Ничего не осталось

Хакс не может не отметить - Рен действительно старается. Старается прислушиваться к его советам, когда речь идет о делах Первого Порядка. Старается не причинять боли, когда они в постели. Старается заботиться в своей ультимативной манере. Старается быть внимательным. Старается быть терпеливым. Старается заслужить похвалу и одобрение. Больше не срывается в неизвестном направлении, не обсудив с Хаксом. Больше не врывается в его апартаменты без приглашения. Больше не пытается унизить. Может даже показаться, что у них нормальные отношения. Они вместе ужинают раз в несколько дней. Примерно столько же вместе спят. Рен теперь всегда спрашивает, можно ли. И начинает с того, чтобы добиться от Хакса возбуждения. Может показаться, что Хакс не против. Он старательно делает вид, что его всё устраивает. Он почти перестает вздрагивать при первых прикосновениях. Почти не дрожит, когда Рен укладывает его на спину. Почти не напрягается, когда оказывается вжат в постель. Благодаря стараниям Рена, Хакс получает от происходящего хотя бы физическое удовольствие. И даже допускает мысль, что может к этому привыкнуть. Так же, как привыкает к следующим за ним по пятам телохранителям, к тому, что когда Кайло не рядом - кто-то из его рыцарей всегда в пяти шагах от Хакса, или сразу за дверью. Привыкает к слухам. К понимающим взглядам тех, кто на самом деле не понимает ничего. Хакс ненавидит это. Хакс боится, что они узнают правду. Отвратительно, что шепчутся - они с Кайло любовники. Бросает в липкий ужас от мысли, что кто-нибудь догадается - Хакс всего лишь игрушка Рена. Он старается забыть об этом сам. Как Рен - старается, чтобы их отношения выглядели нормальными. В этом нет ничего нормального. Хакс всё ещё его боится. Хакс всё ещё чувствует себя в безопасности, только когда Рена нет на корабле. Хакс всё ещё чувствует дурноту, когда понимает, что Рен собирается снова заняться с ним сексом. Каждый раз. Всегда. Может это уже не те ужас и отвращение, которые были раньше. Все-таки Кайло действительно научился делать процесс приятным для Хакса тоже. Но Хакс никогда не ждет этого с предвкушением. Никогда не чувствует желания близости. Не испытывает тяги прикоснуться к Рену. Не жаждет его касаний. Разве что - когда Рену удается достаточно его завести, чтобы Хакс перестал думать. Но это скорее желание разрядки, чем что-то другое. Он научился это скрывать. Успешно, как ему кажется. Не думать об этом. Он почти научился не думать об этом за пределами их встреч. Но в этом нет ничего нормального. И это не могло продолжаться хоть сколько нибудь долго в таком иллюзорном равновесии. Следовало предполагать, что Рену окажется мало. - Что я делаю не так? - вопрос звучит раздраженно, и в мозгу Хакса загорается сигнал тревоги. Он мгновенно напрягается, прилагая усилия, чтобы не сжаться в комок, не попытаться закрыться от Рена руками. Это выглядело бы нелепо. Хакс лежит под ним обнаженный, раскинувшись по постели, пока Рен нависает на вытянутых руках, оторвавшись от выцеловывания хаксовых ключиц. Ничего угрожающего, ничего опасного, но Хаксу становится _страшно_. Он с трудом заставляет себя открыть глаза и встретить нахмуренный недовольный взгляд. Лихорадочно пытается сообразить, что не так сделал он сам. Чем выдал свою неприязнь. Может, не вовремя дернулся, неосознанно пытаясь уйти от прикосновений? Может, допустил мысль о том, что ненавидит и Рена, и всё, что сейчас происходит? Рен отталкивается от постели, садится на пятки и выглядит всё более мрачным, будто получил подтверждение своим подозрениям, и Хакс осознает, что не ответил на его вопрос. - Кайло, всё хорошо... - он тоже садится, тянет к нему руки, торопится исправить свою оплошность, пусть и пока не понимает, где именно ошибся. - Почему ты решил, что что-то делаешь не так? - Хакс пытается обнять, прильнуть, но Рен грубо отпихивает его от себя. - Хватит, прекрати, я знаю, что всё это ложь! - он резко поднимается, и Хакс всё-таки сжимается в испуганный комок, ожидая, что его снова, как раньше, швырнут - об стену, на пол, не важно, и попытаются задушить. Сильные пальцы сжимают его запястья почти до хруста, когда Рен убирает его руки прочь от лица. - Ты всё ещё меня боишься, Хакс? После всего, что я для тебя сделал? Разве я не был с тобой терпеливым и ласковым? Разве я не старался доставить тебе удовольствие? Разве я о тебе не заботился всё это время? - с каждым вопросом, Рен