Дуэль Мисс Крауч

Дженнифер не давала покоя болезнь её крестной, её тёти. Эта новость обрушилась на неё тяжёлым грузом, и с каждым днём становилось только хуже – не от самой болезни, а от того, что она не могла ни с кем поделиться. Она дала слово Маргарет, а обещания для Дженнифер всегда были священны. Скрывать было трудно. В глазах у неё поселилась тень, а улыбка всё чаще выглядела неестественной, натянутой. Иногда она ловила себя на том, что сидит за столом в Большом зале и не слышит, что говорят вокруг, не замечает смеха друзей и даже не чувствует вкуса еды. Её мысли снова и снова возвращались к дому, к тёте, к лицу Маргарет, которая старалась держаться, но в глубине глаз у неё жила паника. Все это замечали. И, как водится, делали выводы – простые, очевидные, но совсем не верные. — Она просто из-за Сириуса, — шептались за спиной однокурсники. — Представьте, каково это, смотреть на него и Диану каждый день, — отвечали им другие. Даже друзья воспринимали её молчаливость по-своему. Никто и не подозревал, что настоящая причина её боли – далеко не любовь и ревность. Сириус и Диана, к слову, вовсе не выглядели идеальной парой. Они ссорились чуть ли не каждый день: то из-за пустяков, то из-за характеров, которые никак не могли ужиться. Казалось, они вместе только назло миру. Но для посторонних это выглядело как «страсть», и слухи росли с каждой неделей. Дженнифер слушала это всё с каменным лицом. Она не собиралась никого переубеждать. Её сердце болело совсем по другой причине, и даже Лили, самая наблюдательная, не могла догадаться, что за её усталой улыбкой скрывается куда больше, чем ревность к нелепому роману. По вечерам Дженни всё чаще уходила в библиотеку – якобы готовиться к занятиям, но на самом деле просто чтобы спрятаться в тишине и позволить себе немного побыть слабой. Она листала книги, даже не видя букв, лишь бы занять руки. Иногда Маргарет садилась рядом, молча, и этого было достаточно: они обе знали тайну, которую должны были хранить. Но тень в глазах Дженнифер становилась всё глубже. И каждый раз, когда кто-то шептал про «бедняжку, что страдает из-за Сириуса», ей хотелось крикнуть правду. Но обещание, данное Маргарет, держало её на месте. И именно эта тайна делала её одиночество вдвойне тяжелее. Дни в Хогвартсе тянулись один за другим, и в заботах Дженнифер как-то незаметно промелькнул февраль. Ей казалось, что всё внимание в школе приковано к парочкам, которые готовились к 14 февраля, а про её день рождения мало кто помнил. На самом деле – помнили все. Команда по квиддичу и её друзья уже вовсю строили планы. Причём делали это с редким для Хогвартса единодушием: и слизеринцы, и гриффиндорцы, и когтевранки – все были заодно. — Я считаю, — говорил Регулус, с важным видом откинувшись на скамье в углу библиотеки, — что праздник должен выглядеть как вечеринка в честь Дня святого Валентина. Маскировка – это ключевой момент. — Ага, конечно, — фыркнула Доркас, — маскировка, чтобы потом Дженни вышла в центр зала и все такие: «О, это не праздник любви, это праздник Дженнифер Крауч!» Сюрприз, ха-ха! — А что, — оживился Эван, склонившись ближе, — звучит драматично. Барти лениво перелистывал книгу и заметил: — Только не делайте слишком пафосно. Дженни этого терпеть не может. — Я знаю, — откликнулась Кассандра. — Но без пафоса вообще скучно. Нужно что-то... светящееся. Может, шарики-заклятия, которые взрываются сердечками? На этой фразе Амикус закатил глаза. — Бред. Зачем вообще эта сентиментальщина? Я бы сделал нормальную вечеринку – тёмные декорации, зелёный свет, музыка посерьёзнее. — «Нормальную», — передразнила Доркас. — Дженнифер? У тебя с головой всё в порядке? — Лучше молчи, — резко бросил Барти. — Не нравится – не участвуй. Так и вышло. Ссора вспыхнула мгновенно, Амикус ушёл, хлопнув дверью, а команда только переглянулась и с облегчением выдохнула. Без него планировать стало куда легче. Тем временем гриффиндорцы тоже обсуждали подготовку. В комнате у Мародёров кипела жизнь. — Мы отвечаем за музыку, — сказал Джеймс, крутя в руках перо. — Я уже уговорил одного, известного нам всем, полтергейста, он согласился помочь с акустикой. — И это не закончится катастрофой? — хмыкнул Римус. — Конечно закончится, — вздохнула Мэри, но улыбнулась. Лили расставляла на столе листы с заметками: — Еда и сладости на мне и Марлин. У нас уже есть рецепт кексов, которые меняют вкус каждые десять секунд. — Отлично, — кивнул Питер, — а я тогда... э-э... могу помочь тащить всё это в подземелья. — Ты просто хочешь есть кексы раньше всех, — подколола Марлин. — И да, — вмешалась Лили, — всё должно быть так, чтобы Дженни даже не заподозрила. Она думает, что мы заняты только «валентиновскими» делами. — Это будет эпично, — мечтательно сказал Джеймс. Несколько дней спустя вся компания – и гриффиндорцы, и слизеринцы – оказались в Большом