Новая жизнь с системой в D×D

Глава 2. Новый мир и причуда. Прошло четыре года с того момента, как Араши появился в этом мире. Четыре долгих, тихих года, наполненных сном, голосом матери, запахом её духов и звуками весеннего ветра, влетающего в распахнутое окно. Все эти годы он не мог использовать свою причуду. Техноинтуиция спала, словно глубоко запрятанная программа, ждущая активации. По законам этого мира, дети не могли пользоваться своими причудами до четырёх лет. Причина была проста — их тело и мозг ещё не выдерживали потоки энергии, циркулирующие внутри. Араши, конечно, понимал это. Но всё равно каждый день ему хотелось хотя бы раз — увидеть линии, те самые мягкие нити, что он помнил со своего первого воспоминания. Впрочем, годы не прошли даром. Даже без активной техноинтуиции он обладал фотографической памятью. Он запоминал каждое слово матери, каждую страницу книги, каждый звук и запах. Он научился читать и писать уже к трём годам, просто наблюдая за тем, как мать листала тексты. А его разум, словно жадный механизм, складывал все знания по полочкам. Теперь, когда ему исполнилось четыре, он сидел перед телевизором в гостиной. На полу лежал мягкий ковер, а на столе стояла тарелка с фруктами. Солнце проникало сквозь занавески, создавая лёгкие полосы света. Араши моргнул, глядя на экран. Перед ним шёл какой-то детский мультфильм, но внезапно… Телевизор мягко вспыхнул голубым цветом. Мир словно дрогнул. Перед глазами Араши экран распался на сотни голографических деталей, плавающих в воздухе. Всё вокруг потемнело, а сам телевизор превратился в облако света и линий. Каждая деталь подсвечивалась тонкой надписью — не названиями, а описаниями: «Материал — твердый, устойчивый к теплу», «Элемент передачи сигнала», «Компонент питания», «Состав неизвестен». Араши смотрел, не отрываясь. Его зрачки медленно расширялись, а дыхание сбилось. И тут в воздухе перед глазами вспыхнуло окно: [Системное уведомление: активация способности “Техноинтуиция” — уровень 1] Поздравляем, пользователь! Вы успешно повысили уровень способности. Новые эффекты: — Снижение побочного эффекта “жажда” на 20%. — Ускорение скорости анализа. — Расширение спектра доступных форм данных. Араши моргнул. И почувствовал — сухость. Сильную, почти обжигающую. Губы пересохли, в горле будто встал комок пыли. Он сорвался с места, побежал на кухню и едва дотянулся до кружки воды. Холодная влага пролилась по подбородку, но жажда наконец-то отступила. — Эври… — хрипло прошептал он, поднимая взгляд к потолку. — Это… это ты? [Система: конечно. С возвращением, Араши.] [Ты активировал техноинтуицию. Уровень 1 — неплохо для четырёхлетнего ребёнка.] — Я… ждал этого, — улыбнулся он, тяжело дыша. — Наконец-то… [О, да. Поздравляю. Теперь ты можешь наконец-то быть полезным.] — Ха-ха, спасибо за поддержку, — фыркнул он, но улыбка не сходила с лица. Он сидел, опершись спиной о стену, глядя на сияющие схемы телевизора, которые постепенно угасали. Мир казался немного другим. Более чётким, ясным. Он чувствовал, как понимает устройство вещей, словно видел их изнутри. Мать вошла в комнату, услышав его возню. — Араши? Что ты делаешь, солнышко? Он повернулся к ней, немного смущённо. — Мама… я пробудил свою причуду. Женщина замерла. Её глаза широко раскрылись. — Что? Правда?! Он кивнул, чуть гордо, но спокойно. — Я… вижу, как устроены вещи. Всё, что сделано из техники. Вот телевизор, например, я вижу, как он работает, где проходят сигналы, где энергия. Женщина присела на колени, прижимая его к себе, улыбаясь от радости. — О, мой малыш! У тебя всё-таки есть причуда! В её голосе звучала искренняя радость, а в глазах блестели слёзы. Она гладила его волосы, словно боялась, что это сон. На следующий день они поехали в клинику причуд. Белые коридоры, мягкий запах антисептика, светлые стены. Доктор — пожилой мужчина с седыми волосами — долго изучал показания приборов, а потом улыбнулся. — Интересный случай. Ментальное причудо, не мутационное. Не излучение, не физическая мутация. Скорее… контролирующее сознание, усиливающее восприятие и анализ. Он посмотрел на мать: — Его мозг обрабатывает данные с невероятной скоростью. Можно сказать, он видит структуру мира иначе, чем обычные люди. Мать с облегчением выдохнула, сжимая руки на коленях. — Значит, это не опасно? — Напротив, это выдающаяся способность. Единственный побочный эффект — повышенная потребность в жидкости. Это естественно. Организм компенсирует перегрузку нейронной активности. Араши сидел на стуле, внимательно слушая. Он чувствовал лёгкое тепло в груди. Не страх, не тревогу — удовлетворение. Он знал, что это только начало. Когда они вернулись домой, мать сразу занялась приготовлениями. На кухне пахло карамелью и сливками, на столе стояла праздничная скатерть. В центре — небольшой торт с надписью: «С пробуждением, мой герой!» Араши смущённо улыбнулся. — Мам… это слишком… — Тише, — сказала она, гладя его по голове. — Это особенный день. Они сидели за столом, ели, смеялись. Свет лампы падал на их лица, делая момент почти нереальным. Для Араши это был первый настоящий праздник в этом мире. Позже, когда солнце уже опустилось, и дом наполнился мягкой тишиной, он лёг на кровать и смотрел в потолок. Где-то далеко мелькнули голубые линии — остаточный свет от недавно активированной силы. Он тихо произнёс: — Техноинтуиция, уровень первый… значит, впереди будет второй. [Система: если не сгоришь от жажды раньше.] Он рассмеялся. — Эври, ты неисправима. [А ты — чересчур живуч, Араши.] Он уснул с лёгкой улыбкой на лице, слушая, как за окном поют весенние цикады. А где-то в глубине его сознания уже вращались мягкие голографические схемы — не телевизора, не игрушки, а чего-то большего. Мира, в котором он теперь действительно жил. Примечание: Около 800 слов написал чисто перед сном.