Актив по имени Блэк: Пробуждение

Дафна Гринграсс шла по тихому, гулкому коридору Базы Цитадели, и её шаг был не плавным и аристократическим, а быстрым, почти паническим. Она не шла. Она сбегала. Кому она врала? Да, она направлялась в личные покои Альтаира. Да, её официальная, безупречно вежливая причина заключалась в том, что она, как его невеста, обязана проверить его самочувствие после того, как Хильда наконец закончила его лечить. Но это была ложь. Она сбежала от Хильды, Серафины и, что было невыносимее всего, от собственной сестры. Их шутки, их намёки, их откровенные, пошлые предложения... Дафна почувствовала, как щёки снова заливает горячая краска стыда. Это было невыносимо. И это был не первый раз. Она со стыдом была вынуждена признать эту новую, совершенно иррациональную, нелогичную привычку. Как только Астория начинала свои словесные атаки, как только её загоняли в угол, она инстинктивно искала его. Рядом с Альтаиром было спокойно. Безопасно. Первый раз это вышло случайно. Тогда, в гостиной Дружины, когда Астория своими комментариями о книге Хильды довела её до состояния панического ужаса, она просто хотела спрятать лицо, и Альтаир оказался так удобно рядом. Он не задавал вопросов. Он не смеялся над ней. Он просто сменил тему и начал что-то говорить, его пальцы небрежно, почти бессознательно перебирали прядь её волос, пока она прятала лицо у него на груди. Это простое прикосновение создало вокруг неё непроницаемый кокон, который отсёк весь остальной мир. Он защитил её. Он всегда это делал. Последующие разы могли выглядеть для остальных как случайность — Дафна очень на это надеялась, — но для неё самой это уже стало инстинктом. Он всегда как-то незаметно помогал. Она не всегда это сразу замечала. Лишь потом, поздно вечером, анализируя прошедший день в тишине своей спальни, она видела это. В основном он был наглым, высокомерным кобелём. Но когда возникала реальная опасность или когда что-то имело для неё значение, Альтаир всегда воздвигал вокруг неё невидимую зону безопасности, которую не мог пересечь никто. Даже её собственная сестра. Дафна горько усмехнулась. Она никогда бы не подумала, что ей понадобится защита от Астории. Но Альтаир делал это. Ничего серьёзного, но Астория была мастером ставить окружающих в неловкое положение. А он мог обернуть даже это, как только Дафна начинала чувствовать себя некомфортно. Его пугающая способность чувствовать эмоции иногда была очень кстати. И это бесило её до скрежета зубов. Она, Дафна Гринграсс, обученная манипулировать и контролировать, становилась эмоционально зависимой от самого непредсказуемого, самого опасного «существа» в её жизни. Это была не просто слабость. Это была стратегическая ошибка, которая могла стоить ей всего. Но она ничего не могла с собой поделать. Предлог «проверить, как он себя чувствует» звучал жалко даже в её собственных ушах. Во-первых, это раздражало. Она видела ту чудовищную, рваную рану на его торсе. Рану, которую оставил сам Сурт своим Рагнарёком. А Хильда... эта демоница... справилась с ней меньше чем за сутки. Она вылечила то, что, по словам самой Древней Жизни, было очень не просто залечить. Это было очередным, унизительным напоминанием о пропасти между ними. Но хуже всего было другое. Она вспомнила о нём только сейчас, когда ей самой понадобилось укрытие. Альтаир получил эту рану, сражаясь за них, а она... она даже не смогла его нормально перевязать. Она была слишком поглощена шоком, своими мыслями, своей игрой. А когда он, очевидно, нуждался в поддержке после битвы, она была занята. Это было логично. Но это было неправильно. Альтаир не заслужил такого отношения. Этот стыд был иным. Он был глубже, чем стыд от пошлых шуток Астории. Тот был социальным. А этот... этот был настоящим. Дафна невольно вспомнила, почему именно она сбежала из гостиной. Этот стыд тоже был, но он был поверхностным, и с ним Дафна могла спокойно справиться. Когда Хильда закончила свой быстрый, но тщательный осмотр, Дафна почувствовала, как напряжение в комнате немного спало. — С вами, девочки, всё в порядке, — заключила демоница, её голос снова стал скучающим. — Альти идеально удержал всю остаточную энергию от удара Сурта. На вас ничего не попало. Она повернулась к Гарри и Невиллу, которые всё ещё выглядели ошеломлёнными. — А теперь, мальчики, — она игриво им подмигнула, — нам с Серафиной нужно немного… прибраться. Гарри, почему бы тебе не показать Невиллу ваш новый тренировочный зал? Уверена, вы найдёте, чем там заняться. Дафна увидела, как Гарри мгновенно всё понял. Это был не совет. Это был приказ. Он тут же кивнул, схватил Невилла за рукав и потащил его к выходу, бормоча что-то о «новых приёмах». Как только тяжёлая дверь за ними закрылась, атмосфера в гостиной мгновенно изменилась. Игривость Хильды и аристократическая скука Серафины исчезли. В одно мгновение они превратились в то, чем были на самом деле — в слаженный, смертоносный механизм. Их взгляды синхронно сфокусировались на Юстине Валуа, которая до этого молча стояла в углу. В следующую секунду они уже были рядом с ней. Юстина не успела даже вскрикнуть. Дафна увидела лишь вспышку магии, и пошлый костюм горничной просто испарился, оставив Юстину абсолютно голой. В тот же миг рядом с ней из ниоткуда материализовался простой каменный стол. Невидимая сила подхватила вейлу и с глухим стуком швырнула её на него. Прежде чем она успела пошевелиться, из стола вырвались тёмные цепи, намертво приковав её запястья и лодыжки. Юстина истошно завопила. Хильда, не обращая внимания на крик, подошла и с холодным, почти научным любопытством посмотрела на её тело. Затем она просто, без всякой подготовки, засунула свою правую руку ей в грудь. Дафна отшатнулась, её инстинктивно затошнило. Не было ни крови, ни раны. Рука демоницы просто прошла сквозь кожу и плоть, как сквозь воду, и теперь Хильда по локоть копалась во внутренностях Юстины, что-то нащупывая. Крик Юстины превратился в захлёбывающийся визг агонии. ХЛОП! Звук пощёчины был оглушительным в наступившей тишине. Серафина, ударившая её, спокойно встряхнула рукой. — Заткнись, идиотка, — ледяным тоном произнесла вейла. — Хильда полностью отключила все твои болевые ощущения. Ты кричишь просто по привычке. Но если ты не прекратишь этот раздражающий шум, — она слегка улыбнулась, — я обещаю, что не только включу их обратно, но и усилю твою чувствительность в десять раз. Юстина мгновенно замолчала, её крик оборвался на полувздохе. Она лишь тяжело, судорожно дышала, бросая на Серафину взгляды, полные чистой, концентрированной ненависти. Дафна, Гермиона, Астория, Ханна и Сьюзен стояли, как громом поражённые, не в силах отвести взгляд от этого жуткого, почти хирургического процесса. — А, вот и первое, — с довольным хмыканьем произнесла Хильда и вытащила из груди Юстины небольшой, пульсирующий фиолетовым светом кристалл. Следующие пять минут были самым сюрреалистичным зрелищем в жизни Дафны. Хильда, с деловитым видом, продолжала извлекать из тела поверженной вейлы артефакты. Она засовывала руку то в живот, то в бёдра, то, к абсолютному ужасу Дафны, даже в... интимные места. — Ого, какая прелесть, — промурлыкала Хильда, вытаскивая длинный, тонкий, вибрирующий стержень из слоновой кости, покрытый рунами. — Усилитель ощущений для «цели». Наша Юстина, оказывается, та ещё затейница. Дафну снова затошнило. Пока Хильда занималась «хирургией», Серафина призвала в руки чашу с какой-то серебристой, светящейся жидкостью. Дафна чувствовала, что это не обычная вода. Серафина омывала этой водой кожу Юстины, и та шипела, словно смывая невидимую грязь. Через пять минут всё было кончено. На полу рядом со столом образовалась небольшая, но впечатляющая горка из артефактов: сферы, кристаллы, иглы, амулеты и тот самый отвратительный стержень. Цепи исчезли. Хильда небрежно бросила на стол старую мантию Юстины. — Можешь одеваться. Хильда тем временем аккуратно сложила все артефакты в простую деревянную коробку, захлопнула её и, как ни в чём не бывало, уселась на диван рядом с ошеломлённой Асторией. Юстина, дрожа от унижения, быстро оделась и села в самое дальнее кресло, вжавшись в тень. Дафна первая пришла в себя. — Что это было? — её голос прозвучал на удивление ровно. — Просто лишили Юстину всех её артефактов, — скучающе ответила Хильда, словно говорила о прополке сорняков. — Но... обязательно было делать это... вот так? При нас? — не выдержала Гермиона, её лицо было бледным от смеси отвращения и праведного гнева. На этот раз ответила Серафина. Она подошла к коробке, взяла её и поставила на стол