Аромат смерти

***

Утром первым делом я пошла в покои Хасеки, которая к тому моменту уже успела позавтракать и занималась делами гарема, читая какие-то бумаги. Травить фаворитку в покоях султана она не стала, что очень умно, ведь если бы заподозрили её, то наказание было бы суровым. Сегодня, как и во все пятницы, на ней красовалось голубое платье обшитое драгоценными камнями, голову венчала небольшая корона, а рыжие волосы сегодня были заплетены в традиционную русскую косу. — Госпожа, доброго вам утра! — Я подошла к женщине и поклонилась. — Варя, ну как ты? Ничего не болит? — Поинтересовалась Хюррем султан с беспокойством. — Мне намного лучше. — Это хорошо. Джихангир не спал всю ночь, очень тревожился за тебя. Вчера повелитель заходил, а шехзаде ему всё рассказал про тебя. Сулейман приказал Ибрагиму заняться расследованием. Я приоткрыла рот от шока. Сам Великий визирь, вечный враг Хасеки будет заниматься делом нападения на меня?! Ого! — Надеюсь, того злодея удасться отыскать, в опасности весь гарем. — Высказалась я и замолкла, ведь в покои вошел Сюмбюль ага и преподнес султанше сверток пергамента. — От кого это? — От Нигяр хатун. — Потом прочту. — Она убрала послание подальше. — Что-то ещё? — Да, к вам тут Фирузе хатун проситься. — Не впускай эту змею, не хочу я никого видеть! — Раздраженно ответила рыжеволосая, выходя из себя. — Варвара, ты иди к Джихангиру, пусть успокоиться. — Как прикажите, госпожа. — Я снова поклонилась и пошла в смежные покои к своему маленькому защитнику. Подумать только, он дал моему делу огласку, замять его уже не выйдет. Молодец какой! В комнате шехзаде было тихо. Малыш играл совершенно один, без неусыпного контроля многочисленных нянек, предоставленный сам себе. Я прошла и поклонилась, тут же лишив младшего сына Хасеки дара речи своим внезапным появлением. На лице мальчика отразилась тоска и неверие, что я стою тут перед ним живая и улыбаюсь. — Приветик, что делаешь? — Мягко улыбнувшись спросила я, подходя ближе. — Варя?! — Детские глаза загорелись и, бросив все свои дела, он кинулся ко мне в объятья. — Мне сказали плохой человек напал на тебя, его уже нашли? Отец пообещал мне! — Джихангир, спасибо тебе, ты не представляешь, как ты мне помог, мой умный мальчик! — Я отблагодарила за содействие с его стороны и погладила по кудрявой головке. — Его пока не нашли, но, думаю, скоро злодей понесет заслуженное наказание. — Пока тебя не было я учился считать и молился за тебя. — Молился? — Я изумленно приоткрыла рот. Ещё никогда и никто за меня не молился. — Папа меня научил вчера, он сказал если я хочу, чтобы ты поскорее выздоровела, то я должен попросить об этом Всевышнего. — Мне уже намного лучше. Так и до скольки ты научился считать? — Пока только до десяти, но ведь ты научишь меня считать другие цифры? — С удовольствием, мой хороший!

