Рывок

И не просто немного информации, а очень тщательно изучил все. От такой безграничной уверенности Джихон был настолько сбит с толку, что начал заикаться. - Нет, как ты... Как ты мог... Почему вообще? - Почему? Из-за тебя, хён. Джэкхён нахмурился, как будто не понимая, как можно было этого не знать. Наконец, от него начала исходить волна глубокой обиды. - Ты сказал что-то о дочери, которая похожа на меня. Поэтому я подумал, что будет лучше, если ребенок будет похож на тебя, хён... И когда я представил, как ты учишь таких детей, как мы, плавать в бассейне, это было так... так... Джэкхён не смог закончить фразу и спрятал лицо в ладонях. - Похоже, что одними только фантазиями он не мог справиться с чувствами, которые его переполняли. Конечно, парень, который более двадцати лет никогда не думал о своих собственных детях, в течение двух дней думал только об этом. В его голове, должно быть, царил полный хаос. И то, что из всех возможных фантазий — кормить ребенка, обнимать, утешать и ласкать — он выбрал научить плавать в бассейне, было так характерно для Квон Джэкхёна... В любом случае, поскольку это была его вина, Джихон не мог ничего сказать. Вспомнив свое поведение во время течки, он прекрасно понимал, почему Джэкхён так увлекся. Ведь он не просто повторял «Я хочу забеременеть» и «в меня», но и говорил всякие вещи типа «Я хочу дочь, похожую на тебя» и «она будет такой же красивой». Оказалось, что он не просто дал надежду ничего не подозревающему парню, но и раздул пламя из искры. - И что теперь делать? Джихон лежал на кровати, погруженный в раздумья. Честно говоря, когда Джэкхён впервые намекнул, что хочет ребенка, он решил, что тот просто еще не оправился от гона. Он подумал отложить разговор на потом, подождать, пока это желание естественным образом угаснет. Но, судя по текущему состоянию Джэкхёна, если отложить разговор, он только еще больше погрузится в свои фантазии. Он ж может начать искать детские купальники и ласты — ситуация вызывала серьезные опасения. Было бы гораздо хуже промолчать сейчас из ложной заботы, а потом вызвать еще большее разочарование. - Джэкхён-а. Наконец, Джихон сел на кровати и окликнул его. - Я не хочу иметь детей. Он ждал града вопросов: «Почему? Почему ты не хочешь? Ты когда-нибудь передумаешь? Ты уверен, что не хочешь?», но, вопреки ожиданиям, Джэкхён промолчал. Как будто предвидя такой ответ, он просто тихо ответил: - Да. Да, я знаю. Хён, ты уже говорил это раньше. Смотря вниз, Джэкхён пробормотал, что просто спросил на случай, если что-то изменилось. Затем он лег на кровать, как будто поменявшись местами с Джихоном. - Честно говоря, я сам стеснялся того, что хотел ребенка. Даже когда я думал об этом в одиночестве, я постоянно чувствовал себя неловко. Я просто мечтаю о ребенке, а рожать придется тебе. В конце концов, все трудности и страдания лягут на плечи хёна... С каждым словом лицо Джэкхёна становилось все мрачнее. Увидев это выражение, которое было скорее самобичеванием, чем смирением, Джихон почувствовал укол совести. Лучший способ остановить хаос Джэкхёна — притвориться, что тебе больно. Хотя Джихон часто жаловался на боль, на самом деле он довольно хорошо ее переносил. Не то чтобы он был нечувствительным, наоборот, из-за своего спортивного прошлого он остро реагировал на малейшие изменения в своем теле. Просто его порог боли был выше, чем у других — он считал, что в целом может выдержать почти все. Конечно, за исключением случая во время узла, когда казалось, что все тело разрывается на части. Джихон знал, что если он скажет: «Да, я ненавижу боль. Я действительно ее ненавижу», то Джэкхён больше никогда не будет об этом говорить. Но он все равно не сможет перестать думать о ребенке. И каждый раз будет упрекать себя за недобросовестные мысли. Поэтому Джихон решил быть честным. - Дело не в физических страданиях. Я просто не уверен в себе. Он твердо указал: проблема не в родах, а в воспитании. - Проще говоря, это создание совершенно нового человека. Я должен создать его сам, вырастить с момента зачатия до взрослого возраста — на мой взгляд, это невероятно серьезное дело. Обычной ответственности здесь недостаточно. И я не думаю, что смогу хорошо с этим справиться. Джэкхён хотел что-то сказать, но промолчал. Джихон догадался — он собирался ворчать «почему хён делает такие выводы, даже не попробовав», но понял, что такое решение действительно требует тщательного