Рывок

- Фу, я так ненавижу такие вещи! Я действительно не могу этого выносить. Заместитель менеджера Нам содрогнулся, только представив себе это. - Я тоже не фанат... но меня это никогда особо не беспокоило. Джихон привык к этому, так как это часто происходило, когда он ходил в бассейн в детстве. Он всегда думал: «Ну, это просто внимание», и обычно мог улыбнуться, вежливо ответить и даже немного поболтать. Но не в тот день. Это было невыносимо. Даже когда он пытался улыбаться и кивать головой — «Да, да» — его лицо продолжало напрягаться, и в конце концов он ушел из бассейна всего через двадцать минут после того, как вошел. А когда он вернулся домой, ему стало еще хуже. Конечно, он был зол из-за нескольких грубых комментариев, но он даже не мог понять, почему ушел, не поплавав. Он мог бы просто пропустить это мимо ушей, как обычно, и проплыть несколько кругов — так почему же он этого не сделал? Некоторые из этих людей, вероятно, даже не хотели его обидеть. Он был так холоден даже к тем, кто имел благие намерения, и это беспокоило его больше всего. Он продолжал задаваться вопросом: «Может, с этого момента мне стоит избегать этого времени? Может, мне просто бросить плавание и попробовать что-то другое?». Переживания не давали ему уснуть, и в конце концов он увидел сон. Он плавал один в пустом бассейне, но потом его плавки начали таять в воде и исчезли, оставив его полностью голым. В панике он высунул из воды только голову, чтобы оглядеться, и вдруг обнаружил, что место было переполнено людьми. И этот дерьмовый... абсолютно испорченный сон привел к беспокойной ночи, из-за чего на следующий день на работе он был в еще худшем настроении. А потом, днем, пришла самая ужасная новость. В пакете документов, который они подали в FINA на прошлой неделе, чего-то не хватало. Когда Джихон узнал, чего именно, кровь прилила к его голове. Это была копия регистрации спортсмена Хан Юсунга — один из самых важных документов. Это была ответственность Корейского совета по спорту. Они должны были подготовить его давным-давно и отправить в агентство Споин. Но Совет по спорту сказал: «Мы сейчас заняты, поэтому не сможем сделать это к вашему сроку. Просто пришлите нам все, что у вас есть, мы соберем это с тем, что у нас есть, и перешлем в FINA». Джихон даже поспешил собрать документы заранее, чтобы потом не пришлось выслушивать какие-то глупости типа: «Вы прислали их слишком поздно» или «У нас не было достаточно времени, чтобы подготовиться». И вот теперь — это была их ошибка? К счастью, апелляция все же была подана в срок, поэтому нужно было просто подготовить и отправить недостающий документ заново. Но это не означало, что Джихон не был зол. Судя по всему, офис-менеджер позвонил директору Кану, чтобы извиниться, признал, что это их вина, сказал, что у них нет оправданий, и просил прощения. Создавалось впечатление, что это действительно было просто недоразумение, но почему-то это только еще больше разозлило Джихона. - Конечно, ты злишься. Это только доказывает, что им было наплевать и они отнеслись к этому несерьезно. Хотя, когда этот чертов Совет по спорту относился к чему-то серьезно? Именно. Так всегда действовал Корейский спортивный совет. Обычно Джихон просто щелкнул бы языком и сказал: «Конечно, это они», но в этот раз он не мог. Прошло уже три дня, но одна только мысль об этом все еще заставляла его кровь закипать. Разочарование становилось настолько сильным, что начинало полностью истощать его энергию. Мысли о Джэкхёне, который отправился нак сборы отчасти из-за Совета по спорту — даже если это и не было единственной причиной — только усугубляли горечь Джихона. - Вы уже почти месяц по горло в этом, помощник менеджера Чжон. Это большой стресс. И вы еще и на диете. Люди впадают в депрессию, когда сидят на диете. Если не в депрессию, то, по крайней мере, в раздражительность. Ничего не поделаешь. Когда Нам упомянул, как диета испортила ему настроение в прошлом, Джихон наконец подумал: - О, да. Может, это и есть часть проблемы. Прошел почти месяц с тех пор, как он начал ограничивать себя в еде. Наборы для приготовления еды были удобны, но, поскольку меню менялось еженедельно, он начал испытывать трудности. В тот день он так устал от обычного вкуса, что пошел пообедать с Намом. После долгих раздумий он заказал суп из бычьей головы, но он оказался хуже, чем он ожидал, и это только усугубило его плохое настроение. Он заказал большую порцию, планируя съесть только мясо и половину чашки риса, но мясо имело сильный запах дичи, и он едва смог его тронуть. Его настроение и без того было на нуле, а теперь еще и обед провалился — это было изматывающе. Обычно пятничные дни были неэнергичными, но веселыми. На этот раз даже этого не было. Одна только мысль о том, что предстояло провести выходные в поисках дома, уже изматывала его. Они уже смотрели один дом, но из-за обстоятельств продавца сделка сорвалась. Теперь им снова пришлось бродить по улицам. [Извини. Заставляю тебя смотреть дома в одиночку.] Конечно, Джэкхён тоже сказал это, когда они разговаривали после работы. - За что ты извиняешься? Никто