Нежить

На крыше заброшенного заводского корпуса стоял Чжоу Жун, опустив бинокль. Его взгляд задумчиво скользил по бескрайнему осеннему небу, прозрачному и холодному. Вдалеке, на горизонте, проступал город B, угрюмый и израненный. — Связь по коротким волнам заглохла по всей стране. База молчит, сигналы позиционирования не отвечают. Прошла неделя, а военный округ B, похоже, пал. Но почему нет ядерного удара, чтобы зачистить заражённую зону? Что, чёрт возьми, происходит? За спиной послышался скрип металлической лестницы. Спокойный голос нарушил тишину: — Может, все военные округа, способные запустить ракеты, уже уничтожены. Даже самые крепкие стены рушатся, если гниль идёт изнутри. Ты же понимаешь. Чжоу Жун обернулся, прищурившись. — Янь Хао, — его голос стал твёрже, — ещё раз заговоришь в духе Си Наня, и я тебя точно прикончу. Серьёзно. Янь Хао усмехнулся и протянул ему сигарету. — Серьёзно? У тебя ещё остались запасы? — Народ поделился. — Народно-освободительная армия не берёт у народа ни нитки, ни иголки. — А ещё она таскает газовые баллоны, охраняет людей и стоит на страже. Сигарета за это не грех. Кури давай. Осенний ветер гулял по крыше, холодный и резкий. Небо над головой казалось бесконечно высоким. Чжоу Жун и Янь Хао стояли молча, затягиваясь сигаретами. Внизу, во дворе завода, жизнь текла своим чередом: мужчины с жаром натягивали колючую проволоку, женщины кормили кур, сажали овощи, перебрасываясь редкими фразами. Капитан стряхнул пепел и, глядя вдаль, сказал: — Через пару дней закончим укреплять оборону. Потом я отправлюсь в военный округ B. Нужно выяснить, что там творится. Ждите моего сигнала. Янь Хао нахмурился. — Ты спятил? Город B огромен. Где ты найдёшь вертолёт? Чжоу Жун промолчал, задумчиво глядя на тлеющий кончик сигареты. — Если округ пал, там тысячи зомби в убежище, — продолжил Янь Хао. — Тебе что, жить надоело? Капитан потёр подбородок, взвешивая слова. После долгого молчания он заговорил: — Что-то не сходится. Откуда взялся этот вирус? Как он распространяется? Почему пал даже военный округ B, где карантин был железным? Я не верю, что там не проверяли каждого выжившего. Но если проверки были, как вирус проник внутрь? — Он сделал паузу, затем добавил тяжелее: — Разве что вирус мутировал и обходит все наши методы контроля, как с теми медсёстрами в городе T, что заразились без укусов. Янь Хао почувствовал, как по спине пробежал холодный озноб. Чжоу Жун продолжил: — Мы, лучшая команда спецназа в Хуабэе, самая подготовленная, самая секретная, ближе всех к городу B. Если даже мы будем сидеть сложа руки, никто не узнает, что там произошло. А без понимания, как мутирует вирус, наше убежище долго не продержится. Мы слишком близко к B, чтобы надеяться на спокойную жизнь, когда всё вокруг рушится. Боец долго молчал, но наконец кивнул: — Ты прав. Чжоу Жун пожал плечами с лёгкой усмешкой и затушил сигарету. — Но ты не пойдёшь один, — решительно сказал Янь Хао. — Это слишком опасно. Нам нужен план. — Нам? — Чжоу Жун хмыкнул. — Всем вместе, что ли? А кто защитит тридцать с лишним человек: стариков, молодых, беременную женщину? Янь Хао хотел возразить, но в этот момент во дворе мелькнула фигура. Си Нань, в лабораторном халате с закатанными рукавами, нёс ящик с реактивами. На нём были защитные очки и перчатки, а жилистые руки блестели от пота. Заметив взгляды с крыши, он слегка улыбнулся, но ничего не сказал и скрылся за углом. Чжоу Жун ткнул Янь Хао локтем: — Ты заметил, что он в последнее время нас избегает? Тот не ответил. Вместо этого он спрыгнул с крыши, ловко приземлился и поспешил за Си Нанем. Чжоу Жун задумчиво пожевал потухший окурок, усмехнулся, будто над собой, и присел на край крыши. Посидев немного, он вдруг крикнул: — Чуньцао! Из курятника донёсся звонкий голос: — Чего тебе? — Ты чем занята? — Кур кормлю! — Папочка идёт на помощь! — весело отозвался капитан. Он спрыгнул с крыши, отряхнул ладони и направился к курятнику. *** На пустыре Си Нань расстелил кусок ткани и пинцетом раскладывал влажные комки ваты, аккуратно размещая их по поверхности. Янь Хао, стоя рядом, хмурился. — Это что, нитроцеллюлоза? — спросил он. Юноша, не поднимая глаз, бросил: — Дисперсоид. Янь Хао удивлённо вскинул бровь: — Ты хотел сказать «дисперсная фаза»? Си Нань опешил, посмотрел на него и слегка нахмурился: — Разве я не это сказал? Они переглянулись. Через пару секунд Си Нань