зале за ужином. Казалось, подготовка к празднику шла идеально: переглядывания, подмигивания, шепотки за спиной Дженнифер, которая, как обычно, ни о чём не догадывалась. И именно в этот момент к их столу подошла Диана. — Что происходит? — спросила она слишком громко, облокотившись на край стола. Разговоры сразу стихли. Никто не любил Диану в компании – слишком уж она умела из милой улыбки превращаться в язвительную, утомительную тень. — Не твоё дело, — холодно ответил Барти, даже не поднимая глаз. Диана резко повернулась к нему: — А ты ещё кто такой, чтобы мне это говорить? — Тот, кто не обязан терпеть твои вопросы, — бросила Доркас, и Эван коротко рассмеялся. Щёки Дианы вспыхнули. Она обернулась к Сириусу, словно ища поддержки: — Ты меня даже не защитишь? Сириус поднял взгляд от тарелки, скупо усмехнулся и пожал плечами: — А надо? — Ах да, конечно, — её голос задрожал, — я же не твоя любимая Дженнифер! Воздух в зале будто натянулся. Дженни замерла рядом с первокурсницей, которой помогала с учебной, глядя на Диану с недоумением, а вся компания переглянулась, едва сдерживая язвительные комментарии. — Серьёзно, Диана? — Сириус встал, глядя на неё сверху вниз. — Может, ты хоть раз в жизни перестанешь устраивать сцены при всех? — Да иди ты! — крикнула она, и её голос эхом прокатился по залу. Пара первокурсников уставилась на них в ужасе, а кто-то из старшекурсников прыснул со смеху. Диана, всхлипнув, выскочила из Большого зала, хлопнув дверью. Повисла тишина. — Вот и всё их «счастье», — тихо сказала Мэри, и компания разразилась смехом. Даже Дженнифер, хоть и слабо, но улыбнулась. Только где-то внутри у неё снова кольнуло. Она понимала: слова Дианы не были правдой... но они слишком близко коснулись её сердца. А вокруг всё равно продолжали строить планы. Вечеринка должна была получиться идеальной – даже если в воздухе витала ревность, обида и слишком много недосказанности.

***

14 февраля, 1976 год.

Дженнифер – 16, Сириус – 16.

Утро началось необычно тихо. Дженнифер, привыкшая просыпаться в полумраке слизеринского подземелья под звуки ворчания и шуршания соседок, в этот раз с удивлением обнаружила, что никто её не тормошит, не шумит и даже не хлопает дверцами шкафа. Сквозь узкие окна пробивался зелёный свет озера, и вся спальня казалась окутанной густым туманом. Дженни приподнялась на локтях, ещё сонная, волосы в беспорядке падали на лицо, и хриплым голосом пробормотала: — Мерлин, который час?.. — Тот час, когда некоторые уже становятся старше на целый год, — раздался звонкий голос Кассандры. Дженни подскочила, едва не стукнувшись головой о полог кровати. Перед ней стояли Доркас и Кассандра – обе при полном параде. Кассандра сияла, как всегда, с идеально расчёсанными волосами и хитрой улыбкой, а Доркас лениво жевала яблоко, ухмыляясь. — ЧТО?! — Дженнифер ошарашенно уставилась на них, то на одну, то на другую. — Нет... вы, вы серьёзно? Сегодня?.. — Сегодня, — с довольным видом подтвердила Кассандра. — Ты официально стареешь, капитан. — На один год ближе к морщинам, — вставила Доркас, и яблоко хрустнуло так демонстративно, что Дженни фыркнула. — Вы... вы сумасшедшие! — она схватила подушку и запустила в них, но сама уже начинала улыбаться. — Я совсем забыла! — О, мы знаем, — Кассандра сделала шаг ближе, держа в руках аккуратно перевязанную коробочку. — Но мы не забыли. Дженнифер прищурилась, в её взгляде мелькнула привычная дерзость: — Если там какой-нибудь идиотский крем для рук, клянусь, я прямо сейчас выброшу его в озеро. — Оскорбляешь, — протянула Доркас, откинувшись на спинку стула и закинув ногу на ногу. — Мы слишком хорошо тебя знаем. Кассандра протянула коробочку. Дженни осторожно взяла её, при этом буркнув: — Ну ладно, посмотрим, чем вы меня решили добить. Она развязала ленту – и в коробке оказалась изящное серебряное кольцо в форме змеи, с крошечными зелёными камнями на глазах. На секунду Дженни даже потеряла дар речи. — О... — только и смогла выдохнуть. Потом вскинула голову, хмуро прищурилась и вдруг с её губ сорвался смех. — Вы что, сговорились меня растрогать? — Ага, — ухмыльнулась Доркас. — И похоже, сработало. — Я не растрогана! — возмутилась Дженнифер слишком громко и тут же выдала себя. — Я просто... впечатлена! Кассандра прыснула в кулак: — Конечно-конечно. Совсем не растрогана. Доркас встала, подошла и похлопала её по плечу: — Ну, держись, капитан. Это только начало. — Начало чего? — подозрительно прищурилась Дженни, но обе соседки только переглянулись с заговорщицкими улыбками. — Ты узнаешь вечером, — загадочно ответила Кассандра. Дженни прикусила губу, но тут же снова расплылась в улыбке: — Да, точно, ежегодная вечеринка в "честь" дня влюбленных, — и, не выдержав, заключила обеих в неожиданно крепкие объятия. — Спасибо. — Тсс, не говори так громко, — ухмыльнулась Доркас, — а то кто-нибудь