Hass Und Liebe

      1988 год. Египет. Каир. — Пользователь сильного стенда сам нашёл меня, как забавно, — из уст вампира вышел негромкий смешок, — Неужто сама судьба направила тебя ко мне, а, Мадлен? Его рука находилась на тыльной стороне её шеи, пока сама светловолосая была не в состоянии пошевелиться от сковавшего её страха. — Ответь же мне, Мадлен! — его тон повысился на октаву, но по-прежнему не звучал грубо или агрессивно, а ладонь поднялась выше, обхватив её затылок и заставляя посмотреть ему в глаза. — Я не верю в судьбу, господин Дио. — голос девушки дрогнул, но она старалась сохранять спокойствие. — Мы сами вершим свою жизнь. — Да? Тогда зачем же ты загнала саму себя в ловушку, а, Мадлен? — прозвучала довольная усмешка Брандо.

***

Наверное, это надо иметь сверх удачу, чтобы сначала тупо помереть, потом попасть в руки наглого божества и в конечном итоге оказаться в другом мире. Хотя не сказать бы, что Елена была поначалу против. Наоборот, ей нравилась возможность спасти некоторых персонажей любимой франшизы, которых ей было по-особенному жалко. А еще то, что теперь скудная и однообразная жизнь сменится разнообразием. Возможно, эта мысль была слегка безумной или тупой, но иначе Лена думать не могла. Росла она в строгой семье, где от неё требовали лишь самой вышки. И Лена старалась, трудилась, даже друзей не заводила. Ей нужна была похвала и признание старших.

Flashback

— Мам, смотри, что я нарисовала! — девочка дёргала мать за рукав, протягивая ей листок с самыми обычными каракулями. Но в эти «каракули» была вложена душа девочки. Старательно выведенные грязные линии, что слились и смешались из-за большого количества воды, образующие кривоватый, но душевный рисунок семьи. Мать девочки, Екатерина, не отвлекаясь от телефонного разговора, махнула на неё, продолжая нарезать морковку для борща. — Мама, ты не рада? Мама! — Господи, Лена, я буду рада, когда ты наконец-то придёшь с дневником, где в четверти одни положительные оценки. А сейчас будь добра, не мешай! — Но мама! Там ведь всего одна четвёрка! — расстроенно протянула девочка, всё ещё с надеждой протягивая женщине рисунок. — Вот именно, Лена, четвёрка! Четвёрка по русскому! Это позор для семьи. — с упрёком проворчала женщина, тяжело вздохнув, — Меньше своими рисунками заниматься надо. Вон у Эммы такая девочка хорошая растёт! Маша такая умница, все пятёрки в четверти! Но далее девочка не слушала свою мать. Молча опустив голову вниз, она сжала кулачки, мня рисунок.

«Ненавижу! Ненавижу! Глупая Маша!»

***

Возможно, именно поэтому у Лены никогда и не было друзей. В своём окружении она видела соперников, считая, что ей нужно превосходить всех, во всём и сразу. Только ближе к своим пятнадцати годам, когда она сдала ОГЭ на высшие баллы и не почувствовала никакого удовлетворения, Лена поняла, что что-то нужно менять. Она так и сделала. Поступив в колледж, девушка оборвала почти все связи с родителями. Покрасила надоедливые блондинистые волосы в пепельный и сделала пирсинг. Мать всегда запрещала ей это. Всё запрещала. Но теперь ей никто не мог запретить. Она наслаждалась свободой и спокойствием. Никто больше не контролировал её, ей больше не надо было заслуживать похвалу и любовь. И попав в новый мир, всё начиналось неплохо до того момента, пока она не решила укрыться от сильного дождя в особняке, что находился ближе всего к ней.

«Просто постою на крыльце, под крышей… Что может случиться?»

И впрямь, что могло бы случиться? Всего лишь мир со стендами, Египет, Каир и одинокий особняк… Что же могло пойти не так? Не прошло и более получаса, как Лена оказалась в лапах этого чертового вампира. Она и сама не поняла, какой чёрт дернул её войти внутрь. Девушку словно что-то манило, как мотылька на свет. И возможно, она стала бы очередной пищей для Брандо, если бы не внезапно защитивший её стенд. Женская красно-серебряная фигура, которая была на голову выше самой Лены. Сильный удар пришёлся по лицу Дио, что не успел увернуться из-за большего эффекта неожиданности. Но после не было ни злости, ни разочарования.

Flashback

Брандо широко ухмылялся, трогая место удара рукой в неком неверии, пока девушка шокировано пялилась на него. А после Лена не успела понять, что произошло. В глазах потемнело, а во лбу появилась тупая боль. — Как тебя зовут? Назови же мне своё имя! — Ма… д-д… Лена… — звучало невнятно в ответ от девушки, что еле стояла на ногах. — Мадлен, значит? Ты…

***

Время шло странно быстро. Лена, вернее, Мадлен чувствовала себя максимально странно. Пока что она была способна контролировать своё тело, но она прекрасно понимала, что в любой момент всё может пойти под откос. Контроль, приказы Дио… Её это чертовски раздражало бы, но она не чувствовала привычной злобы. Это было странно. Крайне странно. Она была сама не своя. Но была лишь одна правдоподобная мысль — паразит блокирует некоторые эмоции и чувства. Возможно, это было не так уж и плохо. Возможно. Она ничего не чувствовала при убийстве людей, хотя внутренне понимала, что это плохо. Лена всегда была против бессмысленного кровопролития. Но ослушаться приказа было невозможно. Иначе было бы лишь хуже.

***

— Да? Тогда зачем же ты загнала саму себя в ловушку, а, Мадлен? — прозвучала довольная усмешка Брандо… Но в ответ была лишь тишина. — Так что, Мадлен? Ты всё ещё уверенна, что ты решаешь, как тебе жить, м-м? Не услышав никакого ответа от подчинённой, он тихо хмыкнул, всё ещё ухмыляясь, а после отпустил её. — «Теннилл», войди. — прозвучал приказ, когда он сел в своё кресло, покручивая в руке бокал с вином. Дверь скрипнула. В комнату вошёл высокий мускулистый мужчина. — Знакомься. Твоя напарница — Мадлен. Они одновременно повернулись к друг другу полубоком. Лена окинула его незаинтересованным, слегка недовольным взглядом, но ничего не сказала, в отличие от самого мужчины: — Женщина, серьёзно? — он приподнял бровь. — Не примите меня за сексиста, но всем дано: женщина на борту — не к добру. На его слова Лена лишь с презрением фыркнула. Далее она не собиралась слушать — предпочла погрузиться в свои мысли.

***

Погода была ясной. Солнце ярко светило и напекало, но периодический приятный бриз посылал приятную лёгкую прохладу по коже. Такую нежную и невесомую. Лена молча наблюдала за компанией на палубе, стоя в тени. — Эй, а это ещё кто? — спросил матрос у другого, пальцем указывая на фигуру в белом длинном плаще. — Племяшка капитана, ты не слышал, что ли, на собрании? — пожал плечами второй, продолжая выжимать воду из половой тряпки. — Так я в сортире был, диарея замучила, — почесал макушку брюнет, — Разве нам не говорили, чтобы на борту не было посторонних? — Ты дурак что ли? Если капитан Теннилл сказал, значит так надо! — проворчал мужчина в ответ, а после толкнул локтем другого. — Харе языками чесать, не отлынивай!

…

— Отпусти! Пусти, чёртов олух! — вдруг раздался крик, привлекая взгляды всех находящихся поблизости. Мадлен лишь покачала головой, тяжко вздохнув. Скоро будет жарко. Нет, не жарко. Мокро! …To be continued