Призрак тишины

Лу Ван… Пребывая в объятиях красавицы, распивая с ней вино, слушая девичий голос, льющийся как музыка, ни о чем не думал. Наслаждался моментом. Готовился провести так всю ночь, как умиротворение нарушил топот ног и возгласы негодующих посетителей. Узнать, что случилось, вышла и моя леди. Поднимая легкие шелковые одежды, прикрывая обнаженные плечи и грудь, открыла дверь. Старшая дама дома Радости была встревожена. Сказала, что на павильон Лотосов было свершено нападение. — Нападение? — шептала Жуй-Жуй, прикрывая алые губки ладошкой. — Кто напал? — спросила девушка. — Неизвестно. Но старший мастер и послушники погибли, а глава Тянь ранен, — брови старшей дамы сдвинулись к переносице. Она хмурилась, сжимая бледные губы тонкую линию. Вид она имела гневный. Причину не назвала, но оно мне и не надо. Важен только: — Брат Хэ! — спешно собравшись, заплатив за ночь и вино, попрощался. Путь мой лежал к северному выходу города, там мы договорились встретиться, как решим свои дела. Туда же бежали наемники, преследующие брата Хэ все это время. Я видел, но ничего не предпринимал. Раз спокоен он, то не тревожусь и я. Так как бесполезно. Он все равно сделает по-своему. Таков уж его характер. Подходя к воротам, переступая их, услышал незнакомый голос, который обращался к даосу «брат Янь». Мужчину я не знаю, но он похож на наемника из «Закатного пика». Высокий, широкоплечий, хорошо сложенный. Длинные черные волосы завязаны в хвост. Одеяния в светлых оттенках. Значит, он праведник. Уровень его культивирования выше, чем у меня. Не ошибусь, если предположу, что он на начальном уровне ядра. Не подходя, слушал разговор. Выжидал, когда Янь Хэ понадобится моя помощь. Но все-таки вмешался, не выдержал, когда наемник произнес одну из техник темного учения: — «Гвозди души»! Интересная техника, брат Янь, — мне было слышно, как наемник улыбается. Отойдя от стены, подходя ближе к брату Хэ, последующей фразой он обрушил на мои уши ушат огненной воды. Все с такой же усмешкой в голосе, наемник спросил: — или мне обращаться к тебе старший Гуй? И вот тут я все понял и осознал. Все кусочки головоломки встали на свои места. И черные талисманы, которыми он заблокировал культивацию Фуянь Сюня, и наемники, убитые с легкостью, без зазрения совести. И даже пропавший старший, возглавляющий отряд. Его тело, скорее всего, стало пищей голодных призраков, с которыми у брата Хэ заключен договор. Но все равно: — Гуй?! — недоумевал я, давая ему знать о том, что все слышал и теперь знаю правду. Меч мой хоть и обнажен, а острие направлено в его сторону, жизнь не отнимет. Не смогу я вот так. Мы спали у одного костра, под открытым небом, луной и звездами, называли друг друга братьями. Не знаю как он, но я не смогу поднять против него меч. Только чтобы защитить. Закрыть спину и отбить атаки противника. «Готов!» — написал письменами Янь Хэ, готовясь отбиваться от двоих сразу. В его взгляде бездна, в душе замогильная тишина. Сердце бьется реже. Он и правда готов к этому бою. И неважно, каким изнурительным он будет. — Замечательно! — воскликнул наемник, резко сокращая между ним и братом Хэ расстояние, скрещивая и сталкивая сталь клинков. Полетели в разные стороны искры. Движения набирали скорость, как и удары. За мгновения каждый из них нанес по десятку сразу. К техникам и внутренней энергии они даже не прибегали. Сражались исключительно в ближнем бою. «Ядро! Ты точно на уровне ядра!» — думал я, смотря на брата Хэ. Едва успевая, но я мог следить за их движениями, набирающими скорость. Стану сильнее и догоню! Пообещал самому себе, оказываясь подле Янь Хэ, отбивая летящую в его спину стрелу, пущенную из тени. В его глазах удивление вперемешку с паникой. Он не знал, что от меня ждать. Мог бы что-то сказать, сказал бы. Вместо ответа, в качестве благодарности, он кивнул и оставил младших наемников на меня. А о том, что этот безмолвный призрак скрывался и выдавал себя за даоса, поговорим потом. Некогда. — Покров Ледяных Клинков! Не став размениваться на формации начальных ступеней, призвал сильнейшую технику, руша ее на головы послушников Закатного пика. А с теми, кто успел поставить защиту или заблокировать, разобрался лично. Отправив души на перерождение, во владения Господина Ямы! Янь Хэ… Старший Дэ с нашей последней встречи стал сильнее. Движения, выпады, все они быстрее, неуловимее. Каждый последующий шаг завершал