Унесенные фанфиком

      Время для Адриана замерло.       Когда он вошел в библиотеку, то не обнаружил Маринетт за читальным столиком в углу, только ее портфель, вывернутый наизнанку в поисках чего-то.       «Что она так усиленно искала в нем?» — подумал парень, как догадка пронзила его разум ледяной иглой, — «Она доставала… Р-реквизит?..»       Он нервно взглотнул, а по коже пробежал холодок страха.       Пытаясь перебороть головокружение, он направился осматривать проходы между шкафами по порядку.       Услышав какой-то неловкий металлический скрип с другой стороны рядов, он постарался подобраться как можно тише.       Заглянув внутрь секции с книжными полками, он увидел, как ближе к самому концу между шкафами пляшет лестница.       Подняв глаза, он увидел то, что заставило его сердце пропустить удар.       Вид срывающейся с лестницы Маринетт вызвал у него крайне неприятное воспоминание о падающем потолке.       Его пальцы вдавились в стенку шкафа так сильно, что дерево под ними захрустело.       Тело среагировало раньше, чем мозг успел послать сигналы мышцам.       Столь резкий шок отразился на его восприятии пространства и времени, что расстояние до предполагаемой точки приземления девушки воспринималось какой-то астрономической величиной.       «Знает ли она, что я Кот — ну и ладно. А не знает, так это будет еще и отличный подкат…» — пронеслась в его голове мысль, — «Но только так я смогу успеть до того, как она пострадает.»       Ворвавшись внутрь прохода, он со всех ног бросился наперерез его падающей… любви? Страсти?       Точный ответ он и сам дать не мог. Та игра, чье существование он себе навязал, заставляла его мысли течь в строго определенном русле, приправленном вдоль берегов бочками с радиоактивными pwp-отходами.       «Простите, Плагг, Ледибаг… Но…»       — Плагг! Когти! — выкрикнул он, уже на полпути к своей цели.       Время вновь замедлило свой ход, пока ощущение невероятной силы, выносливости, ловкости и прочих статов, кроме интеллекта, наполняло тело парня, вместе с ощущением полной неуязвимости.       Вот только он забыл, что к Словам Силы и Безумия своего древнего напарника, подсевшего на такие реликты Хаоса, как Упячка, нужно относиться предельно серьезно.       Но Адриан уже вовсю генерировал симуляцию того, что он сейчас должен сделать. Подбежать, подпрыгнуть, подхватить ее за пояс и под коленками, приземлиться на одно колено, посмотреть в ее распахнутые синие глаза, дрожащие от волнения и…       «Так, а что это большое и розовое перекрыло мне обзо-» — подумал он, прежде чем два планеты столкнулись прямо в открытом… воздухе.       БАХ.       Адриан зажмурился и почувствовал удар, словно его сбил грузовик и впечатал в здание.       Вокруг было темно, что-то давило на него и дышать было трудно. Словно этот странный, насыщенный, терпкий и очень волнующий запах душил его своей концентрацией.       Вот только открыв глаза, он увидел какой-то странный мир грез, где все вокруг было Маринетт. Розовое небо заполняло практически весь его взор, пока звездочки плясали по краям. Вместо солнца наверху была сама Маринетт — ее покрасневшее изумленное лицо с распахнутыми сапфировыми глазами.       «Так, что-то не так…» — засомневался он.       Он скосил глаза поближе и увидел прямо на кончике своего носа маленький розовый… бантик.       Во время падения Маринетт зацепилась швом на заднем кармане своих штанов за торчащий из лестницы саморез, на котором часть ее штанов решила задержаться, вопреки ее ускорению свободного падения.       И сейчас Маринетт, успешно спасенная от жесткой посадки с высоты двух метров, сидела прямиком на лице своего внезапного спасающего средства.       Будучи в порванных розовых штанах.       А между ее ног торчали белобрысая макушка без всяких признаков кошачьих ушек и не скрытые ни за какой маской дрожащие изумрудные глаза.        ===       Где-то в дальнем конце секции из-за шкафа выглядывала рыжая волнистая прядка.       