Злой Сайтама в мире МГА

Вернувшись в лагерь, Айзава направился прямиком к штабной палатке, где под присмотром Очко и Пикси-Боб лежал бесчувственный Саске. Его раны были обработаны, но лицо оставалось бледным, а дыхание — поверхностным. — Всем оставаться на позициях, — отдал он короткий приказ, его взгляд был прикован к раненому. — Я займусь допросом, как только он придёт в себя. — Погоди, Айзава, — тяжёлая рука Кана легла ему на плечо. — Ты не можешь просто так его допрашивать. Айзава медленно повернул голову, его глаза сузились. —Он представляет угрозу. Он знает что-то о тех, кто на него напал. У нас нет времени на церемонии. — Именно поэтому мы должны действовать по правилам, — вмешалась Мандолина, её голос был твёрдым. — Он не просто подозреваемый. Он жертва нападения, и его состояние критическое. Ты учитель, Эraser Head, а не следователь. Нам нужно вызвать героев и полицию. Пусть ими занимаются Цукаути и профильные специалисты. — И пока они будут ехать, те, кто был в лесу, могут вернуться с подкреплением, — парировал Айзава, но в его тоне уже не было прежней уверенности. Он ненавидел бюрократию, но не мог игнорировать логику. — Риск есть, — согласился Кан. — Но больший риск — это нарушить протокол и своими действиями испортить возможное расследование. Мы уже оказались в эпицентре чего-то серьёзного. Нам нужно официальное подкрепление и легитимность. Айзава сжал кулаки. Каждая клетка его тела кричала, что нужно действовать сейчас, выжать из этого человека информацию, пока он слаб и дезориентирован. Но годы опыта подсказывали ему, что его коллеги правы. Они были учителями, ответственными за детей, а не отрядом спецназа. Он тяжело вздохнул, смиряясь с неизбежным. —Хорошо. — Он достал свой геройский коммуникатор. — Но вызываем не просто полицию. Вызываем Цукаути и команду героев, готовых к бою. И говорим им, что у нас тут гнездо шершней, и одно из них, полумёртвое, у нас в руках. Он отправил вызов, его голос был краток и полон мрачной иронии. Положив трубку, он снова посмотрел на Саске. — Ладно, загадочный незнакомец, — тихо прошептал он. — У тебя есть немного времени, чтобы прийти в себя. Потом с тобой поговорят по-настоящему серьёзные люди. Он вышел из палатки, чтобы лично проинспектировать укрепления. Ожидание было не его стихией, но сейчас от него зависела безопасность его учеников. А ночь, казалось, только удлинялась. *** Вызов, поступивший от Айзавы, заставил детектива Цукаути моментально отбросить всю усталость. Он слушал сжатый, но ёмкий отчёт, его лицо становилось всё мрачнее. «Понял, Эraser Head. Держите оборону. Мы выезжаем. Код «Красный призрак» подтверждён.» Положив трубку, он немедленно начал действовать. Его пальцы быстро набрали номер в Ассоциации Героев. — Мне нужна боевая группа на координаты лагеря UA. Немедленно. Ситуация: враждебная группа неизвестных, вооружённое столкновение, один труп на месте, один тяжелораненый беглец в плену у учителей. Дежурный оператор на другом конце провода попытался возразить: —Детектив, но на месте уже находятся Сотриголова, Влад Кинг и «Дикие дикие кошки». Они более чем способны... — Я знаю, на что они способны! — резко перебил его Цукаути. — Но мы имеем дело не с обычными злодеями. Группа, которая напала на этого беглеца, действовала дерзко и профессионально. Они ушли, но могут вернуться с подкреплением. И наш «беглец»... — он сделал паузу, — ...по описанию Айзавы, он в одиночку убил одного из нападавших, будучи при смерти. Мне нужен кто-то, кто сможет гарантированно контролировать ситуацию, если всё пойдёт к чертям. Мне нужен кто-то из сильнейших. Свяжитесь со Старателем. Скажите ему, что это приоритет «Омега». Цукаути не сомневался в силах Айзавы и его команды. Он сомневался в масштабе угрозы, с которой они столкнулись. Сила беглеца, наличие организованной враждебной группы, труп с неизвестной причудой — всё это пахло не мелкой стычкой, а началом чего-то гораздо более масштабного. И в такой ситуации он предпочитал перестраховаться, задействовав героя, чья сила и надёжность не вызывали сомнений даже у него, вечного скептика. Повесив трубку, он схватил плащ и пистолет. Его машина уже мчалась по ночным улицам Мусацуфу по направлению к лесу. В голове у него крутилась одна мысль: «Что за ад мы все раскопали в этом лесу?» *** Внутри укреплённого земляными стенами барака царила нервная, гнетущая атмосфера. Ученики класса 1-A не спали. Они