решит, что ты умеешь быть милой. — И подумает, что ты настоящая, а не легенда Слизерина, — добавила Кассандра, смеясь. Дженни отстранилась, гордо вскинув подбородок: — Я всё ещё легенда. Просто с самой лучшей командой в мире. А за дверью спальни, в коридоре, кто-то из её друзей уже поджидал подходящего момента, чтобы начать вторую волну поздравлений. Но Дженнифер об этом пока не знала. Спустя какое то время, она в приподнятом настроении спустилась по лестнице в гостиную Слизерина. Кассандра и Доркас шли по обе стороны, обменивались какими-то хитрыми взглядами, и Дженни только успевала подозрительно коситься на них. — Что вы задумали? — буркнула она, но Кассандра лишь невинно вздохнула: — Мы? Ничего. Доркас, как обычно, не удержалась: — Абсолютно. Просто идём. И тут Дженнифер, переступив последнюю ступеньку, остановилась как вкопанная. Вся гостиная – с её зелёным свечением от озера и тёмными каменными стенами – в этот момент была наполнена людьми, которых она никак не ожидала увидеть здесь. На диванах и креслах, у камина и даже возле книжных шкафов собрались почти все её друзья. Гриффиндорцы, слизеринцы, когтевранки – все. Сначала её взгляд зацепился за пылающе рыжие волосы Лили, потом за светлую голову Маргарет, за небрежную ухмылку Джеймса, и в груди Дженни что-то тёплое резко всколыхнулось. — С днём рождения! — разом выкрикнула вся компания. Дженнифер от неожиданности зажала рот рукой, потом тут же вскинула брови и, как водится, громко выдала: — Мерлин, вы сговорились все вместе свести меня с ума?! Смех прокатился по комнате. Лили первой подошла – в руках у неё был аккуратно перевязанный свёрток. — Я знаю, что тебе нужно для квиддича, — с её мягкой улыбкой сразу становилось тепло. — Новые перчатки, с зачарованными накладками. Чтобы хват был железный. Дженни на секунду растерялась, а потом ухмыльнулась: — Они замечательные, Лилс! Следующим был Эван, он подал ей свёрток вместе с Регулусом. — Вообщем, мы решили вдвоём подарить, — вставил Эван. Регулус молча кивнул, чуть смущённо отводя взгляд. Дженнифер развязала ленты и ахнула: на дне лежала миниатюрная модель её метлы, которая сама время от времени взлетала в воздух, зависала и кружила над коробкой. — Это... это потрясающе, — прошептала Дженнифер, и её глаза впервые за утро блеснули настоящим восторгом. — А у нас что-то не такое серьёзное, — весело подхватила Марлин, и вместе с Мэри они протянули большой свёрток. Внутри оказалась толстая книга с тиснёной обложкой: «История выдающихся матчей по квиддичу» и ещё – крошечный стеклянный шарик, внутри которого мелькали огоньки. — Это «Светлячковая сфера», — объяснила Мэри. — Она загорается, когда тебе нужна поддержка. Даже если нас нет рядом. Дженни резко сглотнула, и, хотя тут же гордо выпрямилась, голос предательски дрогнул: — Я даже не знаю, что сказать. Это так красиво. Джеймс встал, ухмыльнулся, а за ним и Питер, и Римус. — Мы долго думали, что тебе подарить, — начал Римус. — И решили, что одной вещи мало. Джеймс широким жестом вытащил из-за спины свёрток, а Питер едва удерживал второй. — Первая часть, — Джеймс открыл свёрток: это был набор для ухода за метлой с выгравированными инициалами «J.C.» – Jennifer Crouch. — А вторая... — Питер неуклюже передал небольшую шкатулку. Внутри оказалось зеркальце в раме из темного дерева. На стекле вспыхнули буквы: «Ты сильнее, чем думаешь». — Оно заговорено, — пояснил Римус. — Будет подсказывать тебе именно то, что ты боишься забыть. Дженни опустила голову, чтобы скрыть улыбку, но её плечи предательски дрожали. — Мерлин... спасибо. Вы даже превзошли самих себя. Маргарет вышла вперёд последней из девушек. В её руках был небольшой тонкий пакет. Она протянула его осторожно, с тихой улыбкой: — Я долго думала, что тебе подарить, Дженни... и выбрала это. Внутри оказалось ожерелье – простое, серебряное, с крошечной птичкой, держащей в клюве зеленую веточку. Символ свободы. — Это чтобы напомнить тебе обо мне. Я всегда рядом. — мягко сказала кузина. Дженни внезапно прижала её к себе, и Маргарет слегка покраснела, но не отстранилась. И вот настал момент. Барти младший и Сириус, стоявшие чуть в стороне, одновременно шагнули вперёд. Атмосфера будто изменилась. Все переглянулись – слишком уж чувствовалось напряжение. Барти улыбался широко, глаза горели. Он протянул ей свёрток, внутри которого оказалась тёмно-зелёная мантия. — Я сам заказал её у мастеров в Лондоне, — сказал он с гордостью. — Лёгкая, с защитными чарами, и – смотри – внутри вышиты слова на латыни. Fortis fortuna adiuvat – «Смелым сопутствует удача». Он посмотрел ей прямо в глаза: — Это про тебя. Всегда было. И Дженнифер вдруг ощутила, как её сердце дрогнуло. Барти говорил искренне, слишком искренне. Но Сириус стоял рядом. Он молчал дольше, чем все остальные, и наконец достал из кармана небольшой футляр. Футляр был