предыдущий. Высокое мастерство. При этом Шуй Дэ успевал еще со мной и короткими фразами обмениваться по ментальной связи. Проявлять сочувствие, что из-за своей принадлежности к Призракам я лишился друга. Лу Ван, пока что не вмешивался в бой. Да и не по уровню ему с нами обоими сразу сражаться. Как мне кажется, он ждет момента, когда Шуй Дэ вымотает меня. Когда я останусь без сил, тогда-то он и направит против меня меч. Так я думал, пока мне в спину, из тени, не пустили стрелу. Понимая, что мне придется под нее подставиться, иначе меч старшего Дэ ранит меня куда серьезнее, опаснее, услышал треск древка. Спину, как и обещал когда-то, прикрыл брат Лу. Смотря на него недоумевающим взглядом, ждал последующих действий. Нападения, или упрека, но тишина. Он не нападал, а защищал. Кивнув в знак благодарности, оставил младших наемников на него, а сам, не переживая за нападения со стороны, посвятил все внимание старшему Дэ, решившему помериться мастерством техник. — Ты способный мечник, старший Гуй! — усмехался наемник, убирая меч в ножны, — сражаться с тобой мы так будем долго. Поэтому… — мгновение, и за его спиной, раскрыв крылья, запев протяжную песню, роняя алые перья, появился огненный феникс. По мановению руки, подчиняясь воле призывавшего, птица взмахнула крыльями. Тут же с небес полился поток алого пламени. Мощная, тяжелая энергия, стремящаяся подчинить своей воле все и всех. Обжигающая кожу, носоглотку и глазные яблоки, испепеляющая все вокруг, оставляющая от травы, деревьев только пепел. Хорошо, что я в одеяниях культа, сшитых из нитей нефритового шелкопряда. В противном случае я стоял бы по пояс обнаженным, покрытым ожогами. «Зонт Безмолвия», — тут же в моей руке оказался артефакт, накрывая шелковым балдахином. Остужая вокруг меня воздух, возвращад часть потраченных сил. Короткий приказ, поток цы и с поверхности, завывая, раскрыв пасти, в сторону старшего Дэ срываются голодные и охочие до теплой плоти призраки. В том числе и его младший собрат, недавно пополнивший ряды. — Мразь! — ругается старший Дэ, признавая в призраке своего собрата по клану. — Убил, скормил призракам и сделал своим подчиненным! Убью! — короткий приказ и феникс, раскрыв в очередной раз крылья, взмахнув ими, запел оглушающую песню. От голоса феникса несколько призраков растворились в потоках энергии. Но те, кто остался окружили старшего Дэ. Не обращая на звуковые волны огненной птицы внимания, высокого уровня призраки, стянувшиеся возле наемника кругом, выли в унисон. Находясь под действием техники «Вой сотни душ», старший Дэ пытался приказать птице напасть. Но бесполезно. Стояло ему поднять руки, начать складывать печати, как призраки усиливали нажим, атакуя и прижимая наемника к земле. «Зонт и Вой отнимают много энергии», — подумал про себя, ощущая покалывание в кончиках пальцев. Поэтому решил заканчивать этот бой. Пока призраки держали под контролем старшего Дэ, призвал десяток гвоздей. Как и планировал ранее, хотел скормить призракам тело мастера с уровнем ядра, а душу сделать частью формации. Движение, посыл, и каждый гвоздь нашел свое место. — Грха! — вырвалось из глотки старшего Дэ вместе с кровью. Техника и призванный феникс рассыпались огненными искрами. Осталось только тело, пронзенное гвоздями. — В шаге от высокого уровня ядра! — прохрипел старший Дэ, улыбаясь. — Проиграл, — очередная усмешка и просьба: — Старший Гуй, забирай мою душу, делай ее частью зонта, но не трогай тело, отдай его моему старшему брату! С неохотой, но кивнул, погружая тело старшего Дэ в Нефритовый гроб. А голодных призраков отправил в сторону брата Лу. Тот почти все. Осталось несколько наемников начального уровня Основы. Подойдя с зонтом в руке к лежащему в гробу Шуй Дэ, забрал гвозди. Активируя формацию, отделяя дух от тела, помещаю ее в структурный узор артефакта. Душа старшего Дэ нашла свое место. А зонт начал претерпевать изменения. До этого вполне обычный зонт с деревянной основой, стал стальным. Ручка — это рукоять, а спицы — тонкие лезвия, срывающиеся с места по воле мастера. Роспись на ткани тоже изменилась. Пламя, в котором мелькали очертания голодных призраков, из синего, стало темно-алым, как и окрас внутренней энергии старшего Дэ. А мой лик, скрывая от посторонних глаз, закрывал алый балдахин, расписанный узорами птичьих перьев. — Ух ты! — раздался радостный голос брата Лу, безбоязненно опускающего руку