Рывок

Вместо этого, Джэкхён тщательно воспользовался возможностью потрогать грудь Джихона столько, сколько ему заблагорассудится. Ему всегда нравилась грудь Джихона. Каждый раз, когда он ее трогал, он говорил, что удивительно, как она все еще упругая, несмотря на то, что Джихон давно не тренировался, и он чувствовал гордость, как будто это было его собственным достижением. Но теперь — то ли из-за беременности, то ли по другой причине — она стала настолько большой, что заполняла четверть его ладони, и Джэкхён потерял всякий самоконтроль. Одной рукой он гладил живот Джихона, а другой сжимал его грудь, не желая отпускать. В этот момент массаж был лишь предлогом — он уже превратился в прелюдию. Конечно, Джихон не собирался на это указывать. В тот момент, когда он заметил, что Джэкхён стал возбуждаться вскоре после начала массажа, он уже предвидел, что дело пойдет именно в этом направлении. Поэтому, когда рука Джэкхёна скользнула в его шорты и направилась к его члену, а не к бедру, Джихон не остановил его — вместо этого он тихо выдохнул и сказал: - Джэкхён, я сниму шорты, так что... дай мне секунду. Джэкхён, явно торопясь, стянул его шорты и нижнее белье в тот момент, когда Джихон приподнял бедра. - Знаешь, я помню, как был удивлен, когда впервые ночевал у тебя и увидел, что ты спишь в одних шортах. Джэкхён сказал это так, как будто эта мысль только что пришла ему в голову, полностью снимая шорты Джихона. - Почему? - Я просто думал, что ты всегда надеваешь нормальную пижаму на ночь. - Что, типа клетчатой пижамы или что-то в этом роде? - Клетчатая не подходит. Только полосатая. Или однотонная. Когда Джихон расхохотался, спросив, что это за логика, Джэкхён бросил одежду под кровать и добавил: - Но я действительно подумал, что бритва для бровей — это очень в твоем стиле. - Какое представление о мне у тебя в голове? - Есть версия тебя, которая существует только в моей голове. Джэкхён обнял Джихона сзади и прошептал ему на ухо: - Но тот, кто стоит передо мной сейчас, — он мне нравится гораздо больше. С этим нежным поцелуем рука Джэкхёна скользнула между бедер Джихона. Теплая от масла и крема, его ладонь теперь ласкала только внутреннюю часть бедер, намеренно избегая члена Джихона. И все же долгожданный физический контакт уже привел Джихона в полувозбужденное состояние — его член быстро стал твердым, из кончика уже вытекала предсеменная жидкость. И если передняя часть реагировала так сильно, то на заднюю часть это не могло не повлиять. Полотенце, которое Джэкхён заранее положил, чтобы не запачкать маслом все вокруг, сначала пропиталось скользкой жидкостью, вытекающей из отверстия Джихона. Пока рука Джэкхёна продолжала гладить внутреннюю часть бедер Джихона, его ноги раздвинулись шире, колени согнулись вверх. Джэкхён, наконец, заметил это. К счастью, он не сделал каких-то дразнящих замечаний типа: «Разве ты не говорил, что мы ничего не будем делать?». Вместо этого, как будто это и было запланировано с самого начала, его рука проскользнула дальше, лениво поглаживая промежность Джихона. Достаточно было просто провести кончиками пальцев по этому месту, напряженному и опухшему от возбуждения, чтобы Джихон почувствовал, что может кончить. Когда Джихон инстинктивно потянулся вниз, чтобы схватить свой член, Джэкхён остановил его. Не зная, куда деть руки, Джихон схватился за бедра Джэкхёна и стонал без остановки. Каждый раз, когда большая рука Джэкхёна массировала или давила на его промежность, Джихон дрожал и задыхался в его объятиях. Постепенно его тело скользнуло вниз, и вскоре голова Джихона лежала на груди Джэкхёна. Его тело было полулежащим, а его мокрая задница полностью обнажена. И, наконец, рука Джэкхёна достигла места, которое уже было пропитано влагой. - Хён, когда ты подлил сюда масло, не сказав мне? Джэкхён пошутил, потирая вход, который был уже настолько мокрым, что казалось, будто он его еще даже не трогал. Джихон думал, что к этому времени он уже привык к дразнилкам Джэкхёна, но сегодня они ударили особенно сильно. Подразумевание, что он был так возбужден, несмотря на свое состояние, казалось ему постыдно откровенным. Его ноги инстинктивно сжались от стыда, но Джэкхён остановил его. Раздвинув бедра Джихона, он ввел сразу два пальца, не дав ему снова сжать ноги. Дискомфорта или напряжения почти не было; эта область уже была достаточно расслаблена. Все, что чувствовал Джихон, было скользким, тающим ощущением, как его внутренние стенки влажно прилипали к пальцам Джэкхёна. Джэкхён, должно быть, тоже это почувствовал, потому что третий палец скользнул внутрь сразу же после этого. - Ты в порядке? Только после того, как вставил все три пальца, Джэкхён спросил. - Да... В тот момент, когда Джихон ответил, Джэкхён глубоко вогнал все три пальца. Джихон тихо застонал, потирая затылком твердые мышцы пресса Джэкхёна. По мере того как чужое проникновение становилось все больше, движения внутри становились все более интенсивными. Пытаясь отделить липкую слизистую