Алья отправилась искать своих одноклассников по просьбе мадам Бюстье, игнорируя восторженное перешептывание с задних рядов.       Покинув класс, она услышала в тишине школьного холла щелчок двери где-то внизу. Возможно, в библиотеке.       По спине девушки пробежали мурашки.       «Что эти ходячие катастрофы решили устроить?» — пробежала в ее голове сердитая мысль, сразу же сменившись профессиональным любопытством.       И если бы не привычка всегда снимать любые подозрительные события, она бы сейчас не держала чуть пониже свой смартфон в режиме записи.       Ей не был нужен компромат на свою подругу, или еще какой опасный рычаг давления (ну, может только ради ее раскрасневшегося и паникующего лица). Просто она — журналист и ее рефлексы снимать все необычное были где-то на уровне базового функционала, вроде дыхания или сердцебиения.       Сейчас она видела развалившегося вдоль прохода Адриана Агреста ботинками вперед и спину сидящей на нем своей подруги в порванных джинсах.       И просто наблюдала за этим, глупо хихикая, стараясь не выдать себя.       — Скорая на месте. Где труп? — вдруг раздался над ее ухом совершенно пофигистический голос.       Алья вздрогнула, а ее сердце ушло в пятки.       Медсестра, прибежавшая на внезапный грохот в библиотеке, которого там никак не должно было произойти, поспешила проверить источник шума. Тем более, что ее кабинет был буквально за стеной.       — …все они были мертвы. Последний абзац стал жирной точкой в этой истории… — оглядев место происшествия, она пробурчала что-то мрачное под нос, медленно отворачиваясь от радиоактивного источника кринжа.       Что-то схватило Алью за ухо, словно клешня огромного вражеского краба, и потянуло в сторону выхода.        ===       Маринетт не могла пошевелиться. Она очень хотела сейчас вскочить и убежать, пища от смущения, но ее ноги не слушались.       Вид Адриана между ее ног внушал ей настолько парализующий трепет, что она боялась даже дышать.       Она попалась.       Он осознанно загнал ее в ловушку. В темную мрачную пещеру библиотеки, где никто не услышит твоих криков, потому что в библиотеке не шумят.       И в самый ее уязвимый момент, когда она, потеряв равновесие, уже была готова рефлекторно применить трансформацию, она вдруг услышала команду трансформации талисмана Разрушения и увидела бегущего к ней блондина.       Лавина образов, где Адриан, чью макушку она видела в щели между шкафами и потолочными перегородками, вдруг становится Котом Нуаром, тут же заполнили ее разум. Но вдруг она с чем-то столкнулась на полпути к земле, что значительно смягчило ее посадку.       И открыв глаза, она увидела не Кота. Она увидела Адриана, за которым она бегала, подглядывала, шпионила, сочиняла самые разнообразные планы и конкретные фантазии уже примерно полгода.       «Команда… не сработала?» — удивилась она, — «Ну конечно, у него же нет талисмана Кота, вот и не сработала. Это была… его Игра. Он следует своей инструкции и использует абсолютно все, чтобы произвести впечатление, даже мое падение с лестницы!»              Адриан не мог пошевелиться. Он сейчас очень хотел вскочить и начать осматривать свое дрожащее и прерывисто пищащее сокровище, но тело не слушалось его. Может, он сломал себе шею или просто нет сил пошевелиться от шока, но все это не отменяло одного…       Он попался.       Он осознанно пришел в ее ловушку, зная, что обречен. Стоило ему пробраться в самое сердце ее засады, как она набросилась на него с целью обглодать его лицо своей…       Мышца в его паховой области непроизвольно сократилась, откачав от мозга прилично так крови.       «Команда… не сработала?» — изумился он, — «Ах да, Плагг… Прибью потом этого засранца. Но что хуже всего — я проиграл эту схватку. Я оказался нейтрализован еще до того, как смог сделать свой первый ход. Ее решимость просто невероятна… А еще мне очень нужен воздух… Или же она… ”       — Мгхнтт, — пробубнил он что-то, пытаясь подать первые признаки жизни.       