сгрудились у окон, пытаясь разглядеть что-то в ночной тьме, или сидели на своих койках, обмениваясь тревожными шёпотами. — Вы слышали сигнализацию? — тихо спросила Урарака, обнимая себя за плечи. — И крик Очко-сан... — Кого-то принесли, — так же тихо ответил Изуку, его брови были сведены в глубокой задумчивости. — Я видел, как Айзава-сэнсэй и Кан-сэнсэй понесли кого-то в палатку. Он был весь в крови. — Может, это тот самый сбежавший пациент, о котором по радио говорили? — предположил Киришима. — Тот, что круто дерётся? Слух о «опасном беглеце» уже успел просочиться сквозь строгие запреты учителей. Охрана, полицейские переговоры — информация, как всегда, нашла лазейку. — Но почему он здесь? — Йаоёрозу смотрела на запертую дверь с беспокойством. — И почему учителя такие напряжённые? Как будто ждут нападения. — Нападения? — пискнул Минэта, забиваясь в самый угол. — Нас хотят атаковать? Опять?! — Спокойно, Минэта, — буркнул Бакуго, но и он не сводил взгляда с окна, его пальцы непроизвольно подрагивали, готовые в любой момент высечь искру. — Если кто-то сунется, мы им устроим такой приём... — Кацуки-кун, — Изуку повернулся к нему, его лицо было серьёзным. — Тот человек... если это он, то он смог сбежать из больницы и нейтрализовать охрану, будучи тяжело раненым. А сейчас его ещё и кто-то атаковал в лесу... Это значит, что где-то рядом есть те, кто сильнее его. Или, по крайней мере, не боятся его. Эта мысль заставила всех замолчать. Они были сильны, они тренировались, но мысль о столкновении с неизвестными противниками, которые не боялись сражаться с кем-то настолько опасным, леденила кровь. Изуку сжал кулаки. Он чувствовал ту же тревогу, что и все. Но сквозь неё пробивалось и другое чувство — жгучее любопытство. Кто этот человек? Почему его преследуют? И что всё это значит для их лагеря, для их обучения, для их будущего как героев? Он посмотрел на запертую дверь, за которой решалась чужая, но, возможно, тесно переплетённая с их собственной, судьба. И впервые за эти два дня изматывающих тренировок он понял, что настоящие испытания, возможно, только начинаются. *** Тихий разговор в углу барака привлёк внимание Бакуго. Изуку, Тэнья и Урарака обсуждали происходящее с мрачной серьёзностью. — ...значит, ситуация действительно серьёзная, если учителя вызвали подкрепление, — заключал Ида, поправляя очки. — Наш долг — соблюдать инструкции и не мешать. — Но интересно же, — тихо сказала Урарака. — Кто он? Почему все его так ищут? — Я... я думаю, нам не стоит лезть, — проговорил Изуку, хотя по его лицу было видно, что сам он горит от любопытства. — Айзава-сэнсэй сказал оставаться внутри. И если этот человек действительно так опасен... — Опасен? — раздался резкий голос. К ним подошёл Бакуго, его руки были засунуты в карманы, а на лице играла привычная презрительная ухмылка. — Вы тут про какого-то сбежавшего калеку шепчетесь? Того, которого герои по всему лесу ищут? — Бакуго-кун, — начал Ида, — это не наше дело... — А по-моему, как раз наше! — Бакуго фыркнул. — Если этот тип такой крутой боец, то я бы не прочь на него взглянуть. Помериться силой. Узнать, чего он стоит. — Это безрассудно! — Тэнья резко поднял руку в отчётливом жесте. — Мы — ученики на тренировке, а не участники спецоперации! Учителя взяли ситуацию под контроль, и наша задача — довериться их профессионализму! Самовольные действия могут поставить под угрозу не только нас, но и их! — Ты что, испугался, Очкарик? — язвительно спросил Бакуго. — Это не страх, а здравый смысл! — парировал Ида, его голос стал громче и строже. — Предположим, ты прорвёшься к нему. Что дальше? Спровоцируешь конфликт? Помешаешь допросу? Или, что хуже всего, получишь травму прямо перед решающими этапами тренировок? Такое поведение недостойно будущего героя! Бакуго скрипел зубами, но не находил, что возразить. Логика Иды, как всегда, была неоспоримой, хоть и раздражающе правильной. — Тьфу! — в итоге выплюнул он. — Ладно, сидите тут, как мышата в норке. — Он развернулся и отошёл к окну, продолжая мрачно смотреть в темноту. Изуку с облегчением вздохнул. Хотя ему и самому дико хотелось узнать больше, он понимал, что Ида прав. Сейчас их сила заключалась не в проявлении героизма, а в дисциплине и послушании. Их время для действий ещё не пришло. Но, глядя на напряжённые спины учителей у штабной палатки, он чувствовал, что это время может наступить гораздо раньше, чем они все ожидали.