Откуда берутся монстры

На игровом поле Балтиморских Котов было как всегда шумно, родители каждого из игроков бойко поддерживали своих детей, стараясь перекричать сторону противника. Натан не кричал, стоял почти на самом верху, оперевшись локтями на перила, со стороны казалось, что он вообще незаинтересован в игре своего ребёнка или был левым прохожим, какие тоже находились на трибунах, но мало кто заметил бы бегающий по полю взгляд голубых глаз, намертво прицепившийся к джерси с ярким номером три на спине. Кулаки невольно сжимались каждый раз когда Абрам отнимал у соперника мяч, рывком оправляя его уже бегущему к противоположным воротам Кевину от чего кожаные перчатки Веснински жалобно поскрипывали. Натан старался не упускать сына из вида, специально, ради одной этой игры, ранним утром сорвался с Чарльстона обратно в Балтимор, зная, насколько Натаниэлю важно присутствие своего отца на трибунах. Знал ли сам Натаниэль где в этот момент находится его отец? Определённо точно. Стоило звуковому сигналу известить о конце матча, Абрам стащил с себя шлем, тряся рыжей вспотевшей головой и замахал в строго определённую сторону третьего ряда сверху, где Натаниэль, каким-то чудом, смог разглядеть отца. Он прыгал от радости и победы, вместе с Кевином сбивая с ног Морияму, пытающегося отдышаться от беготни несколькими секундами ранее. Последний мяч, принёсший команде впечатляющие 4:2, оказался за Рико, что рискнул ударить мяч на пару метров дальше от той точки откуда обычно бьют нападающие в его возрасте. Как бы Натан не относился к выродкам Морияма, нельзя умолчать о том, что удар был хорош, чёткий и прицельный, его резкое движение руками было без колебаний, будто мальчик достаточно долго тренировал этот бросок перед матчем. Кейли Дэй, чью макушку смог разглядеть Веснински спускавшийся к полю, буквально подпрыгивала на месте, стараясь не оценивать подошедшую к концу игру с точки зрения тренера, а просто побыть зрителем и матерью игрока, хорошо показавшего себя в обоих таймах. А ведь у Кевина уже можно было разглядеть свой собственный зарождающийся стиль игры, этот быстрый, с виду импульсивный, стиль, напоминающий то, как играла его мать. На самом деле было бы странно не заметь Натан в этом мальчишке совсем скорое звёздное будущие в спорте, что буквально крутится вокруг него с самых малых лет. —О! Вот ты где, игнорщик! —Кейли заметила его первой. Острое зрение зацепилось за медно-рыжие волосы и Дэй сразу же старается пристыдить Веснински за забытое сообщение. Её голос рассеивается по площади, проникая, кажется, повсюду, на секунду перед голубыми глазами пробежала строка из всех тех сообщений, которые так и не были отправлены Кейли… Сейчас её фигура целенаправленно двигалась к Натану, параллельно таща за собой вторую фигуру в чёрном спортивном костюме и кепке под которой не видно лица. Сомнений в личности этого мужчины у Натана нет, на игру сына она могла привести только Дэвида Ваймака - биологического отца мальчика и, вроде как, постоянного партнёра Кейли. Заметив ещё и маску на чужом лице, Веснински ненароком задумывается, а понимает ли эта женщина насколько хорошо можно разглядеть все эти мелкие вещи, вместе создающие картину защиты от своего же прошлого, до сих пор напоминающего о себе пару раз в год? —Не было свободных минут, —укрывает факты Натан, складывая руки на груди, как будто тем самым пытаясь защититься от напора Дэй. Он и сам прекрасно знает, что ещё пару лет назад был готов отвечать этой женщине среди ночи в другой стране, когда под боком расположился Кенго, чьей излюбленной вещью было контролировать абсолютно всё в жизни Веснински. —А….