Влюбись в меня заново

Время летит незаметно. Погружённая в себя, Гермиона не замечает, как проходит день за днём. Пучина затягивает её, воспоминания всплывают в памяти в режиме нон-стоп. Буквально. Они мучают её даже во снах. Заставляют просыпаться то с улыбкой на лице, то в слезах. Для неё подобное состояние в новинку. Настолько, что она просто не справляется с собственным контролем. Пытается удержать вожжи, но на второй же день просто сдаётся. И словно бешенная лошадь, эмоции вперемешку с мыслями уносят её в никуда. Дни сливаются в сплошное месиво. Телевизор, еда на вынос, сидение на диване. Часто она просто ловит себя на том, что смотрит в одну точку. При этом на экране идёт уже другая программа, а часы показывают, что прошло явно не десять минут. От этого ещё хуже. Если разбитое сердце ощущается именно так, то любить она больше не хочет в принципе. Лёгкий разрыв прошлых отношений явно не пошёл ей на пользу. Но зато теперь Гермиона понимает почему всё было так. Она не любила. Что удивительно. Она не любила никого до Драко. Так не любила. Когда словно с глаз спадает пелена, ты видишь знакомого человека по-новому, а после он начинает заполнять собой всё. Не вытесняет прошлую твою жизнь за пределы, а внедряется во все её аспекты, разделяет их с тобой. Так, что теперь приходится вспоминать, а как это было, хотя прошло меньше года. Повод для смеха, если честно. Осознание действительности приходит на пятый день. В очередном потоке мыслей, когда она пустым взглядом смотрит в экран. Почему-то вспомнился день свадьбы и разбитая ваза. Получается, что не на счастье. Горькая улыбка касается её губ. Чёрт, как все они могли быть так слепы? Гермиона помнит, насколько удивилась приглашению на свидание. Первому. Дальше ей хотелось провести время с Малфоем снова, потому что их вечер был по-настоящему удивительным. Но неужели все просто приняли тот факт, что Драко Малфой мог влюбиться в ту, кого когда-то просто ненавидел? Неужели за эти годы, до их свиданий и свадьбы, до отношений, он изменился настолько, что эта мысль стала реальной в головах близких ему людей? Она этого не знала. Не интересовалась. Гермиона помнит, её так поглотили эти отношения, что весь мир переставал существовать. Драко её… понимал. Понимал и принимал полностью. Возможно прошло слишком мало времени, и это бы наступило позже, но он не пытался её изменить. А ещё старался давать всё, чего она хотела. Во всех смыслах этих слов. Подарки, внимание, мелочи. Цветы, поступки, детали. Он буквально завоёвывал её любыми доступными способами. Но тем самым показывал свою неподдельную заинтересованность. Она легко делилась с ним как счастливыми моментами своей жизни, так и тем, что приносило боль. Рассказывала о родителях, о чувстве вины, о страхах. Он принимал это и отвечал тем же. Давал поддержку. Причём его молчаливое присутствие оказалась намного ценнее, чем советы и попытки как-то её приободрить. Просто присутствие. Без жалости в глазах. Без неловких взглядов. Наверное, поэтому её так отпустило. Поэтому она полюбила. Удивительно, но Драко Малфой смог ей дать то, что пытались друзья и близкие. Но удалось лишь ему. И теперь она вновь теряет любимого человека. Даже не так. Его вновь отбирает жестокая действительность. Для кого-то это была игра. А может эксперимент. Рычаг давления. И почему-то за себя Гермиона переживает меньше в этой ситуации. Не сразу доходит почему, но ответ всплывает на пятый день, и он очень прост. Более того, эта мысль уже крутилась в её голове. Её чувства были настоящими. Она была счастлива по-настоящему. Любила. Переживала. И даже сейчас её сердце болело по-настоящему. Слёзы — реальный отголосок боли. С Драко обстояла иная ситуация. Насколько сильно он ненавидел или симпатизировал ей, когда это всё началось? Что ощущал, будучи под действием заклятия? Что ощущает сейчас? Гермиону трясёт от этих мыслей. Настолько, что к горлу подкатывает тошнотворный ком. Она подрывается с места и начинает метаться по комнате в очередном нелепом приступе. А мысли идут, идут, идут. Она пытается поставить себя на место Драко, и то, что рисует воображение, приводит её в ужас. Ведь она влюблялась в человека, имея желание его узнать. Поддаваясь на слова и поступки. Веря в искренность чувств своего мужа. У Драко этого не было. И она не знает, хочет ли узнать. Разумеется, он её не винит. Конечно, если только дело не в ней. Если это всё произошло с ними не из-за неё. Но от этого не легче. Потому что Драко просто может ошибаться и идти по ложному следу. Внезапно мысли перескакивают с мужа на работу. На безумную теорию о том, что всё это из-за неё. Что кто-то обозлился, мстил, пытался убрать с дороги именно её. Гермиона работает в Отделе регулирования магических популяций и контроля над ними уже несколько лет. Причём достаточно успешно. Продвигает законы, заключает