Ведьмак

13.07.1803 Арсений поднимает на отца глаза полные ужаса. Сергей морщится, смотря на лежащее тело Антона. Попов открыл рот, чтобы что-то сказать, но не найдя слов закрывает его. Он не знает как себя вести и что делать. В голове множество мыслей, но собрать их воедино не выходит. —М-да, не ожидал от тебя, Арсений. Столько лет змею под боком выращивал, — холодно произнёс мужчина, смотря на своего сына, взглядом полным ненавистью и отчуждения. Арсений не знал, что ему делать. Его взгляд пару секунд мельтешил по комнате, а после опустился на Антона. Он упал перед ним на колени и взял его бледное лицо в свои ладони. —Антон, Антон! — он слегка встряхнул его, но Шастун не отреагировал. Попов глянул на рану, от неё поползли характерные чёрные полосы по шее, руке и плечу. Это свидетельствует о том, что серебряная пуля контактировала с кровью существа. Арсений не успел, что-либо предпринять, ему на плечи легла тяжёлая рука, оттаскивая его от Шастуна. Это был один из охотников, который работал на его отца. Он ударил Арсения в живот и повалил на пол, закручивая руки за спину. Мужчина попытался сопротивляться, но всё было тщетно. Сергей тем временем присел на корточки перед Антоном. Мужчина взял его за волосы и оторвал его голову от пола, разглядывая лицо. После он небрежно откинул его от себя и поднялся на ноги, вытирая ладонь о штанину. —Последний из Шастунов, сучоныш, — гнусно усмехнулся он. —Загружайте этих двоих в повозку, — бросил небрежно Сергей, покидая спальню. Это последнее, что слышал Арсений перед тем, как его хорошенько приложили головой об деревянную поверхность пола и он отключился.

***

Арсений очнулся от того, что на него вылили ведро ледяной воды. Он резко открыл глаза и вдохнул воздух ртом, принимая сидячее положение. Оглядевшись, он увидел перед собой отца. Сергей стоял перед ним, смотря свысока. Попов младший встал на ноги, покачиваясь. Одежда намокла и прилипла к телу, создавая дискомфорт. Он понял, что находится в тюремной камере. Вокруг пахло сыростью, а серые стены только угнетали его положение. Арсений слегка сжал виски, которые отчаянно пульсировали. —Я не буду тебе сейчас задавать банальные вопросы, мол “Как ты мог?” или “Почему?”, мне это не интересно. Ты предал не только меня с матерью, ты родину свою предал, мерзавец! — на последнем слове его голос сошёл на крик и он припёр сына к стенке, беря его за грудки. Сергей смотрел на Арсения своим злым взглядом, казалось ещё немного и он его придушит. —Что с ним? — спросил он у отца. Тот смерил его суровым взглядом и поджал губы. Сергей отпустил Арсений, отходя от него. —Даже сейчас о нём думаешь, я бы на твоём месте за себя переживал, — хмыкнул мужчина. —Но ты не на моём месте. Так что с ним? — требовательнее спросил Попов, чувствуя, как бьётся его сердце. —Верно, не на твоём. У меня есть достоинство. Мало того, что связался с мужиком. Ладно, я ещё это мог принять. Но блять с ведьмаком. С этой падалью! —Не говори о нём так, ты ничего не знаешь, — прошипел сквозь зубы Арсений, сжимая кулаки. Ему резко прилетел сильный удар по челюсти. Он отлетел в стену, ударяясь об неё головой, с затылка потекла кровь, пачкая волосы. Арсений медленно сполз на пол. Все звуки стали слышны, будто под водой. Он был на грани сознания. У отца всегда была тяжёлая рука. —Ты знал, что для меня значит их семья. Ты знал это! — рассвирепел Сергей, отряхивая руку после удара. —Хочешь знать что с ним? Да!? — он подошёл к Арсению, взял его за волосы, оттягивая и заставляя смотреть на него. —Завтраего сожгут на площади. Ты тоже придёшь на это посмотреть. Я тебе обещаю. Будешь смотреть, как сгорает его плоть и слушать его крики. А потом ты отправишься за полярный круг. Я не буду убивать тебя. За это скажи спасибо своей мамаше. Никто не узнает о твоей связи с ведьмаком, мне не нужна испорченная репутация. Но я сошлю тебя, и ты будешь доживать свои деньки подальше отсюда. Арсений не знал, что ему сказать. Он не знал, что ему делать. Антона убьют. Его голова начала кружиться, к горлу подступила тошнота. Попов смотрел на отца и глупо хлопал глазами, надеясь, что это сон. Что ему делать? Как помочь Антону? Он не знал, он ничего не знал.