перед ними. — Да, мисс Грейнджер. Обязательно. Чтобы вы понимали, с чем столкнулись. Она указала на артефакты. — С помощью этого Юстина могла бы спокойно промыть мозги всему вашему жалкому Осколку. Кого-то соблазнив, кому-то что-то пообещав. Она — Маг Маяка. Это их методы. — Но почему она сразу этого не сделала? — робко спросила Сьюзен, которая, кажется, начала приходить в себя. Серафина усмехнулась, и в её сапфировых глазах блеснул холодный, анализирующий огонёк. — Потому что её главный приоритет сейчас — Альтаир. А на него всё это барахло не подействует. К тому же, если бы он почувствовал, что она делает что-то лишнее без его приказа, он бы её просто ликвидировал. — Это вряд ли, — возразила Гермиона, нахмурившись. — Он уже разрушил все её планы и поработил её. Зачем он ей? Серафина расхохоталась. — Дорогуша, именно поэтому он для неё сейчас и есть самая желанная цель. Я чувствую её возбуждение, когда он просто находится рядом. Он сломала её, — промурлыкала она в сторону двери, за которой был Альтаир, — а теперь она его. Дафна неверяще посмотрела на Юстину. Та сидела в тени, но Дафна отчётливо видела, как она злобно смотрит на Серафину. И в этом взгляде не было отчаяния сломленной рабыни. В нём был холодный, яростный расчёт. Астория же первой пришла в себя и сказала, что она думает, что Альтаир сам разберётся. Ему явно не впервой с таким сталкиваться. Хильда с Серафиной усмехнулись а Серафина сказала: — Точно, тем более артефактов никто её лишать не собирается. Альти просто посмотрит, что там, и поставит ограничения, чтоб как минимум на Невилла и Гарри это не влияло. — Хотя с Невиллом явно надо будет поработать, — задумчиво протянула Хильда. — Например, отправить в «Кокон». Дафна увидела, как Ханна и Сьюзен явно хотели спросить, что такое «Кокон», и решила перевести тему. Ей стало жаль Невилла и Гарри. К тому же, это была такая прекрасная возможность подколоть Серафину и Хильду. — К соблазняющим Альтаира женщинам он, очевидно, привык, — сказала она, стараясь, чтобы её голос звучал как можно более небрежно. — Насколько я вижу, вы двое позаботились об этом. Хильда и Серафина довольно захихикали, восприняв это как комплимент. — Это действительно так, — подтвердила Серафина. Дафна скрипнула зубами. Никакого стыда. — Кстати, о соблазнении, — Хильда повернулась к Дафне, её глаза хитро блеснули. — Помогает инструкция, которую я тебе подарила? Дафна не успела ответить. В разговор, как маленький ураган, вмешалась Астория. — Хильда, она её совсем не читает! — возмущённо заявила она. — Или читает, но не понимает! Хильда с весельем посмотрела на Дафну. — Это как? — А вот так! — Астория явно наслаждалась своей ролью. — Ни она, ни Гермиона ничего нормально сделать не могут! Максимум сидят у Альтаира на коленях. И то, — она сделала трагическую паузу, — в основном для того, чтобы он не сбежал, когда они хотят его отчитать! Хильда с Серафиной взорвались хохотом. — Бедный Альти! — отсмеявшись, сказала Хильда, вытирая слезу. — Ну ничего. Он сегодня явно напрягся. Я постараюсь снять с него накопившийся стресс. — Я помогу, — тут же добавила Серафина, бросив на Хильду вызывающий взгляд. Дафна и Гермиона обречённо переглянулись. Против этих двоих у них не было шансов. А Серафина уже продолжила, её голос стал задумчивым. — Хотя, судя по всему, Альтаир нашёл, где сбрасывать стресс. Я почувствовала на нём следы магии какой-то другой женщины. Хильда тоже нахмурилась. — Да, я тоже... — она повернулась к Астории. — Ты выполнила мою маленькую просьбу? Астория просияла. — Да! И это было весело! Твой совет сработал идеально! Дафна непонимающе смотрела то на сестру, то на Хильду. — О чём вы говорите? — О слухах, — ответила Астория. — О том, что вы демоны, а Альтаир может исполнять желания за... дополнительные услуги. Она повернулась к Хильде. — Старшекурсницы настолько его достали, что он уже не хотел на них даже смотреть! Хильда удовлетворённо кивнула. — Но, — Астория сделала драматическую паузу, — Альтаир нашёл выход. Он спит с профессором Септимой Вектор. Гермиона, Дафна, Сьюзен и Ханна резко повернулись к Астории, не веря в услышанное. Хильда и Серафина застыли на мгновение, а затем снова расхохотались. — Вот же паршивец! — с восхищением сказала Серафина. — Про учителей мы и не подумали! Альти нас снова переиграл. — Как вы можете так спокойно к этому относиться?! — взорвалась Гермиона, её гнев наконец нашёл выход. Хильда посмотрела на неё с ленивым снисхождением, как на неразумного, хотя и забавного, ребёнка. — Спокойно? Дорогуша, мы в ярости, — промурлыкала она, и Дафна почувствовала, как её магия на мгновение стала острой, как бритва. — Мы столько сил потратили, чтобы он не замечал никого из ваших старшекусниц, а он нашёл игрушку на стороне. — Значит, нам придётся... проявить больше креатива, — холодно добавила Серафина, и в её сапфировых глазах блеснул опасный огонёк. Дафна, которой вся эта ситуация начинала откровенно надоедать, устало спросила: — И всё же? Хильда вздохнула, словно ей приходилось объяснять очевидное. — Альти — сильный маг. Сильные маги тем и отличаются от остальных, что делают то, что хотят. И если мы не смогли остановить его от чего-то, остаётся только смириться. А единственный способ, которым можно это предотвратить, — это занять его самим. Она сделала паузу и с сожалением посмотрела на свои идеальные ногти. — Но выносливость и тело таких магов работают по-другому. Мы с Серафиной не справимся с ним долго, а так как ни ты, — она кивнула Дафне, — ни она, — кивок в сторону Гермионы, — явно пока не готовы, то он решает проблему как может. — Возможно, эти двое будут скоро готовы! — внезапно, с дьявольским весельем в голосе, вмешалась Астория. Серафина с любопытством посмотрела на неё. — О чём ты? — Ну, сегодня, — начала Астория, её глаза сияли от предвкушения, — Гермиона и Дафна внаглую лапали полуголого Альтаира! — ЧТО?! — возмущённо вскрикнули Дафна и Гермиона одновременно. — Не было такого! — добавила Гермиона. — Как это не было? — искренне возмутилась Астория. — Было! Я, Сьюзен и Ханна всё видели! Когда вы его перевязывали. Можете признаться, вы просто хотели потрогать Альтаира без майки. Потому что то, что вы делали, — она с видом эксперта покачала головой, — явно нельзя было назвать первой помощью. А других причин я найти не могу. Дафна и Гермиона синхронно залились густым, предательским румянцем. «Это действительно так выглядело?» — с ужасом подумала Дафна. Она же серьёзно хотела помочь! Видимо, ей действительно стоит выучить пару целительных заклинаний. — И кстати! — не унималась Астория, входя в раж. — Эти две эгоистки сами удовольствие получали, и никакой награды для Альтаира! Даже не догадались переодеться в медсестёр! Хильда и Серафина расхохотались. Громко, искренне. Дафна и Гермиона сидели красные, как помидоры Альтаира. Даже Ханна и Сьюзен, до этого бледные от ужаса, не выдержали и тихо захихикали, пытаясь спрятать взгляды. — Астория, ты гений! — отсмеявшись, сказала Серафина и посмотрела на Гермиону. — Я покажу вам отличный магазинчик в Аксисе, чтобы вы могли в следующий раз подготовиться к таким ситуациям. А ещё лучше, — её улыбка стала шире, — я пойду вместе с вами, чтобы проследить. Гермиона, не выдержав этого потока унижения, вскочила. — Я... я вспомнила! Мне срочно нужно в библиотеку! Учить заклинания по медицине! Она пробормотала что-то невнятное и скрылась за дверью, ведущей в библиотеку базы. Дафна, осознав, что осталась одна на растерзание этим двум... нет, уже трём демоницам, тут же тоже вскочила на ноги. — А мне... мне надо убедиться, что Альтаир в порядке! Она почти бегом бросилась к выходу из гостиной, унося с собой оглушительный хохот Астории, Хильды и Серафины. Вот теперь она здесь. Стоит перед его дверью, чувствуя себя полной идиоткой, сбежавшей от собственной сестры. Дафна сделала глубокий вдох, возвращая лицу ледяное, непроницаемое выражение, и без стука вошла. Комната Альтаира была огромной, но почти пустой, обставленной в том же тёмном, функциональном стиле, что и вся база. Он стоял к ней спиной у огромного панорамного окна, глядя закат и залитый огнями Лондон, раскинувшийся на сотни этажей ниже. Он был без майки. Его спина, которую она до этого видела лишь мельком, была идеальной. Широкие плечи, узкая талия, рельефные, развитые мышцы воина, которые плавно перекатывались под бледной кожей при каждом вдохе. Дафна застыла, невольно любуясь. Дафна смотрела на его спину, и её накрыла волна эмоций, которую она не могла — и не хотела — анализировать. Раздражение от шуток Астории, стыд за свою