В поисках призрака

Варка вышел из магазина, сжимая в напряжённых пальцах пакет с продуктами. Призрачный запах перебродившего сидра всё ещё стоял в ноздрях, смешиваясь с резким городским смогом. Голова гудела от нахлынувших воспоминаний. Он боялся представить, что будет, когда он пойдет искать Наливайко — в баре, где вокруг полно выпивки. Проход между мрачными стенами зданий был коротким, но, как назло, неприятности поджидали мужчину даже в таких закоулках. Сначала сверху послышался сдавленный хохот — видимо, подростков, возможно, тех самых, которых блондин видел при заселении у входа в общежитие. Варка, погружённый в себя, не успел среагировать, как почувствовал жжение и услышал хлюпающий удар. Сверху прямо ему на правое плечо упал презерватив, наполненный зелёнкой. Он разбился, обдав шею и щёку ледяной липкой жижей. — Опа! Попал! — пронеслось сверху. Варка замер, сжимая кулаки так, что послышался хруст. Он медленно поднял голову, его взгляд был плоским и холодным, как сталь. Смешки на балконе тут же стихли. Он не сказал ни слова. Развернулся и пошёл внутрь, оставляя за собой зеленоватые капли на асфальте. Ядрёная химия въедалась в кожу, смешиваясь с запахом пота. В своей комнатушке он скинул испачканную куртку. Липкие следы были и на рубашке. «Ничего,закину в стирку». Какая наивная мысль. Осмотр крохотной ванной комнаты занял три секунды. Стиральной машины не было. Только ржавая душевая кабина и раковина. —Чёрт возьми, да что ж так не везёт-то сегодня! — в сердцах воскликнул Варка. Ещё раз посмотрев на пустое место, где предполагалась стиральная машина, он собрал грязные вещи в охапку и, надев чистую белую футболку, направился к лифту, прежде чем вспомнить, что тот не работает. Со стоном он пошёл к лестнице, решив разыскать Нефер или хотя бы Ягоду, чтобы узнать, где тут ближайшая прачечная или можно ли воспользоваться чьей-то машинкой — если они вообще есть в этом клоповнике. За стойкой, развалившись в кресле и уставившись в телефон, сидела Ягода. Увидев его перемазанную шею и ношу в руках, та не сдержалась и фыркнула. —Не знала, что вы, дядя, художник. —Стиральная машина, — буркнул Варка, отрезая лишние вопросы. — Где? Ягода лениво ткнула пальцем в потолок. —Девятый. Общественные прачечные там. —Девятый?! Вы издеваетесь?.. — невольно вырвалось у мужчины. — Почему, чёрт возьми, на девятом?! —Что-то не нравится — стирайте вручную. Ягода лениво посмотрела на блондина и решила просто игнорировать его стенания. Варка мысленно послав к чёрту архитектора этой общаги, вновь направился к лестнице. Держа охапку едко пахнущей зелёнкой одежды, он пыхтел, считая пролёты и проклиная всё на свете. Засохшая цепочка краски на шее невыносимо чесалась. Распахнув тяжёлую дверь на девятый этаж, он попал в длинный, плохо освещённый коридор. Воздух был густой и влажный, пропахший химическим запахом дешёвого порошка. На этаже гулял сквозняк, от которого у мужчины в простой футболке пошли мурашки по коже. Его взгляд упал на конец коридора, где должен был находиться балкон. Там, в аварийном выходе, двери были распахнуты настежь, отчего белые прозрачные шторы развивались, словно танцующие призраки. Присмотревшись, Варка увидел тёмную худую фигуру. Высокий парень свесился через перила, глядя вниз, в тёмный колодец между зданиями. Его поза была неестественной, опасной. Он уже перевесил половину тела, пальцы слабо цеплялись за холодный металл. «Пьяный?» — мелькнуло у Варки. Ещё секунда — и парень начал наклоняться всё ниже, почти переваливаясь через перила. Варка, почувствовав, как сердце пропустило удар, бросил одежду и в ужасе рванул вперёд. —Эй! — рявкнул он, делая несколько быстрых шагов по коридору. Фигура застыла, но ненадолго. —Эй, паршивец! Отойди оттуда, тебе говорят! — крикнул Варка, ускоряя шаг. В ответ парень что-то просипел и одним плавным, страшным движением оттолкнулся, начав падать вниз. Варка рванулся вперёд. Он не думал. Сработал инстинкт, выдрессированный годами в армии. Он не добежал, а пролетел последние метры, и его мощная жилистая рука впилась в куртку парня в тот самый миг, когда началось падение, в последнее мгновение равновесия. Ткань затрещала по швам. Инерция была чудовищной — тощее тело уже было перевешено за перилами, и вся эта масса, помноженная на ускорение, рывком потащила и Варку вперёд. Грудью он с силой ударился о холодный металл ограждения, из горла вырвался сдавленный стон. На секунду ему показалось, что он перелетит через край вместе с этим самоубийцей! «НЕТ. ТВОЮ Ж МАТЬ. НЕТ». Мысли отключились, остались только мышцы, скрипящие от напряжения, и слепая животная ярость. Он не тянул — он