради одной дозы. Мужчина молча слушал. —Понял, — наконец тихо сказал Варка. Больше он не задавал вопросов. Они дошли до аптеки, призрачно светящейся в ночи. Варка придержал дверь, пропуская Кирилла вперед. Тот прошел, не поднимая глаз. В помещении было тепло и светло, за кассой стоял молодой человек в зелёном свитере, тепло поздоровавшийся с посетителями. —Четыре флакона противопедикулезного шампуня, — ровным голосом сказал Варка фармацевту. Пока тот собирал заказ, Варка наблюдал, как Кирилл стоит у витрины, его пальцы бесцельно скользят по стеклу, он упорно делал вид, что его тут нет. —Готово, — фармацевт протянула пакет. Они вышли обратно в ночь, что стала казаться еще холоднее после яркого света аптеки. Обратная дорога прошла в гнетущем молчании. Воздух стал еще холоднее, пробирая до костей. Варка нес пакет с шампунями, чувствуя, как флаконы мерно покачиваются в такт их шагам. Тишина между ними была плотной, но уже не неловкой — скорее, уставшей. Когда они вернулись в общагу, ситуация в холле несколько изменилась. Паника сменилась на принятие ситуации. Ягода не зря считалась здесь главной после Нефер, свою работу она делала хорошо. Люди расходились по углам, некоторые уже с флаконами в руках направлялись к себе. Инеффа все так же сидела с дочерью, но теперь просто гладила ее по волосам, а девочка, Айно, все еще всхлипывала, уткнувшись лицом в мамину грудь. Ягода, увидев их, тут же подошла. —Спасибо, ребяяяят, вы прям выручили! Варка задержал один флакон в руке, а другой достал из кармана куртки — не шампунь, а две плитки гематогена, купленные в той же аптеке по наитию. Он молча протянул одну Айно. Девочка с опаской посмотрела на него, потом на мать. Инеффа кивнула, и маленькая рука дрожа взяла угощение. Слезы на глазах девочки понемногу сменялись любопытством. —Держи, — так же молча Варка протянул вторую плитку Ягоде. Та удивленно подняла бровь, но взяла, уголки ее губ растянулись в улыбке. —Дядь, ну ты чего? — неловко проворчала Ягода, беря шоколад. Варка лишь хмыкнул на это, затем повернулся к Кириллу, который стоял поодаль, словно стараясь стать частью стены, и протянул ему третий флакон шампуня и последнюю плитку гематогена. —На, — бросил он коротко. Кирилл смотрел то на флакон, то на плитку в руке Варки с немым непониманием, будто ему предложили что-то инопланетное. Медленно, почти не веря, он взял и то, и другое. Его пальцы сомкнулись вокруг шоколадки, и он опустил взгляд, словно не зная, что с этим делать. Варка выждал паузу, глядя на его длинные волосы, а потом тихо, чтобы не слышали другие, сказал: —Пойдем ко мне. Помогу с... этим, — он кивнул на флакон в руке Кирилла. — Одному с такой шевелюрой неудобно будет. И... процедура не из приятных. Флинс поднял на него глаза и молча, уже смирившись, кивнул. Паники уже не было, лишь глубокая, вымотанная усталость. Он поплёлся за Варкой к его комнате, принимая — впервые, пожалуй, без сопротивления — предложенную руку помощи.