***

Антон ходил по своей камере взад-вперёд, не находя себе места. Он уже весь вспотел, а руки дрожали. Парень кричал, посылал в стены магические импульсы, но это не помогало. Вся решётка была сделана из серебра и его удары просто отражались на него. Он злился ещё больше, удары становились сильнее из-за чего на теле появлялись гематомы и кровоподтёки, которые мгновенно затягивались. Раны на плече не было, она заросла через несколько минут после того, как достали пулю. Антон не останавливался, он изнашивал себя, не давая покоя. Потому что знал, что физическая боль, лучше моральной. А если остановится и успокоится, то обязательно начнёт грызть себя, угнетая. Пару минут назад его навестил Сергей Попов. Он не заходил в саму клетку, он не самоубийца. Знал, что шансов в таком поединке один на один у него нет. Но вот поговорить через прутья клетки ему всё же удалось. И Антон узнал много интересных подробностей. Например, что Арсений был с ними в сговоре всё это время. Что Арсений знал о нападении. Что Арсений участвовал в этом плане. Сергей рассказал ему о том, как его сын на протяжении нескольких дней удачно втирался ему в доверие. Шастун сначала не поверил, но потом просто подумал и всё понял. Арсений сын самого влиятельного охотника в стране и имеет уже свой стаж. Он убил не одно существо. А его главной целью мог быть Антон. Просто он понимал, что не справится в одиночку и разыграл умелый спектакль. Где притворился возлюбленным и обвёл Антона вокруг пальца. Шастун не хотел думать о том, что его предали. Не хотел думать о том, что все воспоминания связанные с Арсением были ложью. Не хотел, но не мог этого ни делать. —Антон, — тихо позвал знакомый голос. Шастун резко обернулся и увидел перед собой Арсения. Тот стоял по ту сторону камеры, взявшись ладонями за решётку. Позади него стоял охранник, который направлял на него пистолет. —Я договорился, мне разрешили уделить тебе пять минут, чтобы поговорить... Арсений не успел договорить, Антон с полной ненавистью в глазах, резко развернулся направляя сильный магический выброс в решётку, прямо на то место, где находился Попов. Энергия была такой сильной, что получилась сильная волна и камеру озарил яркий свет. Отразившись от решётки волна направилась прямо на Антона, отбрасывая того в стену. По ней поползли трещинки, а со лба парня начала течь тоненькая струйка крови. —Антон..., — поражённо произнёс Арсений, с ужасом смотря на него. —Уходи, — прохрипел он. —Что? —Я сказал уйди! — проорал Шастун, поднимаясь на ноги и подходя к решётке. —Я не понимаю... —Ты всё знал! Ты всё знал! Он начал отчаянно бить ладонью по решётке игнорируя боль. Попов смотрел на него взглядом полным смятения. —О чём ты? —Это всё из-за тебя, это ты виноват, ты! — зелёные глаза Антона свирепо смотрели на Попова, а зрачки сузились так, что их было почти не видно. —Я не понимаю о чём ты! — возмущённо воскликнул Арсений, не осознавая за что на него злятся. —Твой отец всё мне рассказал! — выкрикнул Шастун и развернулся к нему спиной отходя от решётки. —Рассказал что?! — Попов не выдержал и сорвался на крик, он не понимал, в чём его обвиняют. —Ты меня подставил! Из-за тебя я здесь! Это всё ты! — кричал Шастун. Его плечи вздымались под тяжёлым дыханием. Он смотрел в стену, а по его шеи уже текли капли крови со лба. Антон не поворачивался на Арсения. Он не хотел его видеть. —Но это не так! — возмущённо воскликнул Арсений, сжимая решётку. —Сам подумай.. Ты же сам спас мне жизнь не один раз, зачем бы я так рисковал? А бал? А прогулки? А поцелуи?... — последнее Попов произнёс совсем тихо, будто стесняясь. —Я не знаю ответ на этот вопрос. Зачем ты всё это делал. Но посмотри, какая хорошая история получается... Ты сын охотника, который убил моих родителей, решает продолжить его дело. И тебя отправляют в лес, на последнее место их жительства. И господи, как неожиданно, ты находишь меня, — его речь прямо сочиться сарказмом и ядом, но Антон продолжает. Он разворачивается на пятках и подходит ближе к решётке, оказываясь близко к лицу Арсения. —Запудрил мне мозги и сдал папаше. Молодец. Надо было тебя утопить в ту ночь, — выплюнул он последнюю фразу и лицо Попова вмиг изменилось. Он стал поражённым, разочарованным и сильно расстроенным. Арсений поджал губы и попытался держать лицо. —Мне жаль, что ты веришь не мне, а моему отцу, — тихо ответил он, а после ушёл. —Ну и проваливай! Ты такой же, как и твой отец! Ублюдки! Ничего, ты ещё порадуешься! Пока меня будут сжигать! Надеюсь теперь то ты доволен?! Понравилось играть на чувствах других?!! — кричал Антон ему в след, вцепившись руками в решётку. Арсений уходил торопливыми шагами, морщившись от этих криков, которые отдавались эхом от каменных стен. Он смотрел пустым взглядом перед собой, осознавая произошедшее. —Я тебя ненавижу! — проорал Антон,, ударяя кулаком по решётке. Охранник довёл Арсения и посадил обратно в камеру, запирая её на ключ. А после уходя восвояси, оставляя звук тяжёлых шагов по полу. Попов опустился на пол и обнял себя руками. Он начал раскачиваться из стороны в сторону, а в голове повторялись слова Антона "я тебя ненавижу", "ты такой же, как и твой отец", "нравится играть на чувствах других?!". Он закрыл глаза руками утыкаясь себе в колени. Так паршиво ему ещё не было.

