Это поможет тебе и мне

Яростный рёв сотрясал стены, от него вибрировал воздух, а сердце колотилось в панике — и сжималось до боли… Ящера было не видно, но, казалось, он должен быть огромным. Руки у Гарри похолодели, а зубы стиснулись сами собой почти до скрежета… — Гарри! Гарри! Он очнулся на кушетке и увидел над собой лицо Римуса. Вокруг толпились взволнованные ребята. Ничего себе «повторение темы боггарта» получилось… — Съешь, это поможет, — сказал оборотень, протягивая шоколадку. — Спасибо, профессор Люпин. Поттер кое-как принял сидячее положение и начал бездумно жевать лакомство. Вскоре сердце стало биться ровно: страх отступил. — Что случилось? — спросил профессор. — Почему твой боггарт был невидим? — Я не знаю, — сказал Поттер честно. — Я его слышал: он рычал. Как большой зверь. — Но я не помню, чтобы ты боялся животных. Тебя даже виверны Хагрида не напугали. А на третьем курсе твой страх был совсем мелким и безобидным. Гарри пожал плечами: — Я не знаю, что это значит. — На сегодня урок окончен, — распорядился Люпин. — Гарри, задержись ненадолго. Когда они остались вдвоём, Поттер быстро произнёс: — Римус, я понял, о чём ты думаешь. Ты ни при чём. Правда. — Но ты видел моё превращение… Это было именно так: Люпин преподавал у них с первого курса, а как-то раз на четвёртом не успел принять зелье и чуть не напал на Гарри. Хорошо, что эта история осталась между ними, не то родители учеников могли возмутиться: где это слыхано, чтобы оборотень учил детей? — Профессор Люпин, — шутливо отсалютовал Гарри, — я вам по-прежнему доверяю. Уж он-то хорошо знал всю преданность своего друга. Пусть в живых не осталось ни одного Поттера, кроме Гарри, но Люпин с лихвой заменил ему и отца, и крёстного (нехорошо так говорить, но ведь их Гарри никогда не знал, как и маму). Кажется, Римус немного успокоился. Гарри обнял его и побежал догонять одноклассников: следующим уроком были зелья. **** — Интересно, почему это Снейп опаздывает? — возмущался Симус. — С себя-то он небось баллы не снимет. Раздались шаги, и вскоре в коридоре появилась МакГонагалл. — Все в класс! — велела она. — У вас будет урок трансфигурации. Раздались стоны недовольства тех, кто надеялся на отмену пары, но стоны довольно сдержанные: шутить с деканом Гриффиндора было опасно. — Мистер Поттер, — Минерва придержала его за локоть. — Вас ждёт у себя директор. Пароль — «монпасье леденцовое». «Интересно, — подумалось ему, — неужели кто-то сообщил Дамблдору о происшествии? Вдруг мой страх означает что-то нехорошее?» От этой мысли сделалось дурно: Гарри опасался необычных проявлений своей магии. Чего стоило одно только открытие, что он способен понимать змей и говорить с ними! В размышлениях он сам не заметил, как добрался до горгульи у входа в директорский кабинет. Произнёс пароль — и поднялся к двери. Внутри оказался не только Дамблдор, но и злой, как мантикора, Снейп. Поттер приготовился к худшему. — Здравствуйте, профессор Дамблдор, профессор Снейп. — Здравствуй, Гарри, садись, — пригласил Альбус, а зельевар ограничился лёгким кивком. Отказавшись от чая, Гарри ждал разноса. — Видишь ли, какая ситуация, тебе, должно быть, известно, что у некоторых волшебников проявляется наследие? — Да, — осторожно сказал Поттер. «Дело труба, — подумал он, — сейчас выяснится, что я становлюсь каким-то очень трусливым зверьком, и Снейп точно заберёт меня на опыты. Ему только дай волю…» — Так вот, некоторые волшебники принимают наследие… позже, — аккуратно продолжал директор. — У профессора Снейпа проявилось наследие? — удивлённо спросил Гарри. Такого он точно не ожидал. — Именно так, и его звериная форма — дракон. К сожалению, мы не можем рисковать здоровьем учеников. Профессору следует удалиться в своего рода отшельничество, чтобы там уравновеситься. Но, понимаешь, нужно, чтобы рядом с ним кто-то был в этот непростой период. — И директор находит, что вы справитесь лучше всего, — потеряв терпение, сказал зельевар, голос которого сочился ядом. Фантазия Гарри неудержимо живописала перед ним одну картину за другой: вот он летает на драконе, сбивающем попутно макушки ёлок. А вот Поттер стоит с кнутом в руках, а дракон молвит ему голосом человеческим: — Не ешь меня, я тебе пригожусь… — …таким образом, превращение займёт не более месяца. Ты согласен, Гарри? — донёсся до его сознания голос директора. — Согласен, — вздохнул Поттер, немного расстраиваясь, что всё прослушал. Разумеется, он понимал, что в реальности всё будет иначе, чем он себе сейчас напредставлял. Тут как бы профессор сам его не съел. Но куда деваться? — Я оставлю тебе экстренный порт-ключ, с помощью которого ты сможешь переместиться в Хогвартс и позвать меня, если что. Раз мы всё обсудили, то остальное вы сможете сами между собой обговорить. Я уверен, вы поладите. «А я что-то сильно сомневаюсь, — подумал Гарри, поймав всё такой же злой взгляд зельевара. — Хотя… где наша не пропадала?»