некомпетентность, облегчение от того, что он в безопасности, и... что-то ещё. Что-то тёплое и почти болезненное. Альтаир, не оборачиваясь, словно почувствовав её взгляд, лениво взмахнул рукой. На диване материализовалась простая чёрная майка. Он неспешно надел её, скрывая шрамы и мышцы от её взгляда. Дафна почувствовала укол чистого, незамутнённого сожаления, от которого тут же мысленно себя отругала. Дафна подошла и молча встала рядом с Альтаиром у огромного панорамного окна. Лондон раскинулся под ними, как мерцающий ковёр из мириад огней. Тишина в комнате была почти уютной. — Как ты? — наконец спросила она, нарушая молчание. Альтаир не ответил. Он медленно повернул голову в её сторону, и его фиалковые глаза весело блеснули в полумраке комнаты. — Что, Астория, Хильда и Серафина вместе — это всё-таки слишком? Дафна почувствовала, как щёки заливает горячая краска. От того, как быстро, как унизительно быстро он её «раскусил». Она попыталась сохранить лицо, изобразив холодное недоумение. — О чём ты? Альтаир усмехнулся. — Это даже обидно. Ты действительно рассчитываешь, что я поверю, будто вы с Гермионой остались наедине с Асторией, Хильдой и Серафиной, и те упустили возможность вас смутить? Дафна лихорадочно перебирала варианты, как он мог узнать. Её бросило в холодный пот. Неужели он всё это время… — Ты следишь за нами? — ледяным тоном спросила она. — Нет, — просто ответил он. — Тогда как? — не отступала она. Ей нужно было знать. Альтаир устало вздохнул, словно ему приходилось объяснять очевидное ребёнку. — Ты смущена. Раз ты смущена — значит, разговор пошёл не по-твоему. Остальное — простая логика. Дафна вопросительно приподняла бровь, и он начал объяснять, загибая пальцы: — Хильда и Серафина точно не могли оставить артефакты Юстины на ней. — Ты знал про артефакты? — прервала его Дафна. — Конечно, знал, — отмахнулся он. — Но лазить в Юстину самому у меня не было никакого желания, так что я просто подождал, пока они решат эту проблему. Для этого им нужно было куда-то отправить Невилла и Гарри — зрелище не для молодых парней, тем более для Невилла. Скорее всего, их отправили тренироваться. Он сделал паузу, продолжая свой безжалостный анализ. — После того как они закончили с Юстиной, они, скорее всего, поддержали бы разговор. А это не могло закончиться ничем другим, кроме смущения для тебя и Гермионы. — Почему? — возмущённо спросила Дафна. — Потому что это забавно, — просто ответил Альтаир. — Гермиона не выдержала первой и убежала, скорее всего, в библиотеку. Тебе же бежать было некуда, поэтому ты использовала самое правдоподобное оправдание, которое смогла придумать, — навестить меня. Дафна снова почувствовала волну стыда. Он разложил её паническое бегство по полочкам с холодной, математической точностью. — А что, если я на самом деле пришла узнать, как ты себя чувствуешь? — сделала она последнюю, слабую попытку спасти лицо. — Всё-таки, ты мой жених. Альтаир посмотрел на неё скептически, а затем на его губах появилась издевательская усмешка. — Тогда я очень польщён. И мне безумно приятно, — его голос сочился сарказмом. — Мне льстит такое внимание. Вы смогли удивить меня, мисс Гринграсс. Дафне стало ещё более неловко. Это было хуже, чем если бы он просто назвал её лгуньей. Он подыграл ей, и эта игра была оскорбительной. «Ладно, — с холодной яростью подумала она. — Как там говорила Хильда? Маги Цитадели уважают правду? Будет ему правда». Она заставила себя посмотреть ему прямо в глаза, отбросив все игры. — Не обидно ли тебе, — её голос прозвучал тише, но твёрже, — что никто на самом деле не заботится о твоей травме? Альтаир недоумённо посмотрел на неё, его усмешка исчезла. Он был искренне сбит с толку. — С чего бы это? Хильда уже помогла мне. Проблема решена. Почему остальные должны переживать? — Из-за проявления заботы? — неловко предположила Дафна. Альтаир искренне рассмеялся, но в этом смехе не было веселья — лишь холодное недоумение. — Я Маг Цитадели. Всадник Пустоты. «Забота» обо мне — это неэффективный расход эмоционального ресурса. Это нерационально. Дафна не знала, что на это ответить. Его ледяная, бездушная логика Цитадели была непробиваемой стеной, о которую разбивались любые её попытки достучаться. Забота была «нерациональной». Это было за гранью её понимания. Она заставила себя перевести тему на то, что её действительно беспокоило. На то, что имело стратегический смысл. — Как ты собираешься готовиться к бою с Суртом? Альтаир снова недоумённо посмотрел на неё, словно она спросила, собирается ли он готовиться к тому, что завтра взойдёт солнце. — О чём ты? Дафна раздражённо вздохнула, её терпение было на исходе. — У тебя через две недели бой насмерть с одним из сильнейших Магов Цитадели. Как ты будешь к нему готовиться? Тренироваться? Изучать его слабые стороны? — Никак, — просто ответил Альтаир. — Зачем? — Зачем? — она в шоке уставилась на него. — Ты так уверен в своей победе? Она не понимала. Она действительно не понимала, о чём он думает, и это пугало её до дрожи. Она действительно за него переживала. — Не уверен, — спокойно ответил он, пожав плечами. — Я же говорил, шансы 50 на 50. Он отвернулся и снова посмотрел в окно на город. — Я просто не вижу смысла в каких-то дополнительных тренировках. Это просто очередной бой. Он отличается только тем, что у меня наконец-то будет достойный соперник. Дафна застыла. Её мозг отказывался принимать то, что она слышала. — Ты… ты можешь умереть, — прошептала она. — К этому я давно привык, — так же безразлично ответил он. — К тому же, пятьдесят процентов — это неплохие шансы. Так что я не вижу причин переживать. Она в шоке стояла и смотрела на его спину, не зная, что сказать. Вся её логика, всё её слизеринское воспитание, направленное на выживание и победу любой ценой, рушилось перед лицом этого абсолютного, почти будничного фатализма. Альтаир внимательно смотрел на неё. После чего он немного удивлённо сказал: — А вот сейчас, мисс Гринграсс, вы меня действительно удивили. Дафна непонимающе посмотрела на него. — Что ты имеешь в виду? — У меня такое ощущение, — медленно, словно пробуя слова на вкус, произнёс Альтаир, — что ты… не хочешь, чтоб я проиграл. Он сказал это не как комплимент, а как учёный, констатирующий необъяснимую, нелогичную аномалию. С его точки зрения, её реакция была нерациональной. Эта его холодная, аналитическая оценка её чувств, его искреннее недоумение от того, что она может не хотеть его смерти, стала последней каплей. — Конечно, не хочу! — выкрикнула она, и её голос дрогнул от смеси ярости и отчаяния. — С чего вообще ему в голову пришла мысль, что я могу хотеть твоего поражения?! Альтаир недоверчиво посмотрел на неё, а потом ухмыльнулся. Эта усмешка была холодной, режущей, и она мгновенно погасила огонь её праведного гнева, заменив его ледяным предчувствием. — Дафна, между нами контракт, — его голос был обманчиво-спокойным. — Ты с самого начала дала понять, что не хочешь этого. Так почему ты не подумала о том, как его можно разорвать? Она недоумённо смотрела на него. О чём он говорит? — Контракт невозможно разорвать, — отчеканила она. Это была аксиома. Закон, который она выучила с детства. Альтаир усмехнулся. — Нет ничего невозможного, Дафна. Не нам ли, как магам, знать это? Есть просто трудновыполнимое. В её голове всё ещё крутились его слова. О чём он? Контракт нерушим. — Самый простой способ избавиться от контракта, — продолжил он с той же безразличной, лекторской интонацией, — это смерть одного из партнёров. Дафна застыла. — Если через две недели Сурт убьёт меня, ты будешь свободна. Он говорил об этом так буднично, словно обсуждал погоду. — Последний Блэк, Сириус, не подойдёт для передачи контракта. Контракт между нашими родами основан на здоровом и сильном потомстве, а у тебя с Сириусом слишком большая разница в возрасте. Так что, — он развёл руками, — ты будешь свободна. Она стояла как громом поражённая. Свободна. Он только что подарил ей ключ от её клетки. Так просто. Ей нужно было всего лишь... дождаться его смерти. Она ждала, что почувствует облегчение. Радость. Триумф. Она не почувствовала ничего, кроме ледяного, всепоглощающего ужаса. Сама мысль об этом... мысль о том, что его не будет... была неправильной. Отвратительной. Пугающей. — В обычной жизни у тебя нет шансов меня убить, — продолжил он, не замечая бури в её душе. — Но если тебе повезёт, и это сделает Сурт, ты получишь то, что хочешь. Поэтому я и удивлён. Почему ты переживаешь, что я могу проиграть? Тебе, наоборот, надо радоваться такой возможности. Его слова, его