встряхивает его, как тряпичную куклу, и Хакс жмурится. Ужас не дает ему произнести ни слова. Кошмар возвращается. - Я же так старался, чтобы тебе было хорошо со мной. И всё ради чего? Чтобы ты продолжал лежать бревном каждый раз? Я недостаточно хорош для тебя? Недостаточно стараюсь? В голове мечутся правдивые ответы - "этого никогда не будет достаточно, потому что я этого не хочу" - "просто оставь меня в покое" - "я тебя ненавижу" - "я себя ненавижу" - "просто убей меня, и покончим с этим". Последнее вырывается вслух. Рен замирает и, кажется, перестает дышать. Хакс, пользуясь возможностью, пытается освободить руки, но хватка на запястьях не ослабевает. Он рискует открыть глаза и посмотреть на Рена. И видит искаженное болью лицо. Так близко, что хочется отшатнуться. - Кайло. Пожалуйста. Отпусти, - Хакс пытается успокоиться сам. - Пожалуйста. Отпусти и поговорим... - Я приставил к тебе охрану. Старался тебя защитить. Как ты можешь? - Рен сглатывает, его голос становится тихим, будто у него перехватило горло. - Как ты можешь просить убить тебя? После того, как я признался тебе, что боюсь тебя потерять? Что ты мне нужен? За что ты так сильно меня ненавидишь? Хаксу приходится прикусить щеку, чтобы удержать внутри ехидное: "Есть за что". Он не хочет умирать. Никто на самом деле не хочет умирать. Но и боли и мучений он не хочет тоже. - Прекрати истерику, Рен, - Хакс морщится, снова пытаясь высвободить свои запястья из его хватки. - Ты делаешь мне больно. И удивляешься, что я тебя боюсь? - До этого момента я этого избегал, - Кайло всё-таки отпускает его руки, отступает на шаг дальше от постели и выглядит нелепо-потерянным. Хакс опускается обратно на его постель и отползает к стене, натянув на себя одеяло и рассматривая отчетливые следы на запястьях. Будут синяки. Хорошо, что под формой не должно быть видно. А он ведь почти привык, что Рен больше его не травмирует. - Хакс? Приходится сделать несколько глубоких и медленных вдохов и выдохов прежде, чем он может себя заставить снова посмотреть на Рена, неуверенно мнущегося у кровати. Его перемены настроения не добавляют Хаксу спокойствия. В любой момент можно ожидать нового скачка, к ярости ли, к нежности? Непредсказуемо. - Чего ты от меня ещё хочешь? - больше всего самому Хаксу сейчас хочется просто одеться и уйти к себе. Но ведь Рен просто так не отпустит. Приходится взять себя в руки - и выяснять, что переклинило в голове Кайло на этот раз. - Я пришел к тебе, я лег в твою постель, я позволяю тебе делать со мной всё, что только захочешь. Чем ты недоволен, Рен? - Тем, что ты... ты...- он снова сглатывает и отворачивается. - Как будто ты просто меня терпишь. Как будто, если я перестану тебя звать - ты больше не придешь. Как будто ты все время только и ждешь, чтобы всё закончилось. Скажи мне правду. Тебе со мной плохо? - Всё так, - Хакс кивает. - Я терплю. И я жду и надеюсь, что тебе всё это надоест и ты перестанешь меня звать. Я буду рад, если это всё закончится. - Тогда зачем ты каждый раз под меня ложишься, если тебе это так отвратительно? Зачем врешь, что было хорошо? - разгневанный Рен, сжимающий кулаки, даже полностью обнаженным умудряется выглядеть опасно и угрожающе. Если не смотреть на лицо, на заблестевшую в уголках глаз влагу, на боль и обиду. Он когда-нибудь повзрослеет? - Потому что ты не оставляешь мне выбора? - Хакс обнимает себя руками, пытаясь унять дрожь. - Я обещал, что больше не стану принуждать. - Просто скажи, чего тебе не хватает. Я постараюсь исправиться, - Хакс устало закрывает глаза. - Искренности. Взаимности. Ощущения, что я тебе тоже нужен, - Рен садится на край кровати, к Хаксу спиной. - Как ты это исправишь, если на самом деле ничего этого нет? - Я с самого начала предупреждал, что... не заинтересован, - Хакс вздыхает. Есть ли надежда, что до Рена наконец-то дойдет, и он его отпустит? И будет ли это означать, что и к его советам Рен, как Верховный Лидер, прислушиваться перестанет? Не начал бы действовать вопреки, но сейчас это кажется не самым страшным из возможных сценариев. Куда больше Хакса пугают два варианта: Рен все-таки покопается у него в мозгах и заставит думать, что Хакс хочет этих отношений, или Рен перестанет пытаться получить взаимность, и снова начнет трахать его, не заботясь о том, чтобы Хакс при этом не был травмирован. Все-таки иллюзия нормальных отношений, без вмешательства в его разум, самого Хакса устраивала куда