***

14.07.1803 Антон и Арсений провели в своих камерах ночь, и никто не мог и глаза сомкнуть. Оба боялись будущего. Шастун лежал и думал, думал, думал... Как там Голди? Убили ли её? Всё ли с ней хорошо? А больно ли гореть заживо? Насколько это долго? В голове отдались болезненные воспоминания о смерти родителей и он скривился, отгоняя от себя эти мысли. Арсений думал об Антоне. О том, почему он не поверил ему? Что же ещё наговорил ему отец? Можно ли ему как-то помочь? Но к сожалению ни один из них ответа на свои вопросы не нашёл. Стены тюремных камер только нагнетали атмосферу. Всё казалось серым и унылым, а в воздухе витал запах безнадёжности. Наступило утро, около десяти часов. Еды и воды им никто не давал. Но Антон смог, что-то себе материализовать с помощью магии. На главной площади уже начал толпиться народ. Во вчерашних газетах, на всех обложках было фото Антона за решёткой с провокационным названием: “ПОЙМАН ПОСЛЕДНИЙ ВЕДЬМАК ИЗ РОДА ШАСТУНОВ, ЗАВТРА В 11 УТРА БУДЕТ СОЖЖЕНИЕ НА ГЛАВНОЙ ПЛОЩАДИ ПЕТЕРБУРГА, НЕ ПРОПУСТИТЕ!”. Многие приходили пораньше, чтобы занять более выгодные места. Приводили детей в качестве развлечения и девушек на свидания. Все хотели хлеба и зрелищ. Антон скучающе лежал на лавке в своей камере, находясь в полностью вымотанном состоянии. Вдруг послышался шум шагов и повернув голову в бок он увидел Сергея около решётки. —Ну что ж, настал твой звёздный час. Наконец-то отправим тебя к родителям. Ты же так хотел с ними повидаться. Ведь так? — усмехнулся мужчина, а Антон оскалился. —Ну, ну, не обижайся. Я же шучу, — он расплылся в поганой улыбке. Он просунул руку сквозь решётку и выстрелил в Шастуна, дротиком. Парень не успел никак среагировать, как он вонзился ему в шею. Антон моментально отключился. А Сергей вошёл в камеру, вместе с двумя другими охранниками и вынес оттуда его тело.

