На маленькой планете

Вот доказательства, что Маленький принц на самом деле существовал: он был очень, очень славный, он смеялся, и ему хотелось иметь барашка. А кто хочет барашка, тот, безусловно, существует.

© Антуан де Сент-Экзюпери «Маленький принц»

      Луна, может, и помогла бы ему, но Драко тут же передумал, осознав, что только что сказал — кузина была странной, но она была девушкой из высшего общества, а он — джентльменом, и даже если вокруг была пустыня, он не мог позволить ей копаться в песке. Бабушка доверила ему Луну не для того, чтобы она таскала тяжести и пачкала руки.       — Забудь, — буркнул Драко, отводя взгляд. — Просто стой там. Или посиди.       — Тебе одному будет трудно, — заметила Луна.       — Ты все равно будешь только мешать, — огрызнулся он, опускаясь на колени перед заваленной дверцей. Луна снова была права, делать все в одиночку было неэффективно, глупо и отнимало драгоценные силы, но это было правильно.       Луна молча смотрела, как песок летит у Драко из-под пальцев, обсыпая брюки и сапоги. У нее было хорошее воображение, но представить его в пустыне она бы не смогла — хотя бы потому, что это было одно из самых невероятных для него мест. Всегда такой безупречный, с уложенными волосами и даже маникюром… а сейчас золотистые пряди слиплись от пота и беспорядочно падали на лоб, ногти сломались, а на костяшках появлялись ссадины.       Может, он зря пытался открыть дверцу. Может, это не помогло бы. Если их никто не найдет, вода закончится и они просто умрут. Луна попыталась отогнать от себя эти мысли — у них были шансы. Их могли найти, например, бедуины… уже лучше, чем ничего.       И это не ее вина. Она не просила бабушку финансировать экспедицию и назначать Драко ей в спутники, и тем более не могла знать, что хамсин станет бурей. Никто не виноват, просто стечение обстоятельств.       Наконец Драко закончил расчищать последние сантиметры у дверной щели, встал на колено, вцепился пальцами в край стального листа и потянул. Раздался резкий скрежет. Дверца отскочила, и он замер, вглядываясь внутрь, а потом исчез в темноте. Сначала снаружи появились канистры с водой. Потом Драко сбросил прямо Луне под ноги тюк с зеленым брезентом и алюминиевыми стойками, и пихнул ей в руки аптечку вместе с полевым дневником, немного помятым, но целым.       — Спасибо, — удивленно сказала она.       — Напиши там, каким я был героем, — невесело хмыкнул он. — Палатку поставлю там.       — Сам?       — Я же сказал, ты будешь мешать.       Сумерки в пустыне наступали быстро. Солнце коснулось горизонта, вспыхнуло ярким закатом, полыхнув на песке медью, но всего через несколько минут небо на востоке потемнело и его усеяла россыпь звезд. Млечный Путь нависал над головами хрустальным сводом. Вместо зноя пришел ледяной пронизывающий холод.       Драко, уже расчистив небольшую площадку, с яростной сосредоточенностью читал инструкцию по сборке палатки.       — Тебе нужно отдохнуть, — сказала Луна.       — Прекрасная идея, — огрызнулся он, встряхивая брезент. — Если замерзнем насмерть, оба чудесно отдохнем. Не мешай.       Луна не стала настаивать, обняв себя за плечи и внимательно наблюдая за его борьбой с алюминиевыми стойками и непослушным полотнищем.       — Ты держишь стойку не той стороной, — сказала она. — Нужно резьбой вверх.       Драко замер, сжав в руках металлическую трубку, и перевернул деталь.       Когда он возился с растяжками, Луна снова заметила:       — Здесь рыхлый грунт, так что колышек нужно вбивать под углом и глубже.       Он послушался и это сработало. Наконец палатка была установлена: с одной стороны ее купол провисал сильнее, растяжки стояли не идеально, но ветер не мог сорвать полотнище. Убедившись, что конструкция не развалится, Драко тяжело опустился на песок, привалившись спиной к холодному брезенту, и запрокинул голову вверх, закрывая глаза. Сил не осталось даже на мысли.       — Тебе плохо? — неуверенно спросила Луна.       — Замечательно. Только шампанского со льдом не хватает, чтобы отметить наше прибытие на этот восхитительный курорт, — привычно съязвил Драко, но звучало это не ядовито, а как-то почти безжизненно.       — В аптечке есть нашатырь, — Луна склонила голову набок. — И надо зайти в палатку. Скоро будет еще холоднее.       Холоднее… Действительно. С тихим стоном он поднялся, зашел внутрь и рухнул на пол, прислонившись спиной к самой дальней стенке. Луна забралась в палатку следом, вынула из рюкзака небольшую керосиновую лампу, чиркнула спичкой, и внутри стеклянного плафона вспыхнул свет.       — Зачем ты тратишь керосин? — недовольно скривился Драко. — Утром пиши свои наблюдения.       — Утром у тебя может начаться заражение крови.       — С чего бы? — фыркнул он.       — Твои руки.       Драко посмотрел на руки — пальцы были в ссадинах, под ногти забился песок, темный от запекшейся крови. Вдруг он понял, что это еще и больно — боль была тупой и навязчивой, а когда он сжал кулак — стала жгучей.       — Вот видишь, — сказала Луна, вынимая из рюкзака алюминиевую миску. Открыв аптечку, достала оттуда пузырек с йодом, пакетик кристаллов марганцовки и чистый бинт. Драко наблюдал, как она наливает в миску воду из своей фляги (очередная лишняя трата) и растворяет в ней марганцовку так, что вода становится бледно-розовой. Сев рядом, Луна уверенно взяла его запястье и погрузила пальцы в прохладный раствор.       — Что ты делаешь? — вырвалось у него.       — Обеззараживаю. В песке много микроорганизмов, — объяснила Луна. — Если не очистить раны, может развиться воспаление, потом нагноение, а потом сепсис или газовая гангрена.       Драко побледнел — она снова была права. Умирать от гангрены в его планы не входило.       — Я же сам мог, — все же попробовал возражать он.       — Мне интересно проверить теорию о первичной обработке ран концентрированным антисептиком, — проговорила Луна. Драко моргнул — ну да, какая же еще может быть у нее мотивация? Это не Булстроуд и не Паркинсон, которые картинно причитали при виде малейшей чужой занозы, думая, что мужчинам такое нравится. Луне действительно в первую очередь было интересно. Все на свете. Поэтому они здесь и оказались.       — И как? — спросил он.       — Хм, получается, — на этот раз обошлось без лекции. — Теперь йод. Это будет больно, — предупредила Луна, взяв пузырек, — но так и должно быть.       Будто он не знал, что такое йод. Драко молча закатил глаза. Ссадины защипало, но он, конечно, терпел, и со второй рукой тоже — и даже не заметил, когда заснул.

