Навстречу свободе

Нил давно потерял счёт аэропортам, через которые ему довелось пройти, но в каждом из них чувствовал себя так же неловко, как в первый раз. Вокруг толпились люди, спеша по своим делам, а его документы, пусть и сделанные на совесть, всё равно казались слишком хрупкими. Сердце бешено колотилось при каждой проверке — старые страхи не отпускали. Он впервые оказался в Скай-Харбор и в аэрпорту на северо-востоке Южной Каролины, но в обоих местах царилапривысная для воздушных гаваней спешка. Потом людей, шум оббявлений, свист тележек с багажом — всё это давило на нервы, как будто мир сжал его в плотный кулак. Он ненадолго остановился в стороне, наблюдая за торопящимися отпускниками, командированными и студентами, возвращавшимися домой на каникулы. Никого знакомого здесь не было, и, может, это к лучшему. Каждый взгляд незнакомца мог выдать его. Каждый случайный шаг — раскрыть. Нил напрягся. Пройти через терминал, сохранить спокойствие, не выдать себя – на первый взгляд просто, но опыт подсказывал: одна ошибка – и всё рухнет. В этом шумном людском потоке он был как тень, незаметная, но настороженная, готовая исчезнуть. Наконец, следуя указателям, он миновал длинный коридор, поднялся по ступенькам и вышел в зал прилетов. Пятничный вечер делал холл многолюдным, но найти встречающего, присланного Ваймаком, оказалось проще, чем Нил ожидал. Его взгляд почти сразу зацепился за цепкого молодого человека — одного из близнецов Миньярд. Судя по спокойному выражению лица, это явно был не Эндрю. «Тот, который нормальный», — обычно говорили о Аароне Миньярде. Хотя после такого утверждения тут же возникали споры: может ли человек быть нормальным, если у него такой же набор генов, как у Эндрю. Нил двинулся навстречу. В милпортских «Динго» он считался низкорослым, но Аарон был ещё ниже на неколько сантиметров и в черной одежде казался совсем мелким. В конце мая, натянуть джерси с длинными рукавами? Нил уже вспотел. — Нил, — коротко сказал Аарон, показывая пальцем: — Багаж там. — Это всё, — похлопал Нил по ремню спортивной сумки. Достаточной небольшой, чтобы не сдавать багаж, но вмещала все его пожитки. Аарон молча пошёл вперед. Нил последовал за ним через стеклянные двери на теплый весенний день. У светофора стояли люди, но Аарон протиснулся и выскочил на дорогу, не дожидаясь зеленого. Такси визгливо затормозило, едва не зацепив его, но он спокойно щелкнул зажигалкой и закурил, игнорируя сердитын крики водителя. Нил виновато развёл руками и поспешил за ним. В глубине платной парковки их ждал элегантный черный автомобиль. Нил не разбирался в машинах, но дорогую модель видел сразу. Он на миг подумал, что за этой машиной должно быть что-то поменьше, но Аарон надал кнопку на брелке, и двери щёлкнули. — Сумку в багажник, — коротко скомандовал он, усаживаясь на водительское сиденье и продолжая дымить. Нил послушно положил сумку, затем прыгнул на переднее пассажирское сиденье. Аарон докурил сигарету, щелкнул окурком на землю и повернул ключ зажигания. Двигатель ровно заурчал. Он бросил на Нила взгляд, уголок рта дернулся в едва заметной улыбке, но дружелюбие в ней не было. — Нил Джостен, — произнёс Аарон, словно пробуя иия на вкус. — Ты к нам на лето ? — Да. Миньярд включил кондиционер на полную и сдал назад. — Значит, вместе с тобой нас пятеро. Правда, слышал, ты подселишься к тренеру. Ваймак упоминал, что трое братьев — Эндрю, Аарон и Николас - проводят лето в городе, но цифра всё равно не сходилась. Нил догадывался, кто пятый. Конечно, следовало ожидать, но верить не хотелось: Кевин прилип к Эндрю с первого дня в команде. — Кевин остался в городе? — уточнил Нил — Кевин всегда там, где есть поле. Без тренировок жить не может, — насмешливо бросил Аарон. — Сомневаюсь, что дело только в тренировках, — заметил Нил Аарон не отреагировал. На выезде с парковки он передал контролёрше деньги, шлагбаум поднялся, и он утопил педаль газа. Машина влетела в поток