Исповедь в чужих словах.

Среда. 18 декабря. За ночь мне снилось что-то еще, это было связанное со школой, с Лорен. Все та же тревога. Я проснулась с первыми лучами солнца, и с полным ощущением, что я ни черта не выспалась. Голова ужасно болела, я не могла пошевелиться, каждое движение, даже просто сморщенное лицо вызывало жуткую, ноющую головную боль. Я слегка приподнялась на кровати, что-бы посмотреть на время, где мой телефон я не знала, поставила ли я его на зарядку? Где вообще моя сумка? На тумбочке возле кровати стояли электронные часы, я повернула их в свою сторону, жмурясь от света. 8:23 Еще пол минуты я непонимающе смотрела на часы, не понимая какой сегодня день, какое время суток. И только потом до меня дошло, что я проспала. Урок идет уже 23 минуты. Я упала обратно на кровать, с этим действием в подарок шла резкая боль в спине. Мне было откровенно плохо. Я не представляла как я вообще встану с кровати. Но я все же поднимаюсь, натягивая свитер, который висел на спинке стула. Вчера я особо не стала заморачиваться с одеждой для сна, нашла какие-то шорты и топ, сверху натянув этот же свитер и носки. Как я вылезла из свитера я не помню, и уж тем более не представляю какого черта он аккуратно висел на стуле. Свитер был вязаный, большой и длинный, растянутое горло свитера спадало с плеча оголяя его, а длина до середины бедра. Я высунулась из комнаты, по направлению в низ, найти свою сумку и телефон. Я шла с полузакрытыми глазами, так как свет их дико резал. Я заболела, что в принципе не удивительно. Я дернулась когда, обнаружила в гостиной Джеймса, он просто сидел на диване, откинув голову и держа глаза закрытыми, может он спит? Мне казалось что он сегодня работает. В любом случае я пыталась пройти по коридору как можно тише, что, было сложно учитывая что я почти ползла по стене, облокачиваясь на нее и лишь шагая. -Что то ищешь? - раздался голос, он показался мне громче чем обычно, я нахмурилась поведя головой, как будто бы это могло стрясти остатки головной боли из-за громкого звука. -Да, свою сумку. Я проспала.  - пробубнила я, почти добравшись до того места где я вчера бросила рюкзак. -Сумка в прихожей в полке, рюкзак на кухне на стуле. Куда проспала? -В школу. - с ноткой удивления ответила я. -Отважно, но ты сегодня дома. - Джеймс поднялся с дивана, размялся, и пошел на кухню. Я вспомнила что вчера ко мне заходил Джеймс. Неужели все настолько плохо что с первого взгляда понятно что я болею. Я проследила за ним взглядом, он полез на верхние полки доставая коробку с таблетками и прочими лекарствами. -Не мое дело конечно, но в следующий раз если решишь закаляться, делай это постепенно. - очевидно это было сказано с сарказмом, Джеймс подошел ко мне, я все еще стояла в прихожей, только найдя сумку. Он вручил мне таблетки, бутылку воды и градусник. - Если к 5 вечера температура не снизиться до 38, поедем в больницу. Закаляться? Ну да, я же кинула свои мокрые вещи прямо у входа в комнату, вместе с курткой. Я подключила телефон к зарядному устройству, и положила его на тумбочку. Откинувшись назад на кровать, я снова зарылась в одеяло, почти с головой, и уснула. Я проспала еще один день, кажется я столько не спала с самого пробуждения в больнице. А потом и еще один день прошел в забвении. Дома, в своей комнате, в которую не проникал свет из-за плотных штор, меня больше не волновали проблемы в школе, Лорен, Хейл. Было приятно на несколько дней выпасть из быстро мчащегося поезда, по направлению "ты облажалась", было приятно забыть о последствиях своих решений, и вечных сомнениях. В себя я пришла 19 числа. Несколько дней в кровати помогли слегка расслабиться. 20-го мы учимся последний день, ведь 21 суббота, а 24 Рождество. Джеймс настоял на том что-бы я посетила школу в последний день. Хотя мне хотелось забыть о ней до января. Пятница. 