Ну ладно, я уже думала ты игнорируешь меня, —возможно мужчине почудилось, но в женском голосе он будто бы расслышал нотки неловкости или какой-то обиды…Мотнув головой, Натан собирался приветственно кивнуть Ваймаку, они хоть не близки, даже знакомыми с натяжкой могут друг друга назвать, но они оба связанны с Кейли и, как примерно смог выяснить рыжий, оба не хотят заставлять её чувствовать себя как-то неправильно. Но стоило подумать и повернуть шею в сторону Дэвида, как чьё-то довольно крепкое плечо с размаху толкнуло Веснински, заставляя по спине пробежаться сотням ледяных мурашек, а рукам рефлекторно потянуться защищаться. Лицо Дэй скривилось, изумруд глаз отражал молнии в её душе, ещё секунда и она уже крикнула бы о излишней широте парня, но всё ещё державшийся за плечо Веснински и его взгляд, намертво прицепившийся к чему-то в руке крупного парня, заставил Кейли посмотреть туда же. И явно не зря. В правой руке была зажата фотография. Обычный листок размером чуть побольше стандартной фотографии в альбом, с напечатанным, кажется, на принтере изображением слишком знакомого обоим людям лица. Натаниэль. Рыжие волосы сына, эту улыбку и форму с номером 3 Натан узнает из тысячи даже на размытом изображении, ещё больше пугало то, что он знал в какой момент была сделана фотография, какой это был день, какой счёт был в дружеском матче и сколько мячей забил его сын, получив взамен новый набор Lego… Все внутри сжалось в тугой узел из страха, сердце забилось в груди, как бешеная птица ищущая свободы, на ватных ногах он каким-то образом сдвинулся с места, желая сорваться на бег, остановить всё больше и больше скрывающуюся в толпе фигуру, направляющуюся к раздевалке команды Балтиморских Котов. —Отвлеки детей, —звон в ушах не давал услышать собственный голос, Натан просто надеялся, что Кейли или Ваймак услышали его и ему не прийдётся выяснять отношение на глазах у собственного ребёнка и его друзей. Льдистый взгляд вцепился в капюшон серой толстовки, он не упускал из виду толкнувшую его фигуру, стараясь успеть протиснуться сквозь сдавливающую его со всех сторон толпу до того как Абрам с Кевином выйдут из раздевалки. Это детский, даже не юношеский, матч, игрокам обоих команд нет и 15 лет, чтобы взрослые мужики несли им фотографии ради автографа. Именно поэтому Натан, стиснув зубы, терпит очередное касание спины, руки или бедра в толпе, он ненавидит такие мероприятия как раз из-за столпотворений, но на кону безопасность его ребёнка. Может Веснински параноик, может ребёнок этого мужика в капюшоне просто не смог прийти на матч, но захотел автограф у Абрама, попросил отца, такое же тоже может быть! У Кевина первая просьба написать что-то на футболке появилась ещё в прошлом году, Натаниэль не сильно отстаёт от него, тем более они вечно вместе! Но внутри Натана пожарной сиреной воет тревога, предчувствие чего-то отвратительного заставляет ноги быстрей нести его, а руки буквально расталкивать толпу, подбиваясь всё ближе к фигуре в тёмно-серой толстовке. До «цели» не больше двух метров и взгляд чудом, нет это только чудо, цепляется за приподнявшийся рукав, вовремя оголивший витиеватую татуировку на запястье в виде поедающей свой же хвост змеи… В груди что-то окончательно рухнуло, на секунду Натан даже остановился, позволяя двум или трём людям задеть его плечами, что-то выругавшись себе под нос. Ремешки кобуры как-то резко начали давить на плечи пока Веснински сипло втягивал воздух сквозь сжатые зубы. —Кто ты? —вопрос скорее для подтверждения собственных догадок, нежели ему правда требовалось узнать личность крупного мужика в спортивках и кепке, вокруг правого запястье которого обвилась эта треклятая змея, словно удавкой пытаясь стянуть уже и его шею. Ещё пару минут назад Натан тепло