тёмный, потертый, явно старый. Он раскрыл его и показал круглый серебряный компас. Но стрелка там вела не на север. — Это не обычный компас, — сказал Сириус, глядя на Дженни. Его голос звучал непривычно серьёзно. — Его зачаровали так, что он всегда показывает не дорогу, а человека. Того, кого ты ищешь. Или того, к кому на самом деле хочешь вернуться. Комната на секунду будто замерла. Дженнифер стояла неподвижно, прижимая ладони к груди, будто не знала, что ответить. Сириус чуть нахмурился и, после короткой паузы, добавил: — У тебя всегда будет путь. Даже если ты потеряешь его сама. Дженнифер ощутила, как к горлу подкатывает комок. Она с трудом заставила себя улыбнуться, но улыбка вышла искренней, мягкой: — Он... замечателен, Сириус, — произнесла она тихо. — Спасибо. Она шагнула ближе, обняла его. И, сама не ожидая от себя, легко коснулась губами его щеки. Сириус даже не успел ухмыльнуться – лишь задержал дыхание и посмотрел на неё так, что у Дженни подогнулись колени. Несколько секунд они смотрели друг на друга слишком близко, слишком прямо. Секунд, в которых могло бы произойти всё. Но Дженнифер быстро моргнула, сделала шаг назад и повернулась к остальным, натянув весёлую улыбку: — Спасибо и вам всем тоже! — её голос слегка дрогнул, но она тут же добавила с притворной бодростью: — Правда, мне кажется, я сейчас расплачусь, а это будет катастрофа для моей репутации. — Да, с каждым годом ты становишься старее и уже не держишь хватку, Джен, — подколол Эван, хитро прищурившись. — О, отвали, — фыркнула Крауч и запустила в него подушкой, что лежала на диване. Подушка с глухим звуком ударила Эвана в плечо, и тот картинно застонал, изображая смертельную рану. Смех раздался сразу от нескольких человек. Дженнифер взглянула на друзей, на подарки, на лица, такие разные, но сейчас объединённые в одну тёплую компанию. И всё же где-то в глубине души, даже сквозь радость и шутки, она чувствовала на себе взгляд Сириуса. И знала – если поднимет глаза, то снова встретится с его серым, слишком внимательным взглядом. Но она не подняла. — Ну что, — сказала Дженнифер бодро, — если вы думаете, что после таких подарков я отпущу вас живыми с вечеринки, то вы глубоко ошибаетесь. Надеюсь, у кого-то есть контрабандные пироги с кухни? — Конечно, — гордо поднял руку Барти, кидая ей пакет с аккуратно завернутыми пирожками. — Я позаботился. — Барти, ты святой, — театрально воскликнула Кассандра. — Не святой, а герой, — поправил он с усмешкой, садясь обратно. — И всё же, — вмешалась Маргарет тихим, но уверенным голосом, — лучше начнём есть, пока Дженни не решила сама уничтожить свои подарки от переизбытка эмоций. — Эй! — возмутилась та. — Я умею держать себя в руках. — Правда? — хором переспросили Регулус, Эван и Доркас, и компания снова взорвалась смехом. А компас в её ладони всё ещё тихо мерцал серебром.

***

Вечером, вся Выручай-комната сияла праздничным светом. Мерцающие гирлянды парили под потолком, а маленькие магические купидоны летали от одной пары к другой, стреляя своими игрушечными стрелами. Сердечки из алого огня плавали в воздухе, лопаясь лёгким хлопком и превращаясь в золотую пыльцу. В углу стоял длинный стол с угощениями – шоколадные лягушки, конфеты «Сердечные дразнилки», пирожные в форме роз и бокалы с розовым лимонадом, который подозрительно дымился. Организация была идеальной, и все знали – если уж гриффиндорцы берутся за вечеринку, скучно точно не будет. Дженнифер вошла в комнату вместе с Кассандрой и Доркас. На ней была кофточка из глубокого винного бархата с кружевными рукавами и чёрная длинная юбка с драпировкой, подчёркивающая её фигуру. Шнуровка корсета и блеск серебряных украшений на её руках делали образ дерзким и элегантным одновременно. Высокие ботильоны с шнуровкой стучали по полу, и головы невольно поворачивались в её сторону. — Ну, как минимум, эффект ты произвела, — хмыкнула Кассандра, заметив, как несколько студентов буквально перестали разговаривать, глядя на Дженнифер. — А ты чего ожидала? — гордо ответила Доркас, подталкивая Дженнифер вперёд. — Это же Дженнифер Крауч, она не может без этого. — Да, спасибо, Доркас, — усмехнулась сама именинница, но улыбка на её губах была довольной. У стола с угощениями уже толпились знакомые лица. Джеймс и Сириус спорили о том, кто умеет лучше очаровывать девушек: Джеймс время от времени кидал многозначительные взгляды на Лили, а Сириус, кажется, вообще шутил ради самой атмосферы, громко размахивая руками. Римус стоял рядом, покачивая головой, будто заранее знал исход спора. Питер жевал кусочек торта и старательно не вмешивался. Регулус был чуть в стороне – в компании Барти, и оба выглядели так, словно пришли сюда больше из вежливости, чем ради удовольствия. Эван смеялся над чем-то, что рассказывала Пандора, а Маргарет, сидя рядом, улыбалась, хотя глаза её были задумчивыми. — Джен! — первой