20 декабря. Ранний подъем после нескольких дней незапланированного отдыха, ощущался как что-то ужасное, и неосуществимое. Будильник в буквальном смысле привел в ужас, я испугалась резкого, громкого звука. Радовало лишь то, что сегодня короткий день. Соседние дома были раскрашены многочисленными лампочками, гирляндами, некоторые даже обвешивали гирляндами соседние деревья. Это была та самая атмосфера зимних праздников. Наш же дом, было даже не видно в кромешной тьме. Я без понятия праздновала ли раньше Рождество и как это проходило. Любила ли я этот праздник или терпеть не могла из-за семейных посиделок? Джеймс был слишком занят работой, да и он просто не был похож на человека который правда что-то празднует. Поэтому наш дом ничем не отличался от обычных дней. Автобусы были забиты, а в Форксе наконец пошел снег, который не таял как только касался земли. Моя обувь была не готова к этому, поэтому я ходила аккуратно, что-бы не поскользнуться на заледенелой дорожке. За то время, что я пролежала с температурой, я пропустила сеанс с Карлайлом, никак его не предупредив, ведь мне было банально лень дотянуться до телефона, и набрать сообщение. Только я вышла на школьную стоянку, когда снова поймала на себе кучу взглядов. Как будто бы я вернулась в начало, когда была новенькой в этих краях. Кто-то лишь мельком бросал на меня взгляд, а потом отворачивался снова заговаривая с друзьями, кто-то пялился до конца, пока либо я, либо наблюдатель не скроется за какой-либо стеной. Внутренний голос шептал что это все не к добру, и я тут же пожалела что так легко согласилась пойти в школу, могла прикинуться что мне все еще плохо. Все эти взгляды, это потому что Лорен рассказала что, столкнула меня в реку? Или есть другая причина? Более неприятная. В любом случае, я уверяла себя что, что-бы не стало причиной, мне все равно. В конце концов, что мне могут сделать? Второй раз в реку я себя скинуть не позволю. Самой вспоминать стыдно. Кажется к обеду мой энтузиазм "мне все равно" пропал вовсе, мне было неуютно. Все пялились, что-то шептали. Но никто не осмеливался подойти и сказать, задать вопрос. Я все еще без понятия, что стало причиной разговоров обо мне. По прошествию 4 уроков, в школе я держалась на чистом обещание Джеймсу больше не прогуливать, и на страхе проблем с соц. службами. Я сидела за столиком одна, уставившись в тарелку, жуя какой-то фастфуд. Поднимать взгляд было страшно, страшно от чувства непонимания и смущения, наткнувшись на чей то взгляд. Я пыталась погрузить в мысли, забыть где я нахожусь, как частенько делала раньше, в основном на уроках, когда становилось совсем скучно. Я представляла как я где-то гуляю, скупаю все что только приглянется, а потом возвращаюсь домой, где будет спокойно и тихо, а главное уютно. На стол, что-то приземлилось, а потом я увидела 2 фигуры стоящие передо мной, одна была чуть дальше. Подняв взгляд от тарелки я увидела Лорен, а за ней Лис. Только не это. Я так и смотрела на нее, сидя за столом, и держа в руке вилку, которой ковыряла листья салата, что взяла вместе с картошкой. Я даже забыла про лист бумаги, который приземлился у меня на столе. Мысли были заполнены: Не сейчас. Не при всех. Убирайся нахрен. -Что тебе надо? - промямлила я, делая скучающий вид, уставившись обратно в тарелку, накалывая листья на вилку. Взгляд невольно упал на бумагу. Лист А4, серый текст, в не самом хорошем качестве, отступление от краев было большим, и неровным. Отсюда я не могла разобрать мелкий текст. -Лишь напомнить что ты полная неудачница Нэнси, не только в делах школы, но и в жизни. Вот как жизнь обходиться с такими суками как ты Нэси. - она небрежно пододвинула лист бумаги ко мне. -Прости Лорен, но ты тоже та еще сука. - ответила я проглатывая ком в горле. Волнение нарастало, в животе завязался тугой узел, растягивая органы до предела. Я взяла лист, услышав как Лорен усмехнулась, а потом краем глаза увидела что она уходит. Это был распечатанный, до этого сфотографированный наспех документ. Было видно, что его пытались обрезать, но угол был не самый удачный, поэтому где-то был виден стол на котором фоткали тот самый документ. И это был мой документ. В