улыбался и махал сыну, достойно показавшему себя в качестве защитника на этой игре, раздумывал о новом рецепте, который приготовит дома, возможно даже пригласив Деев в этот раз, а уже сейчас льдистый взгляд морозил словно по-настоящему, каждое своё слово Веснински цедил так, будто готов был здесь и сейчас вцепиться в чужую глотку. Левой рукой Натан потянулся к ножам в кобуре под пиджаком, без этой кожаной вещицы Веснински чувствовал себя крайне неуютно, стараясь носить даже на такие, с виду самые обычные, не предвещающие опасности, мероприятия… —Вы явно обознались, —раздалось в ответ с лёгким смехом, но едва ли Натан поверит спокойному, даже через чур уверенному голосу. Не так много людей с наколкой жрущей себя змеи именно на правом запястье, в обычной жизни их вообще не встретишь, а если и встретишь, то там по одной роже видно - наёмник. Причём не абы какой, обученный и натренированный не хуже Миньярда…Что б этих гадов ядовитых вырезали всех до единого! Всем своим весом Веснински впечатал тушу под сотню килограмм в бетонную стенку в отдалённом и безлюдном закутке не доходя до выхода из раздевалки Балтиморских Котов.. Нож ожидаемо был приставлен к горлу, Натан требовал чёткий ответов без шуточек и подколов, а как именно ему их дадут - не его проблемы. —Вопрос будет задан в последний раз: кто ты? А за ним и следующий: кто тебя прислал? —всех своих ребят рыжий мужчина знал не только в лицо, но и по рукам, отца Кевина он также досконально запомнил, да у того и татуировки другие, он пару минут назад точно стоял рядом с Кейли, а те позорники, полученные в управление от Морияма находились под чётким контролем, никто из них не смог бы скрыть причастность к «Яд». —Джеймс я, Джеймс Кларк, —прохрипел потенциальный наёмник, когда нож сильней надавил на широкую шею, напоминая, что Натан Веснински не менее конченный, чем работающие на него люди, а значит вскрыть кому-то шею на территории стадиона и благополучно остаться незамеченным у него отлично получится. Натан сильней надавил на рукоять ножа, лезвие царапнуло глотку, молчаливо требуя продолжать отвечать. —Заказ от Кенго Мория…, —Натан даже не дослушал чужую крысиную сдачу клиентских данных, уже рефлекторно вгоняя лезвие глубже. Всё что касается его сына - запрет и красная зона, место, куда никакая тварь не может влезть, посчитав себя достаточно смелой, чтобы решать судьбу его мальчика. Толкнув ногой находящуюся рядом дверь запасного выхода, Натан затащил на лестничную клетку вцепившегося ему в руку Джеймса. Кинув схватившегося за открытую кровоточащую шею Кларка на бетонный пол, Натан снял с плеч пиджак, аккуратно сложил и повесил его на перила, резко и торопливо засучивая рукава, не желая запачкать рубашку. Из под хлопковой ткани скользнули концы светлых и бугристых рубцовых массивов на обоих руках, уходящий дальше под высокие перчатки, оставленный Мясником. Веснински достал второй нож с более изогнутым лезвием, и судя по попытке ускользнуть, спасая свою уже обречённую жизнь, Джеймс уже успел услышать какие-то истории о любимом изогнутым ноже Балтиморского Мясника. Жаль что тот успел только перевернуться, опираясь на левую коленку, которую Натан тот час подсёк, этой же ногой прижимая Кларка к холодному бетону. —Расскажешь мне по какой причине Кенго прислал тебя за моим сыном? Что ему надо от Абрама? —догадки о том, что всё-таки нужно было Морияма от Натаниэля, конечно, были, но Натану была необходима именно чётко сформулированная причина по которой он сейчас вспорет брюхо этому уроду.