***

Девушка боязливо съежилась и переступила порог дворца на Ипподроме. Миссия была провалена с треском и не очень-то хотелось разгневать госпожу. Та возлагала на неё большие надежды и теперь будет очень разочарована, но что она могла поделать, если эта дрянь оказалась настолько живучей? Через несколько минут ожидания, Шахи хатун вошла в просторные покои на первом этаже и поклонилась Хатидже султан, сидящей на диванчике. — Раз ты сама приехала, дело срочное. — Заключила сестра султана и накрутила прядь волос на указательный палец. — Рассказывай. — Султанша, клянусь, я сделала всё так как было приказано, но… — Что "но", Шахи? — Женщина побелела от гнева и сжала правую руку в кулак. — Она не умерла. Чудо просто. После таких ударов она уже должна была отправиться к Аллаху… — Оправдывалась служанка. — Хватит, тупица, не желаю ничего слышать! Я так хотела уничтожить эту девку, ведь именно она рассказала про Фирузе, мерзавка! Не вышло… — Громко крикнула Хатидже и встала со своего места, подходя к Шахи вплотную. — Я надеюсь тебя не видели? — Нет, госпожа, я позаботилась об этом. — Девушка подняла свои карие глаза на госпожу и сменила тему. — Хюррем султан кружит как орлица над Фирузе хатун, но пока ничего не предпринимает. Странно это. — При повелителе она ей ничего не сделает, иначе лишится всего в миг. Мой брат не простит ей такого неуважения! — Хатидже султан, что же мне теперь делать? Расследованием займется ваш супруг и тогда… — Тихо! — Шикнула султанша и жестом приказала замолкнуть. — Не паникуй. Если тебя никто не видел, то и улик никаких нет. Позже я устрою твою судьбу, а теперь иди, иначе эта гадюка тебя заподозрит.

***

Принести обед для шехзаде вызвалась я, оставив его на попечение Гюльсюм хатун. На кухне как обычно витал запах приправ и на языке прямо чувствовался сладкий вкус лукума. Здесь же, дегустируя еду господ, стоял Сюмбюль ага и переговаривался с Шекером. — Ох и медок! Откуда он? — Восхитился евнух гарема, пробуя мед. — Из Валахии, его наша Хасеки лично заказала, для шехзаде Джихангира. — Заметив меня, главный повар дворца улыбнулся. — О, Варя, ты пришла за кушаньем? — Верно. — Я в почтении склонила голову. — Если можно, побыстрее. — У меня уже всё готово! — Варвара хатун у нас прямо в рубашке родилась. — Начал Сюмбюль. — Негодяя поймают, иншалла! Ничего не болит? — Нет, уже всё прошло. — Я забрала поднос с едой, но выйти не успела, так как в кухню ворвалась жутко злая Афифе хатун. Все присутствующие поклонились ей, уважая её должность и преклонный возраст. — Вы не видели Шахи хатун? Хюррем султан требует её, а она, несносная, как сквозь землю провалилась! Мы дружно лишь отрицательно замотали головой и я вышла в коридор, спеша к Джихангиру. После обеда, я отлучилась на поиски Кадира аги, единственного человека, который мог пролить свет на всё произошедшее. Как сказали мне служанки, он раньше прислуживал во дворце Эдирне, но потом его перевели в Топкапы. Остановившись около неприметной двери ведущей в комнату евнуха, я перевела дыхание. Если он попробует мне соврать, я почую подвох, слишком хорошо научилась читать чужие эмоции. — Кадир ага? — Это я, чего пришла? — Отозвался мужчина невысокого роста с тюрбаном зеленого цвета на голове. — Ты нашел меня в коридоре после нападения, вот я и хотела спросить, не видел ли ты чего-нибудь? — Когда я пришел, ты лежала на полу с раной на голове и рядом ни души. — Рассказал служитель гарема. — Может быть, хоть какая-то зацепка, например, личная вещь? — Я нашел сережку. — Он углубился в комнату и вскоре вынес украшение. — Твоя? — Нет. — Твердо произнесла я и забрала сережку. — Значит, это сделала одна из наложниц, но кто? Вопрос было намного больше, чем ответов. — Никого, кроме тебя, там не было. — Кадир ага лишь пожал плечами. — Ты кому-то знатно насолила, раз от тебя решили избавиться. — Странно, грехов за мной нет. Я лишь преданно служу у Хасеки. — Ну, так может, её враги захотели избавиться от тебя? — Предположил мужчина. Поблагодарив евнуха за содействие ещё раз, я вышла в коридор и пошла прямиком в покои Хюррем султан, не забывая о своих прямых обязанностях всегда быть при госпоже.