под возмущённые сигналы других авто. Нил незаметно пристегнулся. Аарон либо не заметил, либо плевать хотел. Выехав на трассу, он скосил взгляд на Нила. — Ходят слухи, что в прошлый раз вы с Кевином не слишком поладили. — Меня о нём не предупреждали, — ответил Нил, глядя на проносящиеся за окном пейзажи. — Прости, что не встретил его должным образом. — Не-а, не прощу. Я не верю в прощение. И к тому же схлестнулся ты не со мной. Ты уже второй новичок, который послал Кевина на хер. Если бы не его спесь, от удара по самолюбию он бы удивился. А так просто орозо в интеллекте способностях университетских спортсменов. — У Эндрю наверняка были свои причины, как и у меня. — Ты говорил, что недостаточно хорош для нашей команды, и всё равно здесь. Надеешься прокачаться за лето ? — Нет. Просто не смог отказаться, — сказал Нил, взгляд скользнул по дороге. — Тренер умеет находить подход, а ? — Аарон усмехнулся. — хотя с тобой нам будет напресто. Даже милпортская команда рисковала. Нил пожал плечами, ощущая, как кондиционер в машине бросает прохладу на плечи. — Милпорту выбирать не приходится, — ответил он. — Игроков мало. Я ничего не терял, когда решил попробовать. Просто оказался в нужное время в нужном месте. — Веришь в судьбу ? — в голосе Аарона скользнула легкая нотка презрения. — Нет. А ты ? — В удачу ? - Аарор отвел взгляд от зеркала, словно вопрос не стоил внимания. — Скорее в невезение. — Мы польщены твоим высоким мнением, – хмыкнул Аарон и резко крутанул руль. Машину вильнула, сигнал автомобилей позади загудел, а Нил сжал ремень безопасности чуть крепче, чувствуя, как адреналин сжимает грудь. В боковом зеркале мелькнули испуганные водители, увернувшиеся, чтобы не врезаться. — Не жалао такую красавицу разбить ? — ехидно спросил он. — Не бойся сдохнуть, — холодно ответил Аарон, сворачивая с четырёхполоски. — Если боишься, тебе не мести среди «Лисов». — Вообще-то экси – это спорт, а не смертельная битва. — Без разницы. Ты играешь в топовой команде вместе с самим Кевином Дэем. Народ за него кровь готов пустить. Ты же видел новости. — Видел. Аарон щелкнул пальцами, словно это доказывало его правоту. Нил счел, что с ним трудно не согласиться, а потому промолчал. Кевина Дэя и его сводного брата Рико Морияму часто называли «сыновьями экси». Кейли Дэй, мать Кевина, и Тэцудзи Мориям, дядя Рико, изобрели этот вид спорта примерно тридцать лет назад, когда Кейли училась в университете японского города Фукуи. Начавшись как эксперимент, игра вышла за пределы кампуса и попала на городские улицы, после чего шагнула через океан. Закончив учебу, Кейли привезла ее домой, в Ирландию, а в вскоре после этого покорила и Штаты. Кевин и Рико выросли на экси. Когда «Замок Эвермор», огромный стадион университета Эдагара Аллана ( и первый стадион НССА в Штатах, где начали проводить матчи по экси), существовал ещё только в проекте, у Кевина и Рико уже были клюшки, изготовленные на заказ. После трагической гибели Кейли в автокатастрофе Тэцудзи забрал Кевина к себе, однако заниматься воспитанием детей новому тренеру «Воронов» было некогда. Вот так и вышло, что детство и раннюю юность Рико и Кевин провели на стадионе, считаясь неофициальными талисманами «Воронов». Их постоянно тренировали - если не Тэцудзи, то члены команды; туда же, на стадион, привозили учителей, что бы мальчики не тратили время на дорогу в школу. Кевин и Рико с малых лет были в объективе камер, но только в связи с экст и всегда вместе. До перехода Кевина в университет Пальметто свободные братья не разлучались ни на минуту. Столь необычное детство вызывало немало вопросов насчет психологического благополучия ребят и в то же время сделало обоих дико популярными. Рико Морияма и Кевин Дэй считались лицами «Воронов», к тому же многие видели в них будущее профессионального экси. В декабре прошлого года братья на несколько недель исчезли с глаз публики. В январе, когда началась весенняя серия игр, ни один, ни