холодная, безупречная, чудовищная логика ударили по ней, как пощёчина. Ярость, горячая и спасительная, вытеснила парализующий страх. — А почему ты не избавился от контракта так же? — выплюнула она, вкладывая в слова весь свой яд. — Тебе-то уж точно не составило бы труда убить и меня, и всю мою семью в любой момент! Альтаир кивнул, его лицо было абсолютно серьёзным. — Технически, это правда. Это не было бы для меня проблемой. А после он подошёл к ней. Так близко, что она могла чувствовать тепло, всё ещё исходящее от его тела после исцеления. Она задрожала. Она сама не понимала, от чего — от страха или от этой внезапной, пьянящей близости. Он наклонился, и его губы оказались у самого её уха. — Но, — прошептал он, и от этого шёпота у неё по спине побежали мурашки, — я вроде никогда не говорил, что хочу разорвать контракт. Он отстранился, глядя ей прямо в глаза. — Это было всегда только твоё желание. Неужели сейчас... что-то изменилось? Дафна стояла, как громом поражённая. Её мозг, её главное оружие, её аналитический центр — всё отключилось. Она хотела закричать на этого наглеца, что ничего не изменилось, что она всё так же презирает эти цепи. Но она не могла. Она просто стояла вот так, в шоке, не в силах вымолвить ни слова, утонув в его невозможных фиалковых глазах. Альтаир посмотрел на её растерянное, лишённое привычной ледяной маски лицо. А потом, впервые, он поцеловал её сам. Это не был нежный, робкий поцелуй. Это был акт присвоения. Уверенный, твёрдый, не оставляющий сомнений. Его губы требовательно накрыли её, и в этот самый момент Дафна Гринграсс перестала думать. Она больше не думала ни о контракте, ни о предстоящем бое. *** Гермиона сидела в библиотеке на базе Аномалий, уставившись в открытую страницу трактата «Полевая магия: Основы регенерации тканей». Она отчаянно пыталась сосредоточиться на сложных рунических формулах, но слова расплывались перед глазами. Её лицо до сих пор пылало. Прошло уже минут двадцать с тех пор, как она сбежала из гостиной, но унижение было свежим и острым. Как они посмели? Они с Дафной просто хотели помочь! Альтаир был ранен, он выглядел ужасно, и их первая, естественная реакция — помочь, перевязать, сделать хоть что-то. А эти три… эти три демоницы… Гермиона уже не делала различий. Ей было всё равно, что демоница из них только Хильда, а Серафина — вейла, а Астория — вообще человек. Они все вели себя одинаково. Они взяли их с Дафной искренний, благородный порыв и опошлили его, превратив в какой-то дешёвый фарс. «Конечно, было бы приятно трогать мышцы Альтаира», — промелькнула в её голове непрошеная, предательская мысль, от которой она покраснела ещё сильнее. Но не тогда, когда из его раны на груди сочится кровь! Она до сих пор не могла осознать всё, что произошло сегодня. Турнир. Вторжение. Армия из другого мира. Бой с Суртом. Прибытие Древних, которых она ещё пару месяцев назад считала просто мифом. Её мозг, привыкший к логике и порядку, просто не справлялся с таким потоком безумия. А тут ещё и это. И как только этой тринадцатилетней девочке, Астории, вообще пришло в голову такое предложить? Надеть костюмы медсестёр! Это выходило за все рамки приличия. А Серафина! Она не просто поддержала эту идею — она пообещала, что потащит их с Дафной по магазинам, чтобы купить «всё необходимое». И Гермиона знала, что отказаться не получится. Эта вейла, если понадобится, догонит её, свяжет и силой потащит выбирать кружева. Судя по тому, во что Серафина превратила платье Юстины — в какой-то пошлый наряд горничной, — то, что она выберет для «особых ситуаций», Гермиона никогда в жизни не наденет. Она это сожжёт. Сразу же, как только останется одна. …Хотя, — мелькнула в её голове коварная мысль, — вспоминая слова Серафины: «Зачем ему эта ведьма из Маяка, когда Хильда и я готовы на намного большее, чем просто надеть такой наряд?»… Возможно, эти вещи ещё пригодятся. Лет через пять-шесть. Она их оставит. Но носить не будет. Точно нет. ...Если, конечно, Дафна не решится. От этой мысли Гермионе стало дурно. Как же это всё бесит! И угораздило же её встретить этого кобеля! Вот как так получается, что вокруг него постоянно вьётся столько женщин? Ладно, Дафна — она невеста, это хотя бы логично. Ладно, Хильда — она, кажется, без ума от него, и, будучи демоном, очевидно, не скована никакими моральными рамками. Гермиона, скрепя зубами, могла понять даже Серафину — они с Хильдой знают Альтаира намного дольше неё, они из одного отряда. Но старшекурсницы? Этим-то что надо? Хотя, глупый вопрос. Альтаир силён, богат и, после статьи в «Государе», знаменит. Слава Хроносу, он в них, кажется, не заинтересован. Спасибо Астории, кстати. Её слухи о демонах и дополнительных услугах, кажется, возымели правильный эффект и Альтаир просто не переносит большинство охотниц за статусом. «Маленький монстр» знала, что делает. Но профессор Вектор! Как Альтаир мог? Ладно, Альтаир — кобель. Но как могла она, профессор?! Он же её ученик! Хотя, — Гермиона попыталась найти хоть какое-то рациональное объяснение, — вряд ли она могла научить его чему-то в магии, он разбирался в ней явно лучше. Может, поэтому она решила научить его хоть чему-то… в постели? Нет, бесполезно. После Хильды и Серафины его вряд ли могла чем-то удивить простая учительница. Но профессор-то об этом не знала! Возможно, она просто решила, что обязана дать хоть какие-то знания этому кобелю? Гермиона сама понимала, что это оправдание было нелепым, но, найдя его, она почувствовала, что ей стало как-то полегче это принять. Но и на этом список не заканчивался. Флёр. Гермиона помнила её взгляд когда она просила его помощи на Турнире. Эта французская шлюха явно не остановится ни перед чем. Хорошо хоть, Альтаир казался в ней не заинтересован, а отогнать эту вейлу у Гермионы теперь точно хватит навыков. И последняя проблема — Юстина. Гермиона не знала, что о ней думать. С одной стороны, она хотела их всех убить. С другой — Альтаир поработил её и пытал, и за это Гермионе было её жаль. Но то, к чему это привело, вызывало у неё только чувство омерзения. Как можно хотеть человека, существо, которое тебя презирает и так с тобой обходится? Хотя… у этой Юстины и до этого, видимо, с головой было не всё в порядке. Вспомнить только те артефакты, которые Хильда из неё вытаскивала. Гермиону передёрнуло. Как там Гарри сказал о Серафине и Хильде? «На всю голову ёбнутые извращенки». Гермиона тогда отчитала его за такие слова. Но сейчас, вспоминая о Юстине, о её коллекции внутренних артефактов и её нездоровой тяге к своему мучителю, Гермиона с отвращением поняла, что по-другому её и не описать. Размышления Гермионы прервал тихий шорох. В библиотеку вошла Дафна Гринграсс и, не колеблясь, направилась прямо к её столу. Она села напротив. Гермиона оторвалась от книги и внимательно всмотрелась в неё. Не такой она ожидала её увидеть всего через двадцать минут после унизительного представления, устроенного «тремя демоницами». Гринграсс всегда держала лицо, но её глаза обычно выдавали её, если всматриваться достаточно хорошо. Но сейчас... сейчас на её лице было не привычное ледяное выражение. На её губах играла лёгкая, почти счастливая улыбка, а в глазах стоял какой-то мечтательный туман. Это было не похоже на неё. Совсем не похоже. Что, чёрт возьми, произошло? — Что тебе надо, Гринграсс? — не выдержала Гермиона. Дафна сфокусировала на ней свой взгляд, и её улыбка стала чуть шире. — А ты знаешь, что Альтаир очень хорошо целуется? Волна горячего, обжигающего гнева поднялась в груди Гермионы. Она что, издевается? Поняла, что с теми тремя ей не справиться, и пришла утвердиться за счёт неё? На Гринграсс не похоже, но она с самого входа вела себя странно. Но Гермиона не собиралась так легко сдаваться. — Знаю, — холодно ответила она, стараясь, чтобы её голос звучал как можно более небрежно. — Я его тоже пару раз целовала. Гринграсс с интересом посмотрела на неё, и её лёгкая улыбка никуда не делась. — И это знаменитая мисс книжный червь Гриффиндора? — протянула она. — Чтобы сказали твои соседки по комнате, если бы узнали, что ты вешаешься на самого популярного парня в школе? Хотя они, наверное, сейчас и пискнуть рядом с тобой лишний раз не смеют. Но вот так, в открытую заявлять мне, невесте Альтаира, что целовала его... это очень смело. Гермиона не понимала, чего она добивается. Пытается воззвать к её совести? У Гринграсс это точно не получится! — Вроде это правило вашего мира, — с вызовом ответила она. — Ведьма должна делать, что хочет, чтобы развиваться. Вроде на этом основана философия чистокровных магов. Дафна презрительно