***

      Солнце не спеша поднималось, и длинные тени от дюн тянулись синими шлейфами. В безветренной тишине было слышно, как где-то с шуршанием пробегает ящерица. Песок переливался охристым золотом и становился теплым. В бледном небе на востоке догорал розовый рассвет.       Луна осмотрелась вокруг — она вышла из палатки, как только проснулась. Драко еще спал; она не стала его будить, лишь накрыв своим свитером, и сама заснула, устроившись в стороне на сложенной под головой куртке. Даже если было нужно дежурить, у нее не оставалось сил.       Сейчас уже было определенно лучше.       Луна отвинтила крышку своей фляги, смочила уголок платка, протерла им губы и лицо, а потом сделала один маленький глоток — больше было нельзя. Пока запас воды казался достаточным, но если не экономить, он закончился бы очень быстро. Было немного жутко понимать, что они с Драко здесь одни, в пустыне, где на тысячи миль вокруг нет никакого жилья, и все же Луна до сих пор не боялась — и потому, что понимала, что этим сделает только хуже, и просто… не получалось испугаться. Наоборот, было любопытно, что из всего этого получится.       Вдруг она услышала чей-то голос:       — Пожалуйста, нарисуй мне барашка!       Голос был тоненький и детский. Явно не принадлежащий Драко — тот не стал бы так шутить здесь и сейчас. Но тогда…       — Нарисуй мне барашка, — повторил голос.       Луна повернулась и замерла — перед ней стоял ребенок. Золотоволосый мальчик лет шести. Или пяти. Или семи. Точно слишком взрослый для трех и слишком маленький для десяти. В одежде, как у сказочных принцев — у него была даже крошечная шпага на бедре. Только короны не хватало. При этом он не выглядел ни уставшим, ни напуганным, ни умирающим от голода и жажды.       — Что ты здесь делаешь? — изумленно спросила Луна.       — Пожалуйста, нарисуй мне барашка, — в третий раз терпеливо повторил он.       Раз он так просит… Луна вынула из кармана листок бумаги и вечное перо и быстро набросала барашка. Маленький принц придирчиво изучил рисунок.       — Красивый, — наконец сказал он. — У него такая мягкая шерстка. Как ты думаешь, ему нужно много травы?       Луна мысленно прикинула: если взрослый баран употреблял от четырех до шести килограммов зеленого корма в сутки, то…       — Думаю, килограмм травы в день, — сказала она.       — Так много, — погрустнел мальчик. — У меня дома очень мало травы.       Луна хотела спросить, где это — у него дома, но не успела открыть рот, как прозвучал перепуганный голос Драко:       — Луна! Ты где?       Он выскочил из палатки, чуть не споткнувшись о какой-то камень, увидел ее и тут же попытался сделать вид, что все в порядке. У него не получилось, но Луна оценила попытку.       — Нельзя же так исчезать, — проворчал Драко. — Я проснулся, а тебя нет. Я же за тебя отвечаю!       — Я просто вышла проветриться, — мягко сказала Луна, и хотела показать Драко мальчика, но того рядом уже не было, и на песке, где он только что стоял, не осталось ни единого следа.       Показалось?..       — Проветриться, — с плохо скрываемым раздражением проворчал Драко. — В пустыне. Ладно, раз мы оба проснулись, нужно провести инвентаризацию. Нужно точно знать, сколько у нас воды, еды и что еще уцелело из снаряжения. Идем, будешь записывать.       