Рывок

- У тебя ведь нет никаких встреч в районе Хондэ? И мы просто поедем домой, - сказал Джихон, проверяя сохраненные маршруты в навигаторе. Но вместо ответа он тут же получил вопрос: - Почему ты не заехал за мной утром, а отправил Мин У? Судя по всему, это была просто отговорка. - Утром у меня были дела. - Разве ты не пытался избежать встречи со мной лицом к лицу? На мгновение Джихон даже почувствовал себя неловко, но сумел взять себя в руки: - Нет. Если бы я хотел, то не пришел бы даже после обеда. Однако Джэкхён, очевидно, заметил его минутное замешательство. И, молча наблюдая за ним, как только машина выехала с парковки, сразу же произнес: - Хён. - Что? - Поцелуй меня. - ...я за рулем. - И что? Это прозвучало так, будто речь шла о каком-то незначительном пустяке. - Ты ведь не забыл о нашем договоре? Под «договором» Джэкхён подразумевал их соглашение: секс только по выходным и в один из запланированных дней, а прочие проявления близости - в любое время. Разумеется, Джэкхён не сразу согласился на эти условия. Десять дней назад, в день их первого раза, он не отпускал Джихона почти до полуночи. В результате вышло около четырех раундов. И вот, наконец, когда Джэкхён затащил его в душ, Джихон, придя в себя, честно признался, что так больше продолжаться не может, и предложил фиксированное время для их встреч. Конечно же, Джэкхён никак не отреагировал на это, только недовольно спросил: - Зачем мне это? - Не хитри и просто придерживайся соглашения. Ты обещал, что во время подготовки к Олимпиаде не сделаешь ничего такого, о чем бы я потом пожалел, - настаивал он. У Джихона не было сил спорить, и он согласился. Но тут же, пытаясь встать с кровати, он непроизвольно рухнул обратно. Из-за этого Джэкхён искренне испугался за него: - Ты подвернул ногу? Сможешь встать? И ходить? Он так волновался, что не сразу понял, что у Джихона просто подкосились ноги. А потом, когда все прояснилось, он вдруг нахмурился и крикнул: - Не пугай меня так!, но уже в следующую секунду добавил более сдержанно: - Хорошо, мы будем заниматься этим только по выходным и когда тебе не нужно будет идти на работу. - Но ты же обещал выполнять все мои желания сразу и беспрекословно, - возразил Джэкхён, глядя на него так, словно он совсем обо всем забыл. Если Джихон действительно не помнил, то этот упрямец обязательно напомнил бы ему, тут же опустив спинки стульев. - Понял, - отрывисто ответил Джихон и поцеловал кончики своих пальцев. А затем дразняще поднес их к губам нахмурившегося парня. - Поцелуй меня по-настоящему, нежно, как если бы ты целовал любимого человека. Если ты не сделаешь этого сейчас, я пожалею об этом, и... Раздался резкий визг тормозов - и машина остановилась у обочины. Джихон тут же отстегнул ремень безопасности, схватил Джэкхёна за обе щеки и притянул к себе. Глаза юноши расширились от удивления, когда Джихон начал целовать его с такой страстью, словно собирался съесть. Однако вскоре Джэкхён ответил на поцелуй с таким же нетерпением, словно ждал этого момента. Их горячие губы столкнулись и разошлись, наполнив узкий салон автомобиля влажными звуками. Джихон, перехватив инициативу, тут же обхватил его языком, намертво присосавшись к нему так сильно, что он едва не онемел. Затем он резко отстранился. - Доволен? - спросил он. И, снова пристегнув ремень безопасности, завел машину. Вытерев мокрые губы тыльной стороной ладони, Джэкхён тихо сказал: - Хён, тебе ведь нравится? - С чего ты взял? - нарочито безразличным тоном возразил Джихон, выруливая на дорогу. В его голосе не было уверенности, потому что в глубине души он понимал, что Джэкхён прав. Особенно когда он вспомнил, как в полубессознательном состоянии во время секса он требовал от него самых разных вещей. - Ты слишком легко поддаешься, - признал Джэкхён. - Честно говоря, я думал, что ты будешь сопротивляться и даже ругаться на меня. - Почему? - усмехнулся Джихон. - Ты терпишь Олимпиаду, значит, и