***

Ближе к вечеру рыжеволосая султанша решила выйти и пойти к султану. За ней шла я и Шахи хатун. Своё утреннее отсутствие она объяснила тем, что гуляла по Инжировому саду и потеряла счет времени. До покоев Властелина оставалось рукой подать, как перед Хюррем султан возник Рустем ага. — Моя госпожа. — Он поклонился. — Я кое-что узнал о одной вашей служанке. Моя напарница оторопела, когда услышала его слова и лишь хлопала глазами.       — О какой? — Недоуменно спросила Роксолана.       — Шахи хатун сегодня отлучалась из дворца. Она была у Хатидже султан. Не доверяйте этой девице.       — Что? — Ярость сквозила в голосе Хасеки. — Так ты предательница?!       — Нет, султанша, помилуйте! — Девушка бросилась ей под ноги, целуя край платья. — Хатидже султан просила меня сделать ей массаж, вы ведь знаете, я одна из лучших в этом деле.       — Не ври, хатун! — Прошипел конюх и, схватив девицу за руку, оттащил от супруги султана.       — Да будет Аллах мне свидетелем, это правда, Хюррем султан! — Шахи разрыдалась в руках верного пса госпожи.       — Ступайте обе в гарем! — Рыжеволосая была на грани срыва и отвернулась, пытаясь прийти в себя. — Позже с этим разберусь.       Пока мы шли, служанка молчала, словно в рот воды набрала, а я и предположить не могла, что она может оказаться шпионкой сестры султана. Если обвинения Рустема были правдой, тогда и теория Аксиньи насчет нападавшего имеет место быть. Вдруг это действительно Шахи напала на меня. Но, с другой стороны, какой у неё мог быть мотив? Мы с ней не ссорились и дело тут явно не в личной неприязни. Возможно, она выполняла приказ Хатидже.       Но тогда всё становится ещё более запутаннее. Чем я могла прогневать госпожу из династии Османов? Тем, что однажды не дала пройти в покои Хасеки? Нет, глупость!       Размышляя об этом, я совершенно потерялась во времени и не заметила как наступил вечер. После того, как госпожа нас отослала, я сидела в покоях и носа не высовывала.       Стук в дверь стал для меня полной неожиданностью и, вздрогнув, я медленно пошла, чтобы открыть и узнать кто же пришел по мою душу. На пороге стояла Афифе хатун, держа в руках привычную трость. Поклонившись хазнедар, я произнесла:       — К добру ли?       — Иди скорее к Ибрагиму паше, он пожелал, чтобы ты явилась! — Объявила женщина и ушла, оставив меня переваривать услышанное.       Собравшись, я направилась в покои, где сейчас разместился визирь. Голубым платок я сразу же покрыла голову и зону декольте, стоило мне войти на мужскую половину дворца.       В султанском корпусе жил сам правитель, его сыновья, достигшие подросткового периода, а также здесь могли ночевать паши и беи.       К моему удивлению, около дверей, ведущих в кабинет Ибрагима паши, стоял Кадир ага. Он лишь кивнул мне, но не сказал ни слова.       — Вы пожелали меня видеть. — Пройдя в комнату, я поклонилась и не поднимала глаз на мужчину напротив.       — Варвара хатун, откуда ты? Как попала в гарем?       Его вопросы смутили меня, как моя родина повлияет на расследование? Поняв, что перечить бессмысленно, я спокойно ответила:       — Я приехала с русских земель, меня привез Барбаросса. Сначала во дворец не удалось попасть, меня и других рабынь отправили на невольничий рынок, а уже там нас Хюррем султан купила.       — Ты ведь наверняка в курсе, кто я такой?       — С моей стороны было бы невежеством этого не знать, за два года я получила отличное образование и прекрасно владею информацией о высокопоставленных людях. — Я подняла голову и впервые посмотрела в его темные глаза.       