другой не были заявлены в стартовом составе «Воронов». Только в конце января Тэцудзи Морияма поднял эту тему на пресс-конференции, и новость, которую он озвучил, стала жестоким ударом для всех поклонников экси: Кевин Дэй катался на лыжах и сломал руку. По словам Тэцудзи, и Кевин, и Рико настолько подавлены, что пока не готовы встречаться с товарищами по команде или своими опечаленными поклонниками. На следующий день Дэвид Ваймак заявил прессе, что Кевин Дэй будет восстанавливаться в Южной Каролине. Узнать, что кумир больше не выйдет на поле, было тяжело, но известие о том, что он покинул «Воронов», вызвало у одержимых фанатов Кевина настоящую бурю эмоций. Если уж он низвед себя до роли помощника тренера, мог бы, по крайней мере, сохранить свой престиж и опыт для родной команды. Болельщики оскорбились за любимых «Воронов», хотя почти все были уверены, что, как только заживет рука, Кевин вернется. А в марте Кевтн взял и подписал контракт с «Лисами», причём не в качестве тренера, а в качестве форварда. Новость разбила сердца фанатов. Горде переросло в ярость, и вся она выплеснулась на университет Пальметто. Вандалы неоднократно громили университетские корпуса и стадион, в кампусе то и дело вспыхивали драки. Было понятно, что с началом сезона, когда Кевин выйдет на поле в форме «Лисов», сити обострится еще сильнее, и Нилу не очень-то хотелось попасть под раздачу. Многоквартирный комплекс Ваймака находился в двадцати минутах от аэропорта. Парковка почти пустовала — середина рабочего дня. У тротуара стояли три фигуры. Аарон первым вышел из машины, не глядя открыл багажник брелоком и ушёл. Нил перекинул сумку через плечо — тяжесть стала почти опорой — и закрыл багажник. Поднял глаза и почувствовал всеобщее внимание. По бокам от Кевина стояли близнецы. Несмотря на одинаковую одежду, Аарон излучал скуку, а Эндрю улыбался — но эта улыбка не сулила ничего хорошего. Так же он улыбался, когда ударил Нила клюшкой в живот. Приезду новичка искренне обрадовался, кажется, только Николас Хэммик. Он шагнул навстречу Нилу, и тот с радостью пожал протянутую руку — так ему легче было не смотреть на Кевина. – Здорово, — сказал Николас. Не отпуская руки, подтянул Нила на тротуар. — Добро пожаловать в Южную Каролину. Как долетел? – Нормально, — ответил Нил. – Я — Ники, — крепко пожал ему ладонь снова. — Двоюродный брат Эндрю и Аарона, и лучший в мире защитник. Нил посмотрел на Миньярдов, потом обратно на Хэммика. В отличие от блондинов-близнецов, Ники был черноволосым, с карими глазами, а его кожа была настолько смуглой, что казалась слишком тёмной для загара. Он и ростом был выше братьев почти на голову. – Вы правда родственники? — спросил Нил. Ники расхохотался. — Не похоже, да? Я по маме пошёл. Отец вытащил её из Мексики во время какой-то показухи министерской поездки, — он раздражённо закатил глаза и большим пальцем указал на остальных. — С ними ты вроде уже знаком? Тренер тоже собирался подъехать, но ему пришлось метнуться на стадион — позвонили из комитета. Скорее всего, опять будут капать на мозги из-за того, что мы до сих пор не объявили состав. Так что пока тусуйся с нами. Но ключи тренер для тебя оставил. Чемоданы в багажнике? — У меня только это, — ответил Нил. Ники удивлённо поднял бровь и повернулся к троице. — Вот что значит ездить налегке. Хотел бы и я не таскать с собой гору шмоток, но слишком уж их люблю. — Это ещё мягко сказано, — вставил Аарон. Ники усмехнулся и положил руку Нилу на плечо, проводив к входу. — Квартира тренера, — зачем-то пояснил он. — Все бабки у него, так что он может позволить себе своё жильё, а мы, нищеброды, ютимся по чужим углам. — Для нищебродов у вас довольно крутая тачка, — хмыкнул Нил. — Потому-то мы и нищеброды, — сухо ответил Ники. — Машину нам купила мать Аарона, — вставил Эндрю. — На деньги, что получили по страховке после её смерти. Хоть какая-то польза от человека. — Эй, полегче, — предупредил Ники, глядя не на