***

—Ох ты ж мамкин бандит, где зуб потерял? —приподнимая лицо сына, Кейли оттягивала нижнюю губу широко улыбающегося мальчика, в нижнем ряду которого не хватало одного зуба. —На корте! Представляешь, я бегу за мячом, Фрэнк пытается отобрать, а я в последний момент ударяю клюшкой в сторону Рико и мы с Фрэнком врезаемся, —Кевин толкнул языком в маленький просвет между целыми зубами, старательно пытаясь разглядеть последствие своей неаккуратности без помощи зеркальца. Мальчик переводит искрящийся взгляд на мать, поглощая ту улыбку, радость и нежность с которой она смотрит на него. Работы у Кейли довольно много, её подход к тренировкам национальной сборной забирает довольно много времени, наверно, именно по этой причине Кевин оказался в Замке Эвермор - поближе к ним с Ваймаком, —Мы тогда победили, кстати! Ваймак потрепал сына по волосам, Абрам крепкими объятиями вцепился в Кейли, делясь всеми своими многогранными впечатлениями от игры, всё время оглядываясь по сторонам, стараясь высмотреть самую родную фигуру, которая точно была на матче. Он видел. Он чувствовал. —А папа…? —Папа скоро подойдёт, у него срочный звонок, —Дэй потрепала рыжего мальчика по волосам и краем взгляда зацепилась за какой-то небольшой силуэт в стороне, находящийся вроде и близко, но в тоже время недостаточно, чтобы понять к ним это или нет. Подняв голову и повернув её в сторону, где заметила силуэт, женщина заметила мальчика. Он стоял в паре метров от них, тупя взгляд в пол и покачивался с пятки на носок, пальцы беспорядочно комкали футболку с такой же смазанной единицей, как была на его щеке. Рико стоял в стороне, поглядывая на них и явно считая, что этого не видно. Абрам с Кевином беззаботно щебетали уже с Ваймаком, а Кейли не могла оторваться от светлого худого личика, выражающего смесь печали и пугающей зависти, проскальзывающей в детском взгляде. Женщина чувствовала, что со временем эта зависть выльется во что-то более пугающее и кровожадное, превратит пусть и немного наглого и язвящего мальчика в кого-то абсолютно неконтролируемого и непредсказуемого… —А ты чего там стоишь? Иди к нам,—как бы невзначай окрикнула мальчика Кейли, вспоминая то, как стремительно менялся Тэцундзи на её глазах, из товарища, разделяющего её интересы, превращаясь в жадного до власти человека, оправдывающего свою окровавленную фамилию. Кейли не больше Натана любит Мориям, почти вытеснивших её из мира, в изначальном создании которого не участвовал никто из этой семейки, но она не могла смотреть на то, как зависть потихоньку начинает гнить в подростковой душе, порождая всё более страшные мысли. Она знала какого это, чувствовать, как зависть оплетает тело колючими ядовитыми лозами, впивается жалами в самую душу, запуская процесс гниения, который безошибочно приведёт к худшей из жизней, если вовремя не высечь заражённые участки. Кейли Дэй проходила этот путь, стоя в стороне, в тени здания, кусая губы, наблюдая, как звонкий и заразительный смех её самой сокровенной мечты разносится по улице, как человек, являющийся кем-то хуже самой Кейли, обретает то, что ей было недоступно, заперто за десятками сотен замков, ключей от которых у Кейли никогда не было… Отвратительное и удушающее чувство, превращающие человека в озлобленное на всех и каждого существо, единственной необходимостью которого является лишь чужая боль, и жажда этой боли будет расти всё больше и больше, пока чьи-то руки не лишат растерявшее всю человечность существо способности на банальную жизнь… Рико поднял свои глаза, глубоко чёрные, напоминающие тьму в которой существует его семья, попытался отмахнуться, бессмысленно продолжая делать вид, что ему это не интересно, чуть сжимаясь от пронзительного взгляда изумрудных глаз и выгнутой дугой брови. Второй раз Кейли не собиралась повторять. Она предложила - Рико не принял жеста доброй воли, и больше она не собиралась