Моя жена - Кейтлин Кирамман.

Вай села в машину, чувствуя, как волнение нарастает в груди. Она знала, что оставшийся день до мероприятия будет напряжённым, но в то же время волнующим. Коттедж, где всё должно было происходить, уже ждал её, а Алек с командой были там, готовые к работе. По дороге Вай обдумывала детали. Она представляла, как всё должно выглядеть: уютная атмосфера, светящиеся огоньки, столы, накрытые белоснежными скатертями, и сцена, где её супруге будет приятно выступать. Вай всегда мечтала о таком событии, и теперь, когда всё было на пороге осуществления, она чувствовала себя как никогда живой. Когда она наконец подъехала к коттеджу, её встретил Алек с широкой улыбкой. Он был в своём элементе, уверенно руководя командой, которая уже начала расставлять оборудование. Вай вышла из машины и, вдохнув свежий воздух, направилась к нему. — Вай! — воскликнул Алек. — Мы уже начали. — Я надеюсь, — ответила Вай, стараясь скрыть волнение в голосе. — Давай я покажу тебе, как я вижу это мероприятие. Они вместе прошли к месту, где должно было проходить основное действие. Вай указала на пространство, представляя, как всё будет выглядеть. Она объяснила, где должны стоять столы, как расположить стулья, чтобы всем было удобно, и где разместить сцену. — Здесь будет главный стол для нас с Кейт, — сказала она, указывая на место. — А вот здесь — сцена. Я хочу, чтобы она была немного приподнята, чтобы все могли видеть. Алекс кивнул, делая заметки. Он всегда ценил её внимание к деталям и умение визуализировать. Вай продолжала объяснять, как она видела освещение и декор, и Алекс с энтузиазмом подхватывал её идеи. — Мы можем добавить несколько светильников, чтобы создать атмосферу уюта, — предложил он. — И, возможно, несколько цветочных композиций на столах? — Да, это будет прекрасно! — воскликнула Вай, чувствуя, как её сердце наполняется радостью. Время летело незаметно, и вскоре команда начала активно работать. Вай с удовольствием наблюдала за тем, как её идеи воплощаются в жизнь. Она помогала, где могла, но в основном оставляла ребят заниматься своими делами, доверяя им и их профессионализму. Каждый раз, когда она видела, как что-то из её замыслов начинает принимать форму, в ней разгоралась новая волна вдохновения. Солнце медленно опускалось за горизонт, окрашивая небо в теплые оттенки оранжевого и розового. Вай решила сделать небольшую паузу и вышла на свежий воздух, чтобы немного отдохнуть. Она присела на скамейку рядом с коттеджем и посмотрела на то, как команда трудится. Алек, казалось, был в своей стихии, координируя действия и подбадривая ребят. — Вай! — крикнул он, заметив её. — Как ты думаешь, нам стоит добавить немного гирлянд? — Да, — ответила она, вставая и направляясь к нему. — Размести их по всей территории. Они вместе начали обсуждать, как лучше всего разместить гирлянды, и вскоре команда принялась за дело. Вай чувствовала, как её волнение постепенно уходит, уступая место уверенности. Она знала, что всё будет именно так, как она задумала. Когда стемнело, коттедж засиял огнями. Вай не могла сдержать улыбку, глядя на то, как всё преображается. Столы были накрыты белоснежными скатертями, а на них уже стояли цветочные композиции, которые добавляли ярких красок. Сцена была готова, и на ней уже стояли микрофоны и музыкальные инструменты. — Осталось только несколько мелочей, и всё будет готово завтрашнему дню. Я уже нашёл нужные людей они будут тут завтра, начнут готовку и сервировку. — Прекрасно, спасибо. — Во сколько начнется мероприятие? — В шесть вечера, — Вай посмотрела на часы и поняла, что время летит слишком быстро. Ей нужно было вернуться, чтобы забрать супругу с работы. — Мне пора ехать. Она кивнула Алеку в знак прощяния. Быстро подошла к команде и поблагодарила их за проделанную работу, уверив, что всё будет готово к назначенному времени.

∆∆∆

Вай выехала на трассу, открыв окно и жадно вдохнула легкий летний вечерок. Запах скошенной травы смешивался с едва уловимым ароматом цветущей липы, успокаивая нервы, натянутые как струна. Машин становилось больше, и неудивительно – пятница, все спешили домой с работы, предвкушая заслуженные выходные. Вай ехала не спеша, наслаждаясь последними лучами солнца, окрашивающими поля в золотистый цвет. Время у нее было в запасе, по крайней мере, так она думала. Чем ближе она подъезжала к городу, тем плотнее становился поток машин. Вай перестраивалась из ряда в ряд, стараясь не терять темп, но тщетно. Пробка начинала формироваться, словно гигантский удав, медленно сдавливающий движение. И вот, впереди замаячил очередной светофор, зловеще мигающий красным. Вай нервно постукивала пальцами по рулю. Она знала, что этот светофор – узкое горлышко, после которого пробка станет еще плотнее. Светофор горел красным, казалось, целую вечность. Вай нервно смотрела на часы, считая каждую секунду. 16:28. До встречи оставалось чуть меньше часа, но с такой скоростью она точно не успеет. — Ну же! — шептала Вай, глядя на светофор. В зеркале заднего вида она заметила, как водитель позади нее тоже начал проявлять нетерпение, нервно сигналя. Она и сама была на пределе. — Пошёл ты, — прошептала она кусая губу. Наконец, загорелся зеленый. Вай резко нажала на газ. Машина взревела, охотно набирая скорость. Вай лавировала между машинами, стараясь не создавать аварийных ситуаций, но при этом не терять драгоценные секунды. Пробка становилась все плотнее. Вай чувствовала, как внутри нарастает паника. Она представила себе их разочарованные лица, их укоризненные взгляды. Она не могла их подвести. Вай включила радио, надеясь, что музыка поможет ей успокоиться, но вместо этого услышала лишь бодрый голос диктора, сообщающего о многочисленных пробках на подъездах к городу. Вай выключила радио с досадой. Она посмотрела на часы. 16:45. Времени почти не осталось. Шансы успеть таяли с каждой минутой. Вай почувствовала, как по спине пробежал холодок. Вдруг, впереди она заметила просвет. Небольшой, но все же шанс. Вай решительно перестроилась в левый ряд и нажала на газ. Машина рванула вперед, обгоняя медленно ползущие автомобили. Вай чувствовала, как адреналин бурлит в ее крови. Она больше не думала о пробках, о времени, о разочаровании. Она думала только о том, чтобы успеть. Нервно постукивала пальцами по рулю, взгляд скользил по бесконечному потоку машин, застывших на шоссе. Пробка, казалось, была не просто затором, а настоящей стеной, отделяющей ее от любимой супруги. Мысль о том, что она может опоздать, что ее женщина будет ждать, начала вызывать неприятное чувство тревоги. «Нужно предупредить», — решила Вай. Она достала свой сотовый из кармана, пролистывая список контактов. Глаза остановились на знакомом, ласковом имени: «Кексик». Улыбка тронула ее губы, несмотря на стрессовую ситуацию. Набрав номер, она приложила телефон к уху, ожидая. — Да, милая? — раздался в трубке мягкий, успокаивающий голос, который всегда действовал как бальзам. — Кекс, тут пробка, я возможно опоздаю, — нервно ответила Вай, снова бросив взгляд на застывшие машины. Голос ее звучал чуть напряженно, но она старалась не показывать этого слишком сильно. — Не волнуйся, всё хорошо, — тут же последовал ответ, полный тепла и понимания. — Я как раз закончу с бумагами. Ты же знаешь, я люблю доводить всё до конца. Эти слова, произнесенные с такой уверенностью, мгновенно сняли с Вай часть напряжения. Она представила, как Кекс сидит за столом, окруженная бумагами, сосредоточенная, но при этом готовая отложить все ради нее. — Отлично, — выдохнула Вай, чувствуя, как плечи расслабляются. — Люблю тебя. — И я тебя, — прозвучало в ответ, и Вай закрыла глаза на мгновение, наслаждаясь этим простым, но таким важным признанием. Пробка никуда не делась, но теперь она казалась уже не такой непреодолимой.