обдумывания. К счастью, Джэкхён, казалось, понял. Джихон добавил, как бы положив конец разговору. - С тех пор как я стал взрослым, я никогда не думал о том, чтобы стать родителем. Позже я отказался от идеи брака, твердо решив не жениться и не заводить детей. - Но ты все равно женишься, хён. - Что?.. На ком? — спросил Джихон, широко раскрыв глаза. - Что? — теперь уже Джэкхён смотрел на него. - На мне, конечно. На ком же еще? Он говорил так, как будто услышал полную чепуху. Джихон в замешательстве схватил его за руку. - Эй, погоди. Когда мы об этом говорили? - Никогда. - … Прежде чем Джихон успел спросить, зачем же он тогда несет такую вещь, Джэкхён резко сел и сказал: - Разве это не само собой разумеется? Мы любим друг друга, не хотим расставаться, у нас разные фамилии, мы не кровные родственники и не кровные враги — какие есть причины не жениться? Джэкхён говорил так уверенно и убедительно, что Джихон на секунду подумал: -Это правда. Нет ни одной причины не жениться. Но, к счастью, он быстро пришел в себя: - Послушай, почему мы должны жениться только потому, что любим друг друга? В современном мире? - А что делать, если не жениться? - Не «что делать», а просто можно жить вместе без брака и расстаться, когда захочешь. - Зачем расставаться, если этого никогда не произойдет? — резко ответил Джэкхён. - Да? Ты можешь за это поручиться? - Могу. Джэкхён ответил без колебаний, как будто это было очевидно, а затем внезапно уставился на Джихона округленными глазами. - Хён, ты можешь за это поручиться? Увидев его шокированное выражение лица и тон, Джихон поспешно ответил. - Нет, я, наверное, тоже не захочу расставаться, потому что мои чувства изменились. Думаю. - Думаешь?.. Джэкхён прищурился. - Нельзя так легко бросаться словом «никогда»... Когда Джихон сказал, что нельзя быть настолько уверенным в будущем, Джэкхён хотел снова возразить, но только тихо вздохнул и кивнул. Судя по выражению его лица, он думал: - Ну, хорошо, что хён хотя бы это сказал. - Ну, тогда почему ты не хочешь жениться? - Не то чтобы я не хочу, просто не вижу в этом особой необходимости. - Никто не знает, что будет дальше, так зачем связывать себя такими обременительными формальностями? После свадьбы многое меняется, появляется много проблем. Поэтому лучше просто спокойно плыть по течению и... - Хён. Джэкхён внезапно окликнул его приглушенным голосом. И, не дожидаясь ответа, с чрезвычайно серьезным выражением лица, сказал: - Ты знаешь, как твои слова звучат для меня? - Как? - Примерно так: «Да, это определенно щенок, раз ты родился от собак, но не обязательно называть его щенком, и раз ты не можешь быть на сто процентов уверен, что он вырастет собакой, давай просто понаблюдаем». - Что за ерунда? Джихон рассмеялся над абсурдностью сравнения, и Джэкхён тут же отрезал: - Чушь. Полная чушь. Куда делась недавняя депрессия? Он мгновенно перешел на резкий тон. Судя по внезапному извержению гейзера, он был довольно разгневан. - Хорошо, мы поженимся. Если тебе все равно, жениться или нет, а мне не все равно, то мы это сделаем. Джэкхён прервал его, как будто не собирался больше давать Джихону слова. - Что касается ребенка — я понимаю, что вся нагрузка ляжет на тебя, поэтому я никогда не буду настаивать. Но брак — это совсем другое дело. Так что позволь мне поступить так, как я хочу. Цокнув языком и откинув челку, Джэкхён вдруг стал серьезным, как будто вспомнил что-то. - Ах да, это не предложение. Официально я сделаю это, когда выиграю золото на Олимпиаде, так что давай сделаем вид, что этого разговора не было. Понятно? — потребовал он, а Джихон только рассмеялся над абсурдностью ситуации. - Эй, как я могу сделать вид, что не слышал, если я уже услышал? - Не знаю. Это твоя проблема, придумай что-нибудь. Джихон резко ответил: - Что, это я должен об этом думать? - Когда я сделаю предложение, ты должен отреагировать так, как будто слышишь его впервые. Обязательно. Он сказал это почти угрожающе, а затем внезапно сказал: - Ну, ты наверное устал, отдыхай, и вышел из комнаты. Даже когда Джихон окликнул его, он сделал вид, что не слышит, и закрыл дверь. Было очевидно, что отдых был лишь предлогом, но на самом деле он сбежал, чтобы Джихон не успел сказать, что не собирается принимать его предложение. Оставшись один, Джихон сначала рассмеялся, ошеломленный этим ураганом событий, но постепенно стал серьезным. Вскоре он опустил голову и прижал кончики пальцев к векам.