правом верхнем углу мое имя, фамилия, дата рождения. Потом: Диагноз: психогенная амнезия, на почве сильного стресса, вызванным смертью родителей. Цель курса: Восстановить хотя бы частично память, понять как с этим справляться, пережить смерть родных. В скобках, на той же строке, уже ручкой была записана заметка (Воспоминаний нет совсем. Физическая причина потери памяти??? Внешнее воздействия???) Дополнительная информация: Не видит смысла в курсе, не хочет вспоминать. Ведет себя нормально, никаких признаков серьезных последствий. Воспоминания могут не вернуться. Курит. Продвижения (через 2 недели): интуитивные воспоминания, все очень косвенно. Реабилитация идет медленно, даже слишком. Врач: Карлайл Каллен. Рядом с именем врача, его подпись. Видимо Карлайл считал что мне живется слишком сладко. Другой причины я не видела. Как можно было достать этот документ, если только его прямо не показали. Я отложила бумажку, сидя еще пару секунд уставившись в никуда. Подняв взгляд я увидела что люди смотрят, на меня, перешёптываются, обо мне. Может Лорен и выглядит как тупая девчонка. Но тупой она не являлась. Так все провернуть. Нанести удары один за другим, без скандала, тихо, спокойно. В этой ситуации ее не выставить безжалостной стервой, которая просто все и всем рассказала, навязывая свое мнение другим. Нет, Лорен дала документ, и дала людям возможность самим сформировать свое мнение, которое исправить будет сложнее, чем навязанное. Когда у тебя есть скелеты в шкафу, не стоит подпускать к шкафу людей которым на них все равно, все равно на тебя. Ведь когда им станет не все равно, а ты уже расслабишься, они обязательно вспомнят про это. Было ли Лорен все равно на меня? Или может эта информация случайно подвернулась к ней под руку, в момент когда она уже осуществила месть, но не остыла до конца, что-бы не придать достаточного значения клочку информации. Я сложила листок в карман, мусор сгребла на поднос. Выкинула все в урну, и быстро направилась на улицу. Нужно было передохнуть, не видеть все эти взгляды. Не знаю что больше брало надо мной верх, может отчаяние, злость, или может быть стыд. Но разве я виновата? Твердил здравый смысл. Однако чувства вопили совсем другое. Да, это все ты. Я уселась за школой, на морозе, было холодно, а я только что выздоровела. Надо только перетерпеть этот день, последние несколько уроков. В голове крутилась тысяча и одна причина почему мне не стоит переживать по этому поводу, однако ни одна из них меня не успокаивала. Сам факт того что обо мне все знают, заставляет мурашкам поползти по коже. -Оооо! Нэс! - с права раздался уже знакомый мне голос. Ник бодро, почти в припрыжку прошел передо мной и уселся рядом. Я не смотрела на него, хотелось лишь что-бы он свалил к чертовой матери. Ник достал из сумки пачку сигарет, прикурил. С первой затяжкой, раскурив сигарету, он повернулся ко мне, затягиваясь еще раз. -Знаешь, теперь понятно почему ты такая странная. Не от мира сего. - он говорил, выпуская дым прямо мне в лицо, защипало глаз. Ник лишь хохотнул после своей фразы. - Я же говорил что Эмбер не лучшая компания. А в принципе, люди учатся только на своих ошибках. - он выжидающе глянул на меня. Я молчала не находя что ответить. - Пф. Сильно расстроилась? Ну бывает. Пару месяцев, максимум год, и ты перестанешь слышать сплетни о себе. Значит так надо было Нэс, сама судьба решила что ты не будешь хранить это в секрете. Планеты там... -Если ты будешь сейчас втирать мне про астрологию, то лучше заткнись. - рявкнула я. Хотелось подняться и просто уйти. И я бы так и сделала, еще пару недель назад, но что-то изменилось. Мне стало страшно жить одной. -Астрологией занимается моя матушка. Мне иногда приходится слушать. Ник! Всю эту неделю будь аккуратным, микроволновкой лучше не пользуйся! Сейчас очень травмоопасная неделя, всегда будь на чеку! - Пародировал парень высоким девчачьим голосом. -Матушка? - я фыркнула. Ник отлично разбавил обстановку, я даже расслабилась на какое-то время. В чем