отмахнулся: — Тебе послышалось. Он вернулся к своей работе, продолжая раскладывать вату. Слово «дисперсоид» не из тех, что слетают с языка в обычной беседе. Его мог случайно употребить либо человек с отличным знанием английского, либо специалист в химии. Янь Хао посмотрел на Си Наня с новым интересом, но постарался скрыть любопытство. С улыбкой он спросил: — Собираешься мастерить нитроглицериновую бомбу? — Ага, — буркнул юноша, не отрываясь от работы. — Пробую. Азотная кислота, что я нашёл, не слишком чистая. Боюсь, содержание азота в нитроцеллюлозе будет низким, и взрыва не выйдет. Но для зажигательной бомбы сгодится. Янь Хао молча кивнул, пытаясь подобрать слова, но любопытство взяло верх: — Слушай, чем ты вообще занимался до всего этого? Си Нань взглянул на него с усмешкой: — А ты как думаешь? Боец задумался, почесал затылок и честно ответил: — Без понятия. Судя по твоим навыкам, ты явно не новичок. Прошёл подготовку, это точно. Может, телохранитель какого-нибудь босса? Или из органов общественной безопасности? Но чтобы так разбираться в химии и взрывчатке, надо быть спецом высокого уровня. А в твоём возрасте… Он внимательно посмотрел на Си Наня. Тот выглядел молодо: лет двадцать пять, может, чуть больше. Человек, который умеет стрелять, водить машину и мастерить бомбы, вызывал у Янь Хао настороженное любопытство. В голове мелькнула нелепая мысль. — Ты… — начал он осторожно, — случайно не религиозный фанатик? Си Нань застыл, озадаченно вскинув бровь: — Какой ещё фанатик? Он аккуратно разложил последний комок нитроцеллюлозы, следя, чтобы ткань высыхала на ветру, но не под прямыми лучами солнца, и направился к заднему корпусу завода, где оборудовал импровизированную лабораторию. Янь Хао шагнул было за ним, но Си Нань остановил его резким: — Стой где стоишь. Пришлось замереть. Через несколько минут Си Нань вернулся с картонной коробкой. В ней лежали пипетка, лист бумаги, молоток, а сверху потёртая мотоциклетная куртка и шлем, привезённые из города T. Не дав Янь Хао задать вопрос, он взмахом руки велел отойти подальше. Скинув лабораторный халат и очки, Си Нань натянул куртку, застегнул молнию до подбородка и надел шлем. Убедившись, что защита надёжна, он взял пипетку, набрал немного раствора из пробирки и аккуратно капнул на бумагу. Положив лист на землю, он крепко сжал молоток и глубоко вдохнул. В этот момент из курятника с отчаянным воплем вырвался петух, будто за ним гналась смерть, и понёсся прямо к пустырю. — Не смей убегать! — рявкнул Чжоу Жун, бросаясь в погоню. БАМ! Си Нань ударил молотком по бумаге. Нитроглицерин сдетонировал, и в тот же миг оглушительный взрыв разорвал тишину. Вспышка ослепила, а ударная волна, с дикой скоростью в семь тысяч пятьсот метров в секунду, отшвырнула Янь Хао назад. Си Нань упал. БАХ! Петух, залитый кровью, рухнул на землю. — Си Нань! — Янь Хао кинулся к нему, помогая подняться. Белый лист превратился в облако пепла, а на земле осталась дымящаяся воронка размером с миску. Пыль и песок сыпались с её краёв. Боец, за свою жизнь не видевший учёного, готового так рисковать ради эксперимента, указал на воронку, не в силах вымолвить ни слова. Си Нань снял треснувший шлем и выдохнул: — Ты спрашивал, в какую религию я верю? — Да нет, я… — Янь Хао замялся. — Забудь. — Товарищи, — послышался за их спинами холодный, зловещий голос капитана. Они обернулись. Во дворе витали перья, а Чжоу Жун, с руками, перепачканными кровью, держал за шею мёртвого петуха с вывернутой шеей и остекленевшими глазами. — Я не против ваших научных забав, — медленно произнёс он, поднеся голову петуха к лицам Си Наня и Янь Хао, — но, учитывая, что это был единственный петух в курятнике, поздравляю, план разведения кур официально провалился. Си Нань, зажав нос, невинно спросил: — Так на ужин будет жареная курочка? *** Жареной курицы на ужин не было, но каждому досталась ложка тушёного мяса с квашеной капустой и картофелем. Чжоу Жун, сидя за столом, объяснил Си Наню: — На всех бы не хватило. И, пожалуйста, не взрывай нитроглицерин у курятника каждый день ради забавы, нам всё ещё нужны яйца. Он молча переложил свою порцию курицы в миску Си Наня. Напротив Го Вэйсян, ковыряясь в костях, вдруг издал протяжный вздох: — Эх, в следующей жизни надо родиться петухом. Чуньцао удивлённо вскинула брови: — Сянцзы, ты что, таблеток объелся? — Ты не поймёшь, — отмахнулся Го Вэйсян. — Будь я