унижаться перед подростком, стараясь приобщить его к совместному времяпровождению. В этот самый момент в игру вступили двое разбойников, отлепившихся от них с Ваймаком, замолкая довольно резко, оставляя после себя довольно непривычную пустоту. Переглянувшись они побросали сумки с инвентарём и рванули в сторону Морияма, подхватывая сопротивляющегося и, кажется, шипящего мальчика под локти, собираясь тащить в сторону старших. За своей спиной Кейли услышала смешок мужчины, быстро скрывшего его за кашлем, когда Абрам, устав уклоняться от чужих дрыганий, подбил Рико под коленкой и собирался потащить дальше, если бы не затормозивший Кевин, пригрозивший пальцем слишком разошедшемуся рыжику. Кевин потрепал Рико по волосам, продолжая держать его под локоть, но уже не таща так интенсивно туда, куда он, кажется, не очень хочет. Кейли ожидала всего чего угодно, но явно не притихшего на глазах Морияму, смирно ждущего пока Кевин закончит свои «телячьи нежности» и уже отпустит его куда подальше. А Кевин не прекращал, продолжал приглаживать чёрные волосы, словно шёрстку уличного котёнка, о чём-то тихо разговаривая с ним, словно вдумчивый старший брат, вовремя подставляющий плечо. Кейли не слышала разговора, даже не пыталась прислушаться, но почему-то ей казалось, что к этим словам Рико правда прислушивается, всё больше и больше напоминая Дэй побитого дикого зверёныша на которого надели намордник и он может только рычать, поглядывая на человека, лезущего к нему со своей заботой. Ну хоть не кусает, пока достаточно. —Пойдём, нам же всё равно в одну сторону, —Кевин словно знал тот самый подход к Рико, позволяющий повести подростка не силком, а вообще не вести, просто указывать дорогу, по которой Морияма и правда шёл, вцепившись в ладонь Кевина. Кейли огляделась по сторонам, но как и несколько минут назад, вокруг не было никого, собирающегося забрать Рико со стадиона, кажется, Тэцундзи окончательно забил на своего подопечного, что злило женщину не смотря на всё своё отвращение к Мориямам. Мало того, что япошка попросту игнорирует все сообщения Кейли как родителя его подопечного, так его ещё и не было на матче Котов, которые абсолютно также, как и Вороны, находятся под тренерским наставлением Тэцундзи, пусть и не абсолютным! Рука Ваймака легла на её плечо, немного сжимая и отвлекая от вороха мыслей, закипающих в голове, подождать ещё немного, потомить их в желчи, крутящейся на языке Кейли, и от головы повалит пар, а за ним и взрыв всей брани в адрес узкоглазого, которая только могла прийти на ум. —Спасибо, —прошептала Кейли, на пару секунд благодарственно накрывая своей ладонью тёплую руку мужчины, подглаживающей напряжённое плечо. —Папа! —воскликнул Абрам, отвлекая от своих мыслей и разговоров всех в радиусе трёх метров. С широкой улыбкой Натаниэль бросился к виднеющемуся в толпе мужчине с выделяющимися рыжими волосами, почти накидываясь на него, обхватывая руками длинные ноги. Следом за поправляющим новые печатки Натаном шла женщина среднего роста с гладкими чёрными волосами, убранными в аккуратный низкий пучок и длинной чёлкой, уложенной в правую сторону, её лицо терялось и не узнавалось из-за чёрных солнцезащитных очков с вытянутыми краями, создающими форму кошачьего глаза. Чёрная кофта с V-образца вырезом идеально сидела по фигуре, подчёркивая выступающие косточки ключиц и тонкую шею женщины, подобранные в цвет кофты брюки дополнял светлый ремень с несколькими свисающими цепочками, фурнитура которого подходила под серебристые вставки на туфлях, тихо цокающих по асфальту. Эта фигура была смутно знакома Кейли, но она не смогла сказать наверняка, пока женщина не сняла очки, неторопливо складывая их, оставляя держать