плюс таких людей как Ник, которым все равно на будущее, на людей, на их мнение, живут в свое удовольствие, это то что ему и правда все равно на человека, на то что он сделал, и что у него за проблемы, главное что-бы весело было. После уроков, все еще переполненная гневом, который усиливался с каждым взглядом, что я ловила на себе. Я села на автобус, но не до дома. 12 автобус, ведущий в больницу. Сегодня не был запланирован сеанс психотерапии, обследования. Я села на автобус, сама не понимая зачем. Может как раз что-бы спросить "зачем?". Хотелось закурить прямо в автобусе, особенно наблюдая за людьми, все были заняты своими делами, в основном прозванивали родственников, что бы пригласить на празднования Рождества, или заранее поздравить. Ведь в сам праздник будет уже не до телефонных звонков. Они разговаривали громко, как будто бы им нужно было докричаться до человека на противоположной стороне улицы. Автобус прибыл на место назначения вовремя. И ноги сами меня понесли в больницу. Разум вопил: "Какого черта ты делаешь?! Остановись пока есть шанс!". Но внутри бурлил гнев. Я только начала жить спокойно, в терапии появились мелочные, но результаты. Я расслабилась, доверилась, хоть и знала что никому не стоит верить, а в моем случае, даже себе. Третий этаж, последний кабинет. Я просто дернула дверь на себя, без лишний вежливости в виде стука. Кабинет встретил меня прохладой. Карлайл сидел за столом, перебирая какие-то бумаги, он лишь слегка приподнял голову, мельком взглянув на меня, тяжело выдохнув. Он отложил бумаги на край стола, сцепил руки в замок, положив их на стол перед собой. Я зашла в кабинет, захлопнув двери, и сама же дернулась от слишком громкого хлопка. Испуг был как удар кулаком в солнечное сплетение, я на миг перестала дышать, и казалось я уже и не начну. Но все закончилось так же быстро, как и началось, с первым вдохом. Неожиданная реакция сбила меня с мысли, я замялась уставившись на Карлайла. -Нэнси? - он показательно перелистнул страницы ежедневника, глянул на записи. - сегодня пятница. - перелистнул еще одну страницу - не суббота - почти по слогам, уставшим голосом проговорил Каллен. Я по-дурацки смотрела на Карлайла, готова поспорить, почти щенячьими глазами, как будто он меня предал, вывез в лес, и привязал к дереву у шоссе. -Карлайл. Что происходит? - вся злость, ненависть, и готовность кричать и кидаться обвинениями, после хлопка двери исчезла, звук стал как отрезвляющие начало. -Не знаю, Нэнси. - выглядел он устало и измотано. - Очень глупо, но извини. - он знал о чем речь, слухи и до него дошли. Наверное об этом трубит уже весь город. Из-за этой мысли мне перехотелось выходить на улицу, ждать автобус, ехать в нем. -Как она достала эти документы черт возьми? Вы что специально ей показали? Иначе, как это возможно? -Ты пропустила сеанс, на телефон не отвечала, как и твой дядя. - да, Джеймс вообще редко пользуется телефоном, в основном он лежит где-нибудь на кухне, на холодильнике. - Лорен зашла, начала диалог не о чем. Потом начала говорить о тебе. И в мыслях ни проскользнуло что она не уверена, посещаешь ли ты терапию. -Лорен? Вы подумали что мы друзья? Она же самый отвратительный человек на свете, хуже любого существа! - я перебила его. -Мне нечего тебе ответить. Если кратко, меня вызвали, она сказала что подождет, ведь пришла для того что-бы, что-то обсудить по поводу матери. В итоге, к моему возвращению ее уже не было. -Ясно. -Если есть желания. Можно, а может даже и нужно сообщить в полицию. За кражу и публикацию личных документов. -А толку то? Выпишут ей штраф? Проведут беседу насчет того что так вести себя нельзя? Что может сделать полиция? - гнев снова поднимался. - Слухи уже поползли, еще немного времени и об этом будет знать каждый. Полиция привлечет еще больше внимания. Мне это не нужно. -Думаю Джеймс что-то придумает. - Карлайл настаивает. -Джеймс ничего не придумает! Для всех один закон, и он его придерживается. Что он сделает?! Подсунет знакомого, что-бы замять