заметила её Мэри и замахала рукой. — Иди сюда! — Ты потрясающе выглядишь, — добавила Лили с искренним теплом. — Прямо королева бала. — Спасибо, девочки, — Дженнифер слегка склонила голову, принимая комплименты. Музыка заиграла громче, несколько пар начали танцевать, а Джеймс тут же вскочил к Лили. — Поттер, ты даже не спросил! — фыркнула она, но Джеймс уже взял её за руку и увлёк на середину зала. — Смотри на него, — Сириус наклонился к Дженнифер, ухмыльнувшись. — Каждый год одно и то же шоу. — Главное, чтобы Лили не прибила его сегодня, — усмехнулась она. Они обменялись быстрым взглядом – и, как всегда, в этом взгляде было что-то большее, чем просто обмен шутками. Дженнифер отвела глаза первой, подхватила бокал лимонада и сделала глоток. Музыка переливалась, смех, танцы, лёгкая магия витала в воздухе. Вечеринка только набирала обороты, и впереди Дженнифер ждало ещё немало сюрпризов. — А где Диана? Она разве не придёт? — Дженнифер, не желая зацикливаться на неловкой паузе, оглядела толпу. — Мы с ней... вроде как расстались сегодня в обед, — Сириус пожал плечами так, будто речь шла о чём-то пустяковом. — Да и ладно, не уверен, зачем вообще начинал эти отношения. Она искоса посмотрела на него, и в груди что-то кольнуло – непонятное, неприятное и вместе с тем тёплое. Чтобы отвлечься, взгляд Дженнифер упал на танцующих неподалёку Римуса с Маргарет и Джеймса с Лили. Те кружились вчетвером, смеялись, спорили и явно были счастливы. — Блэк, — вырвалось у неё прежде, чем она успела осознать, что говорит. — М? — он повернулся к ней, приподняв бровь. — Пойдём танцевать? — решительно бросила она, поставив свой бокал на стол и встретив его взгляд с вызовом. Он моргнул, чуть поперхнувшись от неожиданности, но в следующую секунду ухмылка расплылась на лице. — Что ж, для меня честь, мисс Крауч, — сказал он с притворной галантностью, подавая руку. Она на секунду замялась, но всё же вложила ладонь в его. И прежде чем успела пожалеть о своём решении, он уверенно повёл её сквозь толпу прямо к танцполу. Музыка резко усилилась – заиграла Mamma Mia от ABBA. Танцпол взорвался криками восторга, кто-то захлопал, а разноцветные огни закружились по потолку. — Только попробуй наступить мне на ногу, Блэк, — предупредила Дженнифер, улыбаясь краем губ. — Серьёзно? — он чуть наклонился ближе, чтобы перекричать музыку. — Я собирался сделать это первым делом. Ты ведь знаешь, как я люблю это делать на приемах. Она фыркнула, и уже через мгновение они закружились в ритме песни, теряясь в вихре смеха, света и музыки. Рядом Джеймс и Лили кружились в ритме, но, как всегда, спорили даже на танцполе. — Поттер, ты наступил мне на ногу! — фыркнула Лили, но улыбка не сходила с её лица. — Это была стратегическая ошибка, Эванс! — не сдавался Джеймс. — Я отвлекаю противника, чтобы он расслабился. — Противника?! — Лили качнула головой и со смехом закрутилась от него прочь, но он тут же поймал её за руку и вернул в круг. Маргарет и Римус танцевали рядом. Их движения были более сдержанными, но оба выглядели счастливыми. Маргарет смеялась тихо, но искренне, и от этого даже её обычно задумчивый взгляд сиял. — Я ведь ужасно танцую, — признался Римус, слегка покраснев, но всё равно не отрываясь от ритма. — Неправда, — мягко ответила Маргарет. — Ты просто слишком серьёзно к этому относишься. — Ага, — усмехнулся он, — скажи это моей левой ноге, у которой явно свой план. Их слова утонули в новой волне припева. Дженнифер вместе с Сириусом вошли в общий ритм, и теперь шестеро образовали небольшой круг. Они смеялись, подбрасывали руки вверх, в такт музыке повторяли простые, но весёлые движения. В какой-то момент Дженнифер поймала себя на мысли, что её сердце бьётся быстрее не только из-за танца. Сириус был слишком близко, его ладонь крепко держала её руку, и он смотрел на неё так, будто между ними не существовало многолетней вражды. — Вижу, ты начинаешь улыбаться, Крауч, — наклонился он ближе, почти касаясь её уха. — Осторожно, так можно подумать, что ты получаешь удовольствие. — Умри, — ответила она, но смех всё равно прорвался наружу. И тут в круг вбежали Мэри и Марлин. — Ну вот! — выкрикнула Мэри, размахивая руками. — Даже вы все здесь веселитесь без нас?! Непростительно! — Ага! — подхватила Марлин, сразу же влившись в ритм. — Мы танцуем! Их стало восемь, и теперь вся компания, забыв обо всём, смеялась и кружилась в едином вихре. Лили держала за руку Мэри, Джеймс махал руками в такт музыке, подбадривая всех. Маргарет впервые позволила себе немного раскрепоститься – её смех был заразительным. Марлин подпрыгивала так, что её волосы разлетались во все стороны. — Я чувствую, что это превращается в абсолютное безумие, — пробормотал Римус, но при этом продолжал танцевать. — Так и должно быть! — крикнула Мэри, — это же праздник! И когда песня вышла на