международные пакты, контракты. А через пару лет, уже ближе к тридцати годам, Артур Уизли пророчит ей место своего заместителя. Удивительные высоты, учитывая её возраст. Однако тут война пошла на пользу. У неё появилась репутация. Вес. С ней действительно считаются не только те, кто работает в Министерстве магии Великобритании. Она получила уважение и признание и заграницей. Европа, Америка и Азия. За короткий срок Гермиона сотрудничала с министерствами разных стран по вопросу контроля за магическими существами, но основная её цель намного выше. В какой-то момент возможность стать Министром магии оказалась намного реальнее, чем предполагала выпускница Хогвартса, имея магловское происхождение. Да, Гермиона была героиней войны. Кто-то даже называл и называет её умнейшей ведьмой своего поколения. Вот только на статусе далеко не уедешь. На чужом уважении тоже. Министр — фигура влиятельная, но эфемерная. Сменить его достаточно легко, каждый в начале пути сталкивается с неприятием, ведь всем не угодишь. Но Гермиону никогда не пугали трудности. Естественно, она не единственный предполагаемый кандидат на эту должность. Потому что в вопросах будущего не стоит доверять даже самой Трелони. Оно многогранно и любой, даже малейший поступок может изменить всю картину. Но, разумеется, проще убрать её сейчас, чем с поста Заместителя руководителя Отдела магического правопорядка. Эта мысль щёлкает, словно тумблер. Запускает новую цепочку, уводя от душевной боли. От мыслей, которые заставляют плакать. Голова болит от перегруза. От информации, что вспышками пробивает сознание, от череды дней в душевном аду. Ведь если так подумать, то Драко не единственный, кто мог быть целью. Действительно. Да, с одной стороны она — обычный работник не самого большого отдела в Министерстве. Пусть даже работник с отличными показателями. А с другой — у неё была история, цель и перспективы. Поддержка. Гарри, Кингсли, Артур… Те, кто имеет достаточный вес для своего слова. Мысль о том, что из-за неё Драко пришлось проходить через всё произошедшее, заставляет впасть в ступор. Непринятие. Оно так велико, ровно, как и чувство вины. Потому что такого не заслуживает никто. Это она понимает с чёткой ясностью, опуская собственные чувства из расчёта. Но если цель она, то кто инициатор? Кто достаточно умён, чтобы либо организовать заговор, либо подстроить всё самому? Либо же связать цепочку случайных звеньев так, чтобы добиться желаемого? Ответа на это у неё нет. Однако кое-что не даёт погрузиться обратно в пучину жалости, боли и отчаяния. Мысль. Снова мысль. Простая и чёткая. Гермиона должна вывести на чистую воду того, кто это сделал с ней. С Драко. С ними. Должна вывести и отомстить. Путём правосудия или нет. Неважно. Гнев, зародившийся с искры, напоминает пламя. Пламя, что снова зажигает жизнь в карих глазах. Два следующих дня проходят в сборах. Её пожитки немногочисленны, однако съехать в никуда Гермиона не может. А потому экстренно ищет квартиру. Отбрасывает мысли о магических районах, не желая часто пересекаться со знакомыми лицами. В итоге в её выборе побеждает историческая часть. Небольшая однокомнатная квартирка под самой крышей в старом, но кирпичном здании. Гермиона щедро расплачивается с хозяйкой, договариваясь на ближайшие два месяца. Платит аванс и залог. Арендодатель ей нравится. Женщина в годах, с мудростью в почти прозрачных глазах и сеткой явных морщин на лице. Гермиона не лукавит. Рассказывает всё как есть, естественно, учитывая, что владелица квартиры — маггл. Мол, она разводится с мужем, ищет жильё. По крайней мере пока не будут готовы документы. А может и на более долгий срок. Хотя тут Гермиона уже чувствует лукавство. Как только всё закончится, ей нужно будет время. Другое место, город, возможно другая страна. Она даже примерно представляет то, как может изменить свою жизнь. Во Франции было вакантное место руководителем отделения. Разве не перспектива? Хотя бы на время так уж точно. Но не всё сразу. Сначала развод и поиски того, кто решил поиграться с чужими судьбами. Ему это просто так с рук не сойдёт. Она постарается, даже без широкой огласки. Драко, уверена, тоже. Кто бы это ни был, он за всё заплатит. Именно поэтому она входит в кабинет Гарри рано утром. С высоко поднятой головой, выспавшаяся, пусть и при помощи специального зелья. Со злостью в душе и решительностью в глазах. Гарри по своему обыкновению встречает её тёплыми объятиями. Частичка чего-то родного, возможно последнего, что есть в этом мире. Но она не плачет. Не позволяет себе слабость. Не сейчас. Она просто, как губка, впитывает его энергию, всю ту, что он даёт ей сполна. Вдыхает полной грудью и даже выдаёт что-то наподобие улыбки. — Как ты? — тихо спрашивает он, хмурясь, хотя сам тут же одёргивает себя. — Хотя, о чём это я… Ты можешь ещё немного отдохнуть, нет необходимости