дело?! Все прекрасно знают что мы родственники, и вряд ли его слова, действия хоть как то, и на что-то повлияют. - Я собиралась уходить. Еще немного и я начну кричать. Мне была не свойственна такая эмоциональность. Это я знала точно. Что же происходит? Сдерживать эмоции становиться труднее. -Он уже так делал? - вслед бросил Карлайл, пока я не открыла дверь, и не покинула этот кабинет. Я замерла, даже не развернулась. -Да. Но как вы и сказали, сегодня не суббота. - я вышла, снова захлопнув двери. Сеансы были в понедельник, четверг и субботу. Не знаю, появлюсь ли я здесь еще хоть раз. Я все таки запомнила номер Джеймса. Позвонила ему, попросила забрать из больницы. На телефоне было 2 пропущенных с незнакомого номера. Да, Карлайл звонил в четверг. Как бы я не хотела что-бы об этом знало как можно меньше людей, но Джеймсу пришлось рассказать, что все вскрылось. -Я не понимаю как она догадалась, так уверенно стала спрашивать обо мне. Будто бы того что ее мать один раз видела меня там достаточно. - я замолчала думая. В конце концов я была с Джаспером тогда. Вполне себе можно же подумать что я просто гуляла по работе отца Джаспера, с ним за компанию. Джеймс молчал. Он не проронил ни слова после "привет", как только я села в машину, в этот раз на переднее, пассажирское сидения. Я откинулась на сидение, поставив ноги на его край, не было бы это совсем нагло, я бы даже закинула ноги на приборную панель. -Ты много врешь, Нэнси, и врешь не запланировано, непродуманно. На вранье она тебя и поймала. - Он глянул на меня. - Раньше ты врала лучше. Не знаю к лучшему или худшему эти изменения. -Пф, если раньше я врала лучше, откуда тогда ты знаешь что я вообще врала? На это он мне ничего не ответил. -Убери ноги с сидения. Закатив глаза, я послушалась, выпрямляясь. Какой штат я назвала Эмбер в первый день в школе? Откуда я сказала, я приехала? Я уже не помню. Но тогда у реки, когда Лорен спросила не в Айдахо ли работают мои родители, я подтвердила не задумываясь, ведь от туда я и приехала. Неужели она знала с самого начала откуда я. Вечер проходил тихо. Я сидела за столом на кухне, уставившись в стену, и лениво жуя поздний ужин, настолько поздний, что пора было уже спать. Джеймс ушел в гостиную со своей тарелкой, смотреть телевизор. Как славно что мы оба не видим ничего занятного в совместном ужине и разговорах. Каникулы. Рождество. Хотелось что-то сделать. Чем то заняться. Но заняться откровенно было нечем. Из дома я теперь даже выходить не хочу. У дяди так же выходные, но я думала что он возьмет себе кучу работы на праздники. Так бы и произошло, но он определенно что-то хотел от меня. Пока не говорит что. Отправить куда-то? Есть ли лагери на Рождество? Если я буду все каникулы сидеть дома, он обязательно меня куда-то выгонит. Готова поспорить, он прекрасно понимает что я все же буду сидеть дома. Вопрос в том, куда он хочет меня отправить? Он сказал собрать на всякий случай сумку, на мой же вопрос: зачем? Ответа не дал. 23 число приближается быстрее чем мне хотелось бы. Все эти дни я откладывала решение идти или не идти на последний момент. Я еще раз перебрала шкаф. Черное платье Эмбер, аккуратно лежало на кровати отдельно, на другой стороне кровати была куча одежды, которая могла бы сойти для такого мероприятия, но нужно было посмотреть как она сидит. Пойти хотелось. Черт знает зачем. Куча старшеклассников в алкогольном угаре, которые будут на меня пялиться из-за ходящих сплетен, это все, еще больше усугубляло факт того, что мне нужно выглядеть опрятно. Ведь до всего этого, мало кто бы взглянул на меня, и уж тем более, запомнил во что я была одета. Необъяснимое желание присутствовать на таких вечеринках убивало. Было интересно, ведь я не помню ни одну, я не знаю как алкоголь действует на мой мозг, и какая моя доза. Что происходит на таких вечеринках. Но больше всего меня интересовала вся семья Калленов. Их дом, как и где они живут. Мне не было даже 18, но я уверена что кто-то точно протащит туда алкоголь, хотя