кульминацию, восьмёрка одновременно подбросила руки вверх, а магические гирлянды под потолком вспыхнули сильнее, словно подчёркивая их единство в этот момент. Дженнифер смеялась так, что щеки заболели. Она поймала взгляд Сириуса – в его глазах был тот самый азарт, огонь, который всегда сводил её с ума, хотя она никогда бы не призналась в этом вслух. Музыка стихла, но смех их компании ещё долго разносился по комнате. Дженнифер с облегчением и усталостью опустилась на диван рядом с Барти и Эваном, откинувшись назад и прикрыв глаза. — Ну, как проходит день рождения, капитан? — с ленивой ухмылкой спросил Эван, потягивая из бокала. — Замечательно, — протянула Дженнифер, подняв голову к потолку. — Такое чувство, что я запомню его надолго. — Всё-таки шестнадцать – возраст особенный, — пожал плечами Барти, хитро улыбаясь. — Оно и должно быть запоминающимся. — Да, но, — Дженни прищурилась, — мне кажется, что моё семнадцатилетие будет грандиознее. Вот увидите. — Уж не сомневаюсь, — хмыкнул Эван. — Ты же не умеешь по-другому. В этот момент от стола с напитками донёсся звонкий голос Марлин: — Джен! Иди сюда! Она махала рукой, а рядом стояла вся остальная компания, громко переговариваясь и смеясь. — Не хотите присоединиться? — Дженнифер поднялась с дивана и оглянулась на брата и друга. — Я пас, пойду найду Пандору, — Эван махнул рукой и, вяло потянувшись, пошёл в другой конец комнаты. — А меня вроде как зовёт Регулус, — подмигнул Барти и тоже тактично удалился. Дженни фыркнула им вслед и подошла к компании, и Джеймс протянул ей стакан с янтарной жидкостью. — Только не говори, что это огневиски, — подозрительно нахмурилась Дженнифер, поднеся стакан к носу. — Ну, а что ты хотела? — развёл руками Поттер. — Серьёзная вечеринка – серьёзные напитки. Если хочешь, можем налить тебе детский сок. Вон, Лили нравится. — Джеймс! — возмутилась Лили, закатив глаза и схватив пирожное. — Ещё слово – и это окажется у тебя в лице. — Лучше у меня, чем у кого-то другого, — ухмыльнулся Поттер, но благоразумно сделал шаг назад. — Ну, кажется мы собрались, чтобы выпить за Дженнифер. — заметил Римус. Все дружно подняли стаканы. — За Дженнифер! — хором воскликнули они. Стекло чокнулось о стекло, раздался смех, и Дженнифер, пригубив напиток, почувствовала, как внутри разливается тёплое чувство счастья. — Спасибо вам всем, — улыбнулась она, чувствуя, что вот-вот расплачется, но стараясь держаться. — Правда. Это лучший день рождения. — Потому что это первый, который ты отмечаешь с нами, — рассмеялся Джеймс. — Дальше – больше. После того как все выпили за неё, вечеринка снова ожила: кто-то вернулся на танцпол, кто-то двинулся к угощениям. Дженнифер чуть задержалась рядом со столом, разговаривая с Лили и Марлин, но вскоре поняла, что почти вся компания разбрелась по Выручай-комнате. Рядом остался только Сириус, который, как всегда, никуда не торопился. — Ну что, довольна? — лениво усмехнулся он, делая вид, что с равнодушием оглядывает толпу. — Более чем, — Дженнифер хмыкнула и склонила голову набок. — Мне всё нравится. — Давай, скажи это, Крауч, — Блэк легонько толкнул её локтем. — Тебе понравилась вечеринка, потому что её устроил Я. — Конечно, Сириус, продолжай говорить себе это, — она показала ему язык. Они обменялись короткими взглядами – привычно-колкими, но уже теплее, чем когда-то. Дженнифер поставила бокал на стол, и собиралась уже что-нибудь сказать, когда Сириус вдруг остановился и с прищуром посмотрел в сторону двери. — Вот это поворот, — протянул он. — А вот и наш любимый слизеринец. Дженнифер обернулась и заметила фигуру Северуса, стоявшего чуть поодаль у стены, будто он сам не был уверен, имеет ли право появиться здесь. Его чёрные глаза внимательно следили за происходящим. Прежде чем Сириус успел что-то ляпнуть, Дженнифер зашагала к нему и с лёгкой улыбкой поприветствовала: — Привет, Северус. Рада, что ты пришёл. Тот слегка вскинул брови, будто удивившись её тону, но вежливо кивнул. — Я не был уверен, что мне... место здесь, — произнёс он негромко. — Глупости, — мягко отозвалась Дженнифер. — Сегодня мой день, и все, кого я хочу видеть, имеют право быть рядом. — Вот только не все с этим согласны, — резко вставил Сириус, скрестив руки на груди. Его взгляд потемнел. — Нюниус, ты что, решил, что можешь разгуливать по нашим вечеринкам? Северус прищурился, но не отвёл взгляда: — По-моему, эта вечеринка не твоя. — О, а я был уверен, что именно я её устроил, — усмехнулся Сириус, шагнув ближе. — Но день рождения-то мой, — вставила Дженнифер и встала чуть ближе к Северусу, чем к Сириусу. — И я хочу, чтобы он остался. Сириус стиснул зубы, молча глядя на неё. В воздухе повисло напряжение – их молчаливая дуэль продолжалась. В конце концов он вскинул руки, изображая капитуляцию: — Как скажешь, Крауч. Пусть наслаждается первым разом, — и, проходя мимо