хмыкнула. — Философия чистокровных магов основана на том, чтоб сидеть на жопе и гордиться предками, которые в основном были такими же ничтожествами, как и они сами, и следовать куче бесполезных правил. Так что философия «делай что хочешь, чтоб стать сильнее» для меня так же нова, как и для тебя. Она подалась вперёд, и её улыбка стала почти сочувствующей. — Но мы отвлеклись от темы. Ты меня не поняла. Поцелуй с Альтаиром, когда он тебя целует сам, — она сделала на этом слове особый, ядовитый акцент, — намного, намного лучше, чем когда ты целуешь его. Гермиона застыла. Её мозг судорожно обрабатывал информацию. Это что получается? Пока она тут сидела, учила заклинания и злилась, Гринграсс пошла и... добилась от Альтаира хоть какой-то взаимности? Это злило! Вот же кобель! Но и Гринграсс хороша! Пришла и издевается! Ну, она ей сейчас всё выскажет. — Гринграсс, я сейчас тебя прокляну, — сквозь зубы процедила Гермиона. Дафна в ответ с улыбкой посмотрела на неё... и рассмеялась. Гермиона аж опешила. Это был чистый, не аристократический, звонкий смех. Да что здесь происходит? Гринграсс смеётся? Что это у неё на глазах... слёзы? Гринграсс смеётся до слёз? Гермиона серьёзно начала за неё переживать. Она совсем с ума сошла? — Дафна... всё в порядке? — тихо спросила она. Дафна, отсмеявшись и вытирая слёзы, ответила: — Да, относительно в порядке. Но это и правда забавно. Альтаир был прав. Она с любопытством посмотрела на Гермиону. — Интересно, я выгляжу так же? Гермиона вообще перестала что-либо понимать. — Что ты имеешь в виду? — спросила Гермиона. Дафна, всё ещё пытаясь подавить остатки неуместного смеха, весело сказала: — Когда ты сбежала в библиотеку, я сбежала к Альтаиру. Гермиона вопросительно приподняла бровь. — Я сказала, что пойду проверить, как он себя чувствует после лечения, — продолжила Дафна, и её веселье сменилось ноткой раздражения. Гермионе стало неловко. Опять она не подумала о таких очевидных вещах, а Дафна догадалась. Но следующие слова Дафны поразили её. — Конечно, на тот момент это была просто причина, чтобы сбежать от этих трёх. Альтаир это сразу понял, когда я пришла. На что я вообще рассчитывала? Он умудрился обыграть Богов этим утром перед нами… но неважно. Он довольно точно описал, что произошло. Гермиона возмущённо открыла рот, но Дафна её прервала. — Нет, он не следил за нами, я спросила. Он просто догадался… — Она с горечью усмехнулась. — А когда я спросила, почему Астория, Хильда и Серафина постоянно пытаются нас смутить, он просто ответил, что это забавно. Гермиона подавилась словами от возмущения. Забавно?! Ему было забавно смотреть, как их унижают?! Дафна посмотрела на неё и снова рассмеялась. — И он прав. Гермиона просто сидела и не знала, что сказать. — И ты решила прийти и проверить? — наконец выдавила она. Дафна посмотрела на неё серьёзно. — Нет. Я пришла, потому что нам надо было давно поговорить. А это… — она кивнула будто пыталась описать то, что сейчас произошло, — ...это просто получилось, потому что был такой шанс. Я не могла не проверить. Гермиона пыталась сложить картину мира воедино. Не получалось. Она решила сконцентрироваться на том, что Дафна сказала о разговоре. — И о чём ты хотела поговорить? Дафна тут же стала серьёзной. Её игривость исчезла, сменившись привычной ледяной маской. — Грейнджер, это очевидно, что мы друг другу не нравимся. Но положение, в котором мы оказались, нам не нравится ещё больше. Я предлагаю тебе союз. Гермиона вообще прекратила что-либо понимать и непонимающе смотрела на Дафну. О чём она говорит? Дафна вдруг усмехнулась, но уже не весело, а холодно, аналитически, словно говоря сама с собой. — Так вот как он это делает… когда переключается с одной шокирующей темы на серьёзный аристократический стиль… это эффективно. — Ты проводишь эксперименты?! — возмутилась Гермиона. Дафна подняла руки в примирительном жесте. — Успокойся, это получилось случайно… Ладно, попробую говорить так, как это делают маги Цитадели. Гермиона инстинктивно потянулась к палочке под столом. Она слишком хорошо знала, чем заканчивается «общение магов Цитадели». — Это как? — напряжённо спросила она. Дафна, кажется, не заметила её движения. — Буду говорить правду. И прямо. Гермиона опять застыла. Да что такое сегодня происходит? Сначала Гарри пытает работника Министерства. Потом Астория издевается над этим же Министерством — хотя, тут-то всё логично... Хронос, до чего она докатилась, тринадцатилетняя девочка, издевающаяся над правительством, для неё уже логично! Потом вторжение с другого мира. Предательство Дамблдора. Альтаир, уничтоживший за помидор целую армию. Оказавшийся мифическим Всадником, который сразился с другим мифическим Всадником, а потом призвал и переспорил богов. А теперь... теперь Дафна Гринграсс решила говорить прямо и правду. Да что не так с этим миром?! Чем это закончится? Сама Смерть явится попить с ними чай? И тут Гермиона с ужасом осознала: а ведь явится. И, вполне возможно, действительно захочет чаю. Мерлин… Нет, Мерлин тут не поможет. Боже… нет, надо быть точнее, а то не дай Хель, дозовётся не того... Сегодня возможно всё. «Хронос, — мысленно взмолилась она, обращаясь к сильнейшему богу, в чьём существовании была уверена на сто процентов, — пусть завтра я проснусь, и этого дня просто не будет». Дафна, не обращая внимания на потрясение и метания Гермионы, продолжила свой холодный, безжалостный анализ. — Вокруг этого кобеля, — она кивнула в сторону двери, — слишком много женщин. И если большинство из них — не проблема, то Хильда и Серафина явно превосходят нас обеих. Гермиона возмущённо на неё посмотрела, но Дафна, со скучающим видом, начала перечислять факты, загибая изящные пальцы: — Они намного сильнее нас магически, они обе из Аномалий. Считать, что мы даже можем вообразить их силу — глупо. Они обе знают Альтаира дольше нас — тут тоже спорить глупо. Они выглядят лучше нас, как минимум фигуры, так как уже имеют полностью сформированные тела. Гермиона инстинктивно посмотрела на свою грудь и с раздражением вынуждена была признать, что и тут Дафна права. «Спасибо хоть, не заострила на этом внимания, — с горечью подумала она. — Надо будет узнать у Сьюзен, чем она питается». — И, в-четвёртых, — голос Дафны стал ещё холоднее, — в отличие от нас, Грейнджер, они не боятся использовать своё тело как оружие. Они наслаждаются этим. Дафна продолжила: — Хоть последние две причины и не будет проблемой через пару лет, сейчас нам обеим нечего им противопоставить. Гермиона нехотя кивнула. Это была правда. Унизительная, но правда. — Поэтому, — заключила Дафна, — я предлагаю объединиться нам с тобой. Тебя возле Альтаира я перенесу спокойнее, чем их. Гермиона задумалась. Её мозг лихорадочно взвешивал все «за» и «против». — Это ты меня сейчас так оскорбила или похвалила? Дафна раздражённо пожала плечами. — Сама не знаю. Я пока не освоилась говорить только правду. Гермиона усмехнулась. Это было честно. — А если они тоже объединятся? Дафна посмотрела на неё как на дуру. — Грейнджер, они точно не будут этого делать. Они, скорее всего, просто посмеются над нами и продолжат своё соперничество. Гермиона вынуждена была согласиться. Это было обидно, но это было правдой. — Так как ты планируешь их отогнать от Альтаира? — Я не уверена, что это возможно в принципе, — призналась Дафна. — Но хотя бы вместе против их подколок мы выстоять, наверное, сможем. Гермиона нехотя кивнула. И это было правдой. — А ты уверена, что они сейчас не придумывают что-то, чтобы снова поставить нас в неловкое положение? — с тревогой спросила Гермиона. Дафна злорадно усмехнулась. — Нет. Сейчас они обе в панике бегают по базе и готовятся. Я им напомнила, что скоро прибудет Хель. — Ну, видимо, даже они боятся богиню Смерти, — сказала Гермиона. Дафна внимательно посмотрела на неё, так, что Гермионе стало неловко. — Что? — спросила она. — Я не уверена, что Аномалии вообще чего-либо боятся, — ответила Дафна. — Тут дело в другом, скорее всего. — И в чём же? Дафна удивлённо посмотрела на Гермиону. — Ты что, не заметила, как Хель относится к Альтаиру? Как к сыну? Поэтому и Серафина, и Хильда сейчас так нервничают перед её приходом. Они готовятся не к встрече с Древней. Они готовятся к встрече со «свекровью». Гермиона вспомнила всё, что видела сегодня. Ритуал. То, как Хель защищала Альтаира от Эфира. Её жест, когда она нежно погладила его по голове. Дьявол! И похрен, что это дядя Хильды! Гринграсс была права! Что же им-то теперь делать? Как готовиться? — И что нам теперь делать?! — в панике спросила Гермиона. Дафна спокойно