Эндрю, а на Аарона. — Да ладно, — равнодушно пожал плечами Эндрю. — Не напрягайся. Мир жесток, верно, Нил? Если бы это было не так, тебя бы здесь не было. — Жестоки не мир, а люди, — возразил Нил. — В точку, — согласился Аарон. Пока лифт поднимался на седьмой этаж, все четверо молчали. Чтобы не смотреть на отражение Кевина в зеркале, Нил разглядывал табло с меняющимися цифрами. Сам факт подъема на такую высоту уже заставлял его напрячься — он предпочитал быть поближе к земле, чтобы в случае чего можно было быстро сбежать. На седьмом этаже через окно не выпрыгнешь. Мысленно он отметил для себя разведать все пожарные выходы. Квартира Ваймака была под номером 724. Парни столпились у двери, и Аарон начал хлопать по карманам в поисках ключей. В какой момент он достал их и открыл замок, Нил не заметил — слишком увлекся рассматриванием его карманов. Судя по плоской форме, сигарет там точно не было, хотя он видел, как Аарон сунул пачку в карман еще на переходе. — Вот и пришли, — объявил Ники, и Нил заставил себя поднять глаза. Хэммик жестом пропустил его вперед. — Как говорится, дом, милый дом — ну, если уж что-то, связанное с тренером, можно назвать милым. Нил еще с апреля знал, что несколько недель проведет у Ваймака, и с самого начала смирился с этим неудобством, однако сейчас внутри у него все сжалось. Он жил один с тех самых пор, как умерла мать, а из мужчин ему приходилось соседствовать только с отцом. Разве сможет он спокойно смотреть, как Ваймак по вечерам запирает дверь? Да и спать не получится: при каждом вздохе Ваймака Нил будет подхватываться и думать, что за ним пришли. Не лучше ли попытаться все переиграть и снять номер в гостинице? С другой стороны, как объяснить это тренеру? И надо ли объяснять? Ваймак убежден, что родители дурно обращаются с Нилом, и, вполне вероятно, найдет объяснение его замкнутости. Поглощенный своими мыслями, Нил вдруг обнаружил, что чересчур замешкался у входа. Он успел заметить взгляд, который Ники послал Аарону, – смесь любопытства и недоумения – и понял, что допустил промах. Несмотря на это, с места он сдвинулся только после того, как Эндрю протолкался через ребят к нему, чтобы узнать причину заминки. Эндрю улыбался, но его светлые глаза оставались холодными. Нил встретился с ним взглядом всего на секунду и сразу понял, что мяться в дверях опаснее, чем шагнуть за порог. Насчет гостиницы он подумает не здесь и не сейчас, не при свидетелях. Войдя в квартиру, Нил огляделся. Первая дверь вела в гостиную, где тренер подготовил ему спальное место. С дивана, о котором упоминал Ваймак, было убрано все лишнее, а надпись на стикере сообщала, что постельное белье хранится в ящике журнального столика. Все остальное пространство комнаты было завалено бумагами и заставлено грязными кофейными кружками. Кроме того, повсюду стояли переполненные пепельницы, которые не добавляли воздуху свежести. Нил уже почти пересек комнату, собираясь выглянуть в окно, как сзади раздался голос Ники: – Ну и что это было? Кровь в жилах Джостена будто застыла. Оцепенение вызвал не сам вопрос, а язык, на котором он прозвучал. Три года, проведённые в Австрии, Германии и Швейцарии, дали свои плоды — Нил отлично понимал немецкий. Европа оставила слишком много воспоминаний… И хотя привкус крови во рту казался иллюзией, он чуть не поперхнулся. Пульс бился в каждой клеточке, а тело с головы до пят охватила дрожь. Откуда они знали, что он понимает немецкий? Он почти решил убежать, но в этот момент заговорил Аарон. С запоздалым облегчением Нил понял, что вопрос был не к нему — парни шифровались, обсуждая его на немецком. Нил заставил себя дойти до окна. Раздвинул шторы и уперся ладонями в стекло, ожидая, пока сердце вернётся к нормальному ритму. – Может, он наслаждался моментом, – высказался Аарон. – Нет, – возразил Ники. – Это была типичная реакция «бей или беги». Эндрю, какой хрени ты ему там наплел? Нил обернулся. Ники не смотрел на Эндрю — очевидно, он уже знал, что ответа на свой вопрос не будет. Его взгляд был прикован к Нилу. Когда тот встретил взгляд, Ники сверкнул улыбкой и снова перешёл на английский: – Как насчёт экскурсии по дому? Нил собирался что-то сказать, но решил, что уже достаточно себя выдал. – Давай. Смотреть особо было не на что. Кухня и санузел располагались друг напротив друга, комнаты — в конце коридора. Вторую спальню Ваймак переделал под кабинет. В отличие от голых стен гостиной, стены кабинета пестрели газетными вырезками, фотографиями команды, старыми календарями, грамотами и сертификатами. Одна из двух книжных полок была полностью занята литературой по экси, на другой умещались все остальные книги — от путеводителей до классики. Письменный стол Ваймака завален документами так, что столешницу не было видно, а поверх всей этой горы лежало личное дело Нила. С краю бумаги прижимал массивный аптечный пузырёк. Ники с радостным возгласом схватил его и открутил крышку. – Это не твоё, – заметил Нил. – Обезболивающее, – констатировал Хэммик, пропустив укор мимо ушей. – Пару лет назад тренер сломал ногу, ты в курсе? Так он познакомился с Эбби. Она его лечила, а потом устроилась к нам медичкой. Наши до сих пор спорят, шпилятся они или нет. Эндрю в спор не вмешивается, значит, решающий голос будет за тобой. Давай определяйся поскорее — я на кон бабки поставил. Отсыпав в ладонь несколько таблеток, Ники завинтил крышку и вернул пузырек на место. Нил покрутил головой по сторонам, желая выяснить реакцию остальных, но Эндрю и Кевин уже исчезли. Остался только Аарон, которому, судя по его виду, было явно плевать. — Познакомишься с Эбби сегодня за ужином, — пообещал Ники, засовывая таблетки в карман. — До вечера надо убить время, так что пока можем показать тебе поле. У нас теперь идеальное количество народу для тренировочных игр. Кевин, небось, от нетерпения уже на стенку лезет. — Сомневаюсь, — пробормотал Нил, вспомнив бесстрастное лицо Кевина. — Кевин — парень сдержанный, — согласился Аарон, — но, поскольку кроме экси его в этой жизни ничего не интересует, он больше всех ждет, когда ты выйдешь на поле. Нил хотел ответить, но слова застряли в горле. В голове будто щелкнуло: в машине Аарон сказал почти то же самое, но тогда его слова дышали презрением, а сейчас — были пусты и равнодушны. Прибавить к этой внезапной перемене настроения одинаковую одежду и исчезнувшую пачку сигарет, и вывод напрашивался сам собой. На первый взгляд, это мелочи, однако именно благодаря внимательности к мелочам Нилу до сих пор удавалось выживать. —С Кевином, наверное, трудно играть? — на ходу изменил он реплику. — Чемпион страны как-никак. —Строго говоря, мы с ним еще не играли, — ответил Ники. — Он только с прошлого месяца приступил к тренировкам. Если играет он так же хардкорно, как тренирует, можешь сразу идти вешаться. — Несмотря на угрозу в словах, Ники произнес это почти весело. — Но оно того стоит. — Что, и драки тоже? — усмехнулся Нил. — Как та потасовка, про которую говорил Аарон? Сколько, ты сказал, было пострадавших? Аарон на секунду задумался, и Нил уже решил, что ему все померещилось, но потом Аарон ответил: — Одиннадцать. Все верно, Нил читал об этой потасовке, но в машине с Аароном ничего такого не обсуждал, и Аарон должен был об этом помнить. И тут он наконец понял, что имел в виду Ники, когда в Милпорте бросил тому раздраженный упрек: «Эндрю, какой хрени ты ему там наплел?» Тогда Нил решил, что речь о их первой встрече, но нет — Ники говорил о поездке из аэропорта. Обман вызывал у Нила приступ злости, которую тут же сменила гордость — он раскусил подмену. Однако он промолчал, понимая, что осторожность превыше всего. Эта неестественная веселость и, как следствие, взрывы темперамента были прямым результатом приема лекарств, предписанных судом. Два года назад какие-то парни напали на Ники возле ночного клуба. Эндрю, конечно, вступился за приятеля, но в ярости чуть не забил до