не мог этого предсказать. [Все равно.] - Хватит уже. Не говори глупостей. Просто сосредоточься на тренировках, придурок. Но тебе лучше смириться, если я в итоге выберу дом, построенный из морских контейнеров. Джихон пошутил, чтобы закончить разговор, и повесил трубку. Когда он проснулся на следующее утро, погода была прекрасная. Благодаря этому настроение Джихона немного улучшилось, и он с новой решимостью отправился на просмотр домов. Помогло то, что Джису, услышав, что он ищет дом, настояла на том, чтобы пойти с ним, чтобы «посмотреть, как выглядят дорогие дома», что дало ему некоторую поддержку. Когда они прибыли на место встречи, ожидавший их риэлтор любезно их поприветствовал. Поскольку срок их переезда был ограничен концом августа или началом сентября, Джихон беспокоился, найдутся ли подходящие варианты, но, к счастью, предложений, казалось, было много. Когда агент услышала максимальный бюджет Джихона, ее и без того улыбающееся лицо еще больше просветлело. Она уверенно заявила, что они легко найдут что-нибудь и даже смогут подписать договор сегодня, если ему что-нибудь понравится. - Вы хотите купить, верно? - Если место хорошее, я не против и аренды. Джихон объяснил, что, поскольку переезд должен состояться в сжатые сроки, он подумывает сначала арендовать жилье на два года, а потом купить. Агент кивнула. - А, это тоже хороший план. Но, конечно, думая о своей комиссии, агент в основном сосредоточилась на показе им объектов, выставленных на продажу. И, учитывая диапазон бюджета, все объекты были отличными. Хотя они и не могли даже мечтать о огромном отдельном доме с частным бассейном, как хотел Джэкхён, — потому что в этом районе ничего подобного не было, — они посмотрели два жилых комплекса с бассейнами, доступными только для жильцов. Джису не переставала восхищаться каждым из них, говоря: - Вау, люди действительно живут в таких местах? Поскольку все они находились в одном районе и были похожи по цене и размеру, дома начали сливаться в одно целое. Джису настоятельно порекомендовала квартиру на первом этаже в третьем жилом комплексе с частным бассейном. - Если у вас есть ребенок, первый этаж — всегда лучший вариант. - Да, для квартир это имеет смысл. - Вы действительно хотите отдельный дом? - Я имею в виду... квартиры проще, но я подумал, что, может быть, лучше растить ребенка в месте, где есть хотя бы небольшой двор. - Но собственный дом это так хлопотно. - Именно. Пока Джихон вел машину, агент, слушая их разговор, вступил в разговор. - Хотите посмотреть дом? - Это не отдельный дом. Это двухэтажное здание — владельцы живут наверху, а первый этаж сдают в аренду. Там есть приличный двор, и дом прекрасно ухожен. Он находится совсем рядом, так что мы можем заехать посмотреть. - О, конечно. - Одну секунду. Агент быстро позвонила по телефону, и, как только она повесила трубку, сказала Джихону разворачиваться. Проехав по лабиринту узких улочек, машина остановилась перед величественными воротами. - Вау, с первого взгляда видно, что это хороший дом, — сказала Джису, выходя из машины. Она заглянула через железные ворота и не переставала восхищаться красотой сада. Джихон ждал, сердце его слегка затрепетало. Вскоре ворота открылись, и появился пожилой мужчина с седыми волосами, держа в руках ключи. Увидев их, он нахмурился и спросил агента: - Кто подписывает договор аренды? Эта молодая леди? - Нет, этот господин, — быстро ответила агент, указывая на Джихона. - Но мы просто пришли посмотреть... - Детей не принимаем. Пожилой мужчина прервал ее, не дав закончить. Агент посмотрела на Джихона с удивленным выражением лица, а затем поспешила возразить. - Что вы имеете в виду, сэр? Госпожа об этом не упоминала. Буквально на днях мы показывали этот дом супружеской паре с детьми школьного возраста... - Я сказал то, что сказал. Мужчина снова резко прервал ее, а затем обратился непосредственно к Джихону. - Дети не допускаются. Они портят дом. Его тон был неприятным, а взгляд — полным презрения, как будто ребенок в животе Джихона уже успел разгромить все вокруг. Несправедливость всего этого заставила Джихона заговорить, хотя он уже совсем не хотел этот дом. - Сэр, если мы будем снимать его только на два года, то ребенка еще даже не будет — он будет еще новорожденным. Мужчина посмотрел на него так, как будто хотел сказать: - И что с того? - Что может сделать малыш... - Нет значит нет. Плач громкий. Соседи будут жаловаться, а это головная боль. Мужчина с отвращением щелкнул языком. Джису, похоже, хотела что-то сказать, но Джихон удержал ее и спокойно ответил. - Понятно. Но, сэр, почему вы разговариваете со мной так неформально? - Что, вы ожидаете, что я буду использовать уважительные формы с кем-то, кто достаточно молод, чтобы быть моим внуком? Мужчина сказал это, как будто это было самое глупое, что он когда-либо слышал, а затем открыто посмотрел на Джихона. - Что, вы думаете, что наличие ребенка дает вам право вести себя высокомерно? Если хозяин говорит «нет», значит «нет». Почему вы жалуетесь? - Наглый маленький гаденыш, — пробормотал он под нос и с громким хлопком захлопнул ворота.