На глубине

      Ожидание Сайриссы было мучительно долгим. По ощущениям указанное ей время давным-давно вышло, но на деле — луна на небосводе не сдвинулась даже на толику. Мысли о том, что новоиспечëнная подруга могла обмануть и просто сбежать, честно, в его голове даже не возникло, потому что она не имела никакой логики: Сайрисса могла уйти на сушу почти когда угодно, и Лололошка ей для этого необходим не был.       Ло, тем временем, почти всë время провëл чуть поодаль от пляжа, наблюдая за отражением звëзд на толще воды. В такой позиции было много преимуществ: во-первых, он не попадëтся на глаза случайным прохожим, решившим заглянуть к воде, а во-вторых, сможет увидеть Риссу, когда она вернëтся, и ей не придëтся долго его звать.       Только вот фигура, вышедшая на холодный песок и подошедшая к стыку моря с сушей, который омывался шумными волнами, оказалась совсем не его подругой. Это был... мужчина? Скорее, молодой парень. Зачëсанные назад каштановые волосы, вычищенный белый костюм без единой складки, контрастирующий с чëрным ремнëм и такого же цвета сапогами. Но нелепее всего в этом образе элегантности и власти выглядел клетчатый оранжевый шарф, небрежно накинутый на шею и плечи. Первой реакцией Лололошки на незваного гостя был нервный смешок: в конце концов, из его наблюдений, люди часто приходят посмотреть на ночное море, побыть наедине с собой и своими мыслями. Но потом он осознал: а если незнакомец задержится здесь настолько долго, что Сайрисса успеет вернуться?       Вдруг человек замахнулся, и в воздухе почти незаметно блеснуло что-то знакомо светлое, вмиг скрывшись в воде с характерным звонким звуком. «Зачем выкидывать вещи в море?» — негодовал Лололошка, и, подождав, пока незнакомец уйдëт, подплыл к месту приземления вещи, желая разыскать еë и вытащить из воды: на дне и так было достаточно «артефактов», которыми оно местами было просто усыпано.       Предполагаемым мусором оказалась... заколка. Она была в форме веточки, от которой в едином направлении ответвлялись жемчужины и листочки, и чем ближе к краю — тем меньше размером они становились. По какой вообще причине можно было выбросить такую красоту? Лололошка стойко решил, что возьмëт еë с собой на поверхность, как некий сувенир. Носить еë он вряд ли станет, хотя Ло к жемчугу и дышал далеко не ровно. Просто... оставить еë здесь он не мог хотя бы из соображений безопасности: любая случайная рыбка могла напороться на острые кончики заколки и погибнуть. Так что он спрятал еë в шарфе, продолжив ожидание.       В итоге, как и было обещано, Сайрисса всë же вернулась, уже одетая в черные брючки и тëмно-зелëную... толстовку? Вроде, так. Лололошка ещë не разобрался в принципиальной разнице между толстовками, свитшотами, худи, и ещë миллионом разных названий для, казалось бы, одной и той же вещи... В любом случае, пришла Рисса не с пустыми руками, а со стопкой вещей подмышками, среди которых угадывались и элементы голубого (его любимого) цвета.       — Лололошка, я здесь! — Помахала рукой она, явно не замечая медленно подплывающего Лололошку, который с помощью особо сильной волны «выскользнул» на берег, заставив Сайриссу рассмеяться, — да ты прям каскадёр.       — Кто?       — Неважно, — махнула рукой и достала из кармана брюк тот самый амулет, с помощью которого перевоплощалась в мерлинку. Лололошка с теплом в груди отметил, что подаренный им браслет из ракушек изящно красовался на запястье подруги. — Надевай.       — А что с твоей сестрой? Вы поговорили? — Спросил Ло, приняв амулет из чужих рук и развязывая концы верëвки.       — Она живёт на другом конце города, а ещë сейчас ночь. Так что пойдëм утром, — ответила она, внимательно наблюдая за Лололошкой. —... Надеюсь, сработает.       Ло согласно хмыкнул и, прищурившись, попытался завязать узелок сзади шеи, но на слепую сделать это было самую малость тяжело. Хотя стоило концам верëвочки затянуться, в тот же момент глаза ослепило ярким светом, совсем точь в точь как тот, который исходил от Сайриссы. И вдруг мир... стал очень тихим. Он знал, что его слуховые плавнички улавливают гораздо больше звуков, чем себе могут позволить человеческие уши, но не думал, что настолько. Зрение тоже будто село: ранее яркая картина стала приглушëнной, тëмной.       — С-Сайрисса?.. — Испуганно прошептал Лололошка, пытаясь разглядеть подругу в образовавшейся темноте.       — Ло, всë хорошо, я здесь. Твои глаза скоро привыкнут к темноте, не волнуйся, — поспешила успокоить его Сайрисса, приобняв за дрожащие плечи. Лололошка попытался пошевелить хвостом, но... он разделился на две части! Как же это странно и неудобно! — Давай я одену тебя, и потом уже будем разбираться.       Рисса спешно делала своё дело, заодно поясняя за название каждой вещицы: трусы, футболка, зипка, джинсы... «Голова сейчас кругом пойдëт», — почти что плыл Лололошка, пытаясь отвлечься от ощущения чего-то инородного на своей коже. Да, ткань приятно согревала и укрывала от ночного воздуха, но ощущалась... необычно.       — Я тут тебе ещë... Короче, я покопалась в шкафу и нашла старый шарфик, но подумала, что он будет хорошей заменой тому, который ты носил до этого.       — А... — как Сайрисса и говорила, зрение правда постепенно привыкло к темноте: Лололошка заметил, что водоросли, ранее крепко свëрнутые в украшение, развязались и почти полностью ушли в море. Только украшение светилось в ночи. — Заколка!       Сайрисса приподняла бровь в вопросе, но, проследив за взглядом друга, спохватилась и вырвала заколку из хитрых лап моря, протянув еë Лололошке, который, кратко поблагодарив, спрятал «брошенку» в кармане зипки.       Рисса в финальном штрихе аккуратно завязала небесный клетчатый шарф и красноречиво улыбнулась, разглядывая получившийся образ. Ло мельком подумал, что аксессуар очень уж смахивает на тот, который он видел на незнакомце, но мысль развить не успел: Сайрисса подхватила его и поставила на ноги(!), из-за чего он чуть не упал, еле удержав равновесие.       — Ой-ой, — пробормотал Лололошка, пытаясь понять, как управлять новоиспечëнными конечностями. — Как ты на этом... ходишь?       — Привыкнешь, — вздохнула Сайрисса, перехватила его поудобнее за бок и, перекинув одну из рук себе за шею, предложила потихоньку выдвигаться, пока не взошло солнце, и на пляж не вышла огромная толпа людей.       Путь до дома Риссы был... неприятным, долгим и полным неловкостей. Ло постоянно оступался, чуть ли не падал, но старался держаться; спокойствие и терпение Сайриссы было как нельзя кстати, иначе Лололошка уже бы давно упал не от потери равновесия, а от неловкости и стыда за постоянные неудачи. Со стороны всё выглядело так легко!..       Но положительные впечатления тоже имели место быть: яркие огни города, мелькающие мимо коробочки, разные светящиеся надписи и... взгляды случайных редких прохожих, заинтересованных в неуклюжей парочке. В любом случае, увидеть всë это своими глазами оказалось намного лучше, чем время от времени слышать в редких подслушанных разговорах.       — Радуйся, что я живу на первом этаже, иначе пришлось бы ещë по лестнице подниматься, — Сайрисса пропустила его вовнутрь своего жилья, зайдя прямо следом и закрыв дверь на замок. — Утром я поеду к сестре, а ты... поучишься ходить. Одного выпустить тебя из квартиры я не смогу, сам должен понимать.       — М-м, да, я понимаю, — проморгался Лололошка, из контекста сказанного уловив, что конкретно такое эта «квартира». Видимо, придëтся обрабатывать получаемую информацию намного быстрее, чем он привык, но... это казалось очень малой ценой за исполнение мечты. — Странно ощущается.       — Что конкретно?       — Всë вот это вот.       Сайрисса пожала плечами и прошла в глубину квартиры, попутно проводя Лололошке, как она выразилась, экскурсию: здесь спать, здесь есть, здесь мыться.       В принципе, всё легко и ясно.       Всё не легко и ясно.       Сайрисса ушла с утра пораньше, сказав, что хочет увидеться с сестрой как можно быстрее, и оставив Лололошке совсем короткие инструкции касательно его обучения... э-э... хождению? Осознал, как правильно двигать ногами, он достаточно быстро: по ощущениям, не прошло и часа. Зато стоило почувствовать себя особо смелым и решить положить подобранную заколку на ближайшую к дивану, на котором он спал (скорее, пытался спать), полку, как Ло понял: он слишком рано поверил в себя. Прежде, чем установить хоть какое-то самостоятельное равновесие без цепляния за посторонние предметы, он упал тринадцать раз.       Зато на четырнадцатый Лололошка смог, хоть и на дрожащих ногах, пусть и на грани страха за очередное падение, но смог пройти эти два жалких метра и наконец положить украшение на желанное место. Пусть победа маленькая, может, даже незначительная, но она была — и это самое главное для внутренне ликующего Лололошки.       Решив не прохлаждаться и, так сказать, закрепить свой результат, Ло стал аккуратно наворачивать круги сначала по комнате, а затем, когда однообразие наскучило, задействовал и оставшиеся помещения — в общем, почувствовал себя прям в ударе.       — Вот Рисса будет мной гордиться, — хихикнул Лололошка, любуясь собой в найденное зеркало. Как удобно! До этого он мог рассматривать своё отражение разве что в воде или случайных стекляшках, а так можно разглядеть каждую детальку. Разве не прелесть? Ло поправил несколько жемчужин, до сих пор красующихся в его волосах (и невольно вспомнив вопрос от Сайриссы о том, как они вообще там держатся), и уже более-менее уверенно пошлёпал обратно к себе на диванчик, чувствуя сильную усталость. Может, хотя бы после такой активной прогулки по квартире у него получится нормально поспать?       Всё же ноги — это не сказать, что неприятно или некомфортно, но, однозначно, сложно.