Смерть — явление временное

      Гарри Поттер шёл по коридорам Отдела магического правопорядка в сторону ближайшей кофейни. День выдался солнечным, и просиживать его под землёй, за бюрократией, не хотелось вовсе. Срочных вызовов не было, как и дел, требующих немедленного вмешательства. Подойдя к небольшой, но всеми любимой кофейне в центральном атриуме, Гарри встал в очередь. Магловская идея, но даже высокородные волшебники её оценили. Здесь продавали не только кофе, но и классические магические напитки. Со временем вместо одного баристы пришлось нанять ещё двоих: желающих отобедать здесь становилось всё больше.       В это время дня людей было немного, что удивляло. Сделав заказ, Мальчик-Который-Выжил сел у фонтана в центре атриума. Он наблюдал, как в соседнем зале маги появляются и исчезают в каминах, и не заметил, как к нему подошёл сосед. — О, Гарри, а вот и ты, — раздался весёлый голос. Поттер повернул голову, по тону уже зная, кто это. — Мистер Мерривейн? Вы меня искали?       Рядом с ним сидел худощавый мужчина. Его лицо было испещрено морщинами, но светилось доброй улыбкой. Глаза у мистера Мерривейна были тёплыми, одет он был почти как магл, за исключением забавных полосатых штанов. Он возглавлял Отдел магического правопорядка и аврорат, то есть был прямым начальником Гарри.       О нём ходили самые разные слухи. Кто-то говорил, что он мягкотелый и не годится для такой должности. Кто-то — что он участвовал в войне с Гриндевальдом и за его улыбкой скрывается закалённый воин. Но в самом аврорате знали наверняка: за образом добродушного старика стоял человек, готовый в любой момент отдать свою жизнь за магов, маглов, магических тварей — да за кого угодно. За это Мистера Мерривейна все уважали. — Да, Гарри, — Мерривейн покрутил в руке стаканчик магловского кофе. — Как продвигаются дела с нашим наглым другом? — Последние два слова он выделил с улыбкой, взглянув на аврора. — Мистер Мерривейн, я ведь отправлял вам отчёт. К чему тогда эти расспросы? — Верно. Но мне хочется услышать не формальности от Главного аврора, а мнение Гарри Поттера. Что ты сам думаешь? — От старика исходила та самая тёплая мудрость, которую он любил применять к подчинённым, особенно после рождения внуков. — Хм... — Поттер отпил кофе и перевёл взгляд на суетящихся волшебников. — Думаю, он готовит что-то крупное в течение ближайших месяцев. Каким бы фанатиком его ни считали высокородные маги, он — сильный колдун и прирождённый вдохновитель. У него всё больше сторонников. Маги хотят перемен, и немало из них готовы к крови. Его команда действует быстро: только мы отслеживаем одного куратора, как появляются двое новых, где-то даже трое, как гидра прям. — Гарри, это я мог бы услышать от любого подчинённого, — мягкий тон Мерривейна скрывал цепкий взгляд, проникавший в самую суть. Но Гарри был уже не тем мальчиком. Он умел не только защищаться от легилименции, но и скрывать свои чувства, причём даже от тех, кто знал его хорошо. — У вас хорошее настроение, сэр? — Гарри чуть усмехнулся. Атриум постепенно наполнялся, приближался обед. — Я думаю… Думаю, министерство негласно разделилось на два лагеря. Одни поддерживают реформы, другие требуют перемен уже сейчас. Определить, кто на чьей стороне, всё труднее. Это разрушает систему, делает её уязвимой. Мы не можем найти настоящего зачинщика, поскольку его, скорее всего, кто-то покрывает, либо заметает следы. — А в аврорате? Сколько среди ваших тех, кто "за перемены"? — Думаю, около трети. В основном — молодняк. — М-м. Я бы сказал и больше трети, — задумчиво пробормотал Мерривейн. — Сэр?.. — Гарри внимательно посмотрел на него. — Вам не кажется, что мы уже в машине, мчащейся к пропасти, тормоза которой не работают? — О, Гарри, я столько уже этих машин пережил... Эта авария может оказаться вовсе не концом, а началом нового пути, — Мерривейн стал серьёзен. — Но есть что-то… что-то в этом чувствуется. Как будто у всей этой истории есть чёткое начало. И нам бы найти того, кто стоял у истока, пока он не сделал неверный шаг. — Вы хотите сказать, что магические теракты — это ещё не худшее? — Я ничего не утверждаю. Единственное, чего я хочу, — мира. Ради моих детей и внуков.       