ответила: — А что нам делать? Мы обычные смертные. Альтаир сам нас выделил, пусть он со своей «наставницей» сам и разбирается. Как мы сегодня видели, в общении с существами такого порядка он хорош так же, как во всём остальном. Она подалась вперёд, и её взгляд стал серьёзным. — Нам надо заботиться пока о другом. — О чём ты? — спросила Гермиона. Дафна тут же стала серьёзной. Вся её мечтательность испарилась, сменившись холодной, отточенной концентрацией, которая пугала Гермиону гораздо больше, чем её смех. — Нам надо узнать больше о прошлом Альтаира, — её голос стал тихим и деловым. — Почему три шрама на нём не заживают? Откуда у него шрам на глазу? Хильда намекнула, что это важно. Она посмотрела на Гермиону оценивающим взглядом. — Ты лучше общаешься с Поттером. Он ученик Альтаира. Может, он что-то знает. Я тоже попытаюсь выяснить, но у тебя через Гарри шансов больше. Гермиона воодушевилась. Она и сама об этом думала. Это была не просто сплетня. Это было настоящее, важное исследование. — И второе, — продолжила Дафна, — надо как-то не допустить этого боя. Альтаир не отступит, мы обе это знаем. Но, может... Сурту можно будет что-то предложить? Гермиона нахмурилась, её мозг лихорадочно заработал, цепляясь за эту мысль. — Сурт хочет умереть в бою. Это его "цена". Но что, если... — ...предложить ему что-то более ценное, чем смерть? — закончила за неё Дафна. Гермиона вскочила на ноги, её глаза загорелись. — Исследования! — восторженно выдохнула она. — В этом я лучшая! Я попрошу родителей прислать мне всю мифологию неодарённых о Рагнарёке и Сутре! Там может быть что-то, чего нет в магических книгах! — А я попытаюсь узнать у прадедушки, — кивнула Дафна. — Он послушник Башни, у него есть доступ к архивам, которых нет у нас. Хорошая идея. После этого они обе замолчали, обдумывая план. Тишину снова нарушила Дафна. Гермиона видела, что ей тяжело говорить, что она, очевидно, борется с собой. — И ещё, — процедила она, глядя куда-то в сторону. — Я... я дам тебе почитать ту «инструкцию» Хильды. Так мы обе будем знать и сможем поправить друг друга, если будем ошибаться. Гермиона была шокирована. Дафна? Сама? Предлагает ей такой козырь? — А ты, — продолжила слизеринка, всё ещё не глядя на неё, — научишь меня той магии вейл. Это может быть полезно. Гермиона спокойно и быстро согласилась. Она и так собиралась обменять эти знания на доступ к книге, но то, что Дафна сама предложила сделку, было неожиданно. — Тогда начнём, — сказала Дафна, её деловой тон вернулся. — Что ты изучала? — Лечебные чары, — ответила Гермиона. Дафна поджала губы. Гермиона была уверена, что та вспомнила издевательский комментарий Астории про «медсестёр». — Не против, если присоединюсь? — вздохнув, спросила Дафна. — Мне это тоже не помешает. Наш кобель, хоть и сильный до жути, явно не в последний раз нарывается. Гермиона кивнула. Всё складывалось слишком хорошо. Она смотрела, как Дафна сосредоточенно уткнулась в книгу по анатомии магических существ. Что-то во всём этом Гермионе не нравилось. Через некоторое время она поняла. Дафна с самого начала вела этот разговор. Она предлагала, она ставила условия, она направляла. Гермиона не могла позволить ей полностью лидировать. Последнее слово хотя бы должно быть за ней. — Осторожнее, Гринграсс, — с лёгкой усмешкой произнесла она. — Мы так можем и подружиться. Дафна оторвалась от книги и посмотрела на Гермиону, удивлённо приподняв бровь. — Не переоценивай себя, Грейнджер… — она на мгновение задумалась. — Хотя… подруга. Это был бы интересный новый опыт. Гермиона усмехнулась. Подруга? У неё тоже никогда не было настоящих подруг. Но это точно будет не Гринграсс. *** Дафна сидела в гостиной на базе Аномалий, и атмосфера была… необычной. Она чувствовала себя неуютно, хотя и старалась этого не показывать. Сьюзен Боунс, Ханна Аббот и Невилл Лонгботтом сбились в кучу на одном огромном диване и нервно оглядывались. Им явно было не по себе в этом логове хищников. Невилл и Ханна неосознанно жались друг к другу. Рядом с ними сидел Гарри, а Сьюзен буквально вцепилась в его руку, словно он был её единственным спасательным кругом. Сам Гарри тоже заметно нервничал. Астория сидела чуть поодаль и с нескрываемым, почти научным любопытством наблюдала за всеми, словно попала в зоопарк с редкими, пугливыми животными. Гермиона сидела ближе к краю другого дивана, рядом с Дафной, возле кресла Альтаира. «Откуда он, кстати, нашёл это кресло?» — с раздражением подумала Дафна. Днём, когда они только прибыли, его здесь не было. А теперь Альтаир спокойно сидел в нём, откинувшись на спинку, и был единственным существом в комнате, которое выглядело абсолютно спокойным. Дафна и сама нервничала. Она видела, что Гермиона тоже. Причина была проста: Альтаир сказал, что скоро должны прибыть Никта и Хель. Они встретят их здесь, а после все вместе вернутся в замок. Прибытие Древних. К этому жизнь её не готовила. Но больше всех, к огромному злорадному удовлетворению Дафны, нервничали Серафина и Хильда. Она с плохо скрываемым удовольствием наблюдала, как эти две всемогущие ведьмы носятся по гостиной, сея за собой хаос и тут же судорожно его исправляя. Даже их одежда изменилась. Куда-то пропали их обычные провокационные наряды. Обе были одеты в женские, строгие деловые костюмы — Хильда в чёрный, Серафина в тёмно-синий. Дафна с раздражением должна была отметить, что даже так они выглядели великолепно. Но к приходу Хель они явно подготовились. «Странно, — подумала Дафна, — я бы на их месте надела платье. Но им, видимо, виднее, как вести себя с Древней Смерти. Надо будет запомнить и проследить в следующий раз». Она бросила короткий взгляд на Гермиону. «И напомнить Грейнджер». Как бы бредово это ни звучало, для Дафны Гермиона теперь была союзницей. И надо было следить, чтобы она тоже не сделала ничего лишнего и не опозорила их обеих. В это время Хильда, в очередной раз пробегая мимо Юстины, стоявшей как статуя у стены, щёлкнула пальцами. Не особо приличный костюм горничной на рабыне снова сменился на еще более пошлый, едва прикрывающий её наряд. Дафна закатила глаза. Это был уже пятый раз за последние полчаса. И вот, как и ожидалось, Серафина тут же это заметила. — Хильда, хватит играть с этой! — раздражённо бросила она, одним взмахом руки возвращая Юстине более приличный вид (хотя юбка, по мнению Дафны, всё равно была коротковата, но хоть нижнее бельё прикрывала). — Сейчас не до неё! Магистр Хель скоро прибудет, ей не понравится такой наряд на рабыне Альтаира! — Магистр Хель любит порядок, — парировала Хильда, повторяя фразу, которую Дафна слышала уже в пятый раз. — Рабыня должна выглядеть подобающе своему статусу. — Это просто рабыня, — отрезала Серафина. — Посмотри на Альти, ему совершенно всё равно. Это же не костюм для тебя или для меня. Все в комнате невольно перевели взгляд на Альтаира. Он был расслаблен, казалось, совершенно не обращая внимания на их перепалку, и спокойно потягивал что-то из своего стакана. Дафна реально завидовала его терпению. Хильда, видимо, решила добиться своего и подключить к спору того, с кем Серафина спорить не будет, — самого Альтаира. Она подплыла к его креслу. — Альти, а тебе как больше нравится? — промурлыкала она. — Всё-таки, это твоя игрушка. Альтаир скучающе осмотрел Юстину. Дафна заметила, как в глазах рабыни на мгновение зажёгся какой-то отчаянный огонёк, и она инстинктивно встала в более соблазнительную позу. «Вот шлюха», — с холодным презрением подумала Дафна. — Мне всё равно, — безразлично ответил Альтаир и отпил из своего стакана. «"Пылающая Твердыня", — узнала напиток Дафна. — Ему вообще можно алкоголь после его ранения?» Хотя, если Хильда, которая его лечила, не против, то, наверное, можно. Но, с другой стороны… чтобы Хильда запретила что-то Альтаиру? Да скорее Волан-де-Морт организует общество по защите львов в магловском зоопарке. Но вот Альтаир молодец. И ведь реально, его Юстина совершенно не интересует, хотя выглядела она, Дафна вынуждена была это признать, замечательно. Она с удовлетворением отметила разочарованный взгляд Юстины на его слова. Она явно не привыкла к такому. Так что Дафна ценила стойкость Альтаира. И, судя по довольной улыбке Гермионы, сидевшей рядом, она тоже была счастлива. «Надо бы как-нибудь дать ему знать, что я это ценю», — промелькнула у Дафны мимолётная мысль. И тут же её пронзила другая, более острая. А чего, собственно, тянуть? Прав на Альтаира среди всех, находящихся в этой комнате, у неё было больше, чем у кого-либо. Она — его невеста. Это была не просто мысль. Это был вызов. Идеальная