Рывок

Наконец, изнурительная встреча закончилась, и Джихон в оцепенении вышел из конференц-зала, наполненного запахом сахара. Возвращаясь в офис, он столкнулся с руководителем группы Ли на лестничной площадке. - О, заместитель директора Чжон. Руководитель группы Ли окликнула Джихона, как будто это было идеальное время. - Сегодня у Джэкхёна первое контрольное обследование после выписки, верно? - Да, верно. Но из-за моего совещания с ним пошел Мин У. - Я знаю, я знаю. Мин У только что позвонил мне. Врач сказал, что на следующей неделе он может возобновить тренировки. Он уверен, что, если Джэкхён не будет переусердствовать, он сможет полностью восстановить свою форму до операции. Похоже, он практически полностью выздоровел. Джихон мягко выдохнул. Он уже догадывался об этом по результатам анализов, сделанных во время пребывания в больнице, но услышать это от врача было совсем другое дело. Его охватило облегчение, и в глубине души он почувствовал прилив эмоций. - Вы, наверное, очень переживали, заместитель директора Чжон. Вы много работали. Серьезно, это такое облегчение. Поздравляю. Руководитель группы Ли поздравила Джихона намеренно громко. Когда они спускались по лестнице, она перешла к настоящей причине, по которой отвлекла его в сторону. - В любом случае, я думаю... как вы считаете, можно ли Квон Джэкхёну присоединиться к тренировочным сборам национальной сборной в следующем месяце? - Тренировочным сборам? - Да. Когда появилось объявление, мы не были уверены, будет ли он готов к тренировкам, поэтому ответили отказом. Но если он начнет на следующей неделе, то две недели индивидуальных тренировок и поездка в Чинчхон могут быть неплохой идеей. - Я не уверен. Думаю, он, скорее всего, откажется... Руководитель Ли сказала: - Я так и знала, но все же выглядела немного разочарованной, когда попросила Джихона попробовать его убедить. - В любое другое время я бы сказала, что Джэкхёну лучше поступать по-своему — так эффективнее. Но сейчас ему все еще нужен контроль. В лагере есть медицинская бригада и надлежащее оборудование для физиотерапии. Возможно, это даже лучше. Тренер Шин — человек, который ставит во главу угла состояние спортсменов, поэтому я думаю, что он хорошо будет контролировать темп Джэкхёна. Джихон в какой-то степени согласился с ней. Хотя Джэкхён в целом хорошо осознавал своё состояние и знал, как управлять своим телом, бывали моменты, когда он намеренно игнорировал это. Второй отборочный тур был ярким примером. Поэтому Джихон планировал помогать с тренировками и присматривать за ним некоторое время — чтобы принудительно регулировать его темп. Но, честно говоря, это была роль тренера. Джихон не был его тренером и даже не имел тренерской лицензии. Ради Джэкхёна было правильно оставить эту работу профессионалу с соответствующей сертификацией. Если бы только Джэкхён действительно их слушал. - Я, по крайней мере, подниму этот вопрос. - Да, просто попробуйте упомянуть об этом. Лично я думаю, что ему было бы полезно поехать. Даже когда она это сказала, руководитель команды Ли не выглядела очень обнадеживающей. Джихон чувствовал то же самое. Поэтому, когда он заговорил об этом с Джэкхёном, он тоже не настаивал. Он просто небрежно спросил, пока они ели: - Тренировочные сборы национальной команды начинаются в следующем месяце. Хочешь поехать? Он не упомянул, как долго он будет длиться и где они будут проходить (очевидно, в Чинчхоне). Это не имело значения — было очевидно, что Джэкхён откажется, независимо от деталей. - Когда я уезжаю и возвращаюсь? Неожиданно спросил Джэкхён. Джихон, удивленный, порылся в телефоне, чтобы проверить электронную почту. - С 13 по 26 мая... то есть ровно две недели. - В Чинчхоне, верно? - Да. Джэкхён, казалось, подумал на мгновение, а затем покачал головой. Джихон, ничуть не удивленный, отложил телефон. Конечно, этот парень не поедет. Пока Джихон тихо продолжал есть, пытаясь успокоить свое слегка взволнованное сердце, Джэкхён внезапно спросил: - Тебе нравится обед? - Хочешь попробовать? Джихон подтолкнул к нему контейнер, но Джэкхён покачал головой и откусил большой кусок гамбургера, который держал в руке. Джихону это показалось странным — Джэкхён редко отказывался от еды. Он потянул ланчбокс обратно к себе и только тогда понял, почему. В меню на этот вечер был рис с зеленью гондре и жареный лосось. Второй субботний день после выписки Джэкхёна Джихон впервые за долгое время проснулся после десяти утра. Потерев опухшие глаза и посмотрев на часы, он только тогда понял, что Джэкхёна нет рядом с ним. Независимо от того, тренировался он или нет, ложился спать в десять вечера или в час ночи, Джэкхён всегда просыпался ровно в шесть утра. Затем он тихо лежал рядом с Джихоном, дожидаясь, пока тот проснется, и только когда Джихон шевелился, прижимался к нему и шептал: - Хорошо спал? Сегодня он, должно быть, встал с постели первым, поняв, что Джихон не проснется в ближайшее время. Все еще вялый после долгого сна, Джихон встал с кровати. Когда он вышел в гостиную, Джэкхён сидел под диваном с наушниками в ушах и смотрел в свой телефон. Джихон выпил стакан воды на кухне, затем вернулся в гостиную и плюхнулся на диван. - Что ты делаешь? Спросил он, лениво прислонившись к спинке. Джэкхён повернулся, вынув один наушник, и сказал: - А? - Я спросил, что ты делаешь? Что ты сейчас слушаешь? - Твое сердцебиение. - ...