оболочку, пальцы Джэкхёна двигались все более агрессивно. - Ух, нх... хх, мм... Джихон крепко сжал бедра Джэкхёна, выгибая спину. Толстые пальцы, растягивающие его, посылали по его телу толчки, заставляя все волосы встать дыбом. Каждый раз, когда это происходило, возбуждение накапливалось внутри него и выливалось на пальцы Джэкхёна грязными полосками. Ошеломленный тем, сколько жидкости производило его тело, Джихон пробормотал себе под нос в смущении. - Боже, почему я... так сильно теку... Хотя он улыбался, его голос дрожал, как будто он мог заплакать в любую секунду. Джэкхён, должно быть, понял, что Джихон был подавлен своим внешним видом, потому что на этот раз он не дразнил его. Вместо этого он говорил мягко, ласковым голосом: - Говорят, что это происходит, когда ты беременный. Это совершенно нормально — не беспокойся об этом. Да, Джихон слышал об этом раньше. Гормоны заставляют выделять больше жидкости, и вход становится мягче. Он знал это в теории. Но когда он почувствовал это в такой ситуации, ему захотелось спрятаться от стыда. - И вообще, что в этом такого? Это гораздо лучше, чем когда слишком сухо и больно. — сказал Джэкхён, наклонившись, чтобы поцеловать Джихона в щеку. Этот сладкий, утешительный поцелуй растопил сердце Джихона. Он обхватил лицо Джэкхёна обеими руками и на этот раз Джихон поцеловал его первым. Их языки переплелись; Джихон посасывал его губы, кусал его челюсть, выражая все свое желание, не сдерживаясь. Чем жарче становился поцелуй, тем острее становилось ощущение от пальцев внутри. Интервалы между стонами, вырывавшимися из их губ, сокращались. Джихон поспешно схватил свой член одной рукой. Другой рукой он держал лицо Джэкхёна, не отрывая губ от его губ, и гладил себя. Он был так болезненно возбуждён уже некоторое время, что всего несколько движений заставили его выпустить густую сперму. - Хаа... хаа... Наконец, Джихон прервал поцелуй, задыхаясь. Длинный вздох вырвался из его груди, когда его охватило изнеможение после кульминации. Но прежде чем он успел насладиться этим, Джэкхён снова прижался к его губам, нежно целуя его и притягивая смягченное, вялое тело Джихона в лежачее положение на кровати. - Ах, постой... тебе действительно стоит лежать так ровно? Джэкхён, устроившись между ног Джихона, вдруг вспомнил. - Ничего... Пока что. - Если тебе неудобно, давай поменяем позу. - Нет, мне нравится эта. Джэкхён улыбнулся и сказал: - Мне тоже, а затем открыл ящик в изголовье кровати, чтобы достать презерватив. Стянув трусы, он освободил эрегированный член, который напрягался уже целую вечность. Как только он надел презерватив на член, который был настолько изогнут, что почти касался его собственного живота, он схватил его и приблизился к Джихону. Джихон выдохнул дрожащим дыханием, раздвинул ноги шире и согнул колени. Вскоре он почувствовал тепло между бедрами. Ожидание проникновения заставило его задницу напрячься. Заметив это, Джэкхён медленно потёр набухшую головку своего члена о щель Джихона, скользя от входа до промежности. Презерватив, уже смазанный лубрикантом, впитал ещё больше жидкости Джихона и заблестел ещё сильнее. Но Джихон больше не чувствовал себя неловко. Все его внимание было поглощено размером толстого ствола, тершегося о его вход. Может быть, это было только кажущееся, потому что прошло столько времени, но как бы он ни смотрел на него, он казался еще больше, чем он помнил. Будет ли все... действительно в порядке? В тот момент, когда Джихон подумал об этом, Джэкхён, словно прочитав его мысли, сказал: - Если ты все еще беспокоишься, мы не обязательно должны это делать. Я могу просто использовать руку. От Квон Джэкхёна, который всегда говорил, что если нет проникновения, то это просто физический контакт, а не секс, это было большое дело. Джихон, должно быть, выглядел серьезно напуганным. - Мм... нет, давай. Вставь его. Джихон еще больше раздвинул ноги, когда говорил. Он знал, что если отложит это сейчас, то в следующий раз произойдет то же самое. Это был просто страх перед неизвестным — он понимал это. Так что лучше пройти через это сейчас. Как только он испытает это, он поймет, что это не то, чего стоит так бояться. - Ты действительно не против? - Да. Попробуй. Нет, вставь его. Вставь его, пожалуйста. Джихон нарочито сказал это кокетливым тоном, схватив свои покрасневшие ягодицы и раздвинув их в стороны. Вход, липкий и влажный от жидкости, открылся с непристойным звуком. Одно только представление о том, как Джэкхён смотрит на ярко-розовую внутреннюю часть, заставило лицо Джихона снова покраснеть — но ему было всё равно. Если это могло успокоить Джэкхёна, он показал бы ему всё, что угодно, как бы постыдно это ни было. - Боже... серьёзно. К счастью, это, похоже, сработало. Джэкхён рассмеялся с ошеломлённым выражением лица, а затем прикоснулся кончиком своего члена к слегка приоткрытому входу Джихона. - Если это слишком, скажи мне. С этими словами дырочка Джихона напряглась — и его сразу же охватило жгучее тепло.