смерти всех четверых. Судьи сочли это «чрезмерным применением силы» и попытались упечь его за решетку, но адвокатам удалось добиться условного приговора. Эндрю назначили курс интенсивной терапии, а далее – еженедельные консультации психолога и регулярный прием специальных препаратов. Предполагалось, что через три года лекарства отменят, чтобы оценить его состояние. Однако преждевременный отказ от приема таблеток будет считаться неисполнением возложенных судом обязанностей. Стоит командному медику, университетскому психологу или судебному психиатру заподозрить неладное, мочу Эндрю проверят, и, если нужной концентрации препаратов не обнаружат, он сядет в тюрьму. До следующего лета оставалось продержаться всего ничего, но, похоже, мучиться так долго Эндрю не собирался. У Нила в голове не укладывалось: как можно так рисковать, зная о неминуемой расплате? Неужели его приезд так повлиял на Эндрю? Тот что, решил встретить нового члена команды с ясной головой? Или просто не хотел проводить каникулы в угаре от таблеток? В эту минуту Эндрю, словно по команде, вырос в дверях; в руках он держал бутылку виски. Сзади маячил Кевин. – Удачно зашли. – Готов? – обратился к Нилу Ники. – Двигаем, пока тренер не вернулся. – Почему? – Нил показал на бутылку. – Это что, ограбление? – А если и так? Настучишь на нас Ваймаку? – Эндрю, казалось, позабавила эта мысль. – Вот вам и новый человек в команде. Сразу видно, настоящий Лис. – Стучать не буду, – сказал Нил, – но спрошу, почему ты не на таблетках. Повисла тревожная тишина. Оторопел даже Кевин. Эндрю был единственным, кто не повел и бровью. Ники, первым обретший дар речи, набросился на Аарона на немецком: – Эй, у меня глюки? Мне одному показалось? – Нечего на меня смотреть, – пробурчал Аарон. – Предпочитаю разговор на английском, – вмешался Нил. Эндрю прижал большой палец к уголку рта и провел им по губам, словно стирая усмешку. – Это что, предъява? Я тебе не врал. – Ты промолчал – а это, считай, вранье, только еще проще, – парировал Нил. – Мог бы меня поправить. – Мог, но не поправил, – пожал плечами Эндрю. – Тебе надо – сам и разбирайся. – Уже. – Нил лихо отсалютовал двумя пальцами, скопировав издевательский жест Эндрю, запомнившийся ему при первой встрече. – «Ничего, в другой раз повезет». – О-о, – протянул Эндрю с нескрываемым интересом, – чую, с тобой будет весело. Какое-то время. Потом, правда, потеха закончится… Так всегда бывает. – Лучше не доставай меня. – А то что? Раздался стук: кто-то дергал ручку входной двери. Эндрю моментально наклеил на лицо широченную улыбку, затем быстро обернулся к Кевину. Одно неуловимое, отработанное движение — и бутылка виски, которую секунду назад держал Эндрю, бесследно исчезла. – Здрасьте, тренер, – проворковал Эндрю из-за плеча Кевина. – Опять тут толкутесь? Знаете же, я терпеть не могу, когда вы ошиваетесь у меня дома! – раздался из коридора недовольный голос Ваймака. Эндрю вскинул ладони, демонстрируя чистоту своих помыслов, и вышел в коридор. Аарон и Кевин последовали за ним; бутылка, судя по всему, теперь была спрятана у одного из них под одеждой. В кабинете остались только Нил и Ники. – Сегодня я ничего не разбил, – сказал Эндрю тренеру. – Поверю, когда все тут осмотрю. Дверь в коридоре хлопнула, и через несколько секунд Ваймак вошел в свой кабинет. В джинсовых шортах и линялой футболке он скорее походил на рокера-любителя, чем на наставника университетской команды. Понятное дело, в обычные дни Ваймак не обязан был соблюдать дресс-код, и все же Нил слегка растерялся. Ваймак окинул новобранца беглым взором и удовлетворенно кивнул. – Жив-здоров? Вот и хорошо. А то Ники у нас тот еще гонщик, мог и не довезти. Почувствовав на себе взгляд Хэммика, Нил ответил: – Видали и похуже. – Хуже этого балбеса никто не водит. От него два исхода: открытый гроб или закрытый. Выбирай, что тебе больше нравится. – Эй, что за несправедливость? – возмутился Ники. – Жизнь вообще