Он переменился в лице от моего взгляда и прошептал:       — Как же вы с ней похожи…       — Простите?       — Что ж, на тебя напали, но ты выжила. Лекарша, которая осматривала тебя, утверждает, что рана головы была смертельна. Чудо, что ты сейчас стоишь передо мной.       Нет, Ибрагим паша, намного большее чудо, что я ,человек из двадцать первого века, стою сейчас перед тобой.       — После нападения меня нашел Кадир ага, он же нашел эту сережку. — Я протянула украшение Великому визирю. — Полагаю, это злодеяние совершила одна из девушек гарема. Конечно, не сама, думаю, она выполняла чей-то конкретный приказ.       — Кому же из госпожей ты могла перейти дорогу? — Задумчиво спросил верный друг повелителя.       — Понятия не имею.       Я конечно примерно представляла, кому я насолила, но озвучивать не решалась, за такое обвинение могут и казнить, а доказательств веских у меня пока нет.       — Кадир ага! — Громко позвал тот и через секунду в покоях появился евнух. — Ты нашел эту сережку на месте преступления, она не могла принадлежать самой Варваре?       — Нет, господин, когда я нес её в лазарет, то на девушке не было сережек.       — Я тогда только проснулась и серьги оставила в покоях шехзаде Джихангира.       — А что ты делала в покоях шехзаде?       — Хюррем султан позволила мне занимать шехзаде играми и в целом я прислуживаю ему.       — Хорошо, ты можешь идти, Кадир ага. — Евнух поклонился и ушел, оставив нас наедине. Кажется, паша уже начал догадываться, кто мог пойти на такое и приказать избавиться от меня. — Слышал, Хюррем султан узнала о Фирузе не без твоего участия, это так?       — Да, Ибрагим паша, я рассказала о ней Хасеки. — Отрицать очевидное я и не собиралась, тем временем пазл в голове складывался.       Наверняка покровителей Фирузе это весьма огорчило и они решили таким образом выместить свою злость на мне, виновнице произошедшего. Вариантов осталось не так много. Махидевран султан уехала и явно приказ отдала не она, Афифе хатун не опустилась бы до подобной низости, а вот сестра падишаха…       Догадка пронзила мой мозг. Ну, конечно! Приказ отдала Хатидже, но кто являлся исполнителем её воли? В голове зазвучали слова подруги: — Я не видела нападающего, ума не приложу кто это мог быть. Врагов у меня здесь нет. — Может это Шахи? — Предположила Аксинья. — Что? Нет. Зачем ей это? — Сама посуди, она тебе завидует, как и Махфируз в прошлом. Завистливый человек может на многое пойти. — Мне кажется, ты ошибаешься, мы ладим с ней и конфликтов у нас ни разу не было. — Я задумалась. А вдруг это действительно Шахи? — Думай, как хочешь, но она сегодня весь день странная какая-то, будто боится чего-то.       Чего может бояться служанка Хасеки? Или, вернее, кого? Это нужно выяснить как можно скорее! — Твой враг, хатун, силен и могуществен, он может нанести удар даже тогда, когда тебе будет казаться, что ты в полной безопасности! — Видимо, он тоже уже догадался, что к этому нападению причастна его любимая женушка. — На что вы намекаете, паша? — Я невинно похлопала глазками и сделала вид, будто совершенно ничего не поняла. Легче играть в дуру, он подумает, что умнее и не станет враждовать, упиваясь своим превосходством. — Выполняй свои обязанности, не прыгай выше головы, Варвара. — Моё дело служить династии, иных помыслов у меня нет! — Твердо произнесла я. — Отлично. — Он улыбнулся и кивнул, указывая на дверь. — Ты свободна! Склонившись в поклоне, я сжала челюсти до хруста. Он не даст этому делу огласку, а значит всё было напрасно.