Северуса, Сириус нарочно толкнул его плечом. — Девственник хренов. Снейп дёрнулся, но сдержался. Лишь глаза его блеснули злой решимостью. Дженнифер закатила глаза: — Не обращай на него внимания, — махнула она рукой. — Но я правда удивлена твоим появлением. — Я и сам удивлён, — глухо ответил Северус. — С днём рождения, кстати. — Спасибо, — улыбнулась она чуть теплее. — Проходи, Лили должна быть где-то там, на танцполе. — На самом деле, я пришёл к тебе, — неожиданно остановил её Снейп. — Ко мне? — насторожилась Дженнифер. — Послушай... я не должен тебе этого говорить, но... я слышал, как бывшая Сириуса болтала с кем-то о вечеринке. Она пошла к профессору МакГонагалл. — Северус замялся, но договорил: — Я подслушал. С минуты на минуту здесь будет МакГонагалл. Дженнифер едва не выронила палочку. — И ты говоришь мне это только сейчас!? — вскинулась она. Она выхватила палочку, поднесла к губам и громко произнесла заклинание, усиливающее голос: — Внимание всем! Профессор МакГонагалл идёт сюда! Бегите! Эффект был мгновенный. В комнате началась паника: — Прячьте пирожные! — завопил Питер, сбрасывая тарелку в камин. — Потушите свечи! — Джеймс рванул к столу, случайно опрокинув кувшин с масляным элем. Смех, крики, топот – за несколько секунд идеальная вечеринка превратилась в хаос. Все толпами рванули к выходу. Дженнифер пыталась сохранить хоть каплю спокойствия, но в итоге сама тоже побежала вместе со всеми. И вот – они выбегают в коридор... и сталкиваются нос к носу с профессором МакГонагалл. — Мистер Поттер, что это за вид?! — строго приподняла бровь она, оглядывая Джеймса, с головы до ног залитого лимонадом. — Мисс Эванс, вы держите пирожное так, будто собираетесь метнуть его в кого-то! Компания замерла. Кто-то тяжело дышал, кто-то ещё держал бокал за спиной. Дженнифер, собравшись с духом, вышла вперёд: — Профессор... простите нас, мы... мы думали, что вы узнали про вечеринку. — Какую вечеринку? — холодно прищурилась МакГонагалл. — Э-э... — Дженнифер почувствовала, как внутри всё уходит в пятки. Но в этот момент в коридоре послышался хриплый смешок – Сириус, не выдержав, прыснул со смеху. — Ну конечно! — усмехнулся он. — Нюниус нас подставил. Северус, стоявший чуть позади, отпрянул, но не отвернулся. — Я лишь сказал правду. Бывшая твоя подружка что-то замышляла, — бросил он. — Видимо, ты сам навлек беду. МакГонагалл же строго постучала каблуком: — Я понятия не имею, о какой «вечеринке» идёт речь. Я возвращалась из библиотеки и встретила мисс Мун, которая жаловалась на шум в коридоре. Я наивно полагала, что это Пивз. Но теперь, кажется, я знаю, откуда он взялся. Все дружно замолчали, краснея. — Завтра утром я жду объяснений от всех вас, — сухо произнесла МакГонагалл. — А теперь марш по спальням, пока я не передумала и не наказала вас прямо сейчас! Когда она ушла, все переглянулись. — То есть, если бы мы сейчас не вышли, то... — правильно мыслила Мэри. — Нас бы не поймали? Все обернулись с вопросами к Северусу.

***

Было далеко за полночь, когда вся компания друзей вместе с Северусом и Дианой собрались в Выручай-комнате. Атмосфера напоминала случай после настоящего бедствия. Комната, ещё пару часов назад сиявшая гирляндами и магическими иллюзиями, выглядела так, будто через неё пронёсся ураган. На полу валялись опрокинутые бокалы, по ковру расползались липкие пятна лимонада, а в углу продолжал тихо подпевать зачарованный граммофон, застрявший на одной и той же ноте. Дженнифер, Маргарет и Римус колдовали, убирая следы хаоса. Взмахи палочек – и с пола исчезали пятна, заново выравнивались шторы, в воздухе щёлкали искры. Лили, Мэри и Марлин, стоя на стульях, снимали с потолка бумажные гирлянды и зачарованные фонарики. Питер с сосредоточенным видом аккуратно складывал пирожные в коробку. А вот Джеймс и Сириус стояли, скрестив руки, нависая над Северусом и Дианой, словно два судьи. — Итак, — протянул Джеймс, прищурив глаза. — Что происходит? Один из вас явно врет. Северус стоял напряжённо, не глядя на них, словно готовый выдержать удар. Диана же сидела на диване, скрестив ноги и явно не собираясь выглядеть виноватой. Она лениво рассматривала ногти, будто происходящее её вообще не касалось. — Ну, — протянула она с насмешкой, — интересно, на кого же вы подумаете? На Северуса-Нюниаса-Снейпа? Или на меня, ту, которая два месяца была рядом и поддерживала... — Сколько? — с ледяной усмешкой перебила её Дженнифер, даже не оборачиваясь, продолжая колдовать над пятном на ковре. — Два месяца? Если хотите знать моё мнение, я не верю этой помешанной и одержимой леди. Диана резко вскинула подбородок: — И что? Тебя-то вообще не было, Крауч. Вечно витала в своих мыслях, строила из себя загадку и, к слову, всегда завидовала мне. — Завидовать тебе могут только твои ненастоящие подружки, Дианочка, — сладко улыбнулась Дженнифер и обернулась ко всем. — Ну