возможность. Возможность показать и Хильде, и Серафине, что Дафна Гринграсс так просто не сдаётся. Она наклонилась к Гермионе, которая сидела рядом, всё ещё краснея от пошлых шуток. — Повторяй за мной, — прошептала Дафна, вкладывая в свой голос всю свою слизеринскую решимость. Гермиона удивлённо вскинула на неё брови, но Дафна уже не смотрела. Она грациозно поднялась. Каждый мускул её тела был под контролем. Она чувствовала на себе взгляды всех в комнате — удивлённые, насмешливые, испуганные. Она подошла прямо к креслу Альтаира. Он поднял на неё свои глаза. Дафна, не давая ему опомниться, наклонилась, положила руки ему на плечи, закрывая его от остальной комнаты, и поцеловала его в губы. Это был не тот яростный, собственнический поцелуй, который она видела у Хильды. И не тот холодный, расчётливый, который, возможно, практиковала Серафина. Она старалась быть как можно нежнее — лёгкое, короткое касание губ, которое было одновременно и заявлением, и благодарностью. Отстранившись, она, как ни в чём не бывало, с грацией села на подлокотник его кресла, заняв свою позицию, и выжидающе посмотрела на Гермиону. Та стояла в полном шоке. Но Дафна видела, как в её карих глазах шок борется с упрямством. Гермиона Грейнджер не умела проигрывать. Она бросила на Дафну быстрый, разъярённый взгляд, полный вызова — «Ах ты...» — глубоко вздохнула и, собрав всю свою гриффиндорскую смелость, решительно повторила её действия, заняв второй подлокотник. Дафна намеренно отвернулась. Ей не нужно было видеть, как Гермиона его целует. Тот факт, что она сама её к этому подтолкнула, делал эту сцену чуть менее болезненной. Почти. Вместо этого она смотрела на Хильду и Серафину. Их удивлённые, почти ошарашенные лица были лучшей наградой. «Так-то, — мысленно усмехнулась Дафна. — Вы ещё не выиграли». Астория с восторгом наблюдала за этим безмолвным поединком. Сьюзен и Ханна смотрели на них со сложным коктейлем эмоций, в котором страх мешался с восхищением и уважением. А Невилл и Гарри… Гарри и Невилл, казалось, искали, куда бы спрятаться, оба густо покраснев. «Да что с ними такое?» — с раздражением подумала Дафна. На Юстину она даже не взглянула. Она была незначительна. Альтаир ясно дал это понять. В этот самый момент в центре гостиной вспыхнуло оранжевое пламя, и из него вышли Сурт и Фенрис. Фенрис был таким же, как обычно, в своей кожаной куртке и с наглой ухмылкой. А вот Сурт… Дафна на мгновение замерла, разглядывая его. На нём не было ни доспехов, ни шлема. Он был воплощением первобытной мощи, едва втиснутым в рамки цивилизации. Гигантский, широкоплечий, с телом, состоящим из узлов твёрдых, как камень, мышц, которые, казалось, с трудом помещались под идеально скроенным чёрным костюмом. Он был лысым, а его суровое, покрытое шрамами лицо обрамляла густая рыжая борода. Не застёгнутый пиджак открывал красную рубашку — цвет, который в точности повторял оттенок его красно-оранжевых глаз, тлеющих в глазницах, как угли в кузнечном горне. Он был огненным титаном, притворившимся аристократом, и этот контраст был пугающе неестественным. Они оба сразу заметили напряжение в гостиной. — Что происходит? — спросил Фенрис, его взгляд с любопытством остановился на Альтаире, которого с двух сторон, как почётный караул, «охраняли» Дафна и Гермиона. Астория ответила первой, её голос звенел от восторга: — Моя сестра, похоже, наконец пришла в себя и начала действовать! Представляешь, она только что, прямо при Хильде и Серафине, поцеловала Альтаира и оккупировала подлокотник его кресла! Гермиона решила последовать её примеру. Вот теперь сидим, ждём — будут ли Хильда и Серафина их убивать или как? И она звонко расхохоталась. Фенрис и Сурт оценили картину. Они перевели взгляд с двух девушек на подлокотниках на двух других, выглядящих удивлённо, и тоже расхохотались. Серафина и Хильда переглянулись и ухмыльнулись. — Становится всё интереснее, — сказала Хильда. — Да, — кивнула Серафина. Сурт посмотрел на Альтаира, который так же спокойно сидел, и пророкотал: — Везучий засранец. Фенрис, Гарри и даже Невилл согласно закивали. Фенрис, отсмеявшись, наконец, повернулся к остальным. Его взгляд тут же зацепился за Юстину, которая старалась стоять в тени, и его лицо озарила хищная, оценивающая ухмылка. — А это что за красотка? — Новая игрушка Альтаира, — лениво ответила Серафина. — Маг Маяка, попавшая к нему в рабство. — Маг Маяка? — Фенрис оскалился. — Как интересно. Ал, ты становишься всё наглее и наглее. Хильда же, решив, что настало время для второго раунда, прервала его. — Шавка, Сурт, раз вы тут, помогите определить, — она щёлкнула пальцами, и костюм горничной на Юстине снова сменился на тот откровенный, едва прикрывающий её наряд, — какой костюм подходит рабыне больше? Тот, что сейчас, или... Дафна заметила, что сейчас, в отличие от того раза, когда они просили оценить Альтаира, Юстина стояла скромно, пытаясь не привлекать к себе лишнего внимания. Сурт и Фенрис, не сговариваясь, в один голос заявили: — Этот! Укороченный! Серафина возмущённо фыркнула. — Естественно, этим двум второй вариант понравится больше! — Она метнула испепеляющий взгляд в Фенриса. — А теперь, шавка, слушай полные данные. Какой костюм ей больше подходит, УЧИТЫВАЯ, что скоро прибудут Магистр Хель и Магистр Никта? Фенрис мгновенно выпрямился. Вся его наглая развязность испарилась, сменившись чистой, незамутнённой паникой. — Магистр Хель? — прохрипел он. Серафина медленно кивнула. Фенрис, не говоря больше ни слова, резко развернулся и стремительно направился в сторону жилых комнат. — Шавка, ты куда?! — крикнула ему вслед Хильда. — В ДУШ! — донёсся в ответ уже из коридора его панический рёв. — Я недавно трансформировался! Если Магистр Хель учует запах волка, она снова заставит меня проходить её тренировки по сокрытию! Я ЭТОГО ЕЩЁ РАЗ НЕ ПЕРЕНЕСУ! Серафина раздражённо крикнула ему вслед: — Так какой Юстине одеть костюм для встречи?! — ДА ВООБЩЕ ВСЁ РАВНО СЕЙЧАС! — донеслось из-за поворота. — И ВООБЩЕ, ВСЕ ТРОЕ — ХИЛЬДА, СЕРАФИНА И НОВЕНЬКАЯ — ИДИТЕ НА ХУЙ… К АЛЬТАИРУ! МНЕ О СЕБЕ ПОЗАБОТИТЬСЯ НАДО! Хильда раздражённо цокнула языком. — Если бы это в данной ситуации помогло, я бы с радостью. Серафина только обречённо выдохнула и кивнула. Юстина же, как заметила Дафна, казалось, оживилась, и предложение Фенриса ей явно пришлось по душе. — Альти, может, ты решишь? — повернулась Серафина к Альтаиру. Тот даже не смотрел на них. Он задумчиво глядел вслед Фенрису. — А когда я ему говорю, что от него псиной воняет, он огрызается… Сурт, до этого молча наблюдавший за сценой, посмотрел на Юстину. — Если вы готовите её к встрече с Хель, — пророкотал он, — юбку сделайте подлиннее. Серафина удовлетворённо кивнула и вернула Юстине более приличный (по их меркам) костюм. Дафна мысленно вздохнула. «Всё равно коротко. Они просто заменили тонкий пояс на широкий. Хотя бы бельё прикрывает». Сурт тем временем грузно сел на диван, который жалобно скрипнул под его весом. Он осмотрел всех вокруг и, посмотрев на Гарри и Невилла, констатировал: — Какие-то вы хилые. Гарри и Невилл не знали, что ответить. — Они ещё натренируются, — вмешался Альтаир. — И не всем же быть громилами, которые только и делают, что размахивают кулаками, пытаясь проломить голову оппоненту. Сурт расхохотался. — Ты всё ещё дуешься за тот удар? — Я не люблю, когда меня бьют по голове, — недовольно ответил Альтаир. — О чём вы? — спросила Хильда, которой, очевидно, не нравилось, что она что-то не понимает. Сурт отмахнулся. — Да так, обсуждаем наш бой. Этот засранец, — он с гордостью ткнул большим пальцем в сторону Альтаира, — умудрился принять на себя полный «Рагнарёк» и теперь недоволен, что получил по голове. Он повернулся к Альтаиру. — Знаешь, засранец, то, что ты принял на себя «Рагнарёк» и жалуешься на простой удар по голове, — это даже немного обидно. Альтаир лишь пожал плечами, его лицо было непроницаемым. — Мозги — единственное, что отличает меня от остальных магов Цитадели. Я ими дорожу. Сурт расхохотался. Дафна не могла понять: они сейчас серьёзно или так шутят? И Альтаир... он не только получил ту ужасную рану на груди, но его ещё и ударили по голове? Насколько же серьёзным был этот бой? Серафина недовольно прошипела: — Говорит про мозги, идиот. Решил, что принять на себя концепцию «конца» — хорошая идея, вместо того чтобы уклониться. Альтаир недовольно поморщился. — Как я уже говорил, этот варвар до этого ударил меня по голове. Я не очень хорошо соображал. — Да что ты понимаешь, женщина! — возмущённо посмотрел на неё Сурт. — Зато Ал теперь единственный, кто