∆∆∆

Кейтлин с легкой, почти незаметной улыбкой убрала телефон в сторону. Экран погас, оставив лишь отражение ее сосредоточенного лица. Возвращаясь к бумагам, она почувствовала привычное напряжение, смешанное с предвкушением. Сегодняшний день обещал быть долгим, но именно такие дни, когда приходилось продираться сквозь цифры и отчеты, приносили ей наибольшее удовлетворение. Ее пальцы уверенно скользнули по гладкой поверхности стола, находя нужную папку. «Финансирование». Само название звучало как ключ к лабиринту, где каждый поворот мог привести к успеху или к тупику. Кейтлин открыла ее, и перед ней развернулся мир цифр, графиков и сжатых формулировок. Она начала читать, быстро скользя взглядом меж строк. Ее глаза, обычно такие живые и выразительные, сейчас были сосредоточены, словно сканируя невидимые нити, связывающие каждую цифру с общей картиной. Она проникала в суть, улавливая тенденции, выявляя риски и возможности. Это было похоже на дешифровку древнего кода, где каждое слово, каждая запятая имели свое значение. Иногда она хмурилась, перелистывая страницы. Не потому, что что-то было непонятно – Кейтлин обладала острым умом и отличной памятью. Хмурилась она от того, что видела. Нестыковки, которые могли показаться незначительными для постороннего взгляда, для нее были тревожными звоночками. Недостаточное финансирование для перспективного проекта, слишком высокие расходы на второстепенные статьи, или, наоборот, подозрительно низкие показатели там, где ожидался рост. Кейтлин, обычно невозмутимая и собранная, почувствовала, как холодок пробежал по спине. Ее взгляд, до этого скользящий по поверхности стола, остановился на самом договоре. Сначала она пробежалась по нему глазами, пытаясь уловить суть, а затем начала читать внимательно, каждое слово вгрызалось в ее сознание. «Zero Interest» Название само по себе звучало как приговор. Кейт знала, что это не просто формальность. Это был документ, который мог изменить все. Приказ N: 2836. О продлении финансирования. Простое, но такое весомое заглавие. Кейт знала, что за этим кроется. Это было сердце их сотрудничества, нить, связывающая их проекты, их будущее. В целях обеспечения дальнейшего сотрудничества с «Kiramman International», прошу: Слова «обеспечения» и «дальнейшего сотрудничества» звучали как тонкий лед, под которым скрывалась бездна. 1. Продлить срок договора N 2836, о финансировании, в период на один год. Один год. Всего один год. Это звучало как мимолетный вздох в масштабах их амбициозных планов. Но Кейт понимала, что этот год будет решающим. 2. Желательная сумма финансирования составляет за год — 1 миллион долларов. Миллион долларов. Сумма, которая могла бы обеспечить им не просто выживание, а процветание. Эта сумма была не просто цифрой, а показателем их ценности в глазах партнера. В том году, она платила им гораздо меньше. Видимо их потребности возросли. 3. Оплата должна быть произведена в порядке подписания документа. Вот оно. Ключевое условие. Не отсрочка, не рассрочка. Мгновенная оплата. Это означало, что они должны были быть готовы к подписанию в любой момент, с полной уверенностью в своих силах и ресурсах. 4. Если до XX.XX.25г документ подписан не будет — партнёрство автоматически прекращается. Кейтлин закрыла глаза, пытаясь переварить прочитанное. В ее голове проносились образы: лица сотрудников, их надежды, их труд. Она видела, как рушатся их мечты, если этот договор не будет подписан. Кейтлин, с присущей ей грацией, взяла в руки черную, изящную ручку. Ее корпус, отполированный до зеркального блеска, казался продолжением ее собственной уверенности. Перед ней лежала важная бумага, ее строки обещали новые возможности и продолжение начатого. Кейтлин склонилась над пустой строкой, той, что ждала ее подписи, чтобы придать документу окончательную силу. Ее рука, уверенная и точная, вывела на бумаге замысловатый узор – ее роспись. Это было не просто имя, а символ, знак ее полного согласия и ответственности. Каждый завиток, каждая линия были выверены, создавая произведение искусства, которое теперь навсегда связывало ее с этим документом. Затем, с легким щелчком, она прижала к бумаге тяжелую, металлическую печать. Оттиск, четкий и глубокий, закрепил ее решение, поставив финальную точку в этом важном акте. Через несколько мгновений дверь кабинета бесшумно открылась, и на пороге появилась Мэдди. Ее взгляд, всегда внимательный и готовый к работе, встретился с взглядом Кейтлин. — Документ подписан? — спросила она, подходя ближе. Кейтлин, не теряя ни секунды, протянула ей папку, ту самую, что только что была украшена ее росписью и печатью. — Финансирование продлено, — произнесла Кейтлин, ее голос звучал ровно и уверенно. — Отправь документы, им копию, оригинал оставь в архиве. Мэдди, не задавая лишних вопросов, быстро подошла, забрала папку. Ее пальцы ловко перебирали страницы, уже предвкушая дальнейшие действия. — Хорошо, поняла, — ответила она, ее голос был полон решимости. С папкой в руках, Мэдди развернулась и направилась к выходу, оставляя Кейтлин в тишине кабинета, где воздух все еще был пропитан ароматом чернил и ощущением завершенного дела. Печать согласия была поставлена, и теперь будущее, обозначенное этим документом, могло смело двигаться вперед. Кейтлин бросила взгляд на часы. 17:03. Вай еще не появилась. Значит, опаздывает. Легкое разочарование кольнуло где-то внутри, но Кейтлин тут же отогнала его. Вай всегда была немного непунктуальной, особенно когда речь шла о чем-то, что ей не очень нравилось. А сегодня они договорились встретиться после работы, чтобы обсудить кое-какие детали их совместного проекта. Она поняла, что пора собираться домой. Поднявшись с рабочего места, Кейтлин начала приводить свой стол в порядок. Аккуратно собрала все документы, отсортировав их по папкам. Затем закрыла все важные вкладки в ноутбуке, сохранив последние правки в договорах. Щелчок выключателя ноутбука прозвучал как финальный аккорд рабочего дня. Через некоторое время, когда все было готово, Кейтлин вновь посмотрела на часы. 17:20. А Вай так до сих пор и нет. Легкое беспокойство начало перерастать в настоящую тревогу. Но вдруг она ждет ее на улице, возле здания? Хотя Вай всегда проходила прямо к ней в кабинет, она никогда не ждала её на улице. Кейтлин подошла к окну офиса, которое выходило на оживленную улицу. Солнце уже клонилось к закату, окрашивая небо в теплые оранжевые и розовые тона. Люди спешили по своим делам, машины проносились мимо, создавая привычный городской шум. Но среди этой суеты Кейтлин не видела знакомого силуэта Вай. Она вздохнула. Может, стоит позвонить? Но что, если Вай уже в пути и звонок только отвлечет ее? Кейтлин решила дать ей еще несколько минут. Она взяла свою сумку, проверила, все ли взяла, и направилась к двери. Едва ли Кейтлин успела повернуть ручку, как дверь её кабинета распахнулась с такой силой, что стёкла в окнах задребезжали. В проёме возникла Вай, словно вырвавшись из самого эпицентра бури. Её обычно аккуратно уложенные волосы растрепались, торчали во все стороны, а грудь тяжело вздымалась от стремительного бега. Кейтлин, застывшая с рукой на дверной ручке, сначала вздрогнула от неожиданности. Сердце ёкнуло, предчувствуя что-то неладное. Но стоило ей увидеть лицо жены – не испуганное, а скорее взволнованное и немного растерянное – как страх сменился удивлением. — Милая, что такое? – обеспокоенно спросила Кейтлин, быстро закрывая дверь и прислоняясь к ней спиной. Её взгляд, полный тревоги, не отрывался от Вай. Жена, всё ещё пытаясь восстановить дыхание, медленно подошла к массивной дубовой столешнице. Она облокотилась на неё руками, тяжело дыша и пытаясь отдышаться. — Ох, бежала со всех ног, – прохрипела Вай, наконец обретая способность говорить более связно. Её глаза, обычно полные решимости, сейчас блестели от напряжения, а на лбу выступили мелкие капельки пота. — Чёрт возьми, Вай, ты меня напугала. Кейтлин подошла ближе, её обеспокоенность только усиливалась. Сердце колотилось где-то в горле, когда она увидела Вай, застывшую посреди комнаты, словно статуя, высеченная из тени. Воздух вокруг неё казался плотнее, насыщеннее чем обычно. — Что случилось? — голос Кейтлин прозвучал тише, чем она ожидала, почти шепотом. Вай медленно подняла голову, её взгляд встретился с взглядом Кейтлин. В нём читалось что-то, что заставило Кейтлин замереть, словно её ноги приросли к полу. Это было не просто испуг, не просто тревога. Это была смесь чего-то дикого, первобытного, чего-то, что Кейтлин никогда раньше не видела в глазах Вай. Вай тяжело дышала, её грудь вздымалась под тонкой тканью футболки, которая, как заметила Кейтлин с внезапным, острым ощущением, обтягивала её фигуру с такой откровенностью, что казалось, вот-вот треснет. Зрачки Вай были расширены до предела, поглощая свет, а губы приоткрыты, обнажая влажный блеск. Чёрт, это выглядело безумно сексуально. Не просто сексуально, а завораживающе, опасно. Кейтлин почувствовала, как по её телу пробежал жар, игнорируя всю серьёзность ситуации. Её взгляд скользнул по линии челюсти Вай, по её шее, по тому, как напряглись мышцы под кожей. Ещё одна секунда, и они просто смотрели друг на друга, погружённые в этот странный, электрический момент. Мир вокруг сузился до пространства между ними, до этого невысказанного напряжения. И тогда, словно по невидимой команде, они одновременно бросились друг к другу. Это было не нежное объятие, не осторожное прикосновение. Это был взрыв. Их губы встретились одновременно, с такой силой, что Кейтлин почувствовала, как её зубы стукнулись о зубы Вай. Резкая страсть, накопившаяся в воздухе, вырвалась наружу, смешиваясь с невысказанным желанием, с той дикой искрой, что Кейтлин увидела в глазах Вай. Поцелуй был требовательным, голодным. Кейтлин ответила с той же яростью, её руки вцепились в футболку Вай, притягивая её ещё ближе. Она чувствовала, как тело Вай напряглось в ответ, как она ответила на её страсть с той же неукротимой