бы Ник. Буду ли я пить? Это уже другой вопрос. Я перемерила все что было, и даже то на что вообще не было надежды. Все было слишком домашним и повседневным. Взгляд снова метнулся на платье Эмбер. "Что бы не случилось ты оденешь его" - имела ли она ввиду, когда говорила это, как раз ту ситуацию у реки. Была ли Эмбер настолько плохим человеком? Я мотнула головой. Каким бы человеком Эмбер не была, она даже не попыталась заговорить со мной, не говоря уже о том что-бы извиниться. Остались ли здесь какие-то вещи моих родителей? С лета когда мы все были в Форксе, мои же остались. Вот только я жива, а они нет, поэтому вполне может быть, что даже если они и были, Джеймс просто выкинул их. Стоит спросить. Я спустилась по лестнице, Джеймс все еще был в гостиной. -Эм, а родители оставляли здесь свои вещи? - спросила я, встав в дверном проеме. Джеймс глянул на меня, потом на время. -2 ночи. - Я тоже глянула на часы на стене, и правда, время близилось к двум. - Зачем тебе? -Я хочу пойти на вечеринку. Ну знаешь, Каллены устраивают по случаю Рождества. - промямлила я. Джеймс даже почти удивился. -Когда? -С 23 по 24. Джеймс тяжело выдохнул. -Все на чердаке. Завтра достану. - он снова отвернулся к телевизору. -А где чердак? - я даже не знала что он тут есть. В коридоре на втором, я его ни разу не замечала. -Не лезь туда. Иди спать. Разговор был закончен. Я скривила лицо, не понимая почему так грубо, и почему я не могу туда залезть. Но все же ушла. На втором этаже прошлась по не столь длинному коридору, смотря вверх, искала хоть намек на отверстие в потолке. Дошла до конца в упор. Ничего. Ну нет. Не хочу откладывать, я потом вообще тогда не доберусь до того что-бы перебрать их вещи, и что-то померить. Я посмотрела на дверь, которая для меня всегда была закрыта. Я никогда туда не заходила. Комнатка в конце коридора. Больше чердаку быть негде. Дернув за ручку, я ожидала что та будет заперта, но дверь поддалась, и даже не заскрипела, как дверь в кладовку, которую я в первые открыла ранним утром, ища метлу. В комнате было темно, поводив рукой по стене, я нащупала выключатель. Свет зажегся, предварительно опасно поморгав. Он был тусклым, лампочки скоро перегорят. Комната была полностью пустая, в ней не было ничего, ни занавесок ни какой-либо мебели, вообще ничего, даже на полу ничего не валялось. Были лишь поклеены белые обои с каким то незамысловатым рисунком, такого же цвета, только они чуть выступали, и были покрыты блестками. Я глянула на потолок, и там действительно был чердак. Джеймс сказал не соваться туда. Я простояла так еще пару секунд. В конце концов я влезла под его именем в полицейскую базу, это не может быть хуже. Дернув за свисающую веревку, которая была привязана к ручке двери на чердак, я на всякий случай сделала пару шагов назад. На пол упала лестница, и только тогда я задумалась о том как это потом собрать, придется тащить стул из своей комнаты. Чердак был небольшой, но где развернуться было. Точно побольше чем в моей комнате в квартире родителей. Почему они не купили себе дом если оба работали на хорошей работе? Я нашла свет и на чердаке, в углах были расставлены разные коробки, где-то были даже доски, разобранный шкаф, и прочее барахло. Здесь был даже стеллаж с книгами. Так же стоял не разобранный стол, на котором все было завалено коробками. Коробки не были подписаны, и все были одинаковые, тут пахло сыростью, и где-то даже задувал ветер, я поежилась. Может и правда это была не самая лучшая идея, рыться здесь. По крайней мере, потому что здесь столько всего, и я даже не представляю, где вещи родителей. Я все же открыла первую попавшуюся коробку, к счастью они не были заклеены. Первое, что сразу бросилось в глаза это альбом, большой, размером с лист А4. Под ним лежали детские книги, начиная с простой азбуки, заканчивая уже более серьезными. Я достала альбом. Господи, я чувствую что без спроса влезаю в чью то личную жизнь. В жизнь той девочки, что была запечатлена на фотографиях. Начиная с младенческих