Что? На секунду Джихон подумал, что он ослышался. - Помнишь файл, который нам прислали из больницы в прошлый раз? Я слушал твое сердцебиение из него. Подумав, что Джихон действительно не понял, Джэкхён подробно объяснил. - Нет, я знаю, что это такое. Просто... Джихон неловко рассмеялся, почувствовав себя немного растерянным и смущенным, и толкнул Джэкхёна ногой. - Эй, это не было для моего сердцебиения. Это сердцебиение ребенка. Ты должен слушать сердцебиение Джини. Почему ты слушаешь мое? - Я слушал. Я слушал его некоторое время. Теперь я слушаю твое. Джэкхён схватил Джихона за лодыжку, когда тот говорил, затем вытащил другой наушник и залез на диван. Он обнял Джихона, нежно поглаживая его грудь и живот, и начал целовать его. Когда Джихон ответил приветственным жестом, Джэкхён уложил его на диван. - Можно? - ...Сегодня у нас встреча с родителями. - И что? Она будет только во время ужина. У нас есть много времени. Пробормотал Джэкхён с недоверчивым выражением лица и, не дожидаясь ответа, стянул шорты Джихона. Честно говоря, это не было каким-то священным ритуалом, требующим очищенного тела, так какая разница? - Мне кажется, сейчас он войдет очень легко. Джэкхён сказал это, потирая вход Джихона через его нижнее белье. И он был прав. Отверстие, в котором еще оставались следы присутствия Джэкхёна несколько часов назад, было все еще довольно мягким. Независимо от того, было ли это остаточным ощущением от прошлой ночи или нет, легкое поглаживание складок заставило его быстро задрожать и увлажниться. - Ты не хочешь? — спросил Джэкхён, и, коснувшись теперь заметно влажного участка ткани, сам ответил на свой вопрос. - О. Похоже, нет. - Ты не говоришь «нет». Джихон посмотрел на Джэкхёна, улыбнулся, затем дотянулся до спинки дивана и сел. - Я хочу быть сверху. Джэкхён поднял брови, как бы говоря: - Пожалуйста. - Ложись. Джихон схватил его за руку, толкнул на диван и встал. Он снял нижнее белье, бросил его на пол и снова забрался на Джэкхёна. Когда он одновременно стянул штаны и нижнее белье, толстый член Джэкхёна выскочил на свободу, уже набухший, хотя еще не полностью твердый. Даже в большой руке Джихона он был тяжелым и едва помещался. Джихон погладил его несколько раз, затем уперся коленями в диван и приподнял тело. Он поместил ствол между бедрами, и его влажное отверстие само собой раздвинулось — открываясь и закрываясь с нетерпением, как будто ожидая. Как только головка коснулась входа, Джихон медленно опустился. Его дырочка, голодная с самого начала, широко раскрылась и с жадной легкостью проглотила член Джэкхёна. - Мм... Толстый член проник в уже мокрую внутреннюю часть, и Джихон глубоко выдохнул, упершись руками в грудь Джэкхёна, когда его живот мгновенно наполнился. - Ты в порядке? - Да. Джихон наклонился и поцеловал его. Когда его верхняя часть тела наклонилась вперёд, а бедра слегка приподнялись, Джэкхён сжал обе его ягодицы руками. Когда он начал грубо их мять, Джихон прервал поцелуй и усмехнулся. - Не надо. - Нет надо. Несмотря на это, Джэкхён сжал ещё сильнее, сдавливая, пока на бледной коже не образовались красные отпечатки рук. Он отпустил, затем снова схватил — руки переполняла мягкая, упругая попка — и встряхнул её. - Ух... Мягкая плоть ярко подпрыгивала в его ладонях, и с каждым встряхиванием дырочка Джихона сжималась вокруг члена внутри. Стимуляция пронзила его, и его внутренние складки в ответ судорожно заерзали, жаждущие и сжатые. Это было так приятно. То, как его внутренности пытались сжать Джэкхёна каждый раз, когда тот хватал его сильнее. А еще лучше было то, как Джэкхён слегка кривил лицо и улыбался, когда это происходило. Каждый раз, когда Джэкхён издавал даже самый тихий стон или ругательство, Джихон испытывал эйфорию. Желая увидеть больше этого лица, Джихон намеренно начал более энергично двигать бедрами. Он положил руки на твердый живот Джэкхёна, поднимая и опуская бедра так, что член был наполовину виден, а затем снова исчезал. - Ха, ха, ха... Каждый раз, когда он поднимался, к члену прилипали скользкие нити предсеменной жидкости и других выделений, дрожащие, как мембраны, пытающиеся удержать член Джэкхёна.