мне придется терпеть. Эти слова вновь задели Джэкхёна. Он был похож на гейзер, который стоит на месте, а потом вдруг выплескивает поток эмоций. - Что ты говоришь! Сам получаешь удовольствие, а говоришь: - Ой, я больше не могу, - возмутился Джэкхён. Джихон, конечно, мог бы с ним поспорить. Но все, что он сказал, - правда. - Слушай, ну кто же не возбудится после таких ласк. Если только импотент. - Как будто я тебя заставил. - Почти так и было, - Джихон решил быть откровенным. - Это не совсем по моей воле. Ты, как мужчина, должен меня понять. Джэкхён долго смотрел на него, выражая полное неверие, а потом, прислонившись к окну, согласился: - Ладно, пусть будет так. Но, значит, это было не по твоей воле? - Что именно? - Когда ты попросил меня войти в тебя сильнее. На что Джихон, покраснев, начал неистово размахивать руками: - Эй! Заткнись! И, прикрыв рот упрямца ладонью, зашипел: - Давай не будем поднимать такие темы в машине! Сотрудничай со мной, если не хочешь, чтобы я попал в аварию. - Хорошо, - пробормотал Джэкхён. - С чего бы это ты вдруг стал таким застенчивым? Но, как ни странно, он перестал упоминать об этом. Джэкхён был странным: он мог вести себя совершенно бесцеремонно, но знал, когда нужно остановиться. Джихон вздохнул с облегчением и снова сосредоточился на вождении. Но как только светофор сменился и ему пришлось притормозить у пешеходного перехода, он решил продолжить разговор, чтобы отвлечься: - На самом деле секс не так уж и важен. Люди спят с незнакомцами. И если бы я хотел переспать с тобой, это могло бы произойти еще раньше. Джэкхён изумленно посмотрел на него. На его лице можно было прочесть что-то вроде: - Так почему же мы не сделали этого раньше? Тяжело вздохнув, Джихон опустил стекло и добавил: - Ты можешь мне не верить, но все мои действия до недавнего времени были продиктованы благими намерениями. Если бы ты просто хотел заняться со мной сексом один раз, возможно, я бы согласился. Так проще: в конце концов, нет никаких обязательств. Но дело в том, что я тебе нравлюсь. - Да, ты мне нравишься, - быстро ответил Джэкхён. - И я не собираюсь ограничивать себя чем-то одним. Не дав ему возможности продолжить, Джихон прервал его: - Ты мне тоже нравишься, и не только как спортсмен, но и как человек. Я ценю тебя, поэтому и не хотел начинать эти отношения. - Тогда почему бы нам просто не быть вместе? - спросил он с озадаченным видом. - Если я тебе так дорог, почему бы нам не встречаться? - Потому что я хочу сохранить эти хорошие чувства, - сразу же ответил Джихон. - Вступать в отношения - все равно что подписывать контракт на неизбежный конец. - Но ведь есть люди, которые счастливы вместе до конца своих дней, - возразил Джэкхён. - Да, есть, - согласился Джихон, когда светофор сменился. - Но я не из их числа. - Почему? Джихон, сдерживая вздох, попытался уклониться от дальнейших вопросов: - Нам действительно нужно обсуждать это сейчас? Ты будешь жалеть, если мы не поговорим? - Почему ты не хочешь мне это объяснить? - Ну кто же будет рад рассказать о своих слабостях и болячках? Удивительно, но Джэкхён все же сдался, хотя искренне не понимал, о каких «слабостях» идет речь: - Ладно. Если не хочешь, давай не будем об этом говорить. Джихон ожидал, что парень будет настаивать, но тот неожиданно отступил. И эта маленькая деталь оставила странное послевкусие. - Не слишком ли я рьяно демонстрирую свое недовольство происходящим? - подумал Джихон, глядя в зеркало заднего вида. - Хён, неужели я нравлюсь тебе до такой степени? Ценишь ли ты это чувство настолько, что хочешь его сохранить? - Разве я это сказал? Едва сдерживая гнев, Джэкхён процедил сквозь зубы. Его лоб напрягся, как будто он вот-вот взорвется. - Шучу. Я просто шучу, - быстро ответил Джихон. - Конечно, ты мне нравишься. Я не такой страстный человек, чтобы так поступать со всеми. От этого выражение лица Джэкхёна немного смягчилось. Хотя он старался не