Перцепция

Она надела пальто. Он рубашку. Она вышла из ресторации. Он из спальни. Она сделала шаг вперед, собираясь позвать возничего, даже руку подняла. Вспыхнуло пламя. Дарг от неожиданности, что встретит ее так скоро, немного отступил назад. Он хотел ее найти. Да, сейчас, среди ночи. Не был уверен здесь ли она, даже не был уверен: не спит ли? Но какая-то чудесная случайность помогла найти Ам так быстро. — Не поздно для ночных прогулок, леди? — Хитро улыбнулся принц, подав ей руку. Она застыла на последней ступени здания, поэтому была ростом… Нет, все равно ниже. — О, вы так галантны! — Как бы восхищенно воскликнула девушка, вложив свою ладонь в его. Оба рассмеялись. — Что ты тут делаешь? — Помогая спуститься, поправляет ей шарф. И сразу ведет за собой, подальше от «феникса». — Не поверишь, тебя ищу. — Голос сквозит счастьем, неприкрытым и истинным. Это не просто симпатия. — А ты чего одна разгуливаешь? Красивая ведь. Представляешь, что с тобой могут сделать? — Ничего со мной не случилось бы… И я верю тебе. Не знаю почему. Но я только что вышла. Я была с папой, Тьером и Дэей. — И почему ушла? — Притащив ее в какую-то подворотню, остановился. — Мы говорили о формуле, той которой я упростила себе вычисления. — Я думал о ней все время. О том, что она слишком идеальна. В ней что-то точно не так. Как будто вообще не из этой оперы! — Так и есть. Основная ее задача рассчитывать чей-либо магический коэффициент. Я рассказала им об этом. И добавила, что теория поля лучше… — Она смотрела на него большими карими глазами. Прикусив губу. Не хотела ведь говорить. Признавать свое поражение. — Не делай так, иначе твой первый раз произойдет здесь, а не в теплой и мягкой кровати. — Слова сорвались с языка сами. В спокойной манере, но это обычно тоже пугает. Он не хотел! Что с ним такое сегодня? То отпустил девушку из своей комнаты девственницей, то сейчас говорит не делать того, что хочет видеть. Нонсенс не иначе! У нее от такого взгляда, потемневшего, от его учащенного сердцебиения, от глубокого дыхания, от того как луна освещает его хищные черты лица… Между ног становится горячо и влажно. Живот приятно тянет внизу. — Если это сделаешь ты, я согласна на все. — Она снова резко прижата к стене. Теперь снаружи дома. Через слои ткани все равно холодно и ощущается кирпичная кладка. — Вообще-то, я хотел поговорить о формуле, но… Если ты… — Аманда чувствует каждое его слово. Его голос просто сводит с ума! — Настаиваю. Да. — В этот раз целует она, притягивая его к себе еще ближе, держась за чёрную мужскую рубашку. Вспыхнуло золотое пламя.

***

Дарг снова держит ее на поясе. Изучает руками ее тело, трогает, гладит, сжимает, сцеловывая каждый стон и всхлип. Раздевает. Быстро. Платье рвется от неосторожных движений, и он шепчет, что ему жаль. Идет через гостиную в спальню. Двери чуть не слетают с петель, когда он толкает их со всей силы. Наконец, здесь он опрокидывает ее на кровать, и скинув с себя рубашку, нависает над обнаженной девушкой. Та лежит открыто, чуть разведя ноги, смотрит на него. Изучающе-заинтересованно. Прикусывает губу. — А ты рисковая малышка… — Принц припадает к ее шее. Ровный ряд отметин становится длиннее и длиннее с каждой секундой. — Как бы ты этого хотела? — Неожиданно нежно спрашивает он, аккуратно проводя рукой по девичьей груди. — Я не знаю… Это ведь первый раз. — Вот теперь она чувствует себя неловко. Совсем. Не думала, что он такое спросит. — Я спрашивал это лишь однажды. Это для меня не привычка. Мне важно, что ты ответишь. — Такие честные глаза, большие, черные (с красноватым оттенком, вишневая окружность радужки…не замечала раньше) она верила каждому слову. Но ответить не могла. Наверное, первый раз за годы не знала что сказать, как образовать мысли в слова. Он понимает, а еще видит, как она смотрит. — Это… Будет больно? — Поджав