Отпусти

***

Крик. Пронзительный, даже чем-то похожий на звериный, разрывает тишину. Он доносится из-за тёмной двери пиковых. Таких криков давно не слышал карточный дом, но сегодня что-то изменилось.. Клоны уже привыкли к стандартному утру, которое начинается с зелёных волос или игрушечной крысы на столе. Но что мог придумать Пятый на этот раз, чтобы так страдать от своих действий — загадка сложная. Может, у Пика совсем не было настроения, или же Вару захотелось тройной порции унижений, гадать можно было долго. В любом случае, ясно одно: Пик потерял самообладание и теперь нещадно калечил бедного валета. — Заткнись! — рявкает восьмой и швыряет Вару об стену посильнее, чтобы тот ударился головой. Может, тогда в его пустой головёшке что-то сдвинется, и он, наконец, образумится? Но в голове Зелёного царил хаос. “Голосистые нападения” Восьмого по ушам Пятого доходили словно из далека. Удары обрушивались на Вару со страшной силой, каждый из них, словно молот, разбивал его надежды на спасение. Воздух вырывался из легких, и крик из его уст, перешёл в хриплое шипение. Каждый удар Восьмого становился всё более свирепым. Излюбленным местом Короля стало это поганое и мерзкое лицо, что не должно было и вовсе иметь каких-либо связей со словом “Пиковый”. Это так раздражало его. Он не разбирал куда ударял - хоть в глаз, хоть в нос - было без разницы. Здесь всё равно нет ничего человеческого. Несколько ударов он нанёс с такой яростью, что слёзы, катившиеся по лицу Пятого, окрасились в красный, образуя на полу алое море. Вару пытался защищаться, его руки метались в воздухе, но это лишь провоцировало Пика на новые атаки. Кровь стекала с разбитых губ, превращая его страдания в зрелище, для когда-то его Короля. Когда Пик схватил Вару за волосы и грубо вбил его в пол, то Вару показалось, что нет ничего кроме красного цвета. Это были не алые розы, а его кровь.. Его собственная.. Но она же должна оставаться внутри, правда? Он же не мясо, чтобы утолять голод диких собак или пробуждать в них яростное возбуждение от вида красного.. Но страшно.. Так страшно, что это было правдой... Ведь сейчас он был лицом к лицу одного из них. Пик такой голодный, яростный и полностью подчинённый животной натуре. Так страшно.. Каждый крик Пятого был наполнен мольбами о помощи, но их никто не слышал. Удары мощных кулаков обрушивались, как молнии, кажется, разрывали плоть, едва ли оставляя Вару на грани сознания. Пик был полон ярости, и его действия не оставляли места для пощады. В каждом движении ощущалась жестокость, направленная на то, чтобы сломить Вару. Тело ломило от ярости короля, зелёные кудри окрасились в глубокий бордовый. Очки, когда-то создававшие видимость спокойствия, были разбиты, и теперь вместо иллюзий осталась лишь чёрная тьма и два красных огня, что пожирали его заживо. Вару перестал сопротивляться... Он только кричал. Ему было плохо. Ему было ужасно плохо. Он никогда не испытывал такого страха — настоящего, безутешного, погружающего в бездну. Он не знал, он не мог предвидеть, что такое произойдет! Но оно произошло. Так больно.. Страшно и.. пусто.. Неожиданно, Пик по-звериному, без капли человечности, вцепился в шею Вару. Руки Пикового короля, сильные и жестокие, обвили его горло, словно стальные объятия, заставляя воздух покидать легкие. С каждой секундой дыхание становилось всё более затруднительным. Глаза начали сужаться, и Вару ощутил, как в голове вспыхнули яркие красные искры — это было то ли отчаяние, то ли боль. Некогда отчетливая фиолетовая форма перед ним расплывалась, теряя четкость, словно он смотрел на неё сквозь туман. Теперь она тоже обрела красный цвет. Тело Пятого наполнилось паникой. Сердце било в неистовом ритме, каждый удар отдавался в ушах. Вару не знал, как долго это продлится, но он чувствовал, что чем меньше воздуха он получает, тем больше нарастает страх — сырой, хлесткий, пронизывающий до костей. Взгляд стал тускнеть, и, словно в замедленной съемке, он увидел, как руки Пика крепче сжимаются, как мрак опускается на его сознание. Его охватило состояние полудрёмы и полубессознательности. Голова кружилась, боли больше не было; осталось лишь странное тепло, такое притягательное и греющее. Тепло, о котором мечтало поглощённое страхом и прогнившее болью сердце. Это было тепло бесконечного покоя, которое обнимало его, словно прощальный взгляд умирающего света. Вару сдался этому чувству, отдавшись ему, ожидая, когда же наступит окончательная темнота.. — Пик, остановись! — кто-то неумолимо вцепляется в руки Пика. Они борются, пытаясь освободить уже практически бездыханное тело. Такое ненужное, грязное, мерзкое и отталкивающее. Но он продолжал бороться за него! Но.. почему? Пик, в конце концов, сдаётся. С последним усилием он бросает валета на пол, словно завершает свое нравоучение, и удаляется из комнаты, не проронив ни слова. — Вару! Вару, очнись, пожалуйста! Вару! — чей-то голос сильно дрожит. Он такой отчаянный. Кажется, что сейчас били вовсе не Зелёного, а этого зашуганного клона. Валет хрипит, будто что-то все ещё душит его. Он не помнит, как дышать, ведь, кажется, он уже мертв. Его нет! — Вару, слушай мой голос, пожалуйста, дыши! С трудом он пытается вдохнуть, не зная, открыты или закрыты у него глаза, сидит он или лежит. Он ничего не чувствует! Ничего не понимает! Ничего не слышит! — Вару! Расплывчатые огни вокруг. Голубые.. Да, голубой.. Я вижу голубой.. — Дыши, пожалуйста, Вару! Голубой цвет успокаивает.. Вару не осознает, но он вновь дышит.. Вновь ощущает эту свежесть, словно она проходит сквозь него, наполняя до краёв. — Молодец, да успокойся, всё хорошо.. Вару обнимают так нежно, что он больше не чувствует себя. Только тепло. Мягкие руки, словно облака, окружают его, выражая искреннее переживание и испуг за него... Так странно.. Каждое прикосновение словно побороло всю боль и страдания в этот момент. Ему становится ясно — это точно руки Бога. На Земле не могут так обнимать. Сил, чтобы обнять в ответ, нет.. Он проваливается в бессознательный сон и перед ним медленно дышит голубой простор..