показывать, что ему это приятно, ответ прозвучал с притворной серьезностью: - Но если ты ценишь меня, хочешь заботиться обо мне и защищать, разве это не любовь? - В каком-то смысле, может, и так, - не стал отрицать Джихон. - Есть много видов любви. Любовь к семье или друзьям. - Но мы не семья и уж тем более не друзья, - быстро возразил Джэкхён. - А с родственниками и друзьями не спят. - С семьей точно нельзя, - рассмеялся Джихон. А вот Джэкхён даже не улыбнулся: - А с друзьями? Он подпер подбородок рукой и пристально посмотрел на Джихона. Тот, не обращая на это внимания, ответил: - Ну, смотря какие друзья. Друзья по сексу - это тоже друзья. - ... А у тебя были такие? - Нет, не было. У Джихона были либо отношения, либо случайные связи. Он вообще отказывался от длительных романов, боясь создать себе лишние проблемы, поэтому даже не думал о каком-то «сексе по дружбе». Даже если возникал интерес, во избежание сложных ситуаций он просто обрывал все контакты. Однако Джихон колебался, ведь среди его одноразовых приключений иногда случались и повторные, но дружбой это тоже не назовешь. Пока он размышлял над этим нелепым вопросом, глаза Джэкхёна становились все больше. Наконец он с легким шоком сказал: - С каких это пор ты стал таким развращенным? - Что? - удивленно рассмеялся Джихон. - Испорченным? Я? Называть так 27-летнего мужчину, мягко говоря, странно. В его возрасте он уже мог бы стать отцом двоих детей. Строгий голос прозвучал сквозь смех: - Разве я не прав? Как человек смог так сильно измениться? Лет десять назад ты выглядел таким невинным, а что теперь? - Тогда я еще ничего не знал, - улыбнулся Джихон. - Мой первый секс и первые отношения были в студенческие годы. - Значит, не во время тренировок в центре? - Нет, не во время. В то время я был сосредоточен исключительно на плавании, все считали меня скучным и не хотели общаться. Джэкхён, расслабившись лишь на мгновение, снова продолжил допрос: - В университете? Когда ты начал встречаться, на первом курсе? - Да. В двадцать лет. Значит, тебе было четырнадцать. Ты, должно быть, носил школьную форму. И, наверное, выглядел мило. - Что есть, то есть. Тогда я уже бы выше 180-ти, - пробормотал Джэкхён. Джэкхёну явно не понравилось слово «милый», и он стал категорически его отрицать. Джихон, уловив его настроение, продолжил нарочито спокойным тоном: - Рост тут ни при чем. Просто сама идея средней школы уже чревата чем-то милым. Знаешь, что самое милое в подростках? Когда они думают, что повзрослели только потому, что немного подросли. Джэкхён, совсем помрачневший, нахмурился еще больше, чем прежде, но не успел он ничего сказать, как машина въехала на территорию жилого комплекса. Притормозив у входа, Джихон добавил: - Ты хорошо поработал сегодня, молодец. Теперь иди отдыхай. Подталкивая его к выходу, он заметил, как парень раздраженно расстегивает ремень. К его удивлению, Джэкхён не стал просить ничего лишнего и вышел из машины. - Неужели он надулся из-за того, что его назвали милым? Как он может не понимать, что именно это и делает его таким очаровательным, - подумал Джихон, внутренне усмехаясь. Но тут же, открыв дверцу машины, Джэкхён сказал: - Через два дня наступит наш день, не так ли? - ... Слова о милых вещах отменяются, - выругался про себя Джихон, а вслух проворчал: - Неужели нельзя просто назвать это выходными? Не обращая внимания на его недовольство, Джэкхён продолжил настаивать: - Послезавтра мы встретимся у тебя дома. Завтра возвращается моя мама. - Тогда нам лучше пойти в отель. - Нет, я хочу прийти к тебе домой, - упрямо заявил Джэкхён. Если Джихон откажет ему сейчас, то следующей фразой будет: «Ты еще пожалеешь, что не пустил меня». Осознав, что сам попал в очередную ловушку, он начал понимать всю глубину выражения «пожинать плоды». И пока он сокрушался, Джэкхён вдруг обернулся и с озорной улыбкой сказал: - Дома, в постели, где ты спишь каждую ночь, будь со мной поласковее.