Артефактор

Декабрь укутал Тисовую улицу белым покрывалом снега. В доме номер четыре царила обычная для семьи с двумя малышами суета — грохот падающих игрушек, детский лепет и стук маленьких ножек по полу. Но сегодня был один из тех редких моментов, когда можно было перевести дух. Петуния Дурсль стояла у кухонного окна, наблюдая, как соседский кот осторожно ступает по заснеженному газону, оставляя за собой цепочку аккуратных следов. В руках у неё была чашка остывающего чая — роскошь, которую она могла позволить себе только тогда, когда оба мальчика на пару минут увлеклись игрой и не требовали её постоянного внимания. — Дадли, не лезь! Упадёшь, и будет больно! — раздался встревоженный детский голос из гостиной, заставив Петунью насторожиться. Звук опрокидывающегося стула и недовольное хныканье Дадли подтвердили её опасения. Она поспешила в гостиную, где увидела знакомую картину: её пухлый, румяный сынок сидел на полу рядом с опрокинутым стулом, тёр ушибленную коленку и готовился расплакаться. А рядом стоял Гарри, протягивая кузену свою любимую плюшевую собачку. — Не плачь, Дадли. Вот, возьми Рекса, — мягко сказал Гарри. — Коленка скоро пройдёт. Петунья подошла ближе и увидела на полу детскую книгу с яркими картинками — «Моя первая энциклопедия животных». Она лежала открытой на странице с изображениями динозавров. — Гарри, — позвала его тётя, — что случилось? Мальчик поднял на неё свои удивительно ясные зелёные глаза — точная копия глаз Лили — и серьёзно объяснил: — Дадли хотел достать книгу с верхней полки. Но стул качался. Я сказал ему, что опасно, но он не послушал. А потом упал. Петунья взглянула на книжную полку — действительно, там была видна пустота среди детских книг на верхней полке, куда она складывала издания, которые считала слишком сложными для малышей. — А ты как узнал, что там эта книга? — спросила она, присаживаясь рядом с детьми. — Я видел картинки, когда ты её туда ставила, — честно ответил Гарри. — Там про больших ящеров. Дадли их любит. Я хотел ему показать, но высоко очень. Дадли тем временем успокоился, крепко прижимая к себе плюшевую собачку, и с интересом разглядывал открытую страницу энциклопедии. — Гарри, — тихо сказала Петунья, — ты умеешь читать? Мальчик на мгновение задумался, словно взвешивая, что можно сказать, а что лучше скрыть. — Немного, — наконец признался он. — Буквы знаю. Слова простые понимаю. А сложные — нет. Он взял книгу и ткнул пальчиком в подпись под картинкой. — Вот тут написано «тираннозавр». Я знаю это слово. А вот это, — он показал на более длинное название, — не знаю. Скажешь? — Это «трицератопс», — ответила Петунья, всё ещё не веря происходящему. — Три-це-ра-топс, — старательно повторил Гарри. — Он с рожками, да? Как бык дяди Фреда на ферме. В этот момент Дадли энергично кивнул и ткнул пальцем в картинку, издавая довольные звуки. Гарри тут же повернулся к кузену: — Да, Дадли, красивый динозавр! А этот зелёный! — Он переворачивал страницы, показывая различных древних ящеров, а Дадли хлопал в ладоши и тянул к книге свои липкие от слюны ручки. — Осторожно, — мягко сказал Гарри, перехватывая руки кузена. — Книга порвётся. Лучше смотри глазками. Петунья наблюдала за этой сценой с нарастающим изумлением. За прошедший год она заметила, что кузен словно чувствовал, когда Дадли собирается влезть в неприятности, и мягко, но настойчиво его останавливал. Сколько синяков и слёз предотвратил этот странный мальчик? Сколько раз она могла спокойно заниматься домашними делами, зная, что Гарри присмотрит за кузеном? — Ма-ма! Кушать! — заявил Дадли, видимо, устав от динозавров. — Да, пора обедать, — согласилась Петунья. — Идёмте на кухню, мальчики. Дадли тут же вскочил и потопал к двери, оставляя за собой обычный след разрушений — раскиданные кубики, слюнявую собачку, перевёрнутую коробку с игрушками. А Гарри аккуратно закрыл энциклопедию, поставил её на кофейный столик и начал собирать игрушки кузена. — Гарри, оставь, — сказала Петунья. — Я потом уберу. — Нет, тётя Петунья, — ответил мальчик, продолжая складывать кубики. — Мама говорила, что после игры надо убирать. А Дадли ещё маленький, он не знает. В этот момент входная дверь хлопнула, возвещая о возвращении Вернона с работы. Тяжёлые шаги прогремели в прихожей, и вскоре в гостиной появился сам хозяин дома — красное лицо, расстёгнутый галстук и выражение человека, пережившего особенно тяжёлый день в офисе. — Петунья, дорогая, — проворчал он, целуя жену в щёку, — сегодня этот идиот Мэйсон опять... — он замер, заметив необычно прибранную гостиную и детскую книгу на кофейном столике. — А что это за книга? — Детская энциклопедия, — ответила Петунья. — Гарри... он умеет читать, Вернон. Вернон нахмурился и подошёл к Гарри. Мальчик спокойно встретил его взгляд, без тени страха или вины. — Покажи-ка, молодой человек, — сказал Вернон, садясь в своё кресло. Гарри взял книгу с кофейного столика, подошёл к дяде и открыл её на странице с морскими динозаврами. — Вот плезиозавр, — сказал он, показывая на картинку. — Он жил в воде. А это ихтиозавр. Он похож на дельфина, но больше. Вернон взял книгу и пролистал несколько страниц. Текст был простым, предназначенным для детей постарше, но всё же довольно сложным для ребёнка. — Гарри, — медленно проговорил он, — ты действительно понимаешь, что здесь написано? — Не всё, — честно признался мальчик. — Длинные слова трудные. Но про животных понимаю. А ещё картинки хорошие. Вернон и Петунья переглянулись. В глазах мужа читалась смесь изумления, гордости и лёгкой тревоги. — Где ты научился читать? — спросил Вернон. Гарри пожал плечами. — Не помню. Просто знаю буквы. А слова сам догадываюсь. — Гарри очень умный мальчик, — вмешалась Петунья. — И очень хорошо присматривает за Дадли. Сегодня он не дал ему разбиться, когда Дадли залез на стул и упал. Вернон посмотрел на жену, затем на племянника. — Хорошо, — сказал он наконец. — Можешь читать эту книгу, но осторожно. И не давай её Дадли — порвёт. А теперь помоги тёте Петунье накрыть на стол. Руки помыл? — Конечно, — кивнул Гарри и направился к кухне. Вернон проводил его взглядом, затем повернулся к жене. — Петунья, — тихо сказал он, — этот мальчик... он действительно особенный. Но посмотри, как он заботится о Дадли. И благодаря ему стало гораздо легче справляться с сыном. Помнишь, каким кошмаром были первые месяцы? — Помню, — кивнула Петунья. — А теперь я могу спокойно выпить чай, зная, что Гарри не даст Дадли влезть в неприятности. Он... он хороший мальчик, Вернон. Очень хороший.