петухом, двадцать кур дрались бы за меня. А если родиться альфой? — Он поднял куриную кость и уставился на неё с философским видом. — При нынешнем раскладе альфам приходится сражаться с двадцатью другими за одного омегу. А бете вообще без шансов: жениться на бета-девушке и завести детей почти нереально, об омеге и мечтать не стоит. Так что, похоже, проще уж… ну, ты поняла. Чуньцао нахмурилась: — Сянцзы, твои мысли становятся опасными. Не сдавайся так быстро, а? — Да ладно, гомосексуальность не конец света, — хмыкнул Го Вэйсян. — Если вирус продолжит распространяться, будущее человечества, похоже, сплошное гейство. Хотя, честно, капитана я бы точно не выбрал… Чжоу Жун удивлённо вскинул брови: — Это ещё почему? — Янь Хао вариант неплохой, — задумчиво протянул Го Вэйсян, но тут же покачал головой. — Хотя нет, он слишком крепкий. Ещё чуть-чуть, и станет настоящей Барби-Годзиллой. А вот если… Янь Хао, услышав своё имя, обернулся от соседнего стола: — О чём там трепитесь? Чуньцао хихикнула: — Сянцзы мечтает, как бы тебя… того. Янь Хао расхохотался, будто услышал удачный анекдот, указал на себя, затем на Го Вэйсяна и подмигнул: — Кто кого, брат? Хочешь попробовать сегодня ночью? Го Вэйсян поспешил поднять руки, сдаваясь, и вдруг заметил Си Наня. Его глаза загорелись: — Точно! Можно с Си Нанем! Юноша поднял взгляд от миски и холодно посмотрел на парня. Тот расхохотался, вскочил и попытался обнять Си Наня за плечи, но поддержки за столом не нашёл. Лишь капитан, прищурившись, вставил с насмешкой: — Сянцзы, не шуми. Товарищ Си Нань на тебя даже не взглянет. Го Вэйсян удивлённо протянул: — Серьёзно, что ли? Си Нань, не торопясь, но твёрдо снял его руку со своего плеча и спокойно сказал: — Быть бетой нормально. Лучше, чем альфой. Не стоит себя недооценивать. Го Вэйсян открыл рот, но Си Нань продолжил, не дав ему вставить и слово: — Если бы вы не были бетами, я бы, наверное, пожалел, что рисковал ради вас в городе T. Фраза «Но мы же не беты» застряла у Го Вэйсяна в горле, словно он проглотил целое яйцо. За столом повисла тишина. Спецназовцы переглядывались, не находя слов. Си Нань, подцепив палочками кусочек картофеля, заметил, что все замерли: — Что не так? Чжоу Жун медленно откашлялся: — Товарищ Си, ты сейчас такое сказал. Я всегда считал тебя сторонником равенства полов… Юноша усмехнулся, откидываясь на спинку стула: — Какое там равенство. Альф я вообще презираю. Повисла тяжёлая пауза, почти осязаемая. Янь Хао, не выдержав, спросил: — И почему же? — Слишком много возни, — равнодушно бросил Си Нань. — Многие альфы слабые, в опасности за ними глаз да глаз нужен. А их шовинизм… Все эти байки про «генетическое превосходство» просто звериная натура, которую не до конца обуздали. Он доел последнюю ложку риса, отложил палочки и удивлённо взглянул на остальных: — Я закончил. А вы что, не едите? Под его взглядом все застыли, не шевелясь. Даже палочки Чуньцао замерли на полпути к третьей миске риса. Чжоу Жун кашлянул и выдавил: — Сегодня аппетита что-то нет. Ужин завершился в гробовой тишине. *** После того как отряд обосновался на химическом заводе, каждую ночь двое спецназовцев и десять мужчин патрулировали территорию. Днём во дворе кипела жизнь: тренировки, отработка боевых приёмов, проверка колючей проволоки и сигнальных систем. Но в этот вечер Чжоу Жун и Янь Хао были не в духе. В половине десятого они свернули тренировку раньше обычного и отправили всех мыться и отдыхать. Люди, разбившись на группы, потянулись к спальням в задней части завода. Несколько парней попытались задержать Чжоу Жуна с вопросами, но их прервал резкий визг шин, донёсшийся издалека. Чжоу Жун резко обернулся. В темноте за пределами завода нарастал гул моторов, предвещающий опасность. БАМ! Дверь заднего корпуса с грохотом распахнулась. Си Нань, срывая защитные очки, стремительно вышел, его белый халат развевался на ветру. — Северный вход в промзону, направление на час, расстояние восемьсот метров. Капитан остановился, его чувства обострились, он распространил своё восприятие, улавливая малейшие изменения. Зрачки слегка сузились. — Жун-Гэ! — Чуньцао ловко спрыгнула с дерева и метнулась к нему. — На северной дороге перевернулся грузовик! Там больше десятка выживших, и они как магнит для зомби! — Сотня мертвецов движется к нам! — добавила она. *** Перевод команды Golden Chrysanthemum Наш тг - канал: https://t.me/goldenChrysanthemum