Но движения его челюсти, которая была сейчас крайне тесно прижата к полу промежностью девушки, лишь спровоцировали непроизвольные сокращения ее дрожащих бедер.       Маринетт сдавленно ахнула.       Его руки стремительно подхватили девушку, чтобы хоть как-то приподнять ее и вдохнуть, но где-то в глубине его мозга что-то перегорело и его ладони с оглушительными шлепками упали по обе стороны ее хрупкой девичьей жопки.       Такой атаки ее защита не выдержала, а еще сильнее прижатый нос парня к ее самому чувствительному месту, вкупе с двумя шлепками, заставили ее горло издать тот самый звук.       Если раньше он был безжалостно сдержан глухими стенками вентиляции, то сейчас, приправленный предварительными фантазиями и дополнительной стимуляцией со стороны его лица, он прозвучал словно взрыв.       И во взрыве этом Адриан услышал и то самое «Нья!» и протяжный стон, которым оно продолжилось, пока его голову еще сильнее вжало внутрь ее бедрами. Он практически перестал чувствовать, что между его ртом и ее нежной кожей из того самого места было хоть какое-то препятствие.       И он решил капитулировать. Нет, не себе в штаны, а поддаться ее сценарию, даже если его пришлось начать с середины. А может, это был обманный маневр? Никто же не сказал, что начинать свой План она будет с самого начала? Но сейчас он полностью в ее власти.       Его челюсть суматошно разомкнулась, чтобы вдохнуть немного воздуха и также шумно выдохнуть обратно.       В затуманенный розовой дымкой разум Маринетт вторглось ощущение, пусть и через ткань, хоть и очень тонкую, его горячего дыхания.       Ее мозг больше не мог работать. Сердце стучало на пределе своих возможностей, так и норовя выпрыгнуть из груди, а ее щеки пылали ярче сверхновой звезды. Сейчас в ее голове возникла одна из сцен, где Кот Нуар припадал к ней своим горячим языком, пока его ушки слегка подергивались, щекоча внутреннюю сторону ее бедер.       — К-котик… — с ее губ тихо сорвалась одна единственная фраза, которая вызвала окончательно замыкание у них обоих.       Испугавшись такой неожиданности, она вздрогнула, схватила учебник по истории, который успела достать с полки перед падением, и начала колотить им своего краша по торчащему из-под ее проглядывающих через рваные джинсы трусов, лицу.       Но этим она лишь сильнее вбивала его, словно гвоздь, еще глубже в… себя.       Ее бедра снова дернулись, а ее частое дыхание на секунду прервалось. После чего она встала и, пытаясь добраться до выхода, придерживая порванную штанину одной рукой и сжимая учебник со следами крови в другой.       «Думаешь, ты выиграл?» — рассердилась она, — «Если я буду следовать твоей… игре, то мы начнем с самого начала. А в начале — Коту ничего не перепадало столь… щедро…»       Она дрожащими руками сложила все свои принадлежности обратно в рюкзак, стараясь восстановить сбитое дыхание и остудить пылающее лицо. Короткие волны мурашек еще пробегали по ее груди.       «Если ты хочешь поиграть — я с тобой поиграю», — она оглянулась во мрак комнаты, где все еще находился ее Шерлок, распластанный по полу, — «но раз ты установил правила — мы будем играть по правилам…»       Дверь в библиотеку захлопнулась и Маринетт короткими перебежками дошла до женской раздевалки, где у нее всегда были припасены в шкафчике запасные штаны. И запасные трусы, потому что терпеть прохладный бриз остаток дня она не собиралась.       Адриан же сейчас… не функционировал. По крайней мере, физически.       Он лежал в проходе между книжными шкафами, окруженный лишь книгами, пылью и стекающей из его разбитого учебником носа тонкой струйкой крови.       «Я… Я проиграл…» — корил он себя, — «Это была не сцена из середины второго фанфика. Это было начало самого первого, где она всегда отшивала Кота… То есть, меня. Это мое наказание за поспешность»       Несмотря на металлический привкус во рту, он все еще четко ощущал ее запах. И даже на мгновение ощутил ее вкус. Эти ощущения он постарается никогда не забыть.       «Она только что дала мне понять, ” — решил он, — «что она играет всегда на один уровень выше, чем я».              Алья сидела в классе, хмуро грызя ручку. Ее только что вывели из библиотеки за ухо, которое до сих пор ныло.       Да еще и забрали телефон, удалив на нем единственное доказательство, без которого ее рассказ посчитают выдумкой.       Но вдруг в класс, пропустив уже примерно половину занятия, вошла ее подруга. Одна.       Взъерошенные волосы, потерянная где-то одна из резинок для волос, оставившая на ее затылке другую косичку в одиночестве, и выражение ее лица вселяли в журналистку и лучшую подругу неподдельный страх.       Игнорируя существование вообще всех, Маринетт медленно прошла к своему месту и села рядом с Альей, открыв и уставившись в учебник по истории, на обложке которого блестели следы подсохшей крови.       Обладательница талисмана лисы осторожно потыкала подругу в плечо.       — Эм… Мари? — взволнованно прошептала она, — Ты… в порядке? Чья это кровь?       И Маринетт, вдруг осознавшая, что в библиотеке она произвела этим учебником несколько ударов по лицу своего возлюбленного, оставив его лежать там, и, вероятно, истекать кровью, чуть вздрогнула.       — Кажется, я убила Адриана Агреста, — дрожжащим шепотом произнесла она, не моргая глядя на свою подругу, отчего у той по спине пробежал холодок, а рука полезла в карман за телефоном, чтобы вызвать службу спасения или, в худшем случае, экзорциста. — И, кажется, мне понравилось…       Но когда входная дверь снова открылась и сквозь дверной проем на территорию класса, буквально за шкирку, поставили на ноги взъерошенного белобрысого парня с двумя ватными тампонами в ноздрях и двумя пластырями на обеих щеках, Алья с облегчением выдохнула.       Как минимум, копы теперь не нужны.       Разве что выражение его лица, полностью дезориентированное и смотрящее куда-то в пустоту, вызывало опасения.       — Кажется, вы потеряли, — объявила медсестра своим будничным саркастическим тоном и закрыла дверь с обратной стороны.       По классу пробежала волна перешептываний.       Мадам Бюстье оглядела парня, улыбнулась чему-то и посоветовала поскорее занять свое место.       Пока он медленно волочился вдоль аудитории, его взгляд упал на стройные ряды столов, занятых шушукающимися одноклассниками.       И Алья, возможно впервые в своей жизни увидела, как ее лучшая подруга, поймав на себе взгляд ее потенциального бойфренда, но просто не спряталась за учебником или ее, Альи, плечом.       Она впилась в него глазами и, не моргая, провожала до его места.       Адриан смотрел на нее в ответ. В его глазах горел праведный огонь.       Словно давние соперники, они испепеляли друг друга взглядом, мысленно рассекая пространство воображаемыми мечами.       Напряжение в их гляделках было столь сильным, что могло бы остановить и летящий самолет.       — Полагаю, первое твое утверждение было сильно преувеличено, — Алья не упустила возможность подколоть подругу, раз уж теперь ей не придется ходить в полицейский участок для разбирательств. — А вот что до второго…       Но Маринетт ее не слышала.       В ее голове играла музыка со словами про какой-то приближающийся шторм.       В голове Адриана же песня была иной, про месть, длань божию и темного мессию.       Он этого так просто не оставит.       Он сломает ее сценарий.       Нино смотрел на своего друга, устроившегося за партой в положении, которое можно было охарактеризовать как «готов сорваться и начать размахивать огромным мечом в виде лезвия кухонного ножа без рукояти под пафосные выбросы энергии».       Диджей-любитель взглянул на свою девушку-репортершу, но увидев на ее лице столь ехидное и предвкушающее выражение с искривленной кошачьей улыбкой, что обреченно уронил голову на парту.       «Оно эволюционирует, но назад…» — сокрушался он.