Смерть перед рождением

      Письмо от Кингсли Шеклболта с приглашением на министерский приём в честь дня рождения министра пришло ровно за неделю. С момента их строго деловой встречи в кабинете они не обменивались ни словом. Такое внезапное внимание казалось не просто странным — почти неуместным, нарушающим все неписаные правила их пока ещё хрупких отношений. Но отказываться было бы оскорбительно. После недолгих раздумий Люцифер приобрел в подарок бутылку эльфийского вина, от которой бы побледнела даже винная коллекция Малфоев, и изящный нож для вскрытия писем, чьё лезвие было зачаровано на распознавание ядов и иллюзий.       Вечер встретил его сдержанным гулом приглушённых голосов и блеском хрусталя. Вручая шкатулку с ножом, Люцифер произнёс с лёгким, почти церемониальным поклоном: — Ваше настоящее оружие, господин Министр, — не заклинания, а информация. Позвольте этому инструменту служить вам, помогая видеть истину сквозь любые покровы. — Искренне благодарю, мистер Блэк, — Кингсли принял дар с тёплой, но оценивающей улыбкой. — А теперь пройдёмте, я вас представлю собравшимся.       И понеслось. Министр неторопливо проводил его по залу, представляя гостям. «Люцифер Блэк, новый Глава возрождённой ветви», — звучало его бархатное представление. Люцифер вежливо кивал, пожимал руки, а сам в это время мысленно поражался причудливому подбору гостей. Древнейшие фамилии, чьи корни уходили во времена Мерлина, стояли бок о бок с магглорождёнными волшебниками. Яркие мантии соседствовали со скромными деловыми костюмами. Но, что было самым показательным, Люк не увидел здесь ни одного откровенно «тёмного» клана. Только «светлые» и «нейтралы» — тщательно отфильтрованный, идеально сбалансированный микрокосм той самой Британии, которую Кингсли стремился построить.       Вечер тек плавно и приятно, наполненный необязывающими беседами. Но по мере того, как часы приближались к полуночи, гости начали расходиться. Люцифер, почувствовав, что его миссия выполнена, уже собирался произнести прощальные слова, как тяжёлая, тёплая рука легла ему на плечо. — Мистер Блэк, — тихо, но весомо произнёс Кингсли, — убедительная просьба — останьтесь ещё на пятнадцать минут. Для чашечки чая. — Его глаза обвели поредевший зал, где остались лишь несколько человек. — Не для всех.       В этих словах прозвучало не просто вежливое приглашение. Прозвучало нечто большее — намёк на начало настоящего разговора. И Люцифер понял, что всё предыдущее — и приглашение, и представление, и весь этот вежливый вечер — было лишь прелюдией.       Люцифер с лёгким изумлением окидывал взглядом собравшихся. Казалось, Кингсли собрал в этой гостиной квинтэссенцию послевоенной магической Британии. Артур и Молли Уизли, Рональд с Гермионой Грейнджер, несколько ключевых руководителей министерских отделов, ветераны Ордена Феникса — всего человек двадцать, отобранных с безошибочной точностью.       Хоть в этот вечер он и не был представлен никому из них лично, Люцифер узнавал почти каждого. Одних — по газетным фотографиям, других — по воспоминаниям из своей «прошлой» жизни.       Но был здесь один человек, о котором Люк не знал ровным счетом ничего.       Брайан Перс.       Он сидел в стороне, в глубоком кресле, словно вростая в его бархатную обивку. Далеко не молодой мужчина, чьи черные волосы, тронутые сединой у висков, были изящно стянуты шелковой лентой в низкий хвост. Его лицо, испещренное морщинами, казалось необычайно гладким — без единой родинки, без следов щетины, будто высеченное из старого, пожелтевшего мрамора.       Темные, почти бездонные глаза полуприкрывали тяжёлые веки, но Люк уловил тот самый хитрый прищур, скрывающийся в их глубине. И странная, отрешенная улыбка, застывшая на его тонких губах — не радостная и не дружелюбная, а скорее мечтательная, словно он наблюдал за чем-то, невидимым для остальных. И этот человек, в своем безупречном маггловском костюме-тройке, выглядел пугающе знакомо, хоть Люк был уверен, что впервые увидел его. — У вас ко мне какой-то вопрос, молодой человек? — Брайан Перс повернул голову, и его тёмные глаза встретились с взглядом Люка. Голос его звучал тихо, но с металлическим отзвуком, прорезающим приятный гул беседы.       Люцифер не моргнул, лишь слегка склонил голову в извиняющем жесте. — Ох, простите, мистер Перс, просто задумался. — И над чем же? — не отпускал старик, и в уголках его губ заплясали новые морщинки, складываясь в подобие улыбки. — Пойдет ли мне маггловский костюм, — без заминки ответил Люцифер, его собственные губы тронула лёгкая, непринуждённая улыбка.       Сбоку послышался сдержанный, но отчётливый смех Гермионы. Гарри знал этот смех — тот, что вырывался наружу, когда что-то задевало её чувство юмора вопреки всем попыткам сохранить серьёзность. — Мистер Блэк, — её голос сохранил ровную, учтивую интонацию, но в нём проскользнула лёгкая, едва уловимая теплота. Она не сделала ни шага вперёд, лишь чуть изменила положение плеч. Её взгляд, быстрый и точный, на мгновение пробежался по его фигуре, прежде чем вернуться к его лицу, и в уголках её глаз обозначились лучики крошечных морщинок, — знаете, я всегда считала, что истинный шик — в умении носить любую одежду. Но вы, кажется, подтверждаете это правило. На вас даже самый строгий костюм, полагаю, выглядел бы... уместно.       «Ох, дьявол, — промелькнуло у него в голове с внезапной ясностью. — Она что, флиртует?» — Вы чрезмерно любезны, мисс Грейнджер, — Люцифер слегка склонил голову, его собственный взгляд на мгновение задержался на каштановых кудрях, выбивавшихся из её некогда идеальной причёски. — Просто Гермиона, — поправила она мягко, и на этот раз открыто улыбнулась, — в конце концов, кажется, мы собираемся стать коллегами. — Коллегами? — Мисс Грейнджер проговорилась, мистер Блэк, — произнес Брайан Перс, и в его глазах мелькнула искорка сухого удовлетворения. — Впрочем, возможно, это и к лучшему. Вы уже знаете, что в нашем Министерстве организована специальная группа по борьбе с тёмной магией.       Он сделал паузу, давая словам проникнуть в сознание. Воздух в гостиной внезапно показался Люку густым и тяжёлым. — Мы хотели бы видеть вас в наших рядах, — продолжил Перс, его пальцы сложились в изящный замок. — Здесь присутствующие — либо члены этой группы, либо... те, кто искренне сопереживает будущему нашего магического мира. — Ох, мистер Перс, — Люцифер мягко покачал головой, в его голосе зазвучала лёгкая, почти аристократическая усталость, — боюсь, я безнадёжно далёк от практической стороны тёмной магии. Мои интересы лежат в области истории и генеалогии. — Разумеется, разумеется, — Брайан отмахнулся изящным движением кисти, — мы и не предполагаем, что вам придётся участвовать в проверках или, не дай Мерлин, уничтожать опасные артефакты. Но вы могли бы оказать нам неоценимую помощь в... исследовательской работе.       Люцифер почувствовал, как по его спине пробежал холодок. Он сделал вид, что задумался. — Вы ищете что-то конкретное? — Не совсем, — глаза Перса сузились, превратившись в две тёмные щелочки, — но у нас есть сведения о существовании неких... Даров Смерти. Мы нашли упоминание о них в одной из книг, изъятых из ваших сейфов. Это чрезвычайно тёмная магия, мистер Блэк. Артефакты невероятной силы. Их необходимо найти и обезвредить, пока они не попали в неподходящие руки. — Дары? — Люцифер приподнял бровь, изобразив лёгкое недоумение. — Как в «Сказках Барда Бидля»? — Вы знакомы с нашим фольклором? — в голосе Перса прозвучало неподдельное удивление, — да, мы говорим именно о них. — Матушка в детстве часто рассказывала мне эти сказки, — пояснил Люк, с лёгкой ностальгической улыбкой проводя пальцем по краю своего бокала, — но я всегда полагал, что это всего лишь... сказки. Поучительные, конечно, но не более того. — В каждой сказке есть зерно правды, Люк, — тихо, но очень чётко произнесла Гермиона. Её слова повисли в воздухе, словно заклинание, призывающее к откровенности.       Люцифер повернулся к ней, его взгляд стал внимательным, почти изучающим. — Не сомневаюсь. Но в чём конкретно я смогу вам помочь? Мои познания в фольклоре весьма поверхностны. — Нас слишком мало, — вступил Брайан Перс, и его голос приобрёл новый, настойчивый оттенок. Он сделал шаг вперёд, и его тень, отброшенная на стену, казалась больше и внушительнее его самого, — мы должны использовать любые возможности, любые знания, чтобы найти их прежде, чем это сделают другие. Представляете, что будет, если эти артефакты попадут не в те руки? — Он распростёр свои ладони в красноречивом жесте, обращаясь ко всем присутствующим, но его взгляд был прикован к Люциферу. — Мы должны позаботиться о всеобщем благе. Ради будущего нашего мира.       И в этот миг всё встало на свои места. Мозаика сложилась.       Теперь Люк был абсолютно уверен: Брайан Перс — это Альбус Дамблдор.       Он хоть и изменил свою внешность до неузнаваемости — ни единого седого волоса в тёмной гриве, ни бороды, ни полулунных очков, — но выражение лица, этот специфический прищур сквозь невидимые стёкла, указующий жест длинных пальцев... Это было то, что не спрятать под самой искусной личиной. Даже имя он выбрал себе, отталкиваясь от старого — Альбус Персиваль Вульфрик Брайан Дамблдор. «Брайан Перс». И, конечно же, эта неизменная, набившая оскомину повестка о «всеобщем благе», звучащая как оправдание для любых, самых тёмных деяний.       Странно, что остальные не догадались. Хотя... кто их знает. Возможно, они и не в курсе этого маскарада. А возможно, они такие же актёры в этом тщательно поставленном спектакле.       Перед Люком разыгрывали комедию, и это было так очевидно, что почти оскорбительно. Дамблдор, даже притворяясь мёртвым, продолжал дергать за ниточки, собирая своих марионеток для очередной великой миссии.       «Ну что же, — подумал Люцифер, и на его губах застыла тонкая, почти невидимая улыбка. — Если вы хотите спектакль, вы его получите». — Всеобщее благо... — Люк медленно повторил эти слова, делая вид, что обдумывает их, и в его голосе прозвучала выверенная, идеально сыгранная нота согласия и понимания, — вы правы. Некоторые жертвы необходимы ради высшей цели. Разумеется, я готов помочь вашему... благородному начинанию. Чем смогу. Он смотрел прямо в глаза человека, которого когда-то считал наставником, и играл свою роль безупречно. Если Дамблдор хочет охотиться на Дары Смерти с помощью своего же «оружия» — что ж, Люцифер Блэк с радостью покажет ему, на что действительно способен Наследник Певереллов.