Некоторое время они сидели молча. Затем Гарри мрачно сказал: “Я тоже, сэр.”       Центр министерства между тем заполнился людьми. Маги наслаждались обедом, общались, кто-то даже садился рядом, чтобы спокойно поесть принесённую еду, заботливо приготовленную родными. Гарри и Мерривейн перебрасывались фразами с проходящими коллегами, обсуждали погоду и ближайший матч по квиддичу. Это было долгожданное событие. В последнее время мрачное настроение тенью ложилось на весь магический Лондон, и всем требовалась разрядка. — Гарри, — внезапно спросил старик, — а что ты думаешь о нашем отделе?       Вопрос прозвучал неожиданно. Гарри не выдал ни единой эмоции. Возможно, Мерривейн пытался уловить его отношение: лояльность или сомнение. В этом отделе с этим строго. Каждый знал, кому подчиняется и какие идеи должен разделять. Иные векторы мыслей допускались лишь в домашних стенах, и то не всегда.       Поттер посмотрел Мерривейну прямо в глаза: — Вы меня в чём-то подозреваете, сэр? — Ха-ха-ха! Что ты, Гарри! — Мерривейн рассмеялся, надев свою привычную маску добродушия. — Я подозреваю всех. Но умею доверять. Доверять и проверять. Но вопрос мой без подвоха. Как бы ты описал наш отдел? — Непростой вопрос, — Гарри сделал глоток кофе. — Если одним словом, то "защищать". Этому вы нас и учили. И я учу этому своих подчинённых.       Наступило короткое молчание. Оба следили за всеми даже мало подозрительными проходящими мимо магами. Это было, скорее, привычкой, чем необходимостью. Гарри не мог разобраться, о чём думал Мерривейн, его мысли всегда было тяжело угадать. Но вскоре он нарушил тишину: — Если бы я тебя не знал, Гарри, я бы решил, что ты подлиза. Рад, что это не так. — Спасибо?.. — с иронией отозвался Поттер. — Что ж, я услышал, что хотел. Спасибо, Гарри. Рад, что имею честь быть твоим начальником. И спасибо за кофе. — Скромностью вы не страдаете, мистер Мерривейн, — усмехнулся Поттер. Старик одобрял шутки, если они были меткие. Он похлопал Гарри по плечу. — Кстати, тебя искала госпожа министр, — Мерривейн поднялся. Он чуть сутулился и казался меньше, чем был на самом деле. Его лицо вновь приняло выражение мягкого дедули. — Она совсем не спит и не ест. Тебе стоит её проведать. — Будет сделано, сэр. Спасибо.       Мерривейн, прищурившись и улыбнувшись, кивнул и неспешно зашагал прочь, возвращаясь в свою вотчину. Гарри проводил его взглядом и вздохнул. Странные расспросы. И что все это значило? И ещё — Он. Лидер нового движения до сих пор оставался безымянным. Никаких зацепок, по крайней мере, не считая, конечно… но это неточная информация. Была ли вероятность, что кто-то из отдела зачищал следы и водил всех за нос? Конечно, была. А может, и нет никакого главного и все это фикция? Одно Гарри понимал точно: многие его старые информаторы начали водить его за нос и с этим нужно было что-то делать.       Он допил кофе и встал. Только собрался направиться к кабинету министра, как почувствовал магию. Подозрительно резкую.       В десяти-пятнадцати метрах слева от него стоял юноша — слишком молодой, чтобы быть таким уверенным. У него молоко на губах ещё не обсохло. Гарри едва успел заметить, как тот завершает заклинание.       Прогремел взрыв в центральном атриуме.