что, давайте проверим? Кто верит Северусу? Она первой подняла руку. За ней почти синхронно – Лили, Маргарет, Марлин, Мэри и Римус. Северус удивлённо посмотрел на Дженнифер: впервые за долгое время кто-то в её компании явно вставал на его сторону. Питер, переминаясь с ноги на ногу, глянул сперва на Северуса, потом на Джеймса и Сириуса, которые так и не подняли руки. Его рука дёрнулась вверх, но он поспешно опустил её обратно и пробормотал: — Я... э-э... ещё не определился. — Как это было неожиданно, да? — с издёвкой произнесла Дженнифер и, повернувшись к Маргарет, продолжила убирать, будто спор был исчерпан. — Сумасшедшая стерва, — буркнула Диана. И тут, будто по воле самой судьбы, на неё сверху упал полный мешок мусора – обёртки, бумажные гирлянды, фантики от сладостей и даже пустые бутылки из-под сливочного пива. Диана завизжала так, что даже граммофон заикнулся и захрипел. Она подпрыгнула, отчаянно отряхивая волосы и пижаму. — Ой, упс, рука соскользнула, — невинно пробормотала Маргарет, спрятав палочку за спину. — Ты... ты... ты хоть знаешь, сколько стоит моя пижама?! — верещала она. — Она импортная, из Милана! — Положи чек ко мне на кровать, я оплачу, — с самым ангельским видом добавила Маргарет. Хохот прокатился по комнате. Даже Джеймс, который ещё минуту назад был напряжён, согнулся пополам. Лили прижала ладонь ко рту, но всё равно прыснула. — Ты...да вы все ненормальные тут! — завизжала Диана, топнула ногой и выбежала из Выручай-комнаты, хлопнув дверью так, что одна из гирлянд снова упала с потолка. Только когда её шаги стихли в коридоре, все наконец разразились настоящим смехом. Маргарет и Дженнифер с громким щелчком дали друг другу пять. — Это было шикарно, — выдохнула Мэри, утирая слёзы от смеха. — Ничего особенного, — пожала плечами Маргарет, но по лицу её расползалась довольная улыбка. Северус, в отличие от остальных, не смеялся. Он стоял, сжав руки в кулаки, и тихо произнёс, глядя на Сириуса и Джеймса: — Вы всё равно зря сомневаетесь. Если кто и способен настучать МакГонагалл – то это она. Сириус шагнул вперёд, ухмыльнувшись, но в его глазах сверкала угроза: — Может быть. А может, это ты, Снейп. Ты же обожаешь шептать на ухо преподавателям. — Заткнись, Блэк, — рявкнул Северус, но голос его дрогнул. Дженнифер шагнула между ними, вскинув ладонь: — Хватит! — в её голосе прозвучала сталь. — Почему ты всё ещё сомневаешься в том, что это сделала она? — повернулась слизеринка к Сириусу. — Зачем Северусу вообще это делать? — Дай угадаю, может потому что он ненавидит нас? — с усмешкой бросил Сириус, скрестив руки на груди. — Удивительно, не так ли? — приподняла бровь Дженни, сложив руки на груди в зеркальном жесте. — Вообще-то, большинство из нас верит ему. Я лично ручаюсь за него. — Ах, ну если Дженнифер Крауч ручается, — Сириус театрально отступил назад, притворно кивнув, — тогда, конечно... — А ты ручаешься за Диану? — громко перебила она, не отводя взгляда. — Что? — он замер, нахмурившись. — Ну, ты ведь даже руку не поднял. Не был уверен. Когда на неё вылился весь мусор – ты не смеялся. Если бы он упал на меня, на Марлин или на Мэри, ты бы уже катался по полу, задыхаясь от смеха, — продолжала Дженни, не давая ему времени ответить. — Вероятнее всего, он всё ещё любит её, — слишком громко прошептал Питер Римусу. — Читаешь мои мысли, Питер, — с лёгкой насмешкой подхватила Дженнифер. Щёки Сириуса едва заметно порозовели, и он резко шагнул ближе к ней: — Даже если так, то почему тебя это волнует? — его голос стал ниже, ирония в нём почти исчезла. — Конечно, я молчу, — она прищурилась и театральным жестом будто закрыла рот на замок, после чего развернулась и снова взмахнула палочкой, убирая оставшийся мусор. Все замерли, наблюдая только за ними двумя. — О, нет, Дженнифер Крауч, я знаю это выражение лица, — ухмыльнулся он, указывая на неё пальцем. — Говори сейчас же свою претензию. — Иногда я просто удивляюсь, как вы, мальчики, можете быть такими... — она пощёлкала пальцами, словно подбирая слово. — Непостоянными? — предложил Петтигрю, на что Джеймс тут же толкнул его локтем. — Именно! — оживлённо кивнула Дженнифер. — И что это должно означать? — нахмурился Сириус, шагнув ближе. — В обед ты расстаёшься с ней, называя гибридом овцы и змеи, а уже ночью снова выглядишь так, будто без неё жить не можешь, — в голосе Дженни прозвучал смех, но в глазах блеснул вызов. Сириус замер, его губы дёрнулись, будто он собирался что-то сказать – оправдаться, отшутиться, перевести разговор. Но слов не нашлось. — Я не обязан объясняться перед тобой, — процедил он сквозь зубы, резко отвернулся и шагнул к выходу. Дверь громко хлопнула за его спиной, отозвавшись эхом в опустевшей комнате. Мгновение все молчали. — А я и не говорила, что ты должен, — почти шёпотом добавила Дженнифер, но слова её повисли в воздухе тяжёлым эхом.