силой. В этот момент не было ни страха, ни вопросов. Была только эта всепоглощающая, обжигающая потребность друг в друге. Воздух в кабинете Кейтлин, казалось, загустел, стал почти осязаемым. Вай, не теряя ни секунды, не отрываясь от губ любимой, быстро и ловко стянула с нее пиджак, бросая его куда-то в сторону. Ткань шуршала, но этот звук тонул в их жадных поцелуях. Они целовались так, будто не виделись много лет, будто каждый вдох друг друга был жизненно необходим. Кейтлин прижалась к Вай еще сильнее, ее руки обвились вокруг спины Вай, нежно поглаживая, словно пытаясь впитать в себя тепло, силу, саму сущность любимой. Ей было абсолютно плевать, что они находятся в ее офисе, что в любой момент может кто-то зайти. Если вчера подобная мысль вызывала бы у нее легкую панику, то сегодня она была лишь фоновым шумом, который не мог заглушить бушующий внутри огонь. Она просто безумно хотела. Хотела Вай всей душой, всем телом, каждой клеточкой своего существа. Каждый поцелуй был глубже предыдущего, каждый вздох – прерывистее. Вай чувствовала, как под ее пальцами дрожит тело Кейтлин, как учащенно бьется ее сердце, вторя ритму ее собственного. Она скользила ладонями по гладкой ткани блузки, ощущая под ней горячую кожу. Желание, которое они оба так долго сдерживали, теперь вырвалось на свободу, сметая все преграды. Кейтлин отстранилась лишь на мгновение, чтобы перевести дыхание, ее глаза горели. — Вай... — выдохнула она, и в этом простом звуке было столько всего: мольба, страсть, полное подчинение. Вай улыбнулась, ее взгляд был полон нежности и такого же неукротимого желания. Она провела пальцем по щеке Кейтлин, затем по ее губам, которые все еще были влажными от их поцелуев. Ее руки, словно обретя собственную волю, метнулись к брюкам Кейтлин, пальцы судорожно запутались в ткани. Она нервно и быстро пыталась найти застежку, молнию, хоть какой-то путь, чтобы снять их с супруги. Каждый лишний миг казался вечностью, а ее движения становились все более отчаянными. Кейтлин, ощущая это стремительное, немного неуклюжее вторжение в свое личное пространство, не могла сдержать легкого смешка. Он вырвался из ее груди тихим, мелодичным хихиканьем, которое, однако, не убавило пыла Вай, а лишь добавило ему пикантности. Кейтлин слегка приподняла бровь, наблюдая за этой суматохой с нескрываемым весельем и нежностью. — Вай, милая, – прошептала Кейтлин, ее голос был полон ласки, – Так сильно хочешь? Вай, все еще пытаясь справиться с непокорной тканью, издала какой-то нечленораздельный звук, полный одновременно смущения и нетерпения. Ее щеки залились румянцем, но взгляд оставался прикованным к цели. Кейтлин, видя это, мягко взяла руки Вай в свои, останавливая ее лихорадочные попытки. — Давай, я помогу, – предложила она, ее пальцы ловко нашли молнию и с легкостью расстегнули ее. Вай облегченно выдохнула, ее плечи расслабились. Она посмотрела на Кейтлин с благодарностью и вновь вспыхнувшим желанием, которое теперь было подкреплено нежностью и пониманием. Смех Кейтлин, такой спокойный и уверенный, словно снял с нее часть напряжения, позволив насладиться моментом. Теперь, когда путь был открыт, Вай могла позволить себе чуть больше нежности, чуть меньше судорожности, но огонь в ее глазах горел ярче прежнего. Воздух в комнате сгустился, стал почти осязаемым. Как только брюки упали с бёдер, Вай руками погладила их, ощущая гладкость ткани, а после подняла взгляд на жену. В её глазах горела страсть, безумная, всепоглощающая. Она вновь кратко и сильно поцеловала Кейтлин, сжимая её талию, словно пытаясь удержать этот момент, эту близость. Оторвавшись, Вай тяжело дышала. Её голос прозвучал низко и властно: — Повернись, — приказала Вай, и Кейтлин, не задавая вопросов, молча сделала это. Вай сглотнула ком в горле, облизав пересохшие губы. — Ложись на стол. Снова приказ, и Кейтлин, подчиняясь неведомой силе, повиновалась. Всё произошло так быстро, словно они были единым целым, движимым одним желанием. Вай подошла ближе, её пальцы скользнули по спине Кейтлин, а взгляд остановился на её ягодицах. На губах Вай появилась лёгкая, хищная усмешка. Вай провела ладонью по изгибу спины, чувствуя, как напрягаются мышцы под её прикосновением. Кейтлин замерла, её дыхание стало прерывистым, а на коже выступили мелкие капельки пота. Комната была залита мягким, приглушенным светом, отбрасывая длинные тени от мебели. Воздух был наполнен едва уловимым ароматом духов Кейтлин, смешанным с чем-то более терпким и пряным, присущим Вай. Кейтлин стояла спиной к Вай, прислонившись лбом к прохладной поверхности полированного дерева стола. Ее дыхание было прерывистым, а плечи слегка дрожали. Ее пальцы ловко скользнули по ткани, и в следующее мгновение шелковистые трусики Кейтлин оказались на полу. Вай замерла на секунду, любуясь. Линии тела Кейтлин были безупречны, а ее ягодицы – это было то, что Вай всегда находила особенно притягательным. Идеальная форма, упругая, манящая. Легкий, но уверенный удар ладонью по одной из них. — Ах! Вай, — вырвался тихий, полный наслаждения стон из губ Кейтлин. Она прижала голову еще сильнее к столу, пытаясь унять дрожь, пробежавшую по телу. Вай наклонилась ближе, ее голос звучал низко и соблазнительно, словно шепот ветра в ночи. — Я сегодня надела твою любимую штучку, — усмехнулась Вай, ее пальцы теперь нежно скользили по коже Кейтлин, оставляя за собой горячий след. Кейтлин не могла ответить. Она лишь издала еще один тихий звук, смесь удовольствия и предвкушения, чувствуя, как жар разливается по ее телу. Она знала, что это только начало. И она была готова ко всему, что Вай приготовила для нее сегодня. Она стала поглаживать её клитор. Медленно, аккуратно. Она была чертовки мокрая и влажная. Один палец она завела в её лоно и услышала, как она застонала. Это был самый эротический звук, который Вай когда-либо слышал. Она была влажная и теплая там, тогда он прибавил еще один палец. И теперь он услышал стон удовольствия. — О, чёрт, — её пальцы были толстыми и так наполняли ее, что она чувствовала возбуждение. — Это хорошо, детка. Чёрт, ты такая тугая. Вай не могла больше терпеть, она тут же прильнула к своим джинсах и растянула ширинку на них и пуговицу и приспустила их вниз. Правой рукой провела по силиконовому члену, и направила его ко входу, аккуратно рукой она оттопырила ягодицы супруги, и резким движением вошла в неё, прикрывая глаза от удовольствия. — Чёрт! — вскрикнула Кетлин. Её тело резко напряглись, но через секунлу расслабилось, принимая. — Ещë, — Толчок. — Ещё, — шепчет, толчок. — Ещё! Ах, сильнее. Первые толчки были резкими и жадными, словно она утоляла многодневный голод. Тело супруги податливо следовало за ее движениями, отвечая тихими стонами, которые только подстегивали Вай. Она углублялась все больше, чувствуя, как силикон заполняет ее, растягивая и лаская. Дыхание участилось, сердце колотилось в груди, и мир сузился до ощущений этого момента. Они были безумно возбуждены, толчки были сильными и резкими. Вай держалась за бедра жены, пытаясь быть как можно ближе. Кейтлин стонала, едва ли ни кричала, настолько это было хорошо. Последний луч солнца пробивался сквозь жалюзи, освещая пылинки, танцующие в воздухе кабинета. Мэдди, уже готовая покинуть офис, вдруг замерла. Папка с документами, которую она собиралась передать Кейтлин, казалась неполной. Один важный лист, точно она помнила, остался у нее. Сердце екнуло – нельзя было забыть. Не теряя ни секунды, Мэдди вскочила со стула и, крепко сжимая папку, направилась к кабинету Кейтлин. Шаги ее были быстрыми, но тихими – хотелось успеть до того, как все разойдутся. Уже почти подойдя к двери, она услышала звуки. Сначала они показались ей неясными, но потом, прислушавшись, Мэдди застыла. Это были стоны. Громкие, прерывистые, явно не связанные с работой. Лицо Мэдди мгновенно залилось краской. Она знала, конечно, знала, что Кейтлин и её жена иногда проводят время в кабинете. Но никогда не думала, что ей придется столкнуться с этим так близко, так неожиданно. «Ах, ещё!» – донеслось из-за двери, и Мэдди почувствовала, как земля уходит из-под ног. Она была готова провалиться сквозь пол, лишь бы не слышать этого, не быть здесь. «Не останавливайся!». Смущение охватило ее с головой, заставляя щеки гореть. — Ладно, зайду в понедельник, – прошептала она себе под нос, стараясь не издавать ни звука. Развернувшись, вся красная и смущенная, Мэдди медленно, словно на ватных ногах, удалилась, оставив дверь кабинета Кейтлин в покое. Папка с документами теперь казалась ей невыносимо тяжелой. Жар нарастал с каждой секундой, заполняя собой все пространство вокруг. Их тела, сплетенные в танце страсти, казались единым целым, пульсирующим в унисон. Дыхание сбивалось, слова превращались в бессвязные шепоты, утопающие в стонах удовольствия. Затем темп немного замедлился, переходя в ритмичные, глубокие толчки. Вай закрыла глаза, позволяя себе полностью погрузиться в удовольствие. Она чувствовала, как напряжение покидает ее тело, сменяясь волной расслабления и удовлетворения. Ее руки скользили по коже супруги, ощущая тепло и мягкость. — Чёрт, я сейчас... — Да, — рычит Вай, двигаясь как можно глубже. — Кончай, милая, — шепчет. Тело Кейтлин дрожит, мелкая дрожь пробегает от кончиков пальцев до самых корней волос. Она судорожно хватает воздух, цепляясь руками за стол. Кабинет вокруг расплывается, звуки приглушаются, остаётся лишь ритмичное дыхание Вай и бешеное биение её собственного сердца. Всё достигает апогея, взрывается фейерверком ощущений. Кейтлин чувствует, как её тело пронзает разряд. Мир сужается до этой точки – здесь и сейчас. Потом волна медленно отступает, оставляя после себя лишь приятную усталость и ощущение безграничного доверия и близости. Вай ложится сверху, кусая её за хрящь уха, а после целует в шею. — Я люблю тебя. Кейтлин тяжело дышит, всё ещё наслаждаясь оргазмом, проникшим в тело только что. Ноги дрожали в судорогах. — И я тебя люблю, — вызывает будто она из последних сил.