фотографий, к середине альбома девочке было уже около 5 лет. Она стала больше похожа на Джеймса, такие же карие глаза. На некоторых фотографиях она была судя по всему с родителями. Джеймс и какая-то девушка. В конце альбома девочке было около 8 лет. Неприятная догадка посетила меня. Альбом судя по всему один. Вещи сложены на чердак. Полностью пустая комната. Никогда о ней ничего не слышала. Может они сильно поссорились? Или Джеймс развелся с той девушкой и она забрала ребенка? Я быстро, лишь глянув краем глаза на все фотографии на развороте страниц, перелистывала альбом. Последняя страница, и я собиралась его уже закрывать. Но как только я перевернула страницу, из альбома выпала бумажка. Глянув себе под ноги, я все же закрыла альбом, так и не посмотрев что на последней странице, подняла бумажку, развернула ее. "Свидетельство о смерти Эмили Хадсон" Я уставилась на документ, ему почти 10 лет. Эмили дочка Джеймса. И она умерла в возрасте 8 лет. Погибла в автомобильной аварии. Понятно чего он вечно такой хмурый ходит. Дальше об его поведении, и как это связано со смертью Эмили я думать не хотела. Поэтому сложив бумагу по сгибу, я открыла последнюю страницу, куда она и была вложена. На последней странице были фотографии Эмили, вот только на них она была уже мертвой. Одна была в темноте, девочка сидела на переднем сидении, вся мокрая, в крови и мертвая, машина всмятку, ее черты лица невозможно было узнать, ведь лицо было буквально покрыто слоем уже засыхающей крови. Но я четко видела ее бледные, маленькие руки. Сзади на фотографии, можно было заметить на водительском сидении еще человека, но это было лишь очертание, я не знала кто это. Вторая фотография была уже из морга, девочку отмыли от крови. Куча порезов от стекла на лице. Эти фотографии точно из ее дела, из полицейских отчетов. Зачем только Джеймс их хранит в гребенном детском альбоме? Тупое напоминание, после того как посмотришь ее фотографии, что она умерла? Я кинула альбом обратно в коробку, и закрыла ее. После такого нужен перерыв. Я села на стул, около стола. Дышала, и пыталась не думать. А я ведь видела как убивают моих родителей. Видела кровь в больнице, и кучу ран пока была маленькой, и все это было в живую, так почему же меня так напугали обычные фотографии? Может меня больше, пугает что Джеймс хранит их в детском альбоме. Вся ненормальность этих действий. Но не мне судить. Я не теряла ребенка. Я глянула на стол, наверное стоит и правда подождать до завтра, что-бы Джеймс сам нашел эту коробку, черт знает что еще я найду. Будто в противоречие себе, я наклонилась к ящикам стола. В нижнем лежала груда разрисованной бумаги, этот ящик был самым большим, и внутри разделялся еще на две полки. На одной из них было намного больше рисунков, они были детскими, цветными и непонятными. Во втором аккуратно сложенные. Я достала несколько листов. Это были листы из тетрадей, на которых серым карандашом изображалась какая-то местность. Другие были картонными листами, на которых уже рисовали акварелью, очертания людей в темных тонах, яркие пятна напоминающее осенние деревья, или весенние, это уже какого цвета будут пятна. Так же лежал альбом А4, картон. Я его достала из под небольшой стопки листов бумаги. Быстро пролистала, все было нарисовано либо простым карандашом, либо ручками, синими, черными. Один рисунок все же привлек мое внимание. На нем был изображен человек, парень, стоящий полубоком, и что-то держа в руке. Парень по очертанию казался мне знакомым. В руках он держал часы. Я перелистнула на конец альбома, и на обложке, аккуратным ровным подчерком, маленькими буквами, черной ручкой было написано имя "Нэнси Хадсон". Ошарашенно глядя на имя, я снова вернулась на тот рисунок, он не был четким, не очень хорошим как у художников, грязные линии накладывались друг на друга, где-то ручка потекла. Я снова глянула на зарисовку. Часы. Мои часы, которые я утопила, и они теперь снова лежат у меня в столе. В профиле я узнала Хейла. Это он, и я его