рвал, оттаскивал, борясь с мёртвым весом в своей руке. Парень не помогал, но и не сопротивлялся, он был обречённо-вялым, как тряпичная кукла. Это бессилие злило Варку ещё больше. Наконец, пересилив жуткую физику падения, Варка с грохотом перетянул и опрокинул его на грязный бетонный пол коридора. Действие было не спасением, а актом грубой силы. Он швырнул тело так, будто это был мешок мусора, а не человек. Тяжело дыша, он начал успокаиваться, но когда адреналин прошёл, его накрыло. ЯРОСТЬ. Горячая,слепая, пьянящая. Она пришла первой,как щит от другого, более страшного чувства. — Ты совсем охуел?! — его голос прозвучал как скрежет железа по стеклу. — Сводить счёты с жизнью на моих глазах?! Зрителя нашёл себе, блядь?! Он стоял над распластанным телом, грудь ходила ходуном, кулаки были сжаты так, что ногти впивались в ладони. Ему хотелось кричать, трясти этого долговязого дрыща, может, даже ударить пару раз в рожу для профилактики. Так сильно в нём сыграл инстинкт жизни против выбранной кем-то смерти. А под яростью, как ледяная подложка, проступал страх. Не страх перед высотой или физической опасностью. А тот самый, старый, знакомый до тошноты страх. Страх не успеть. Не дотянуться. Опоздать. На долю секунды вместо бледного лица незнакомца он увидел другое — испуганное личико Кли в дверном проёме. Он не спас тогда. Он спас сейчас. Но ужас от того, что он был в шаге от провала, что ещё одна жизнь могла оборваться у него на глазах... Смотреть на это бледное, безвольное лицо он больше не мог. Варка наклонился, и его рука впилась в капюшон куртки парня, скомкав ткань вместе с хлипкой шеей под ней. Рывком, не давая тому опомниться, он поднял его на ноги — вернее, в полувисячее положение, заставив встать на цыпочки. —Поднимайся, тварь! — прорычал Варка, его голос был низким. Его взгляд упал на забытую охапку одежды в зелёных разводах, валявшуюся посреди коридора. Мужчина, не выпуская капюшона, одним движением подхватил её другой рукой, скомкав в бесформенный свёрток. Всё. Ловля самоубийц и стирка — один пакет услуг. И, не дав парню и слова вымолвить, не дав ему ни протестовать, ни пойти самому, Варка развернулся и потащил его к лестнице. Это не был спуск. Это был марш-бросок. Девять кругов ада, выложенных бетонными ступенями. Варка шёл впереди широкими размашистыми шагами, а парень, задыхаясь и спотыкаясь, болтался у него в захвате, как марионетка. Его ноги в массивных кроссовках подгибались о ступени, тело билось о стены на каждом повороте. Варка не оборачивался. Он чувствовал каждый рывок, каждую судорожную попытку вырваться через тряпку капюшона, и это только подливало масла в огонь. — Не... отпусти... — выдавил на одном из пролётов темноволосый парень, пытаясь уцепиться за перила. —Молчать! Рывок был таким же жёстким, заставив пальцы сорваться с металла. Они уже миновали пятый этаж, когда пацан, отчаявшись, рванулся с новой силой. Ловким, отчаянным движением он дёрнул молнию, вывернулся из рукавов и оставил капюшон в зажатой руке Варки. Высвободившись, он, пошатываясь, сделал шаг, потом ещё один — назад, к лестнице, ведущей наверх. Видимо, чтобы завершить то, что с таким трудом предотвратил Варка. У Варки скрипнули зубы от такой наглости. Именно в этот момент, медленно развернувшись, он увидел то, что не замечал раньше. Казавшаяся лишь слегка длинной причёска этого ублюдка оказалась гораздо длиннее: из-под ворота чёрного свитера выбивались длинные, до пояса, чёрные пряди с осветлёнными кончиками. Он не думал. Он действовал. Его рука, та самая, что только что сжимала капюшон, метнулась вперёд и впилась в длинные волосы, сжимая их в тугой, болезненный жгут. —Ах ты, сука... — его голос был хриплым от злости. Парень вскрикнул на этот раз уже не протестующе, а с настоящей физической болью. Его голова резко откинулась назад, он вцепился ногтями в руку Варки. —Отпусти! Больно, блядь! Ты совсем ебанутый, мужик?! Но Варка уже тащил его снова. Теперь за волосы. Это было ещё жёстче. Будь он не на таких эмоциях, никогда бы не стал тащить человека, чуть ли не сдирая скальп, по лестнице вниз. Но этот парень вывел его дважды, и совсем озверевший мужчина уже не контролировал силу. Каждый его шаг вниз отзывался резкой болью в коже головы парня, так что тот не выдержал и просто зарыдал в голос, выкрикивая матерные слова захлёбывающимся голосом. —Прекрати! Ёбаный ублюдок, да ты... Отстань от меня!! Но Варка упорно тащил его вниз. Его цель теперь была одна — найти Нефер. Сдать ей этот «живой груз». Вручить эту проблему другому человеку и скинуть с себя ответственность, пока он сам не прибьёт этого щенка, невольно доведя его дело до конца.