в руках, и Дэй не увидела настолько исключительные глаза, что вторых таких она за всю жизнь вряд ли встретит. Кроме редкой гетерохрамии в азиатских глазах, один из зрачков женщины был сужен сильней второго, почти утопающего в цвете горького шоколада, а если сильней приглядеться можно было заметить, что у этого же, тёмно-зелёного глаза, чуть опущено верхнее веко, создавая немного странный образ. —Здравствуй, Азуми, —Кейли кивнула бывшей сокурснице, чья личность с лёгкостью освежилось в воспоминаниях за счёт её бросающейся в глаза особенности, вызванной врождённым синдромом Горнера, столь редкой, что Дэй запомнила навсегда. Азуми перевела взгляд на женщину, сдержанно кивнула и быстро нашла взглядом Рико, которого хмурящийся Кевин завёл себе за спину, не чувствую какого-то расположения к ним от незнакомки. Зеленоглазый мальчик перевёл взгляд на родителей, потом снова на названную Азуми и поджал губы, как-то неуютно ему было от непроницаемого взгляда женщины, скользящего уже и по нему. Кто она? —Дети, это Азуми Морияма, с начала этой недели она действующий тренер Воронов и новый опекун Рико, —представил женщину Натан, поясняя информацию скорее для Кевина и Абрама, которым было необходимо знать всё и обо всех первыми. Ну и потому что два подростка таскаются с Рико как с драным блохастым котом и скорее устроят самую адскую подростковую истерику, нежели согласятся с запретом родителей притаскивать это чёрное убожество в дом. Кейли пробовала, по её рассказам Натан до сих пор не понимает как она смогла не прикончить сына в тот же день. —Морияма? —подал голос Ваймак, складывая руки на груди, ещё не догадывающийся о количестве живых человек с этой фамилией. Кейли шепнула ему что-то вроде «потом расскажу» и её взгляд как-то сам собой упал на Рико, с опаской смотревшего на женщину. Он явно не знал её, может слышал упоминаний, но лично вряд ли встречался, Тэцундзи почти полностью отрезал мальчика не только от социума, поселив в Гнезде, никак не подходящего для места, называемого «Дом», но и от побочной ветви клана, в которую Рико входил и занимал уж точно не последнее место, буквально являясь сыном Кенго, пусть и вторым. —Морияма, да, я прихожусь двоюродной сестрой Кенго и Тэцундзи Морияма, а также… —Азуми присела на корточки, оказываясь чуть ниже Рико, протягивая мальчику свою руку для рукопожатия, —…твоей тётей. Будем знакомы? Рико нахмурился, нахохлился, как самая настоящая птица, но руку протянул, ещё совсем не понимая как вести себя с новой родственницей, что вообще будет его ждать с ней. Морально мальчик уже был готов ко всему тому же, что он испытывал с дядей, к изматывавшим тело до тряски тренировкам, которых почти никогда не было у Кевина или Абрама, к холоду и недовольству, крикам и тяжёлой трости, опускающейся на спину за любую ошибку, непозволительную «Королю». Рико не признавал этого, но он очень завидовала Кевину, завидовал руке, теребящей его волосы даже после проваленной игры, тёплой квартире, где тоже можно было услышать крики, но Дэй их совсем не боялся, не сжимался при каждом звуке падающих вещей, уж точно не ожидающий, что они полетят в него. Младший Морияма не признает, что в груди всё прогрызают жирные черви зависти, когда он видит, как Кевин, побросав весь инвентарь, бежит к родителям, как Абрам обнимает отца за ноги, оказываясь на его руках, будто ему не 11, а жалкий год. Рико тоже так хочет. Хочет нормальную семью, а не бесполезное звание короля ради которого надо скрипеть зубами, терпя расцветающие на кожи синяки. Но взгляд Азуми не отличается от взгляда дяди, Рико уже ожидает возвращения многочасовых тренировок, но может теперь…может теперь его полюбят если он всё-таки станет