нарисовала. И часы. Которые мне подарили. Кто подарил? Когда, при каких обстоятельствах, а главное зачем? Джаспер. Это его часы. Он мне их подарил. Зачем? "Ты всегда ходишь со сдохшим телефоном, и вечно опаздываешь" Я сидела на поваленном дереве, оно было прогнившем, и на нем успел разрастись мох, от этого сидеть на нем было достаточно мягко. Я что-то чиркала в альбоме, какие-то линии, не знала что нарисовать. Был на удивление солнечный день, в этом дождливом, насквозь промокшем и жутко скучном городе. Как родители вообще меня сюда затащили. А главное, что им самим тут делать. Она уже переругались по всем причинам в чертовом доме. Еще чуть-чуть и будут ругаться из-за того что кто-то в неправильную сторону подстриг кусты. А подстрижет их отец. Я свесила одну ногу вниз, болтая ей, колоски травы щекотали голую ногу. Сегодня первый день за лето, когда достаточно тепло что-бы одеть шорты. На другой ноге я сидела, заодно на ней лежал альбом. Еще немного и будет закат, уже поздно. Я хотела глянуть на часы, ведь Хейл определенно опаздывал. Но те все так же стояли на одном месте. Я тяжело выдохнула, собираясь уже слезать с дерева, и направляться домой. -Уже уходишь? - за спиной раздался голос. Я обернулась нахмурив брови. -Ну наконец то, еще чуть-чуть и я бы подала заявление о том что ты заблудился в лесу. -Всего пять минут. Все не так плохо. -Я сижу тут около получаса, если не больше. -Тогда это твоя вина. Только-только стукнуло 10. -Черт. - я села обратно на ствол дерева. Джаспер приподнял бровь. Спрашивая что такое. - Я пыталась время по солнцу рассчитать. И знаешь, у меня неплохо получилось. Погрешность в полчаса, не так уж и много. А ты умеешь? -Толку то, везде по-разному. - он сел рядом со мной. Сегодня он был расслаблен. Из вежливости я не стала спрашивать какая из проблем его на сегодня отпустила. -Что с часами? -Свалились с лестницы сегодня утром. -Разбились? -Удивительно, но нет. Просто перестали ходить. - я снова уставилась в альбом, смотря на начерченные ровные линии в углу листа. -Просто. - Хейл усмехнулся. - Дай посмотреть. - он протянул руку. Я сняла часы с запястья аккуратно положила их в ладонь Хейла. Джаспер встал с дерева, отходя на пару шагов от меня, в то место, где солнце еще достигает земли через кроны деревьев. Красивая картина. Я готова остаться в этом моменте на вечно. Впервые за весь день улыбка тронула мои губы, я быстро опустила голову вниз, и снова наткнулась взгляд на лист бумаги. Этот момент можно запечатлить, но остаться в нем навсегда, я никогда не смогу. Я проморгалась. Я помню. Помню этот момент, те чувства, что я испытывала. Пьянящее спокойствие. Невольно я улыбнулась, снова воссоздавая то чувство спокойствия, с того момента как я очнулась в больнице, я ни разу не чувствовала такое же спокойствие. Оно было каким то детским, заставляло забывать о всем что происходило до того момента, забывать о проблемах, переставать думать о том что нужно возвращаться домой, о том что скоро станет холодно. Я перелистнула страницу, глянула на другие рисунки, их объединяло лишь одно. Так или иначе, они были связаны с Хейлом, места где мы бывали, вечер после прогулки, красивый цветок, на который только он обратил внимание, я же даже не смотря под ноги прошла мимо. И я все это оставила здесь. Зачем? Что стало причиной такого резкого отказа от всех этих воспоминаний? Меня передернуло от холода. Тогда было так тепло. А сейчас зима. Еще пару секунд я держала альбом в руках, не зная, класть его обратно, или забрать с собой. Положив альбом на колени, я закрыла ящик, и уже собираясь уходить, но для баланса открыла последний ящик, выдвижной, в нем сразу задвигалось что-то. В куче цветных карандашей, из самых разных наборов, сверху, лежал пистолет. -Воу. - я положила альбом на стол, что-бы взять оружие в две руки. Оно было тяжелым, из чего я сделала вывод, что настоящим. Вернув его обратно, подальше от беды, я все же спустилась вниз, забрав с собой альбом. Похоже Джеймс ходил туда как раз из-за оружия.