∆∆∆

Солнечные лучи ласково щекотали лицо Кейтлин, когда она, держась за руку Вай, вышла из здания. Легкий ветерок играл с ее волосами, а на губах застыла довольная улыбка. В воздухе витал аромат свободы. У машины их ждал привычный ритуал. Вай, как всегда, с грацией и заботой, открыла дверь для Кейтлин. Та, мило улыбнувшись, приняла этот жест, словно он был самым естественным на свете, и удобно устроилась на сиденье. Вай, закрыв за ней дверь, тут же быстро села за руль, ее движения были отточены и уверенны. Пристегнувшись, они обменялись взглядами, в которых читалось понимание и тепло. — Как работа? — спросила Вай, доставая ключи из кармана. Ее голос звучал мягко, но с ноткой любопытства. — Нормально, — ответила Кейтлин, слегка пожав плечами. — Ничего особенного, но и ничего плохого. — Хорошо, — Вай вставила ключи в зажигание и завела двигатель. Мягкое урчание мотора наполнило салон, создавая уютную атмосферу. — Главное, что без происшествий. — А у тебя? — Кейтлин повернулась к Вай, ее взгляд был полон интереса. Она знала, что у Вай всегда что-то происходит, что-то захватывающее и важное. — Алек с командой почти закончили, — начала Вай, слегка улыбнувшись. — Он сказал, что завтра останется мелочь, так что… — она сделала небольшую паузу, словно подбирая слова, чтобы передать всю полноту облегчения и удовлетворения. — Так что мы можем расслабиться. Завтра твой день. Вай тронулась с места, её взгляд скользил по пустынной дороге, ведущей к их загородному дому. Машина двигалась небыстро, словно сама Кейтлин, её жена, не спешила к предстоящему событию. Тишина в салоне была наполнена предвкушением, но и лёгкой тревогой. — Что насчёт гостей? Кто будет? — спросила Вай, её голос был ровным, но в нём чувствовалась нотка любопытства. Она бросила короткий взгляд на Кейтлин, которая сидела рядом, её пальцы нервно перебирали край кожаного сиденья. — Все близкие: родители, друзья, мои деловые партнеры, так же некоторые из моих коллег по работе, — ответила Кейтлин, её голос звучал уверенно, но Вай уловила едва заметную дрожь. Вай усмехнулась, её губы изогнулись в лёгкой, чуть ироничной улыбке. — Это всё? Может быть, пригласить кого-то ещё? Кейтлин подняла на неё глаза, в них мелькнуло удивление. — Я разместила пост в соцсетях. Разослала электронные приглашения всем нашим знакомым. Будет много важных людей. Вай кивнула, её взгляд снова вернулся к дороге. «Важные люди», — пронеслось в её голове. Кейтлин всегда была амбициозна, её карьера в мире бизнеса шла в гору с головокружительной скоростью. И этот приём, судя по всему, был очередным шагом на пути к её успеху. Но Вай чувствовала, что за этой деловой суетой скрывается что-то ещё. — Ты уверена, что хочешь этого, Кекс? В смысле, видеть всех этих людей? — спросила Вай, её голос стал тише, более интимным. Кейтлин отвела взгляд, её щеки слегка порозовели. — Я не могу иначе Вай, я публичный человек, уважаемый в Пилтовере, мне нужно это. Плюс, я же говорила что сама этого хочу. Вай почувствовала, как её сердце сжалось. Она знала, что Кейтлин не из тех, кто делится своими истинными чувствами легко. Но сегодня, в этой тишине, под мерное покачивание машины, она чувствовала, что Кейтлин готова приоткрыть завесу. — Я всегда буду рядом, — тихо сказала Вай, протягивая руку и касаясь пальцев Кейтлин. — Но если есть что-то, что тебя беспокоит… Кейтлин сжала её руку в ответ. — Я просто… я хочу, чтобы всё прошло идеально. Чтобы все увидели, насколько мы… успешны. Насколько мы вместе. Вай почувствовала, как её усмешка стала более искренней. — Боже Кекс, все итак знают кто такие Кирамманы. От нашей фамилии падают в обморок и ходят под себя. Все готовы нам обувь облизывать, дабы угодить — это и есть уважение. — Это не уважение Вай, это страх. Это разные вещи, — выдохнула она. — Я не хочу чтобы люди нас боялись. Я хочу, чтобы они видели, что я делаем для Пилтовера. Что мы не просто купаемся в роскоши, а стараемся сделать город лучше. Иногда мне кажется, что я должна постоянно доказывать, что я не просто… красивая картинка. Что за этой внешностью и успехом есть что-то большее. Ви рассмеялась, но в ее смехе не было насмешки, только нежность. — Кейтлин, ты уже всем всё доказала. Ты бизнесвумен, самая красивая девушка в Пилтовере. Ты являешься спонсором множества компаний, занимаешься благотворительностью. Поэтому то люди и любят тебя. Любой человек занимающийся бизнесом, хочет иметь тебя в сотрудничестве. Тебя просят сниматься в разных интервью, фотографы просят съёмки. Чëрт возьми Кекс, ты самая популярная.