несправедлива, тупица. Смирись с этим. Кстати, почему вы до сих пор здесь? – Уже уходим, – сказал Эндрю из коридора. – Всего хорошего. Нил с нами? – А куда это вы намылились? – подозрительно прищурился Ваймак. – Тренер, за кого вы нас принимаете? – обиженно вздохнул Ники. – Вправду хочешь знать? – Мы собирались показать Нилу стадион, – объяснил Аарон. – А потом можем отвезти его к Эбби. Он вам сейчас не нужен? – Нет. Держи, Нил. Нил на лету поймал брошенные ему ключи. Металл холодно блеснул на ладони. Связка состояла из двух колец: два ключа на одном, три — на другом. — Длинный ключ – от ворот, их запирают на ночь, – загибая пальцы, начал объяснять Ваймак. – Короткий – от квартиры. Второй комплект – от стадиона: наружная дверь, кладовка с инвентарем и дверь на поле. У Кевина такой же набор; если что, поможет разобраться. Надеюсь, ты будешь пользоваться ключами не реже него. — Спасибо, — сказал Нил, стиснув связку так, что металл впился в ладонь. С ключами в руках он почувствовал себя увереннее. Не важно, где придется спать и что там отколет Эндрю. Главное — теперь у него есть поле. И позволение играть. — Буду. — Любимчика завели, тренер? — поинтересовался Эндрю. — Если ты когда-нибудь явишься на поле не из-под палки, может, и для тебя комплект сделаю, — парировал Ваймак. — Но, поскольку ни в этой жизни, ни в следующей такого не случится, заткнись и ходи за Кевином. — Ой, счастье-то какое, — состроил гримасу Эндрю. — Погодите, изображу радость. Теперь можно идти? — Выметайтесь, — скомандовал Ваймак, и Эндрю тут же испарился. Кевин и Аарон вышли следом. Ники уже почти шагнул за порог кабинета, но тренер рукой преградил ему путь. — И только посмейте изувечить его в первый же день. Хэммик перевел взгляд на Нила. — Тебя тут кто-нибудь обижал? — Пока нет, — ответил Нил. Секунду помешкав, он с неохотой снял с плеча спортивную сумку. Мысль о расставании с ней — даже ненадолго и особенно с учетом содержимого — заставляла леденеть спину. Однако Нил по-прежнему не доверял Эндрю. Было непонятно, с чего этот псих бросил пить таблетки и почему вообще поехал за ним в аэропорт, если, как выяснилось, тренер поручил это Ники. В любом случае, Эндрю еще себя покажет. К Ваймаку доверия почему-то возникало больше. «Надеюсь, я не совершаю ошибку», — мелькнуло у него в голове. — Можно куда-нибудь спрятать сумку? — осведомился он. — В гостиной есть место, — пожал плечами тренер. Нил покосился на Ники: как бы это сделать, не вызывая лишнего любопытства? Он никогда не оставлял вещи без присмотра, а уходя, всегда запирал их — чаще всего в своем шкафчике в раздевалке милпортского стадиона. Не успел он открыть рот, как тренер нетерпеливо бросил Хэммику: — Ну, что встал? Дуй давай. — Как грубо, — заметил Ники, но проскользнул мимо Ваймака и скрылся в коридоре. Тренер в упор посмотрел на Нила. — Тебе тайник, что ли, нужен? Никогда прежде никто не читал его как открытую книгу. Хотя, справедливости ради, и обстоятельства впервые складывались настолько неуправляемо. Раньше, в бегах с матерью, та всегда держала все под контролем. Добираясь до Милпорта в одиночку, он изрядно наследил, и в случае чего всегда был готов к побегу. Но сейчас... Сейчас он отчаянно хотел зацепиться именно здесь и продержаться как можно дольше. — Тут все мое имущество, – наконец выдавил он. Жестом велев ему подвинуться, Ваймак отпер нижний ящик письменного стола. Ящик был до отказа забит папками, но тренер вытащил их все и стопкой сложил на полу. Едва он убрал руки, как сооружение накренилось, и папки и отдельные листы рассыпались во все стороны. Ваймак, деловито снимавший с кольца крохотный ключик, и усом не повел. — Это только на время. Когда переедешь в общежитие, придется придумать что-то другое. – Он протянул ключ парню. Нил перевел взгляд с тренера на груду бумаг и обратно. Открыл рот, чтобы сказать что-то, но слова застряли в горле. Он сглотнул и наконец просипел: — Почему вы… Ваймаку надоело ждать, и