Всего канистр с водой было три. Та, что была в салоне, осталась целой, а две другие, закрепленные на крыле, помялись и часть воды вытекла. С едой повезло больше — консервы уцелели, лишь одна банка с горошком дала течь. Этого хватило бы дней на десять, если растянуть, а воды, даже с экономией, хватило бы максимум на неделю.       Луна все это записала. Драко нервно сжал и разжал кулаки — ему нужно было что-то решить, хотя больше всего хотелось кричать, швырять в песок канистры и бить кулаками по обшивке проклятого самолета. Возможно, если бы рядом не было Луны, он бы так и делал. Хотя если бы рядом не было Луны, он бы здесь и не оказался — но все равно на нее сердиться не получалось. На себя, на пустыню, на бурю, на бабушку, на что угодно, но не на нее.       — Слушай, что мы делаем, — заговорил Драко. — Три дня будем сидеть здесь, на это воды хватит. Если за это время нас не найдут, то или ищут не там или совсем не ищут, и тогда мы пойдем.       — Куда? — спросила Луна.       — Вперед. Не знаю, куда. Но лучше так, чем просто ждать смерти… ладно, с этим понятно, а теперь давай завтракать.       Завтрак устроили под крылом самолета, прячась в его тени от солнца. Драко снова не дал Луне ничего делать, сам вскрыв консервным ножом банку тушенки. Даже галету разломил сам, отдав ей половину. Тушенку тоже делили напополам, по очереди черпая из банки ложкой.       — Смотри, — вдруг указала Луна на песок. — Шипохвост.       Драко посмотрел, как мимо них, тяжело переваливаясь на коротких лапах, пробежала массивная ящерица с коротким хвостом, покрытым шипами.       — Очаровательно, — кисло сказал он, а потом осознал. — Луна, здесь есть змеи? Скорпионы? Любые другие ядовитые твари? — в том, что она это знает, у Драко не возникало ни единого сомнения.       — Да, — Луна откусила кусочек галеты. — Рогатая гадюка, песчаная эфа и пустынная кобра, а еще желтый скорпион и африканский толстохвостый скорпион. У рогатой гадюки, как понятно из названия, есть рожки, хотя не всегда, но чаще всего. Она песочного цвета и прячется в песке, так что ее сложно заметить. Песчаная эфа издает характерный шелестящий звук при движении, и она очень агрессивная. Пустынная кобра темная, поэтому более заметна, и встречается реже, но ее яд опаснее. Как выглядят скорпионы, ты знаешь.       Драко передернуло.       — Отличная компания.       — Просто нужно смотреть под ноги и не засовывать руки в расщелины и под камни, — Луна пожала плечами, — а если видишь змею, нельзя ее ловить или пытаться убить. Чаще всего они кусают, если люди их провоцируют. Со скорпионами примерно так же, но еще надо встряхивать все вещи вроде куртки, прежде чем надеть, и плотно закрывать палатку днем. И нельзя ходить босиком, особенно в сумерках и ночью.       Драко откинулся спиной на прогретый солнцем металл фюзеляжа.       — А если все-таки укусят?       — У нас нет противоядия, — просто сказала Луна. — Так что…       — Еще один вариант мучительной смерти, — подытожил он. — Ошеломляющие перспективы.       — Зато у нас есть морфин.       — Восхитительно… Хорошо, — Драко провел ладонью по лицу и снова заговорил деловито. — Сейчас выпьем по два глотка воды, и я пойду осматривать самолет, а ты пиши свой дневник, рисуй ящериц, в общем, ты знаешь.