больше. - Что мне еще сделать, чтобы ты заинтересовался? Я недостаточно стараюсь? Плохо отсасываю? Ты подо мной кончаешь - каждый раз, я за этим слежу. Ты говоришь, что тебе было хорошо со мной. Этого мало? Почему я не могу быть нужным? Я стараюсь быть для тебя хорошим. Разве я не стараюсь?! Хаксу нечего ответить, кроме уже озвученного. Да, Кайло старается. Нет, этого не достаточно. Со вздохом, Хакс подбирается ближе, чтобы не разговаривать со спиной Рена, а все-таки видеть его лицо. По лицу текут слезы, крупные, скользят по щекам и собираются под подбородком, капают на руки. Это зрелище пугает больше, чем недавняя вспышка гнева. - Расскажи мне, - просит Хакс неожиданно для себя. - Почему для тебя это так важно? Ты хотел от меня секса, ты его получаешь. И да, ты действительно научился делать всё так, чтобы в процессе мне с тобой тоже было хорошо. Это не ложь. И, Кайло, я ведь тоже стараюсь - уделить тебе внимание, выслушать, приласкать. Я вижу, когда ты стараешься и ждешь за это от меня похвалы - и я хвалю тебя: я замечаю, когда ты ведешь себя не как истеричный подросток, когда ты думаешь о последствиях, прежде чем ринуться действовать, я каждый раз после тебя хвалю. И сейчас ты говоришь, что стараешья быть для меня хорошим. Почему тебе это важно? Ты знаешь, что я никуда от тебя не денусь. Я - твой. Почему тебе этого мало? Почему тебе важно, чтобы ты был мне нужен? - Что ты хочешь услышать? Что это потому, что я был не нужен даже собственным родителям? - голос Рена звучит надломленно. - Матери, которая была слишком полгощена политикой и игрой в новую республику, отцу, который был слишком поглощен приключениями, в которые не вписывался ребенок, и кажется, оба были только счастливы скинуть меня дяде в его джедайскую школу? Но и там я оказался настолько не к месту, что дядя попытался меня убить. Не думаю, что дело в этом. Ты бы тоже с радостью меня убил. Ты жалеешь, что не успел этого сделать, пока я был уязвим. - Кайло, я не... - Закончим на этом, - Рен торопливо вытирает лицо ладонями и поднимается. Силой притягивает с пола свою одежду. Под недоумевающим взглядом Хакса, одевается, не глядя на него. - Можете не переживать, я не стану рушить всё, чего мы с вами достигли за период нашего... сотрудничества. Можете идти. Свои же покои Рен покидает первым, оставляя Хакса в постели и в недоумении. Кайло только что его бросил? После того, как говорил, что Хакс ему нужен и что он боится его потерять? После того, как Хакс снова подтвердил, что никуда не денется, что принадлежит Рену? Очередная истерика и инфантильные необдуманные поступки - так думает Хакс, пока одевается, чтобы уйти к себе. Он ожидает, что Рен снова его позовет. Или придет сам. Но ничего из этого не происходит. Внешне всё выглядит так, будто ничего не изменилось. Верховный Лидер продолжает прислушиваться к генералу Хаксу. За Хаксом продолжают таскаться телохранители. Он продолжает получать уведомления о планируемых отлучках Верховного Лидера и предполагаемых сроках отсутствия. Но больше никаких личных встреч. Никаких совместных ужинов. И ничего того, что обычно было после. Неужели Рен всё же осознал, что не сможет получить желаемого, и потерял интерес? Переключился на кого-то другого? Внутренняя разведка не находит этому подтверждений. Снова пытается переманить на их сторону мусорщицу? Едва ли у него выйдет, но уж лучше пусть развлекается этим. Может, просто успокоился и, как и Хакс, сосредоточил свое внимание на более важных вещах, чем межличностные отношения, а напряжение и стресс теперь разряжает иначе? Судя по сводкам о поломках на корабле, к методу "психануть и разнести всё в радиусе досягаемости светового меча" Рен не вернулся тоже. Если неуравновешанный форсъюзер копит всё в себе, Хакс не хотел бы оказаться рядом, когда его прорвет. Впрочем, возможно, во время своих отлучек с корабля Рен разносит что-то, за что потом Хакс ему не выскажет... не высказал бы, если бы их встречи продолжались. Чувствует ли Хакс себя не нужным и покинутым? Определенно, нет. И глупо было бы скучать по хорошему, но нежеланному сексу с человеком, чьи перепады настроения вгоняли в ужас. И его ценность вовсе не в том, чтобы быть подстилкой Верховного Лидера. Однако, где-то внутри скребет неуютное - Рен о нем заботился. Переживал о его безопасности. Нуждался в нем. Всё исчезло так же внезапно, как началось? Перегорело? Или изначально дело было вовсе не в Хаксе? Вероятно, да.