губы, девушка чуть нахмурилась. — Аа… Я понял. — Конечно, пусть она не боится, но чувствовать все равно не особо хочет. Улыбка образовывается сама собой, сколько он не старается сдержать ее. — Да, будет немного больно в начале, но потом пройдет. Я буду аккуратнее. Что-то еще, моя прекрасная леди? — Он переплетает их пальцы. Осторожно и медленно. Немыслимо! Еще утром он хотел ее во всех возможных и невозможных позах… Иметь, а не любить. До сорванного голоса от просьб остановиться. Зубами рвать ее кожу до крови. Сжимать тело так, чтобы остались срашные гематомы. Сейчас это кажется едва ли не дикостью. Как можно было даже представлять такое о ней? Пусть девочка оказалась не очень скромной, но это не делает ее шлюхой. — Хочу видеть твое лицо. — Завороженно произносит Аманда. Разглядывает каждый сантиметр его тела — восхищенно. Ее ресницы подрагивают. Зрачки не зная за что уцепиться, все время двигаются. Он ведь и правда красив. Бледная кожа — всего пара родинок: у правой ключицы особенно прекрасна, черные, как смоль, волосы, широкие плечи. Сильные руки, длинные пальцы. От размышлений о его теле, ее с головой накрывает желание. Теперь она смотрит почти плотоядно. — В остальном, делай со мной что хочешь. Принц, до этого временно сидевший на ее бедрах, широких и мягких, снова угрожающе навис над ней: — Вот теперь… Начнем. — Выдыхает нежно, сразу возобновляя поцелуи. От шеи до самого пупка. Теперь не отметины. Всего лишь мокрые следы губ. Ей стало бы прохладно, но чувствуя как внутри нарастает жар, есть уверенность — не замёрзнет. Дарг прижимает ее хрупкие запястья к постели. Одной рукой. Легко. От этого девочке первый раз становится не по себе. Как настоящий хищник — движения плавные и уверенные. Кажется, попытавшись дернуться — загрызет ее. От этого ощущения Ам почти неморгая наблюдает за спокойными действиями принца. За мимикой, подмечая малейшие изменения на прекрасном лице. Мужская кисть доходит до низа живота, идет дальше. Скользит по влажным складкам, палец погружается внутрь: — Не больно? — Покрутив его внутри, интерисуется Дарг. — Н-нет. — Такое чувство, будто ее кто-то топит. Она задыхается. Боится. В груди что-то рвется и кричит. Сердце грохочет. — Так тоже? — К среднему присоединиться безымянный, от чего девочка не сдерживает стон. Страшно, но хочется чувствовать это. Принц будто слышит ее мысли, и улыбаеться. Двинув рукой вперёд-назад. Следит за ее пухлыми от поцелуев губами и тонкими бровками. Она хмурится, приоткрывая рот на каждое движение. И пытается вырваться, вертит головой, зажмуриваясь до ярких пятен. Старается двигаться на встречу. Но он держит слишком крепко! — Ваше… Ваше Высочество! — Девушка хнычет, как ребенок. И уже не страшно, просто невыносимо! Он ей нужен. — Пожалуйста… — Он вырывает пальцы резко, так что она вскрикивает. — Мм?.. Что, уже не боишься? — Вкрадчивый вопрос сверху. Она чувствует горячее дыхание на своей щеке. Правда хищник. И рычание, прямо у мочки уха. Слабый укус — совсем немного прихватил зубами… Но ей так приятно. Влажные поцелуи. Сладкий запах вина. Щелчок пряжки. Он не первый раз у кого-то первый. Чисто психологически ей нужно вцепиться во что-то живое, потому что так легче переживать боль. Она не замечает, как он отпускает ее запястья, потому что в следующую секунду ей становится… Неприятно?.. Больно. Девичьи руки обвивают его плечи. На пару мгновений он замирает, давая привыкнуть. Стирает пару ее слезинок, целуется уголок губ. Как и обещал, двигается аккуратно. Зарывается носом в ее волосы, вычерчивает свободной кистью узоры на животе… Она наконец улыбается, жмурится, и шмыгнув, открывает глаза. — Уже не больно? — Медленно, дразняще выходит полностью и скользит обратно. Она прикусывает губу. Для него. Специально следит за сверкнувшим мужским взглядом. — Оо… Даже так. Скорость увеличивается