Гарри Поттер и Цена Доверия

Снейп. Мысль была неожиданной. Северус Снейп. Тот, кто создавал зелья подчинения не по своей воле, но сам никогда не собирался их использовать. Тот, кто, как выяснилось, не был частью заговора Дамблдора. Или был? Вопросов было слишком много. Наверху раздался громкий стук — дядя Вернон, верно, проснулся. — Мальчишка! — рявкнул его голос. — Где мой завтрак?! Гарри поморщился. Реальность вернулась жёстко и быстро. Он снова в доме Дурслей. Снова слуга. Снова «мальчишка», «урод», «дармоед». Но теперь он знал и понимал, что это временно. Гарри встал, расправил плечи — насколько мог в своём маленьком теле — и вышел из чулана. — Сейчас, дядя Вернон, — крикнул он, направляясь на кухню. Тётя Петунья уже стояла у плиты, её длинная лошадиная морда была недовольной, впрочем, как всегда. — Ты опять проспал, — прошипела она. — Дадли уже проснулся и хочет есть. Быстрее! Гарри кивнул, не глядя на неё, и начал доставать сковородки. Руки двигались автоматически — мышечная память ребёнка, который готовил здесь тысячи завтраков. Но голова работала совсем иначе. Два года. У меня есть два года до Хогвартса. Два года, чтобы подготовиться. Гарри разбил яйца на сковородку, после заметив Дадли — толстого, избалованного кузена, который в прошлой жизни стал… кем? Гарри даже не знал. После войны они не общались. Но это неважно. Дадли не враг. Дурсли — не враги. Они просто… препятствие. Гарри перевернул бекон. Мне нужно тренироваться. Физически — это тело слишком слабое. Нужны деньги. У меня есть хранилище в Гринготтсе, но туда не попасть без сопровождения взрослых. Но… есть и другое хранилище. Хранилище Блэков. Сириус сделал меня наследником. Значит, теоретически, я могу получить к нему доступ. Но как? Нужна информация. Книги. Газеты. Мне нужно знать, что происходит в магическом мире. Где Волдеморт. Что делает Дамблдор. Как найти Гермиону и Джорджа. — Мальчишка! — рявкнул дядя Вернон, входя на кухню. — Ты что, заснул там? Где завтрак? Гарри молча выложил яичницу с беконом на тарелку и поставил перед дядей. Вернон буркнул что-то недовольное и принялся есть, не глядя на племянника. Гарри налил себе стакан воды и отошёл к окну, делая вид, что пьёт. На самом деле он смотрел на улицу — на Тисовую улицу, которую не видел уже так давно. Идеально подстриженные газоны. Одинаковые дома. Одинаковые машины на подъездных дорожках. Тихая, скучная, предсказуемая маггловская жизнь. Скоро всё изменится. Гарри сделал глоток воды и позволил себе тонкую, холодную улыбку. Дамблдор, Уизли… вы не знаете, что я вернулся. Вы думаете, что всё идёт по вашему плану. Но теперь план изменился. И на этот раз я буду готов.