∆∆∆

Дверь тихо щелкнула, и Вай, прислонившись к ней спиной, выдохнула. День был долгим, насыщенным событиями, и единственное, чего ей сейчас хотелось – это уют и спокойствие. Кейтлин, уже снявшая пиджак, улыбнулась ей. — Устала? – спросила она, подходя ближе и обнимая Вай. — Немного, – прошептала Вай, уткнувшись носом в плечо Кейтлин. — Но мы дома, так что. Они прошли в спальню, где царила атмосфера умиротворения. Солнечные вечерние лучи, пробиваясь сквозь шторы, рисовали золотые узоры на полу. Быстро переодевшись в удобную домашнюю одежду – Вай в футболку и спортивные штаны, Кейтлин – надела самую большую футболку жены, что была похоже на платье – они направились на кухню. — Что хочет покушать мой Кексик? – спросила Вай, открывая холодильник. — Что-то быстрое и вкусное? — Идеально, но готовить будем вместе, – согласилась Кейтлин, доставая сковородку. — Может, паста с овощами? Или омлет с сыром? — Паста звучит отлично, – решила Вай, уже нарезая помидоры. Кухня наполнилась ароматами готовящейся еды и тихим перезвоном посуды. Они работали слаженно, как единое целое, обмениваясь короткими фразами и улыбками. Пока варилась паста, Вай рассказывала о забавном недоразумении на работе, которое вызвало у Кейтлин смех. Кейтлин, в свою очередь, поделилась историей о том, как она чуть не заблудилась в новом районе, пытаясь найти ту самую пекарню, о которой ей рассказывала знакомая с работы. Ужин получился простым, но невероятно вкусным. Они ели, сидя за кухонным столом, и продолжали делиться историями, смеясь над нелепыми ситуациями и вспоминая приятные моменты. В их голосах звучала искренняя радость от того, что они снова вместе, в своем уютном мире. После ужина, когда посуда была убрана, Кейтлин предложила: — Может, примем душ вместе? Это так расслабляет. — Обычно это заканчивается сексом. Вай, шагнув в ванную комнату, повернула вентиль душа. Теплая вода хлынула вниз, наполняя пространство мягким шумом. Она обернулась, и ее взгляд встретился с взглядом жены. В этот момент не было ни спешки, ни суеты, только тихое, глубокое наслаждение моментом. Они смотрели друг на друга, и в этом взгляде читалось все: долгие годы совместной жизни, понимание без слов, нежность, которая с годами лишь крепла. Это было не возбуждение в привычном смысле слова, а скорее тихое, умиротворенное восхищение. Восхищение красотой, знакомой до мельчайших деталей, красотой, которая стала частью их самих. Медленно, словно в замедленной съемке, они начали снимать с себя одежду. Каждая складка ткани, каждый отблеск на коже под тусклым светом ванной комнаты казались значимыми. Когда последняя вещь упала на пол, они шагнули под струи воды. Тела, обнаженные и влажные, мгновенно покрылись каплями. Вода стекала по изгибам, подчеркивая контуры, смывая все лишнее, оставляя только их двоих, их близость и этот тихий, наполненный любовью момент. Они стояли рядом, чувствуя тепло друг друга и тепло воды, и просто наслаждались тем, что они есть, вместе. Теплый пар еще витал в воздухе, когда Кейтлин и Вай, выйдя из ванной комнаты, направились в спальню. Влажные полотенца, обернутые вокруг их тел, приятно холодили кожу после горячего душа. В спальне царила мягкая, приглушенная атмосфера, лишь тусклый свет ночника освещал пространство. Кейтлин, не спеша, сняла полотенце с волос. Они были влажные, тяжелые, с них стекали редкие капли, оставляя мокрые следы на плечах. Она провела рукой по прядям, ощущая их шелковистость. Вай, уже переодевшаяся в уютную домашнюю одежду, посмотрела на супругу. В ее глазах читалась нежность и забота. Она подошла к Кейтлин, обняла ее за талию и легко чмокнула в щеку. — Давай я посушу тебе волосы? — предложила Вай, ее голос был мягким и ласковым. Кейтлин улыбнулась, ее глаза заблестели. Она кивнула, чувствуя, как тепло разливается по телу от этого простого жеста. Вай тут же, словно ожидая этого, достала из прикроватной тумбочки фен. Кейтлин, не теряя времени, устроилась на кровати, приняв позу лотоса. Она уселась удобно, спиной к Вай, и слегка наклонила голову, чтобы дать супруге доступ к своим волосам. Вай включила фен. Привычный шум техники наполнил комнату, но в этот раз он казался умиротворяющим. Она начала аккуратно, словно боясь спугнуть нежное прикосновение, сушить волосы жены. Теплый поток воздуха ласково обдувал пряди, а пальцы Вай, ловко перебирая их, массировали кожу головы. Кейтлин закрыла глаза, наслаждаясь этим моментом. Это было больше, чем просто сушка волос – это было проявление любви, заботы и близости, которое они так ценили в своих отношениях. Каждый взмах фена, каждое прикосновение Вай было наполнено нежностью, создавая атмосферу полного уюта и спокойствия. Через время, когда волосы были почти высушенны, Вай аккуратно убрала фен, оставив за собой легкий аромат кокосового масла, которым она всегда пользовалась для ухода за волосами. Она обняла Кейтлин сзади, утыкаясь носом в её шею, наслаждаясь теплом и уютом, которые царили в их маленькой квартире. В этот момент мир за окном казался далеким и неважным. — Посмотрим что-нибудь? — предложила Вай, её голос был мягким и нежным. — Мм, хорошая идея, — ответила Кейтлин, прикрывая глаза и позволяя себе расслабиться в объятиях супруги. Она чувствовала, как напряжение дня постепенно уходит, оставляя только спокойствие и счастье. — Тогда выбираешь ты, — с усмешкой произнесла Вай, отпуская Кейтлин и направляясь к полке с фильмами. — Хэй, ну почему я? — Кейтлин приоткрыла глаза и посмотрела на Вай с недоумением. — Неужели тебе интересно, смотреть фильм про убийства и детективов? — Я люблю всё, что любишь ты, — с улыбкой ответила Вай, оборачиваясь к ней. — А кроме того, у нас есть время, чтобы выбрать что-то другое, если ты не хочешь. Кейтлин задумалась. Она знала, что Вай всегда поддерживала её увлечения, даже если они иногда казались мрачными. Но в этот вечер ей хотелось чего-то более легкого, чтобы расслабиться и насладиться обществом любимой. — Может, что-то романтическое? — предложила она, поднимаясь с дивана и подходя к Вай. — Или комедию? Вай приподняла бровь, её глаза блестели от веселья. — Романтика и комедия? Ты знаешь, что это не совсем в моем стиле, — подмигнула она. — Но ради тебя я готова попробовать. Кейтлин рассмеялась, её смех был как музыка для Вай. Она обняла супругу, и они вместе начали перебирать фильмы, обсуждая каждый из них. — Как насчет «10 причин моей ненависти»? — предложила Кейтлин, указывая на знакомую обложку. — О, это классика! — воскликнула Вай. — Я помню, как мы смотрели его в первый раз. Ты так смеялась! — И ты тоже! — Кейтлин подмигнула. — Давай, включим. Они выбрали фильм, который уже видели не раз, но который всегда вызывал у них улыбку. Устроившись рядом, под одним пледом, они погрузились в мир кино. Иногда они переглядывались, обмениваясь понимающими взглядами, иногда смеялись над знакомыми шутками. Но большую часть времени они просто наслаждались тишиной, прерываемой лишь звуками фильма и их собственным дыханием. В этот вечер не было ничего лишнего. Только они вдвоем, в своем уютном доме, разделяя простые радости жизни. И в этой простоте было столько счастья, столько любви, что казалось, время остановилось, чтобы дать им возможность насладиться этим моментом сполна.

∆∆∆

Солнце пробивалось сквозь неплотно задернутые шторы, окрашивая комнату в мягкие золотистые тона. Кейтлин проснулась не от назойливого трезвона будильника, и уж точно не от криков в трубку, поздравляющих с днем рождения. Нет, ее пробуждение было гораздо более… интимным.

Вай.

Её Вай.

Она чувствовала ее губы, нежные и аккуратные, скользящие по ее щеке, шее, плечам. Руки Вай, сильные, но сейчас такие ласковые, медленно поглаживали ее спину, вызывая приятную дрожь. Это было так… правильно. Так по-домашнему. Так по-ихнему. Кейтлин чуть улыбнулась сквозь сон, чувствуя, как тепло разливается по всему телу. Она медленно начала просыпаться, позволяя себе насладиться моментом. Вай не торопилась, словно смакуя каждое прикосновение, каждый поцелуй. — Мм, — протянула она, еще сонными глазами глядя на супругу, лежащую на ней. Вай приподнялась, опираясь на локти, и ее серые глаза, обычно такие озорные и полные энергии, сейчас светились нежностью и любовью. — Доброе утро, Кексик, — прошептала Вай, ее голос был хриплым от сна. Она снова наклонилась и оставила легкий поцелуй на кончике носа Кейтлин. — Надеюсь, я разбудила тебя самым лучшим способом. Кейтлин приподняла руку и заправила выбившуюся прядь розовых волос за ухо Вай. — Определенно, — пробормотала она, ее голос тоже был еще немного сонным. — Гораздо лучше, чем звонок от кого-либо. Вай усмехнулась, и ее глаза заискрились. — Ну, у меня тоже есть планы на этот день, — прошептала она, снова наклоняясь к Кейтлин. — Но они гораздо… интереснее. Она снова начала целовать Кейтлин, на этот раз более страстно, более требовательно. Кейтлин ответила на поцелуй, обвивая руками шею Вай. Мир вокруг них перестал существовать. Была только она и Вай, их любовь, их тепло, их день рождения. Вай отстранилась, тяжело дыша. — Но сначала, — сказала она, с лукавой улыбкой глядя на Кейтлин, — завтрак. — Что готовила? — О, нет Кекс,сегодня без этого. Заказала в твоей любимой кофейне. Круассаны с ветчиной и сыром, два чизкейка и капучино. Они уже ждут на кухне. Кейтлин рассмеялась, и этот смех был наполнен счастьем и любовью. — Ты самая лучшая, Вай. Вай улыбнулась, и эта улыбка была такой искренней, такой теплой, что Кейтлин почувствовала, как ее сердце переполняется любовью. — Я знаю, — подмигнула Вай. — А теперь, давай позавтракаем, а потом… подарок. — Подарок? — чуть улыбнулась Кейтлин, поднимая с кровати. Солнечный луч пробивался сквозь щель в шторах, ласково освещая её лицо. — Именно, он тебе понравится, — Вай поднялась следом, её глаза сияли предвкушением. Они посмотрели друг на друга, и в этом взгляде было всё: нежность, игривость и глубокое понимание. И Вай тут же подхватила супругу на плечо, крепко держа. Кейтлин, несмотря на своё удивление, не сопротивлялась. — А-ха-ха, ну вот, опять ты за своё, — засмеялась Кейт, её смех был звонким и заразительным. — Я и сама могу дойти. — Это уже традиция, Кекс, — улыбнулась Вай, её голос был полон тепла. И как обычно, она шлёпнула её по одной из ягодиц. Та лишь ахнула, но в её ахе не было боли, только лёгкое удивление и удовольствие. Она уже привыкла к этому, потому что это происходило каждый день, и ей это нравилось. Это был их маленький ритуал, их способ начать день с улыбки и ласки. Они добрались до кухни, где стол уже был накрыт к завтраку. Аромат свежесваренного кофе и поджаренного хлеба витал в воздухе. Вай аккуратно опустила Кейтлин на стул, и они сели за стол, готовые разделить не только еду, но и новый день, полный их особенной любви.