молниеносно. Дарг снова прижимает ее к кровати, теперь двумя руками, снова оставляя отметины на теле. Жар накрывает. И дышать сложно, горят легкие. Аманда выгибается и стонет так громко, что становится стыдно, лицо заливается краской еще сильнее. Оно горит, как и грудь, и все внутри. Так смущается, что утыкается носом в его плечо. Смешно. Как много девушек кричат даже громче, чем могут специально для него, как будто это мерзость приятна… А эта стесняется. Когда вечером они начали, ему показалось, она не будет смущаться ничего, что было даже… Чуточку обидно. Все-таки первая ночь с кем-то…для девушки — это важно. До каких-то даже не значительных деталей. Но Аманда… Да, конечно, она ученый, тем более в таком юном возрасте — профессор. Этого кажется было бы не достичь, будь она эмоциональна и впечатлительна, но… Кажется несколько часов назад он не стал бы спрашивать о том, как бы ей этого хотелось… Потому что с тем напором и желанием, она совершенно не сопоставлялась с образом девственницы. — Мне нравится, детка. Кричи. — Ласковый голос слишком не сочетается с резкостью движений. Наслаждение накрывает волнами, и девушку снова выгибает, она почти задыхается в немом стоне. — Кричи. Ты ведь…хочешь… — Шепот сбивчивый и веселый. Но Аманда не отвечает, игнорируя хищный оскал, лишь громко дышит. — Ладно. Долго сможешь сдерживаться, если… Он совсем не сбавляя темп, будто небрежно надавливает пальцем на клитор. И слышит что хотел. Крик. Очень даже громкий. И с каждым толчком все протяжнее. От количества ощущений ее колотит, бросает из страсти в нежность и наоборот. То впивается ногтями в его плечи, царапая до крови, слыша одобрительный рык, то гладит, невесомо касаясь светлой кожи. Очерчивает носиком угол челюсти, оставляет укус на шее. Нравится слушать его. Стоны, шипение, рычание, сбитый сердечный ритм. Да, наверное она понимает, почему он хотел услышать. Это почти физически ощутимо — становится еще приятнее. Ее трясет. Визг почти закладывает уши. И удовольствие становится истерикой. — Больше не могу! — Правда… Он это видит и бессовестно игнорирует. — Умоляю-ю!.. — Она плачет и задыхается. — Да-а-арг!.. — Крик заполняет все пространство спальни. Еще пара минут и с охрипшим голосом девушка бьётся под ним, как в эпилептическом припадке. Волосы разметались по подушке, лицо неестественно румяное, губы почти опухли от постоянных поцелуев. Внутри…растекается горячая вязкость. Тело как будто плавится и горит. Между ног пульсирует, сердце теперь в животе. Он выходит и ложась рядом, громко выдыхает. Притягивает ее к себе, чтобы дрожь прошла быстрее. Он не хотел этого…точнее хотел, но явно не в первый раз. Осторожно гладит по голове. Перебирает мягкие волосы. Девушка не в состоянии собой управлять вовсе, но это не страшно — все равно не хочется больше двигаться. Слезы подсыхают, намного раньше чем восстанавливается дыхание. Непрерывные громкие всхлипы — мешают. Возвращается ощущение пространства. Простыня мягкая, скользкая, чуть прохладная… Последнее не на долго, правда. Перед глазами все расплывается, вроде сознание сейчас потеряет, губы сухие, даже нет сил их облизать. И моргать лень. Лучше просто закрыть глаза. И слушать, как он смеется. Над ней. — Прости меня, детка, я… — Ему правда жаль. Но…от этого не менее смешно. Днем она готова была разорвать его на месте, если он еще раз скажет, что она девушка и обязательно должна чего-то бояться. Сейчас он видел ее страх. И желание. И безысходность. Эту истерику будет не забыть. — Скажи…мое имя. — Ее голос такой хриплый и тихий, что он с трудом слышит. — Пожалуйста. — Получается все равно сделал, что хотел — «до хрипоты и гематом». — Аманда… — Может показалось, а может… Так нежно не говорил даже папа. — Нанда. Она засыпает, слыша мерное сердцебиение, чувствуя, как принц переплетает их пальцы, и накрывает ее одеялом.