***

Крик вырвался из её горла прежде, чем Гермиона смогла его остановить — пронзительный, полный ужаса. Она рывком поднялась, хватая ртом воздух, сердце колотилось так сильно, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Нож. Гарри нёс нож к её горлу. Его глаза — полные отчаяния и ярости, но тело не слушалось. Дамблдор. Смех Рона и Джинни. — Гермиона! Доченька! Дверь распахнулась, и в спальню ворвались родители. Мама — миссис Грейнджер — была в халате, волосы растрёпаны, лицо бледное от испуга. Папа — мистер Грейнджер — позади, в пижаме, глаза широко раскрыты. — Гермиона, что случилось? — Мама бросилась к кровати, обхватила дочь. Гермиона не могла говорить. Она смотрела на мать — и не верила своим глазам. По щекам потекли слёзы. — Доченька… — Мать прижала Гермиону к себе, гладя по спутанным волосам. — Тише, тише. Это был просто сон. Всё хорошо. — Нет, — прохрипела Гермиона, и голос прозвучал странно — слишком высоко, слишком тонко. Не её голос. — Нет, не сон… Но она осеклась, глядя через плечо матери на отца. Мистер Грейнджер стоял в дверях, обеспокоенный, растерянный. Артур и Рон убили их. Моих родителей убили не Пожиратели смерти, а Артур и Рон. Но сейчас они были живы. Здесь. И это могло означать только одно. Я вернулась. — Гермиона, — мягко позвал отец, подходя ближе, — ты нас пугаешь. Что тебе приснилось? Гермиона сглотнула, заставляя себя дышать ровнее. Думать. Она оглядела комнату, и всё встало на свои места. Её детская спальня. Маленькая, уютная, с постерами любимых групп на стенах. Полки, заставленные книгами. Письменный стол у окна с аккуратно разложенными тетрадями и карандашами. Плюшевый мишка на кресле — тот самый, которого она выбросила в двенадцать лет, посчитав слишком детским. Всё было таким, каким она помнила это из детства. — Кошмар, — выдавила Гермиона, хватаясь за первое объяснение, которое пришло в голову. — Мне приснилось, что вас убили. — О, дорогая… — Джейн крепче обняла дочь. — Это был всего лишь сон. Мы здесь. Мы в порядке. Отец присел на край кровати, положил руку на плечо Гермионы. — Хочешь, мы побудем с тобой немного? Гермиона кивнула, не доверяя своему голосу. Родители остались, мама продолжала гладить её по волосам, отец держал за руку. Постепенно Гермиона успокоилась — внешне. Внутри же мысли бурлили ураганом. Я вернулась в прошлое. Это единственное объяснение. Гарри… Гарри сумел откинуть нас назад во времени. Она вспомнила лишь ослепительный свет. — Мам, пап, — тихо сказала Гермиона, отстраняясь, — какое сегодня число? Родители переглянулись. — Пятнадцатое июля, — ответила мама, слегка озадаченно. — Ты же знаешь. Вчера мы обсуждали планы на следующую неделю — ты хотела пойти в библиотеку. Пятнадцатое июля. А какой год? — А… год? — осторожно спросила Гермиона. Теперь родители посмотрели на неё с настоящим беспокойством. — Восемьдесят девятый, Гермиона, — медленно произнёс отец. — Ты уверена, что с тобой всё в порядке? Может, стоит сходить к врачу? Восемьдесят девятый. Тысяча девятьсот восемьдесят девятый. Гермионе должно быть… девять лет. Почти десять — её день рождения в сентябре. Я вернулась на несколько лет назад. — Нет, — быстро сказала Гермиона, изображая улыбку. — Всё хорошо. Просто… кошмар был очень реалистичным. Я немного растерялась. — Ты уверена? — не унималась мама. — Да. Правда. Извините, что напугала вас. Родители ещё немного посидели с ней, убедились, что Гермиона успокоилась, и наконец ушли досыпать. Было всего шесть утра — слишком рано. Как только дверь закрылась, Гермиона вскочила с кровати и бросилась к зеркалу на стене. На неё смотрела девятилетняя девочка. Маленькая. Худенькая. С копной густых, вьющихся каштановых волос, которые торчали во все стороны. Большие карие глаза. Детское лицо без намёка на косметику или зрелость черт. Мне снова девять лет. Гермиона провела руками по лицу, по волосам. Всё было реальным. Слишком реальным, чтобы быть сном. Она огляделась по комнате, схватила с полки наугад книгу — «Приключения Алисы в Стране чудес» — и открыла на первой попавшейся странице. Текст был чётким. Понятным. Во сне не читают книги так подробно — мозг не способен генерировать настолько детальную информацию. Это реальность. Я действительно вернулась. Гермиона опустилась на кровать, обхватив себя руками. Эмоции накатывали волнами: облегчение: родители живы; страх: что будет дальше; и, прежде всего, — решимость. Гарри сделал это. Он откинул нас в прошлое. Значит, ему тоже девять лет. Где именно жил Гарри до Хогвартса? Гермиона напряжённо вспоминала. Он упоминал Тисовую улицу. Дурсли. Но точного адреса я не знаю. А Джордж? Джордж был в Норе. Если он тоже вернулся… он в опасности. Его семья — его собственная семья — часть заговора. Нет. Не вся семья. Чарли и Билл знали, но не участвовали в этом. А Фред… Фред был мёртв в её воспоминаниях. Но сейчас — в 1989 году — он жив. Близнецы оба живы. Слишком много вопросов. Гермиона закрыла глаза, заставляя себя мыслить логически. Что она знала наверняка? Первое: она вернулась на двенадцать лет назад. Ей девять лет, до Хогвартса два года. Второе: Гарри, скорее всего, тоже здесь. Третье: Джордж тоже, возможно, здесь, но это неточно. Четвёртое: Дамблдор, Уизли (кроме Чарли и Билла, и, возможно, один из близнецов) — враги. Они не знают, что она помнит будущее. Это её преимущество. Пятое: нужно связаться с Гарри. Как можно скорее. Гермиона встала и подошла к письменному столу. Бумага. Конверт. Ручка. Всё это было здесь — в её детской комнате, где она когда-то писала письма бабушке и дедушке. Но как отправить письмо Гарри? У неё нет совы. Магглы не используют сов. А обычная почта… слишком медленно. И есть определённые риски. Но у меня нет другого выхода. Я должна попробовать.