∆∆∆

За завтраком царила атмосфера предвкушения. Кейтлин и Вай, уютно устроившись за столом, обсуждали сегодняшний вечер. Праздник в честь дня рождения Кейтлин обещал быть особенным – с друзьями, музыкой и, конечно же, тортом. — Ты уже придумала, что наденешь вечером? – спросила Вай, отпивая кофе. Ее глаза лучились теплом, когда она смотрела на Кейтлин. — Ещё нет, но я думаю, что-то легкое и праздничное, – ответила Кейтлин с улыбкой, чувствуя, как волнение нарастает. После завтрака Кейтлин отправилась в душ. Горячая вода смыла остатки сна, пробуждая тело и разум, предвещая новый, полный событий день. Выйдя из ванной, она почувствовала свежесть и прилив энергии. Направившись в спальню, Кейтлин подошла к шкафу, где ее ждал целый мир возможностей. Она перебирала наряды, примеряя в воображении разные образы. Легкая юбка, струящаяся ткань, яркая рубашка – что-то такое, что подчеркнет ее настроение и позволит чувствовать себя свободно и уверенно. Наконец, ее взгляд остановился на идеальном сочетании: черная юбка из легкой ткани и белая рубашка с изящными вышивками. Начав переодеваться, Кейтлин почувствовала, как ткань скользит по коже. Она только накинула нижнее белье – черное, тонкое, кружевное, словно вторая кожа – когда дверь в спальню тихонько отворилась. В проеме появилась Вай. Увидев свою супругу в столь интимном моменте, Вай не смогла сдержать улыбки. Она оперелась плечом о косяк двери, засунув руки в карманы своих брюк. В ее глазах читалось восхищение и нежность. Этот взгляд, полный любви и предвкушения, был для Кейтлин лучшим подарком, даже до начала праздника. Кейтлин, с легкой улыбкой на губах, склонилась над кроватью, где лежали изящные черные чулки. Она взяла один из них, ощущая шелковистую прохладу ткани на кончиках пальцев. Начиная медленно надевать чулок на свою стройную ногу, Кейтлин краем глаза чувствовала пристальный взгляд Вай. Её жена, наблюдала за ней с нескрываемым восхищением. В глазах Вай читалось нечто большее, чем просто любопытство – это была смесь нежности, желания и глубокой привязанности. Кейтлин, почувствовав на себе этот взгляд, не смогла сдержать легкого смущения. Она остановилась на мгновение, её пальцы замерли на ткани чулка. — Так и будешь смотреть? — спросила Кейтлин, её голос звучал мягко, с легкой ноткой игривости, не отрываясь от своего занятия. — Да, — её голос был едва слышным шёпотом, но в нём звучала вся глубина её чувств. Внутри неё бушевал целый ураган эмоций. Она думала о том, насколько сексуальна её жена, как каждый её жест, каждое движение завораживает и притягивает. — Глаз не оторвать. Кейтлин смущенно улыбнулась, её щёки слегка порозовели. Она продолжила надевать чулки, чувствуя, как тепло разливается по её телу от слов Вай и от осознания того, как сильно они любят друг друга. Каждый шорох ткани, каждое движение её тела было для Вай настоящим зрелищем, и это знание делало момент ещё более особенным. В этой тихой спальне, под взглядом любимой женщины, Кейтлин чувствовала себя самой желанной и прекрасной. Кейтлин украдкой, скользнула по фигуре Вай, и сердце её забилось чуть быстрее. Это было не просто любопытство, а что-то более глубокое, волнующее, что всегда возникало, когда Вай появлялась в таком виде. Сегодня Вай выглядела… безупречно. Белоснежная рубашка, казалось, была соткана из самого тонкого шёлка, мягко облегая её плечи и грудь. Несколько верхних пуговиц были расстегнуты, открывая лишь намёк на нежную кожу, и это было куда соблазнительнее, чем любое декольте. Рубашка была аккуратно заправлена в чёрные узкие брюки, которые, словно вторая кожа, обтягивали её ноги, подчёркивая их изящную форму и стройность. Каждый изгиб, каждая линия её тела казались выточенными с ювелирной точностью. Чёрный кожаный ремень, тонкий, но выразительный, завершал образ, добавляя ему дерзости и элегантности. Кейтлин почувствовала, как по её телу пробежал лёгкий озноб. Это было не просто «хорошо». Это было чертовски хорошо. Это было то самое сочетание простоты и сексуальности, которое Вай умела носить так, будто родилась в этом наряде. В этом образе было что-то неуловимо притягательное, что-то, что заставляло Кейтлин забыть обо всём на свете и просто любоваться. Вай, словно почувствовав на себе взгляд, повернула голову. Её глаза, обычно полные решимости и остроты, сейчас светились мягким, тёплым светом. Лёгкая улыбка тронула её губы, и Кейтлин почувствовала, как её щёки заливает румянец. — Нравится? – спросила Вай, её голос был низким и бархатистым, словно сама ткань её рубашки. Кейтлин сглотнула, пытаясь собраться с мыслями. — Ты… ты выглядишь потрясающе, – наконец выдавила она, чувствуя, как её голос дрожит от непривычного волнения. — Смотря на тебя, я спрашиваю себя каждый раз, неужели ты настоящая? Вай подошла ближе, её шаги были уверенными и грациозными. Она остановилась напротив Кейтлин, и её взгляд задержался на лице жены. — Для тебя, да, – прошептала она, и в её глазах мелькнула искорка, которая заставила Кейтлин забыть о белоснежной рубашке и чёрных брюках. В этот момент она видела только Вай – свою Вай, такую сильную, такую красивую, такую… желанную. Кейтлин не могла больше сдерживаться. Она протянула руку и коснулась мягкой ткани рубашки Вай, ощущая под пальцами тепло её кожи. — Ты знаешь, как на меня действуешь, – прошептала она, её голос был полон нежности и восхищения. Вай улыбнулась ещё шире, её глаза сияли. Она наклонилась и легко поцеловала Кейтлин в уголок губ. — Идём, подарок уже ждёт. Солнечные лучи ласково скользили по их лицам, когда они вышли из дома. Легкий ветерок играл с прядями волос, принося с собой аромат цветущих роз из сада. Вай аккуратно взяла руку своей супруги, Кейтлин, и переплела их пальцы. Это было их маленькое, привычное движение, символ их неразрывной связи. Они сделали несколько шагов по гравийной дорожке, ведущей от дома, когда Вай остановилась. Ее пальцы сжали руку Кейтлин чуть крепче. — Закрой глаза, — нежно прошептала Вай, ее голос был как шелк, окутывающий слух. Кейтлин, чуть улыбнувшись, подчинилась. Мир вокруг нее погрузился в мягкую темноту, но она чувствовала тепло руки Вай, ее дыхание, легкое касание ее щеки. Они вновь двинулись, шаги стали более осторожными, словно они ступали по хрупкому стеклу. Вай вела ее, направляя, и Кейтлин полностью доверилась ей. Они вышли из двора, и Вай снова остановилась. Кейтлин почувствовала, как воздух вокруг них изменился, стал более открытым, просторным. — Мы вышли из двора? — спросила Кейтлин, ее голос был полон предвкушения. — Можешь открывать, — ответила Вай, ее улыбка чувствовалась даже сквозь закрытые веки. Взгляду Кейтлин открылась машина. Не просто машина, а воплощение мечты, сверкающее под лучами солнца. Audi R8. Идеальные линии, агрессивный силуэт, глубокий, манящий цвет, который, казалось, поглощал свет. Глаза Кейтлин стали больше, расширились до размеров блюдец. Дыхание замерло где-то в груди, словно кто-то невидимый сжал ее легкие. Знаки, которые она видела раньше – обычные дорожные знаки, вывески магазинов, даже звезды на небе – все стало каким-то приглушенным, второстепенным. Все внимание было приковано к этому чуду инженерной мысли. Она смотрела на новенькую машину, и мозг отказывался верить тому, что видят глаза. Это не могло быть правдой. — Боже мой, Вай… — прошептала она, голос дрожал от неверия. Она даже не смела пошевелиться, боясь, что любое движение разрушит эту хрупкую реальность, и она проснется в своей старой, верной, но такой обыденной машине. — Это… это не сон? Вай, стоявшая рядом, мягко улыбнулась. Ее глаза светились теплом и предвкушением. Она отпустила руку Кейтлин, которую до этого держала, словно боясь, что та убежит. — С днем рождения, Кекс, — произнесла Вай, и ее улыбка стала шире, освещая все вокруг. — Она твоя. Слово «твоя» прозвучало как приговор, как высшая награда, как что-то настолько невероятное, что Кейтлин снова почувствовала, как ее глаза стали больше. Она перевела взгляд с машины на Вай, пытаясь уловить хоть малейший намек на шутку, на розыгрыш. Но в глазах Вай была только искренняя радость и любовь. — Это правда? — ее голос был едва слышен, полный шока и трепета. — Да, твоя, — подтвердила Вай, и в ее голосе не было ни тени сомнения. Она достала из кармана небольшой брелок, сверкающий на солнце. Ключи. Ключи от этой мечты. — Ну что, поехали? — протянула она ключи жене. Кейтлин смотрела на ключи, потом на машину, потом снова на ключи. Ее мозг все еще пытался обработать информацию. Она, Кейтлин, за рулем Audi R8? Это казалось чем-то из другой жизни, из другого измерения. — Что? — она наконец смогла произнести, ее голос все еще звучал неуверенно. — Ты хочешь, чтобы я… села за руль? Сейчас? — Да, — Вай кивнула, ее глаза сияли. — Тебе понравится. Я знаю, как ты давно хотела машину. И я знаю, что ты будешь в ней прекрасно смотреться. Кейтлин взяла ключи. Они были прохладными и гладкими в ее руке. Она почувствовала их вес, их реальность. Она посмотрела на Вай, и в ее глазах отразилось столько счастья, столько благодарности, что Вай не могла сдержать улыбки. — Ты уверена? — спросила Кейтлин, все еще не до конца веря. — Абсолютно, — ответила Вай, ее голос был полон уверенности. — Садись. Кейтлин не спеша подошла к машине, провела рукой по блестящему кузову, а после зажала на кнопку на брелке — сигнализация отключилась с тихим щелчком. Вай тут же открыла дверь и села на пассажирское сиденье, её улыбка была такой же яркой, как солнечный день. Кейтлин выдохнула, села за руль и, чувствуя мягкость кожи на сиденье, начала изучать панель приборов. Глаза бегали по кнопкам и индикаторам, словно она пыталась запомнить каждую деталь. Запах новой кожи наполнял салон, создавая атмосферу чего-то совершенно нового и захватывающего. Она украдкой посмотрела на Вай, ища в её глазах знак одобрения. Вай, с игривой улыбкой, встретила её взгляд. — Заводи её, — шепнула она, её голос звучал как мелодия, полная обещаний. Чёрт, это выглядело так сексуально. Кейтлин почувствовала, как по спине пробежала дрожь, и, чуть облизав губы, вставила ключи в зажигание. Мотор завёлся с мощным рыком, и Кейтлин ощутила, как сердце забилось быстрее. Она повернула голову к Вай, и их взгляды встретились. В этот момент мир вокруг них исчез, осталась только машина и они вдвоём. — Едем? — спросила Кейтлин, её голос был полон волнения. — Давай, покажи мне, на что ты способна, — ответила Вай, её глаза сверкали от возбуждения. Кейтлин нажала на газ, машина тронулась, и они выехали. Сначала ехали по городу в обычном темпе, Кейтлин выглядела расслабленной, но всё же чувствовалось её лёгкое волнение. Вай наблюдала за женой. Перед ними открылся город, спокойный субботний день. Её пальцы уверенно лежали на руле, но Вай, знавший её как свои пять пальцев, улавливал едва заметное напряжение в плечах, лёгкую дрожь в кончиках пальцев. Это было не страх, нет. Это было предвкушение. Вай откинулся на спинку сиденья, позволяя себе насладиться моментом. Он любил наблюдать за Кейтлин, особенно когда она была в своей стихии. А сейчас она была именно там. Её лицо, обычно такое открытое и выразительное, сейчас было сосредоточено, но в уголках губ играла едва заметная улыбка. — Как выйдем