он просто сунул ключ в ладонь Нилу. — Поторопись, пока Эндрю кого-нибудь за тобой не послал. Нил проглотил свой вопрос и принялся впихивать сумку в тесный ящик. К счастью, основной объем занимала одежда, так что, приложив небольшое усилие, он справился с задачей. После Нил задвинул ящик и запер его на замок. Ключ он попытался было вернуть хозяину, однако тот посмотрел на него с жалостью. — Мне-то он на кой? Отдашь, когда будешь съезжать. Нил опустил взгляд на ключ в раскрытой ладони – гарантию безопасности, которую вот так просто, без лишних вопросов, обеспечил ему тренер. Возможно, сегодня ему не уснуть. Возможно, ближайшие две недели он будет вздрагивать от каждого звука в доме. Но, вероятно, это лучшее, на что он сейчас мог рассчитывать. — Спасибо, – произнес он. — Шевели булками, – отозвался Ваймак. Нил вышел из кабинета. Остальные ждали его у распахнутой двери на лестничной площадке, создавая безмятежную картину, которая, как он чувствовал, была обманчива. Шагая по коридору, он прицепил ключ от ящика к своему кольцу. Звон металла о металл прозвучал подозрительно громко в тишине. Пока он возился с замком, Эндрю жестом увёл братьев и Кевина к лифту. Нил нагнал их как раз в тот момент, когда с мягким динь! прибыла кабина. Все пятеро втиснулись внутрь. Мимолётное чувство защищённости, с которым он вышел от Ваймака, испарилось в тот же миг, как сомкнулись стальные двери. Будущие напарники бесшумно обступили его, замкнув круг. Ники и Аарон — по бокам, отрезая путь к отступлению. Эндрю и Кевин — прямо перед ним, спина к спина. Четыре пары глаз, лишённых всякого дружелюбия, пристально изучали его. Как только кабина тронулась вниз, с лица Эндрю исчезла улыбка. Нил выдержал его взгляд, мускулы сами собой напряглись в ожидании удара. На пятом этаже Эндрю оттолкнулся от поручня и пошёл в атаку. Он попытался вырвать у Нила ключи, но тот резко отдернул руку. Вторая попытка заставила Нила отступить. Спиной он наткнулся на холодные двери, и до него наконец дошло: Эндрю на хрен не сдались эти дурацкие ключи — ему нужен был предлог. Нил сунул связку поглубже в карман. Эндрю припер его к стенке. Надо же, такой мелкий, а такой говнистый! — Приятно познакомиться, Нил, — томно протянул Эндрю. — Ты, конечно, меня ещё увидишь, но не так скоро. — Вряд ли мне настолько повезёт, — процедил Нил. — Я имел в виду — вот так, — пояснил Эндрю, жестом обозначив смехотворное расстояние между ними. — Эбби пригрозила лишить нас поля на все каникулы, если мы тебя сломаем. Нам это, сам понимаешь, ни к чему. Да и Кевин расхнычется. Но не волнуйся. Я подожду, пока соберутся все Лисы, и у Эбби кроме тебя будет много других забот. Вот тогда я и устрою тебе тёплый приём. — Рекомендую пересмотреть методы убеждения. Херово работают. В этот момент лифт плавно остановился. — А я и не собираюсь тебя убеждать. — Эндрю упер ладонью Нилу в грудь, прижимая его к дверям. — Ты просто будешь делать то, что я скажу. Двери за спиной поползли в стороны, и Эндрю, ослабив нажим, коротко и резко толкнул его в спину. Нил вывалился на площадку, едва удержав равновесие. Эндрю прошёл мимо, нарочито грубо задев его плечом. Следом, не удостоив его и взгляда, проследовали Кевин и Аарон. Замыкавший шествие Ники на прощание бросил ему весёлую ухмылку. — Ну что, готов? — крикнул он, удаляясь по коридору. Нил еще несколько секунд смотрел им вслед. Выходит, Кевин — не единственная его проблема в «Пальметто». И от этой мысли он с удивлением почувствовал почти облегчение. Кевин был загадкой. Его нельзя было «прочитать», нельзя было спросить, что именно он помнит из их общего прошлого. Любое слово, любой жест могли стать той самой миной, которая сработает с запозданием. А Эндрю… Эндрю был всего лишь психованный молокосос. Таких, как он, Нил с детства знал вдоль и поперек. Справиться с ним — дело техники. Главное — не терять бдительности. —Готов, — тихо выдохнул он себе под нос и шагнул догонять команду.