королём? Перестанет пытаться тащить на один уровень с собой Кевина и заставит его стать таким же номером 2, какой постоянно красуется на его скуле? Может это и нужно от Рико? Быть первым, лучшим, единственным, оставив позади всех, кого считал друзьями… Рико готов добиться этого, если это правда поможет Азуми полюбить его также, как любят и оберегают Кевина и Натаниэля! Ведь он не хуже, совсем не хуже… —У вас есть планы? —Кейли обращается сразу к двум: к Натану, вешающему себе на плечо сумку сына, и к Азуми, всё ещё сидящей на корточках перед двоюродным племянником. Теперь, с появлением второй Морияма, да ещё и таким резким изменениям в тренерском составе команды Эдгара Аллана, ещё 2 недели назад являющейся командой Тэцундзи, в который вес имело лишь его слово и слово Кенго, запирающего в Гнезде детей необходимых себе личностей, у Кейли появилось ещё больше вопросов о том что вообще творит Тэцундзи, или правильней будет сказать - что сейчас с Тэцундзи? Где он? Ведь если посмотреть на ситуацию серьёзно, то узкоглазая крыса буквально пропала отовсюду, растворилась в воздухе, как никогда не существующий человек, и Кейли сомневается, что Натан, улыбающийся рассказам сына, не причастен к этому. —А есть предложения? —Азуми выпрямилась поднимая с земли сумку Рико, также закидывая её себе на плечо. Они с Кейли не виделись лет так 15 точно, дороги увели каждую из них в противоположных направлениях: Кейли уехала в Америку в след за Тэцундзи, Азуми осталась в Японии, продолжая продвигать набирающий популярность спорт в качестве тренера небольшой университетской команды. —Кафе для детей, а мы пока поговорим, —Кейли потрепала сына по волосам, за плечи притянув спиной к себе, не сразу понимая, это её не было так долго или надувший губы и щёки Кевин вырос ещё на пару сантиметров? На самом деле, как бы женщине не хотелось поболтать с Азуми и узнать как ей жилось до этого, чем она занималась и как вообще оказалась в Америке, по большей части Кейли интересовал именно разговор с Натаном, как минимум - «Что это был за мужчина?», как максимум - «Где Тэцундзи?». —Думаю хорошая идея, детям надо отдохнуть после матча. Что думаешь Натан? —Да, конечно, —Натан уловил во взгляде Кейли её желание задать несколько вопросов и предупреждение быть готовым к тому, что она не собирается его отпускать без ответов. Ох, как же Натан не хотел объяснять всю ту мерзость, что вылилась на него перед роковым днём в Восточной Башне, рассказывать о спонтанно пришедших на его почту фотографиях от неизвестного пользователя, том коме, вставшем в горле, когда он смотрел на снимок со стаканом в руках знакомой фигуры, чьё лицо чётко подсвечивали яркие неоновые вывески на стеках…В прошлый раз он больше часа не мог отойти от сообщения в письме, прикреплённого к той серии фотографий, потратил минут 40 на то, чтобы перечитать и перепроверить нет ли ошибки на фото с анализами, не фотошоп ли это и правда ли всё это не оскорбительный и ужасный розыгрыш, а отвратительная правда, открывшая Веснински глаза на то, что он не должен был знать, но, может по ошибке, а может и по чей-то лёгкой руке, всё же узнал, увидел, стыдясь рассказать об этом Кейли. Знает ли она всю правду или считает это несчастным случаем, своей собственной ошибкой из-за опьянения? Натан не готов говорить об этом вот так просто, когда дети будут за стенкой и в любой момент могут выбежать к ним. Но вот он уже стоит на улице перед кафе, крутя в руках сигарету, которую почему-то не решается закурить, хоть и знает насколько стрессовым для него будет этот разговор. Азуми с Ваймаком остались в кафе, кажется и Кевин, и Абрам с терпением относятся к Морияма, пусть она до сих пор и казалась им прохладной и