на трассу, покажи мне скорость, — прошептал Вай, его голос был низким и бархатистым, словно шёлк. Он усмехнулся, не отрывая взгляда от дороги, предвкушая, как их машина превратится в стремительную стрелу. Слова Вайолет, сказанные так близко, так интимно, словно электрический разряд пробежали по телу Кейтлин. В груди её смешались разные чувства. Ей было безумно приятно водить, ощущать машину быть с ней словно одним целым. Каждый поворот руля, каждое нажатие на педаль отзывалось в ней волной удовольствия. Это было не просто управление, это было слияние. Ощущение мощи под её контролем, свободы, которую давала скорость, – всё это пробуждало в ней что-то глубокое, что-то первобытное. Это даже возбуждало. Она почувствовала, как её дыхание стало чуть глубже, а сердце забилось быстрее. Не от страха, а от предвкушения. Предвкушения того, что сейчас они вырвутся из городских ограничений, и она сможет дать волю этой машине, дать волю себе. Она взглянула на Вай, и в её глазах увидела отражение своего собственного желания. Это было их общее предвкушение, их общий секрет, который вот-вот должен был раскрыться на просторах трассы. Город остался позади, Кейтлин почувствовала, как дорога стала шире, прямее. Она переключила передачу, и машина послушно отозвалась. Её пальцы сжались на руле чуть сильнее, а в глазах зажёгся огонёк. — Готова? — спросила Вай, голос звучал ещё тише, почти как шёпот ветра. — Давай детка, разгони её. Широкая трасса расстилалась перед ними, словно черная лента, вьющаяся между бесконечными рядами деревьев. Солнце пробивалось сквозь листву, рисуя на асфальте причудливые узоры. Машин было немного, но они были, редкие точки, мелькающие вдалеке. Кейтлин облизнула пересохшие губы, ощущая легкое покалывание предвкушения. Ее пальцы, словно по команде, начали прибавлять газ. Она почувствовала, как машина оживает под ней, как послушно отзывается на каждое ее движение. Буквально пара секунд – и стрелка спидометра уже уверенно перевалила за сотню. Она крепче сжала руль, взгляд ее стал сосредоточенным, внимательно скользящим по дороге. — Ещё, разгоняйся, – прозвучал голос Вай, спокойный и уверенный, словно она сама ощущал эту мощь. – Почувствуй её. Кейтлин снова облизнула губы, на этот раз ощущая, как кровь начинает будоражить в венах. Адреналин уже плескался в ней, разгоняя остатки сомнений. Она вновь нажала на педаль газа. Скорость росла, приближаясь к отметке в сто пятьдесят километров в час. Машина, словно хищник, ловко маневрировала между редкими автомобилями, обгоняя одну за другой. Ветер свистел в открытое окно, трепал ее волосы, но Кейтлин не обращала на это внимания. Она была полностью поглощена этим моментом, этим ощущением свободы и силы, которое дарила ей дорога. Каждый поворот руля, каждое нажатие на газ – все было интуитивно, все было правильно. Она чувствовала машину, как продолжение себя, и это было пьянящее чувство. Кейтлин вжималась в сиденье, её пальцы крепко сжимали руль, а сердце колотилось в унисон с ревом двигателя. Машин будто стало больше, Кейтлин уже хотела бросить скорость, почувствовать спасительную тяжесть тормозов. — Нет. Не сбавляй. Продолжай, — голос Вай прозвучал низко и властно, словно шепот ветра в ухо. Кейтлин кусает губы, ощущая легкую дрожь, пробежавшую по телу. В ее глазах мелькнул вызов, смешанный с невольным подчинением. Она подчиняется, её взгляд становится острым, как лезвие, скользящим по бесконечному потоку огней. Она держит всю ту же скорость, неумолимо приближаясь к цели, быстро маневрируя между машинами, создавая опасные, едва ли не аварийные ситуации. Каждый резкий поворот, каждое мгновение, когда казалось, что столкновение неизбежно, заставляло ее тело напрягаться до предела. Но вместо страха, она чувствовала нарастающее возбуждение. Адреналин пульсировал в венах, разгоняя кровь, заставляя ее чувствовать себя живой, как никогда раньше. Кейтлин чувствовала взгляд жены на себе, ее молчаливое одобрение, которое подпитывало ее решимость. Она не говорил ничего, но его тишина была красноречивее любых слов. Она знала, что она может это. Она знала, что она хочет этого. Каждый маневр был танцем на грани, игрой со смертью, которая будоражила ее до глубины души. Она чувствовала, как ее тело откликается на каждое движение машины, как инстинкты берут верх над разумом. Это было опасно, это было безрассудно, но это было чертовски волнующе. С каждой секундой, проведенной в этом безумном танце скорости, адреналин и возбуждение только росли. Они переплетались, создавая пьянящую смесь, от которой кружилась голова. Кейтлин чувствовала, как ее тело становится единым целым с машиной, как они оба движутся по грани возможного, подгоняемые невидимой силой. Пальцы нервно сжимали руль, а дыхание становилось все более прерывистым. И вот, проехав ещё несколько километров, Кейтлин быстро взглядом нашла широкую обочину, и свернула, резко и быстро остановив машину. Тяжело дышала, держась за руль, словно тот был единственной опорой в этом внезапно нахлынувшем шторме. Вай, сидевшая на пассажирском сиденье, нахмурилась, не понимая, почему они остановились. Она только что собиралась спросить Кейтлин о чем-то, что пришло ей в голову во время поездки, но теперь все ее мысли были заняты странным поведением жены. — Всё хорошо? — спросила Вай, ее голос звучал немного обеспокоенно. Она наклонилась вперед, пытаясь заглянуть в лицо Кейтлин, но та уже была будто не здесь. Ее взгляд был устремлен куда-то вдаль, в пустоту, а на лице застыло странное выражение – смесь отчаяния и какого-то необузданного желания. Прежде чем Вай успела что-либо предпринять или сказать еще, Кейтлин совершила резкое, неожиданное движение. Она быстро расстегнула ремень безопасности, и, не теряя ни секунды, ловко перебралась через консоль, оказавшись на коленях жены. Вай вздрогнула от неожиданности, но не успела даже осознать, что происходит, как Кейтлин уже впивалась в её губы жадным поцелуем. Это был не тот нежный, ласковый поцелуй, к которому они привыкли. Этот поцелуй был голодным, требовательным, полным невысказанных эмоций, которые, казалось, вырывались наружу с такой силой, что могли бы снести все преграды. Губы Кейтлин были горячими, ее дыхание обжигало кожу Вай. Вай почувствовала, как ее собственное сердце начало биться в бешеном ритме, отвечая на этот внезапный напор. Она обняла Кейтлин за талию, прижимая ее к себе, пытаясь понять, что же так сильно взволновало ее жену. Поцелуй становился все более страстным, языки сплетались в танце, полный отчаяния и облегчения одновременно. Кейтлин прижималась всем телом, словно пытаясь раствориться в Вай, найти в ней утешение и спасение от чего-то, что терзало ее изнутри. Воздух в машине, казалось, сгустился до предела, стал почти осязаемым, пропитанным невысказанным желанием. Вай нервно отстегнула ремень безопасности, пальцы её дрожали от предвкушения. Она сжала бёдра Кейтлин, её ладони скользнули по гладкой ткани брюк, поглаживая, словно пытаясь успокоить собственное сердцебиение. Кейтлин подняла взгляд, её глаза, обычно полные спокойной уверенности, сейчас горели особым огнём. Она смотрела прямо в глаза Вай, и в этом взгляде читалось всё – нетерпение, страсть, глубокая, всепоглощающая потребность. — Я хочу тебя, — прошептала Кейтлин, её голос был низким и хриплым, словно от долгого молчания или от нахлынувших чувств. Вай ответила ей тем же, её дыхание стало прерывистым. Она не могла больше ждать. Быстрыми, но уверенными движениями она начала расстегивать ширину брюк, стремясь как можно скорее добраться до того, чего жаждала всем своим существом. Каждый щелчок каждый сдвиг ткани казался вечностью, наполненной нарастающим напряжением. Мир за пределами машины перестал существовать, осталась только эта комната, наполненная их общим, невыносимым желанием. И вот расстегнув брюки жены, Вай помогла Кейтлин снять с неё трусики, и Кейтлин приподняла свою юбку. Обе тяжело дышали. Облизав губы, Кейтлин всхватилась за плечи Вай. Вай одной рукой держала страпон, дабы супруге было легче сесть. Кейтлин тут же начала спускаться на него, почувствовав его начало. Секунда и она входит полностью, стонет. — Чёрт, — шепчет. Она начинает двигаться, сначала медленно, держась за жену. Вай утягивает её в поцелуй. Поцелуй был глубокий, страстный, языки переплетались в танце желания. Кейтлин чувствовала, как жар разливается по всему телу, каждая клетка вибрирует от возбуждения. Она ускоряла темп, отдаваясь ощущениям, наслаждаясь каждым толчком. Вай отвечала на поцелуй не менее жарко, придерживая Кейтлин за бедра, направляя ее движения. Салон наполнилась стонами и учащенным дыханием. Кейтлин запрокинула голову, отдаваясь во власть наслаждения. Вай опустилась ниже, целуя ее шею. Ее руки скользили по телу Кейтлин, лаская каждый изгиб. Кейтлин начала ускорять темп, двигаясь на Вай вверх-вниз, стоны стали громче, а желание невыносимым. С каждым движением она входила глубже, вжималась руками в плечи жены. Им было абсолютно все равно, что рядом проезжают машины, они были увлечены только страстью. Ветер, теплый и ласковый, играл с волосами Кейтлин, разлетавшимися от резких движений. Она чувствовала, как ее дыхание учащается, как сердце колотится в груди, словно пойманная птица. Все остальное – мир, время, пространство – перестало существовать. Осталась только она и Вай, переплетенные в этом танце страсти, под пристальным взглядом солнца. Вай отвечала на каждый толчок, изгибаясь в спине, словно струна, натянутая до предела. Ее руки, сжимавшие бедра Кейтлин, дрожали от напряжения. Она издавала прерывистые вздохи, смешанные со стонами, и каждое прикосновение Кейтлин отзывалось в ней волной горячей дрожи. Она чувствовала, как ее тело горит, как все клетки кричат от желания, как она тонет в этом океане наслаждения, созданном руками любимой женщины. Они двигались в унисон, словно две половинки одного целого, идеально дополняя друг друга. Каждый вдох, каждый выдох, каждое движение были пропитаны страстью, желанием и любовью. Они не замечали ничего вокруг – ни шума машин, ни любопытных взглядов, ни даже времени, которое словно замерло в этот момент. Для них существовал только этот миг, этот танец, эта связь, которая была сильнее любых преград. И вот, когда пик страсти уже казался неминуемым, Кейтлин остановилась, замирая на мгновение. Вай простонала: — Ещё чуть-чуть, любимая. Ещё немного. И затем, с новой силой, она возобновила движения, доводя ее до предела. Взрыв. Волна. Катарсис. Её тело содрогнулось, а стон слились в один долгий, протяжный звук. — Аахх! Волна схлынула, оставляя после себя приятную истому и лёгкую дрожь. Кейтлин медленно отстранилась, утыкаясь мокрым от пота лбом в плечо жены. В груди клокотало, дыхание было сбивчивым и прерывистым. Тишина в комнате казалась оглушительной после взрыва чувств. Она чувствовала, как щеки горят, а сердце бешено колотится в груди. Подняв глаза, Кейтлин увидела мягкую улыбку на лице жены. В глазах – нежность и всепоглощающая любовь. — Я не ожидала от тебя такого, — восторженно шепчет Вай, ее голос хриплый от напряжения и смеха. — Я сама не ожидала, — признаётся Кейтлин, восстанавливая дыхание. — Но, мне понравилось. — Надо будет повторить.