на мое плечо. И пока тот не опомнился, не убрал ладонь, коснулся точки на его лбу, между глаз. Так я соединил его и свой разум ментальной связью. — Это… — но не договорил, так как в его ментальном пространстве раздался мой голос: — Разреши представиться, — улыбка, кивок согласия с его стороны и: — Гуй Ченмо. Старший мастер культа Призраков, сорок пять лет. Средний уровень ядра! Личный Ученик главы культа. — Невероятно… — пролепетал брат Лу, но тут же спохватившись, сложив руки в приветственном поклоне, назвался: — Лу Ван. Мастер секты Снежного волка, средний уровень Основы. Тридцать лет. — Очень прият… — не успел договорить, как услышал раскат грома и тяжесть свинцом затянутых небес. Почувствовав лишь приближение дождя, не понял, в какой момент, врываясь и разрывая легкое, раскалывая в крошку ребра, мое тело пронзил окутанный молниями меч. На рефлексах я откинул в сторону брата Лу, накрывая его куполом из черных талисманов. Кровь моя кипела, меридианы натянулись, ядро задрожало, но не треснуло. Из глотки вырвался стон боли, кровавые сгустки окрасили бледные губы, шею и грудь. В глаза все расплывалось, силы меня покидали. — Брат Хэ! — слышал отдаленно голос брата Лу. Только шум в ушах от кровопотери и духовного шока не давали полностью расслышать предупреждающих слов, которые он выкрикивал, снова и снова о чем-то предупреждая. Понимал, что по мою душу пришел кто-то на уровне Зародыша. Не знал только кто именно. Врагов с таким уровнем у меня немного. Но есть. Узнал мастера, когда тот подошел и схватил меня за глотку, поднимая к небу, смотря в глаза. «Отец!» — скривился, а он зло процедил: — Вот мы с тобой и свиделись, выродок! Его пальцы держали меня за шею, сжимая до хруста гортани. Перед глазами черные мошки, во рту привкус крови. Я ей захлебываюсь. Но он почему-то медлит, не ломает шею. А смотрит в глаза, такие же, как и у мамы, что-то ищет в чертах лица. На губах кривая улыбка, во взгляде презрение. — Я искореню гнилой корень семьи Фуянь! Смою позор перед предками! Одной рукой он по-прежнему на моей шее, с силой сжимает, забирает возможность вздохнуть, второй же складывает печати формации Небесного Меча, окруженного разрядами жгущих молний. В этот раз я точно умру. От удара мастера такого уровня я не смогу выжить. Не сработают формации, заклинания, не защитит даже зонт. «Простите, Учитель», — произнес одними губами, закрывая глаза, слыша на периферии голос брата Лу, умоляющего не сдаваться, а бороться. Но я не смогу. Рана тяжелая, цы не осталось. Да и рука на шее не отпустит. Только в реку перерождения. Поэтому, слыша заклинание: — Небесное правосудие! — закрываю глаза и готовлюсь к невероятной боли, способной затопить мой разум кровью и слезами. Ощущая каждой клеточкой своего тела мощное давление, рвущее душу, отсчитываю последние мгновения жизни: первое, второе, третье. Отец уже готов отправить меня в царство Ямы, но в поток его заклинания, разрушая золотой меч с самых небес, под громогласные раскаты грома, принося с собой проливной дождь, врывается голос: — Что есть небесное, когда забыто земное? Что есть земное, когда нет и капли небесного? — Гуй Линьюй! * — зло рычит отец, откидывая меня в сторону, к брату Лу. А сам, обнажая меч, взлетая к небесам, наплевав на дождь и сверкающие молнии, отвечает на приглашение сразиться. — Кто это, брат Хэ? — спрашивает меня Лу Ван, поддерживая за плечи и вручая флакон с пилюлями восстановления. Они не залечат полученную от меча отца рану, но помогут продержаться до целителей. Они уже спешат к нам. Вижу в небесах, парящих на мечах старших мастеров культа Шелкопряда. — Исключение из правил, — ответил, ловя сознание, — даос, сформировавший зародыш, но отказавшийся от Небесных чертогов. А еще он первый заместитель культа Призраков и побратим моего Учителя, — улыбка, безмолвный смех, взгляд устремлен к небесам, к фигуре, облаченной в белые даоские одеяния. В руке заместителя любимый фучень*, концентрирующий цы. Но спустя несколько секунд, отпустив ситуацию, понимая, раз заместитель Линьюй здесь, то мне ничего не угрожает, начал утопать в потоке боли. Рана, хоть и на время затянулась благодаря пилюлям, все-таки дала о себе знать. Шум и гул рвут барабанные перепонки. Картинка перед глазами затягивается тьмой, во рту вновь появляется вкус крови. А сознание… Примечание: *Гуй Линьюй — призрак проливного дождя *Фучень — даосская метёлка