***

Сюмбюль ага поймал меня в одном из коридоров пока я шла к себе. Он запыхался от долгого бега и, прижавшись к стене, спешно проговорил: — Я уже с ног сбился, где ты была? — Ибрагим паша вызывал на счет нападения, спрашивал, что случилось, с шехзаде что-то? — Нет, с ним всё в порядке. Хюррем султан наша милость великую оказала, она велела немедленно тебя подготовить для шехзаде Мехмеда! Мой шок был в шоке. Конечно, я мечтала об этом дне все два года, но не думала, что день «Икс» наступит уже сегодня. На подготовку было максимально мало времени. В быстром порядке меня повели в баню и отмыли так, что едва кожа с костей не слезла, затем повели в комнаты для подготовки, где специально обученные одалык навели мне марафет. Завили волосы и собрали их в замысловатую прическу, перекинув через плечо, подкрасили глаза сурьмой и нанесли на лицо небольшое количество румян, даже дали пожевать мяту, чтобы освежить дыхание и, наконец, евнух принес белоснежное платье и такой же белый платок. — Одевайся, хатун! — Потребовал главный евнух гарема. — Хюррем султан ждет тебя у себя. Наряд оказался мне в пору и прекрасно подчеркивал все мои достоинства. Накинув на голову платок, я последовала за Сюмбюлем. В покоях Хасеки дала мне несколько банальных наставлений и заботливо прикрепила золотой оберег к платью. — На удачу. — Она весело улыбнулась и подмигнула мне. Спасибо, что хоть не перекрестила. Идя по пресловутому «Золотому пути», я думала лишь о себе и как эта ночь отразиться на моём будущем. Быть фавориткой престолонаследника очень престижно и никто более не посмеет нападать на меня. После этой ночи я обрету власть и могущество, которое будет только накапливаться. Я смогу сломить врагов и уничтожить предателей, смогу предотвратить смерть шехзаде и возведу его на престол! Волнения не было, страха тоже. Я уверенно вошла в покои Мехмеда и двери позади меня плавно закрылись. Обратной дороги нет, только вперед. Наследник стоял, гордо распрямив плечи, позволяя мне любоваться его подтянутым молодым телом. Мне достался самый хорошенький шехзаде из всех. Осталось только вытравить любовь к Мустафе, сделать его чуть жестче и внимательнее к врагам и никто не сможет победить наш тандем. Упав на колени, я поцеловала край его одеяния и дождалась, пока он поднимет меня за подбородок. Кожу обожгло огнем от его первого прикосновения к моему лицу. Приятное тепло разлилось в груди, стоило мне заглянуть в его темные глаза. — Как тебя зовут? — Спросил Мехмед, заинтересованно рассматривая меня с ног до головы. — Варвара. — Тихо ответила я, удивляясь тому, как сильно сердце стучало в груди в этот миг. — Варь… вар… — Было видно, что шехзаде трудно давалось русское произношение и он слегка стушевался, когда не смог правильно произнести. Заметив это, я поспешила успокоить юношу, чтобы не накалять атмосферу ещё больше. — Можно просто Варя. — Я мило улыбнулась и кивнула, когда он повторил за мной. — Варя. — Он ещё несколько секунд с сомнением осматривал мое лицо, словно ища в нем что-то. — У меня такое чувство, будто я уже видел тебя где-то. Но мы ведь не встречались раньше? — Я почти два года прислуживала вашей матушке, возможно, вы могли меня видеть рядом с ней. Несколько дней назад я присутствовала на празднике, была одной из тех, кто танцевал для вас. — Объяснила я и сжала руки в замок. — Так вот откуда я помню тебя! Это ты была змеёй-искусительницей! — Наконец, озарение пришло к Мехмеду. — Кажется, моя Валиде очень привязана к тебе, вы с ней похожи, у тебя такие же волосы как у неё, глаза. Не удивлюсь, если и характеры у вас схожи. Я без всякого стеснения начала осматривать покои наследника. Золото и серебро переливалось в лунном свете. Большие резные двери ведущие на террасу сейчас были закрыты, письменный столик у окна, большая кровать у стены, накрытый