∆∆∆

Пятнадцать минут пролетели незаметно, словно мгновение. Машина плавно скользила по извилистой дороге, ведущей к уединенному коттеджу. Ворота, словно по волшебству, распахнулись перед ними, приглашая въехать на территорию. Автомобиль остановился у самого входа в дом, его блестящий корпус отражал последние лучи заходящего солнца. Вай вышла первой, грациозно и уверенно, словно всегда была здесь хозяйкой. Затем открыла дверь для Кейтлин. Их взгляды встретились, и в этот момент весь мир вокруг перестал существовать. Вай подошла к Кейтлин, взяла ее за руку, притянула к себе и нежно поцеловала. — Ты прирожденный гонщик, — прошептала Вай, ее голос звучал бархатно и немного хрипло. Кейтлин улыбнулась, ее глаза сияли. — Я же говорила тебе, что не люблю скорость. — Теперь понятно почему, — ответила Вай, и в ее глазах мелькнул озорной огонек. Они обе улыбнулись, наслаждаясь этим моментом тишины и близости. В этот момент, когда их сердца бились в унисон, дверь дома распахнулась, и на пороге появился Хендерсон. Его лицо, обычно строгое, осветилось теплой улыбкой. — Хендерсон, здравствуй! — с широкой, искренней улыбкой поприветствовала его Вай. Дворецкий ответил тем же, кивнув в знак приветствия. — Проходите в дом. Я приготовил обед. Кейтлин чуть сильнее сжала руку Вай, ее улыбка стала еще шире. Вместе, держась за руки, они прошли внутрь дома, оставляя позади шум внешнего мира и погружаясь в уют и тепло, которое их ждало. Дверь тихо скрипнула, пропуская их внутрь. Прохлада дома, окутала их, словно мягкое одеяло. Они прошли по коридору, где эхо их шагов было приглушено толстым ковром, и оказались на кухне. Кухня встретила их идеальным порядком. Свет от элегантной люстры отражался в начищенных до блеска поверхностях, создавая ощущение стерильности и уюта одновременно. Стол, длинный и массивный, был уже накрыт. Белоснежная скатерть, сверкающие приборы, изящные тарелки – всё говорило о том, что их ждали. Они сели, чувствуя, как напряжение дня постепенно отступает. Воздух был наполнен тонким ароматом свежеприготовленного супа, который уже стоял на столе в дымящихся тарелках. Рядом, словно тень, бесшумно возник Хендерсон, их дворецкий. Его осанка была безупречна, а взгляд спокоен и внимателен. — Алек с командой уехали не так давно, — произнес он ровным голосом, не нарушая царящей тишины. — Сказали, что персонал прибудет через пару часов и приступит к работе. Вай, чьи пальцы уже тянулись к ложке, коротко кивнула. — Отлично, спасибо. — Ещё могу быть чем-то полезен? – его голос был ровным, лишенным всяких эмоций, как всегда. — Нет, спасибо. Можешь быть свободен. В ее голосе не было ни намека на грубость, лишь усталость и облегчение. Хендерсон кивнул, и дабы не смащять супругов, скрылся из вида кухни. — Милая, я бы хотела спросить… — неловко начала Кейтлин, думая, как бы начать. Её пальцы нервно теребили край скатерти, а взгляд метался между тарелкой с недоеденным супом и лицом Вай. — Да, что такое? — спросила Вай, не отрываясь от своей трапезы. Ложка с аппетитным бульоном замерла на полпути ко рту. Она почувствовала легкое напряжение в воздухе, которое обычно предшествовало каким-то важным или, наоборот, очень неловким вопросам от Кейтлин. — Раз уж у меня есть машина, это значит что, ну, что ты не будешь забирать меня с работы? — её лицо выглядело так, будто она провенилась. Словно щеночек, который только что разбил любимую вазу, она смотрела на Вай с мольбой и виной в глазах. Вай поставила ложку на стол, её взгляд стал более внимательным. Она слегка наклонила голову, обдумывая слова Кейтлин. — Ну, изначально я так думала, — ответила она, пожав плечами. — Раз уж у тебя есть машина, то ты сама сможешь добираться до дома, и тебе не придется ждать меня. Я думала, это будет удобнее для тебя. Кейтлин вздохнула, её плечи немного опустились. Она ожидала такого ответа, но всё равно было немного обидно. — Да, я понимаю, — тихо сказала Кейтлин. — Это логично. Просто… я привыкла, что ты меня забираешь. Это было такое… наше время. После работы, знаешь? Мы могли поговорить, или просто помолчать вместе. То как ты врываешься в мой кабинет, и мы занимаемся быстрым и страстным сексом на моем столе. Я думала тебе это нравится. Она снова отвела взгляд, чувствуя, как краснеют щёки. Ей казалось, что она звучит глупо и инфантильно. Вай наблюдала за ней, и в её глазах появилось понимание. Она видела не просто желание удобства, а тоску по маленькому ритуалу, который стал частью их отношений. — Ох, Кекс, — мягко сказала Вай, протягивая руку через стол и касаясь пальцев Кейтлин. — Я не думала об этом с такой стороны. Конечно, я понимаю. Это наше время. И мне тоже нравилось. Кейтлин подняла на неё взгляд, в её глазах появилась надежда. — Так… может быть, мы можем продолжать? — спросила она, её голос стал чуть более уверенным. — Ну, не каждый день, конечно. Когда у тебя есть время, или когда я устала, или просто когда мы захотим. Я могу парковаться недалеко от твоей работы, и ты можешь выйти ко мне. Вай улыбнулась, её улыбка была тёплой и искренней. — Конечно. Мы можем продолжать. Я даже не думала, что тебе это так важно. Я просто хотела, чтобы тебе было легче. — Мне и так легко, когда ты рядом, — прошептала Кейтлин, её пальцы переплелись с пальцами Вай. — И мне нравится, когда ты меня забираешь. Это… это особенное. — Тогда договорились, — сказала Вай, слегка сжимая её руку. — Мы будем продолжать наши вечерние поездки. С этим, нет проблем. Больше слов не требовалось. Они начали есть, погрузившись в тишину, нарушаемую лишь легким стуком ложек о тарелки. Каждый глоток супа был наполнен вкусом и теплом, смывая усталость и даря ощущение покоя. В этом доме, где каждая деталь была продумана, где даже воздух казался очищенным, они могли позволить себе на мгновение забыть обо всем, кроме простого удовольствия от еды и предвкушения грядущего.