***

Антон начинает приходить в сознание. Он медленно открывает глаза и морщится от неприятного привкуса во рту. Постепенно входя в реальность, он осознаёт, что что-то не так. Шастун понимает, что его привязывают к высокому столбу. Его руки, которые завели за спину и связали запястья между собой, ноги и всё туловище. Тело плотно обматывала верёвка, не давая двигаться, а каждое движение приносило дискомфорт. Он увидел, что рядом с ним огромная толпа людей, около эшафота. Они все смотрели на него, ненавидящим взглядом. Все пожирали его глазами и кричали, махая руками. Они оскорбляли его и желали смерти. —Сукин сын! — выкрикнул кто-то. —Сейчас ты отправишься в ад! По его спине пробежал холодок, проступил пот. Он начал задыхаться, паника охватила его с головой. Антон задёргался, стараясь выбраться, но ничего не получалось. Парень попытался освободиться с помощью магии, но положение было очень неудобным. Руки ему заблокировали и ничего не выходило. Он пробовал снова и снова, снова и снова. Но безуспешно. —Сожгите уже этого ублюдка! —Да, да да!!! — кричали люди, перевозбуждённые от предстоящего шоу. Какой-то мужчина копошился, нося солому и ветки под его ноги. Антон посмотрел на него сверху вниз и одними губами прошептал "прошу". Он не знал чего именно просит. Помощи? Поддержки? Похоронить его останки? Чего он просит? Антон не знает. Просто хватается за последние возможности на спасение. Мужчина окинул его холодным взглядом и продолжил своё дело. Шастун облизнул пересохшие губы. Он понял, что это конец. Он сейчас умрёт. Парень прижался к столбу и прикрыл глаза. Не описать словами то, что он чувствовал. Страх? Возможно... Только это чувство сильнее. Сгореть заживо - ужасная смерть. А на глазах всех этих людей ещё хуже. Антон открыл глаза и увидел прямо перед собой Арсения и его отца. Они сидели напротив него, на главной смотровой площадке, в метрах сорока. Попов смотрел на него, прямо в зелёные глаза, а Шастун на него. —Поджигай! Поджигай! — кричали люди. Антон зажмурился от их криков стараясь успокоиться. Он сжимал и разжимал кулаки и вдруг... Парень почувствовал тепло. Сначала отдалённое, а потом уже ощутимое. Шастун посмотрел вниз и с ужасом понял, что его подожгли. Толпа слегка расступилась, отходя дальше. Языки пламени стремительно пожирали солому и ветки, уже дотрагиваясь до ног Антона. Пареника вновь охватила его и он задёргался всем телом, но безрезультатно. Огонь обхватил основание столба и дошло до ткани на брюках Антона, он издал истошный вопль. Он кричал от боли, надрывая голос. Ткань начала гореть и слегка плавиться, кожу опалил жар. Шастун сжал зубы. Он чувствовал, как горят его ноги, как обугливается и слезает кожа, как закипает в жилах кровь. Шастун слышал крики радостной толпы и треск дерева. Слышал свои крики, от этого закладывало уши, а голова шла кругом. Он закричал ещё раз, поднимая глаза к небу, огонь дошёл до пояса. Антон не знал, как ещё не отключился. Ноги были в огне, он начал задыхаться от дыма. Тот проникал в лёгкие вызывая жжение. Шастун больше не мог вдохнуть. Парень пытался кричать, но не мог, он издавал лишь жалкое хрипение. Толпа ликовала. Все кричали и аплодировали, наслаждаясь криками парня. Огонь охватил всё его тело. Антон ничего не видел, он только чувствовал. Ужасную боль. Физическую. У него горело тело, обугливалась кожа и закипали внутренние органы. И душевную. Он знает, что Арсений смотрит. Он знает, что это всё из-за Арсения. Он знает, что Арсений предал его. И от этого ему становится ещё хуже. Оставались последние секунды его в этом мире. Он облокотился на столб, чувствуя, как его волосы сгорают. По его щеке прокатилась капелька слезы, последняя. После его взгляд застыл, теперь уже навсегда. Верёвки больше не выдерживали и догорев полностью, тело Антона упало на эшафот. Тот тоже уже горел и проломившись под весом Шастуна, упал, складываясь на него. Огонь усилился. Антона уже не было видно. Его больше никто не увидит. Он мёртв. Арсений смотрел на это, будто застыв. В момент падения парня, он сжал пальцами своё колено, а после его рука расслабилась, мелко подрагивая. Он встал, чтобы уйти, но отец схватил его, сажая на место. —Он не до конца сгорел, — холодно произнёс Сергей. Его взгляд был направлен на площадь. Его ликующий взгляд. На губах победная ухмылка. Он добился того, чего хотел. Попов младший обернулся на место сожжения. Всё превратилось в месиво, что невозможно было что-то различить. В висках запульсировало. Он больше не мог, он не выдержал, организм сдался. Попов не спас его! Он не смог! Это он виноват! Антона больше нет! "Я ненавижу тебя!", вспыхнули в сознании слова Антона. Арсений просто отключился, теряя контроль над телом, ноги стали ватными, колени подкосились. Попов не мог вдохнуть воздух, его глаза закатились. Он упал, перевалившись через бортик смотровой площадки, сломал ограждение. Парень начал падать вниз. Сергей подскочил, чтобы схватить его за руку, но не успел. Толпа завизжала, испуганно разбегаясь. Его тело полетело вниз, набирая скорость и ударилось о землю с глухим ударом, поднимая пыль в воздух. “Умирать морально больнее, чем физически. Сегодня они оба это поняли...”