мучать себя. — Всё в порядке, — тихо отвечает Гермиона. На душе немного теплее от его искренней заботы. Братской. Такой привычной. Постоянной. Как константа в её жизни. Менялись места, время, большая часть её окружения, но Гарри — её якорь, что не даёт сойти с ума. — Наоборот, я хочу помочь. Тебе. Драко, — имя мужа даётся с трудом, она даже боится, что голос дрогнет, но нет. Гарри смотрит пристально, словно в самую душу. Будто бы знает всё то, что там происходит. И раздумывает о том, как бы помочь Гермионе выбраться из самого её эпицентра. — Ты хочешь помочь в расследовании? — А что, если Драко ищет не там? — спрашивает его Гермиона. — Он говорил, что считает себя целью всего этого, но что, если он ошибается? — У тебя есть какие-то мысли по этому поводу? — жадно подается он чуть ближе. Черты лица словно заостряются. Она знает этот взгляд. Это выражение. Словно у хищника, почувствовавшего добычу. Но Гермиона быстро возвращает его в прежнее настроение. — Пока нет. Если честно, мне нужно пересмотреть кое-какие бумаги, прежде чем делать выводы. А ещё, скорее всего, нужно какое-то общественное мероприятие, — тяжело вздыхает она. — Чтобы появиться там одной и понять чью-то заинтересованность более… детально. — Я понимаю, но…ты готова к этому? Я не сомневаюсь в твоей силе, но не могу допустить, чтобы тебе было ещё больнее, чем сейчас. Гермиона на эти слова лишь горько усмехается. Ох, Гарри. Милый Гарри. — Всё будет хорошо, — она может ему объяснить, что сейчас ей вряд ли может стать больнее. Есть несколько сценариев развития событий, которые смогут ударить по нервам, выбить из колеи, но они маловероятны. Хотя страх сидит где-то в глубине души. — В любом случае, думаю, ещё одна голова в этом расследовании не повредит. — Кстати об этом, — тяжело вздыхает Поттер. — Я проверил Пэнси и ребят. — Что? — удивлённо смотрит на него Гермиона. — Проверил? — По просьбе Драко, да. — Он подозревал кого-то из них? Не верю. — Ну, ему сейчас не просто. Драко просто не знал, кому он мог верить. — К тебе он пришёл сразу же, — нахмурившись произнесла Гермиона, но ответ Поттера — словно удар под дых в очередной раз за последние дни: — Потому что знал, что я не причиню тебе такой боли. — Но в своих друзьях он не уверен, — морщится она, прикрывая глаза. — Вы рассказали им? — Да, — кивает Гарри. — Разумеется, они не были в восторге от подозрений, но все всё прекрасно понимают. — Надеюсь. Не хочу никого обижать даже подозрениями в подобных обвинениях. — Пэнси и Блейз постараются разведать обстановку в высшем свете, — успокаивает её Гарри. — Тео и я поможем Драко. — Хочешь сказать, что я лишний член команды? — грустно улыбается она, готовая к сопротивлению. Но и тут лучший друг её удивляет. — Нет, но предлагаю тебе сыграть на два фронта. Всё-таки твоя работа больше связана с общественностью. И твои слова имеют смысл. Драко может ошибаться. — Спасибо, — шепчет Гермиона в ответ, действительно благодарная за поддержку. Несколько мгновений они молчат, каждый явно думая о своём, прежде чем она не разрывает тишину вопросом. — Как он? — Сложно сказать, — Поттер пожимает плечами и отводит взгляд. — Он закрывается с помощью окклюменции, но всегда так жить нельзя. Но тебе не стоит переживать о Малфое. Подумай о себе, ладно? С губ Гермионы срывается нервный смешок. — Пока что, я не могу нас разделить вот так просто… — У вас ещё пять недель впереди, — напоминает Гарри. — Давай договоримся, что сегодня ты отправишься к нам? Пэнси как раз дома, она будет рада тебя видеть. Отвлечёшься, отдохнёшь ещё денёк. А потом уже включишься в дело. Вернёшься на работу? — Разумеется, — тут же отвечает она, даже не сомневаясь, не принимая иной вариант развития событий. — К тому же тут будет проще за всем следить. — Я не стал посвящать министра в это дело. — Хочешь сказать, Кингсли не в курсе, что произошло? — шокировано спрашивает Гермиона. — Гермиона, вспомни, какая была реакция на ваши с Драко отношения, — просит её Поттер, кивая на заданный вопрос. — А на брак? Я не утверждаю, что министр может быть как-то замешан в этом, но просто пока и так слишком много людей посвящены в это дело. Хотя бы пока мы не нападём на след. Она понимает, что Гарри прав. В глубине души. Но та её часть, что обычно дремлет и не показывает себя, тихо и эгоистично шепчет, что Поттер ошибается. Что стоит посвятить в это людей, воспользоваться связями, привлечь внимание. Найти преступника и заставить заплатить за содеянное. Однако она быстро пресекает всё это и кивает. Нет. Гарри прав. У них должны быть улики, чтобы обвинить кого-то. Должна быть хотя бы кандидатура, чтобы привлекать к такому делу Министра магии. Потому что, Гермиона уверена, что напасть на след преступника они смогут. А вот посадить его за содеянное или привлечь к суду — всё будет зависеть от личности таинственного кукловода.