стол, ломящийся от изобилия пищи на нем, персидские ковры и это лишь малая часть убранства комнат. Мехмед заметил мой взгляд и сказал: — Нравится? — Да, ваши покои очень красивы. — Совершенно искренне ответила я. — На самом деле, эти покои раньше занимал мой старший брат — Мустафа, но после того как он отправился в санджак, матушка распорядилась и их отдали мне. — Поведал мне шехзаде и указал рукой на стол. — Пойдем, будет нехорошо, если еда остынет. Мы присели, юноша тот час отломил кусочек перепела и кинул себе в рот прикрывая глаза от нахлынувшего блаженства. — Попробуй, это очень вкусно. — Посоветовал Мехмед и продолжил. — Откуда ты родом? — Я прибыла сюда с русских земель, как и ваша Валиде когда-то. Привез меня сюда Хайреддин паша, вместе с другими рабынями. — Произнесла я и поднесла ложку с миндальным супом ко рту, слегка дуя, чтобы не обжечь язык. — Я же говорил, вы очень похожи. — Возможно. Расскажите о себе, шехзаде? У вас есть здесь друзья? — Друзья? — Удивленно переспросил он. — Ну да. — На самом деле нет. — Честно признался шехзаде. — У меня есть братья, с ними у меня хорошие отношения, но все-таки мне больше приходится с ними общаться. В детстве я сильно был привязан к Мустафе и сейчас это чувство осталось, но теперь оно словно другое. У нас большая разница в возрасте, почти семь лет, он был уже взрослым шехзаде, когда я ещё был ребенком. Поэтому не могу сказать, что мы с ним очень близки. А у тебя здесь есть друзья? — Да. У меня есть одна подруга и мне её хватает. Нас вместе привезли сюда, мы дружили и раньше, только, к сожалению, после одного события, произошедшего на корабле, я не помню ничего про то, кем была раньше, только со слов Аксиньи. — А что произошло? — Заинтересованно начал расспрашивать шехзаде. — Мы пытались сбежать. — Я опустила глаза и горько усмехнулась — Не получилось. Один из корсаров ударил меня по голове, отсюда частичная потеря памяти. — Нечестивец! — Зло прошипел шехзаде, а я лишь изумилась его наивности, да трудно же мне с ним будет. — На самом деле это обычная практика, я всего лишь рабыня и ждать хорошего отношения к себе явно не стоит. — Уверила я и попробовала лукум. — Ммм, сладкий. Мне очень повезло, что я оказалась здесь. Хюррем султан была чрезвычайно добра ко мне. — Верно. Моя мать — удивительная женщина, она сочетает в себе множество качеств. Она может дарить смех и радость, а также и разрушить все на своем пути выстраивая свой новый мир. — У вас с ней особая связь? — Спросила я, слегка наклонив голову в бок. — Можно и так сказать, я ведь её первый самый долгожданный ребенок, но матушка никого особо никогда не выделяла, она любила всех нас одинаково. — Но вас всегда больше, правда? — Я улыбнулась и подвинулась чуть ближе, сокращая между нами ненужное пространство, шехзаде оказался совсем не против таких изменений и приобнял меня. Впервые за этот вечер я почувствовала тепло его тела. Мехмед улыбнулся мне в ответ и я сама, понимая, что тянуть более не имеет смысла, потянулась к губам наследника, вовлекая того в нежный поцелуй. Внутри будто что-то разорвалось, а сердце отбивало ритм чечетки. Щеки заалели, покрывшись румянцем. Я без стеснения открываюсь ему, позволяя целовать ключицы и расстегивать пуговицы на платье. Моё тело податливое, будто мягкий пластилин и я прижимаюсь к нему, ощущая выпуклость в его штанах. Голова кружится, когда мы оказываемся на широком ложе, сминая под собой покрывало. Остатки белоснежной ткани наряда оказываются на полу, тем временем я подключаюсь и помогаю шехзаде снять кафтан и рубаху. Его губы продвигаются дальше и дарят мучительно-горячие поцелуи в живот. Я задыхаюсь от желания и чувствую неимоверную пульсацию внизу живота. Было плевать на застенчивость, которая должна быть у девушки в первую ночь. К черту все правила. Только он и я. В омут с головой…