серьёзной. С «большим и добрым» Ваймаком им было куда легче, тем более Кевину, буквально живущему с этим человеком. Веснински отдельно попросил Азуми лишний раз не выпускать к ним мальчишек, а в особенности Кевина, Натан не хочет, чтобы мальчик стал свидетелем той неприятной правды, которую от него должны будут скрывать впоследствии. Кейли стояла по правую руку от мужчины, прислонившись к стене и трубочкой размешивая лёд в полу-выпитом американо. Она прекрасно знала, что все интересующие её вопросы Натан уже знает, было бы тупо, не посчитай он, что Дэй не заметит столь очевидную деталь, как растворившийся в воздухе Морияма. —Где он? —всё же нарушила эту звенящую тишину Кейли, выдёргивая из рук Натана сигарету, прикусывая её, левой рукой стараясь нащупать в карманах зажигалку. —Мёртв, —буднично ответил Веснински, протягивая женщине свою зажигалку с нагревающейся спиралью вместо открытого огня. Вот только Кейли уже не было что зажигать, сигарета выпала из её рта, падая в маленькую лужицу под ногами. Женщина была ошарашена, нет, она конечно знала насколько Натан недолюбливает Мориям и Тэцундзи в особенности, у Веснински были все права пристрелить этого ублюдка, если бы были основания, но…каким образом узкоглазый всё же откинулся? —Кенго пристрелил его, Тэцундзи был угрозой для организации, причём довольно большой…, —Натан говорил обрывками, стараясь лишний раз вообще ничего не комментировать, нельзя было допустить ещё больших вопросов от Кейли, в которых случайно прояснится его собственное место в этой истории. И если о рукоприкладстве Тэцундзи в отношение Кевина ещё можно было умолчать, то другую правду, являющуюся апогеем всей этой истории и основной причиной по которой взбешенный Кенго лично приехал в Восточную башню…Этого скрыть он не мог, как бы не хотелось. —О чём ты вообще говоришь? Какой причиной? Он же просто Воронов тренировал, ну и твоё место…ты понял, —Кейли прикусила язык, не желая напоминать о том, что Веснински просил больше не упоминать, и даже не пытаться вернуть. В последнее время их общее прошлое всё сильне напоминало о себе в воспоминаниях, и Дэй ничего не могла поделать с этой ностальгий и не унимающимся желанием вернуть былого Натана. —Кейли…Это он подмешал тебе наркотики на той вечеринке. Как бы Натан не хотел сейчас смотреть в глаза Кейли, потупить их в собственные туфли, будто какой-то подросток, признающийся в пьяной измене, но ему пришлось. Пришлось своими глазами видеть как сузились зрачки в изумрудных глазах, как дрогнули плотно сжавшиеся губы, будто Кейли хотелось зареветь или закричать, проклиная и так окровавленную душу мертвеца, уже гниющего в каком-то болоте, но она сдержалась, не желая привлечь внимание сына и Дэвида, счастливые и улыбающиеся лица которых можно было разглядеть через стекло кафе. Кейли не хотела верить в это, хотела продолжить считать случившиеся на пятом курсе лишь их с Ваймаком пьяной ошибкой, когда они оба совсем не могли думать рационально и контролировать себя, но настоящая правда была удушающей, от неё хотелось взвыть, падая на землю, обхватив себя руками, словно это какой-то кошмар. Она верила ему. Верила, сука, не смотря на то, каким ублюдком он был. Кейли скатилась по стене вниз на корточки, обхватив голову руками, закрывая уши и пряча лицо. Её мальчик, её милый мальчик в котором она души не чаяла даже не смотря на то, как ненавистен ей был день его зачатия, оказался не её ошибкой, а ножом в спину от существа, знающего что было бы, забеременей Кейли… Её сын был попыткой избавиться от неё. Кейли крепче схватила себя за голову, пытаясь заглушить собственные мысли, её трясло и осталось лишь сдавлено мычать, задерживая рвущееся из груди отчаяние.