***

      Сидя в тени с полевым дневником, Луна наблюдала, как Драко копается в останках самолета — проверяет заклепки на обшивке, заглядывает в отсек шасси, откидывает помятый люк, зажигает спичку, чтобы заглянуть в темную кабину. Шлем и очки он давно потерял, в кожаном реглане было жарко и Драко его сбросил, оставшись в одной рубашке.       Луна поймала себя на том, что начала рисовать его спину, но не заштриховала начатые линии — просто стала писать поверх.       — Что это за штука?       Знакомый голос раздался за правым плечом. Маленький принц обошел Луну, сев на песок рядом с ней. Под «штукой» имелся в виду самолет, на который он указал рукой.       — Это биплан, — сказала Луна. — Он летает.       — Ты умеешь летать? — изумился мальчик.       — Мой кузен умеет, — смутилась Луна и зачем-то добавила, — Троюродный. Это очень далекое родство.       — То есть, вы упали с неба? — Маленький принц восхищенно моргнул.       — Ну… да. Упали.       Мальчик звонко рассмеялся, но не с издевкой, а радостно.       — Значит, и вы с неба! А с какой вы планеты?       Луна думала, что ее ничего никогда не сможет удивить — вызвать интерес, но не удивить, и все же чуть не приоткрыла рот от изумления.       — С планеты Земля, — сказала она по привычке отвечать на все заданные вопросы. — Погоди, а ты что, с другой?       — Да, — он мечтательно улыбнулся. — Это очень маленькая планета. Размером с небольшой дом.       — Но тебе же там одиноко? — Луна попробовала представить себе такую маленькую планету. Совсем маленькую посреди космоса. Это было немного жутко, но и… красиво.       — Нет, — улыбнулся Маленький принц. — Там растет моя Роза. И теперь там будет барашек. Да и мне не скучно, у меня много работы. С утра нужно прополоть баобабы…       — Баобабы?..       — Ну да. Вся почва моей планеты заражена ими, а если баобаб не распознать вовремя… — он покачал головой. — Тогда от него уже не избавиться. Он пронижет планету корнями насквозь, а если баобабов много, то они просто разорвут все на клочки. Если ты когда-то будешь на маленькой планете, обязательно помни про баобабы!       — Конечно, — кивнула Луна. Это уже не казалось абсурдным — ни мальчик, ни планета, ни его рассказы.       — Луна!       Драко вынырнул из-под крыла. Его лицо было перемазано в масле. На мальчика он смотрел, как на пустое место… но там и было пустое место, осознала Луна. Она отвела глаза, и Маленький принц исчез.       — Ты что-то говорила?       — Просто повторяла кое-что про себя, — сказала она, закрывая дневник.       — Ясно, — Драко вытер лоб тыльной стороной ладони, оставляя новое черное пятно. — Радио разбито вдребезги, но я кое-что нашел. Иди сюда, покажу.       Луна поднялась с песка, отряхнув брюки.       — Смотри, — Драко отодвинул помятый лист обшивки, показывая ей нишу в фюзеляже. — Аварийный маяк.       — О-о, — протянула Луна.       Драко осторожно извлек из ниши покрытую пылью коробку размером с небольшую книгу.       — Маяк должен автоматически активироваться при ударе, но, видимо, контакт отошел, — он повертел коробку в руках. — Если я смогу починить контакт или запустить его вручную, он начнет передавать сигнал бедствия. Дальность — несколько десятков миль. То есть… у нас есть шанс. Небольшой, но…       — Дальность сигнала зависит от рельефа, — проговорила Луна, задумавшись. — На ровной местности в ясную погоду его могут поймать на расстоянии до пятидесяти миль. Но если между нами и приемником песчаные гряды… А может, их и нет. Попробуй, — сказала она просто.       Он сжал коробку маяка так, что побелели костяшки пальцев.       — Луна, я тебя отсюда вытащу. Я обещаю, я тебя вытащу. Мы отсюда выберемся, слышишь?       — Да, — прошелестела она. — Конечно.