смог принять мою атаку! Как вас вообще взяли в Аномалии, если вы даже таких вещей не понимаете? Внезапно в воздухе что-то сверкнуло. Кинжал Серафины, появившийся из ниоткуда, пролетел через всю комнату и с глухим «тхунк» вонзился в дерево дивана между ног Сурта, в опасной близости от его… достоинства. Серафина холодно произнесла: — Ещё одно слово, и ты сможешь попрощаться со своим «концом», Сурт. Все парни в комнате — Гарри, Невилл, Сурт и даже Альтаир — синхронно сглотнули. Гигант медленно поднял руки в примирительном жесте. — Я просто пошутил. Дафна с откровенным, холодным восхищением наблюдала за этой сценой. Она не была уверена, что ей больше понравилось: молниеносная реакция Серафины или то, как она, не моргнув глазом, поставила на место гиганта, которого боялись во многих мирах. Всё-таки не стоило забывать, что, как бы мирно они себя ни вели, Серафина и Хильда по силе были равны остальным Аномалиям. Это были два монстра, скрытые в красивой и безобидной оболочке. Альтаир же, казалось, устал от всего этого. Он вытянул руку и сказал: — Локи. Помидор. В его руке тут же материализовался идеальный, алый помидор. Но прежде чем он успел поднести его ко рту, Дафна, повинуясь какому-то новому, дерзкому инстинкту, выхватила его прямо из его руки. — Хель не разрешала тебе есть сегодня больше помидоров. Альтаир очень обиженно посмотрел на неё. Дафна, на всякий случай, слезла с подлокотника и отошла к дивану, сев на безопасном расстоянии. Альтаир перевёл свой умоляющий взгляд на Гермиону. Та тоже встала и демонстративно села рядом с Дафной. Он посмотрел на Серафину и Хильду. Обе синхронно, с преувеличенной невинностью, отвели взгляды. Альтаир тяжело, трагически вздохнул и сосредоточил всё своё внимание на помидоре в руках Дафны. Дафне стало не по себе. Куда бы его спрятать? Такое внимание Альтаира ей совсем не нравилось. — Сестрёнка, — раздался весёлый голос Астории, которая, казалось, только и наслаждалась этим хаосом. — Я в фильмах видела. В грудь прячь. Дафна возмущённо посмотрела на неё. Она опять издевается? Как такой крупный помидор можно спрятать там? На это шансы из присутствующих имели только Хильда, Серафина и, возможно, Сьюзен. Хильда, заметив взгляд Дафны, торжествующе хмыкнула. — Я бы могла спрятать. Но Альти точно оттуда достанет. Дафна проигнорировала эту корову. Куда деть помидор? Не самой же ей его есть? Альтаир такого точно не простит. Астория встала, подошла к ней и, забрав помидор из её рук, сказала: — Не о чем переживать. Она повернулась к Альтаиру. — Помидор ты не получишь. незапно пространство посреди гостиной завибрировало. Воздух пошёл рябью, а затем, с тихим, сосущим звуком, начал сворачиваться сам в себя, образуя холодную, вращающуюся воронку — идеальную чёрную дыру, открывшуюся прямо посреди комнаты. Из этой невозможной пустоты вышли две женщины. Альтаир и Сурт тут же встали. Серафина и Хильда, забыв о своём споре, резко вытянулись по струнке, их лица мгновенно стали серьёзными. Первая женщина была воплощением абсолютного, стерильного контроля. Её присутствие не просто охлаждало комнату — оно, казалось, высасывало из неё всё тепло, весь беспорядок, заменяя его ледяным покоем. Она была высокой и статной, одетая в безупречный чёрный деловой костюм, который сидел на ней с военной точностью. Длинные, идеально прямые серебряные волосы были стянуты в тугой, безупречный хвост. Её кожа была бледной, почти фарфоровой, а черты лица — точёными и аристократическими. Но главной её чертой были глаза — пронизывающие, серебряные, как осколки льда. В её взгляде не было ни эмоций, ни сомнений. Дафна интуитивно поняла. Это была Хель. Вторая женщина была её полной противоположностью. Она была не просто красивой — она была воплощением тёмной, бархатной ночи. Её кожа имела тёплый, лёгкий загар, который потрясающе контрастировал с иссиня-чёрными волосами, что водопадом струились до самой талии, поглощая свет. Она двигалась с ленивой, соблазнительной грацией, и тёмное шёлковое платье, казалось, льнуло к её идеальной фигуре. Она выглядела лет на тридцать, и на её аристократическом лице играла лёгкая, лукавая, всезнающая улыбка. Но когда её взгляд скользнул по Дафне, той стало не по себе. Глубокие, тёмно-фиолетовые глаза, зрачки Никты были лишены были как два бездонных колодца, два окна в первозданную, беззвёздную пустоту. Никта окинула всех взглядом и, проигнорировав напряжённое молчание, с радостным возгласом кинулась к Альтаиру. — Альти! Она вцепилась в него, обвив руками и с силой вжимая его голову себе в грудь. — Мы так давно не виделись в истинных телах! Ты так вырос! В этот самый момент дверь в дальнем конце гостиной бесшумно распахнулась, и в комнату, спотыкаясь, влетел Фенрис. Он был одет в простую деловую одежду — жёлтую рубашку и тёмные брюки, — и выглядел так, словно за ним гналась вся армия Цитадели. Он был тихим. Дверь за ним бесшумно закрылась. Заметив Хель, Фенрис побледнел, вытянулся по струнке и быстро спрятался в самой глубокой тени у стены, притворившись частью мебели. Дафна наблюдала за этой сюрреалистичной картиной и в очередной раз за день не могла понять, что происходит. Могущественные Аномалии ведут себя как нашкодившие школьники. Богиня Тьмы... душит её жениха своей грудью. А посреди всего этого хаоса стоит богиня Смерти и молча, задумчиво всех изучает. Наконец Альтаир, издав сдавленный хрип, сумел вырваться из объятий Никты. Ну, по крайней мере, оторвать лицо. — Магистр Никта, — тяжело дыша, произнёс он. — Я тоже рад вас видеть. Но мне нужно дышать. Никта расстроенно посмотрела на него. — Альти, холоден как и всегда, — проворковала она и повернулась к Хель. — Сестра, тебе надо было научить своего воспитанника быть более… «Живым», что ли? А то скучно. Дафна и Гермиона рядом с ней пытались осмыслить сказанное. Смерть. Должна была научить его быть более живым? Даже сама Хель, казалось, была удивлена, судя по её изящно приподнятой серебряной брови. Никта тем временем отпустила Альтаира и тут же, с той же удушающей нежностью, набросилась на Хильду. Серафина, воспользовавшись моментом, отошла от них обеих и бесшумно подошла к дивану, где сидели Дафна и Гермиона. Дафна услышала, как она злорадно прошептала Гермионе на ухо: — Будет знать, как душить Альти своими бидонами. Хотя, видно, от кого у неё эта привычка. Дафна скептически подумала, с раздражением отметив, что Серафина и сама обладает «бидонами» ненамного меньше, и вряд ли хоть раз упускала возможность вжать их в Альтаира. Хель прошла мимо них, не обращая внимания на суету, и с властной грацией опустилась в кресло, которое только что покинул Альтаир. В её жесте не было вопроса — она просто занимала трон. Как только она села, расселись и все остальные. Альтаир, не моргнув глазом, движением руки создал себе точную копию своего кресла из тьмы и сел рядом. Никта, отпустив наконец тяжело дышащую Хильду, которая опустилась на диван. — И почему все так уважают Хель? — капризно проворчала она, глядя на вытянувшуюся по струнке Хильду. — Она Магистр Цитадели, — спокойно ответил Альтаир, как будто это всё объясняло. Никта вздохнула и уселась на диван рядом с Хильдой, которая, судя по её напряжённому виду, была не рада такому соседству, но молчала. Хель тем временем начала свой безмолвный «осмотр». Её серебряные, как осколки льда, глаза медленно прошлись по Серафине и Хильде. Обе Аномалии застыли, выпрямившись, как на плацу. Дафна видела, как Серафина едва заметно сглотнула. Хель, казалось, ничего не сказала, но её взгляд был тяжелее любого приказа. Наконец, она коротко, почти незаметно, кивнула. Серафина и Хильда одновременно, едва заметно, выдохнули. Дальше её взгляд переместился на Гермиону и Дафну. Она так же молча «осмотрела» их, не выказав ни одобрения, ни порицания, а затем её взгляд впился в Гарри и Сьюзен, которая всё ещё инстинктивно жалась к нему. Хель, наконец, заговорила. Её голос был тихим, как шелест могильной пыли. — Поттер. Ты радуешь меня больше, чем твои предки на несколько десятков поколений. Молодец. Затем её взгляд на мгновение задержался на Сьюзен, словно что-то для себя решая. — Хорошо, — просто сказала она и перевела взгляд на Фенриса, полностью проигнорировав Невилла и Ханну. Дафне показалось, что она никогда в жизни не видела, чтобы кто-то был так рад, что на него не обратили внимания. Невилл и Ханна, казалось, вообще перестали дышать. — От тебя не воняет, — констатировала Хель, глядя на Фенриса. — Молодец. Тренировки не будет. Фенрис заметно расслабился и с облегчённым выдохом поднялся. — Пойду выпью, — пробормотал он и поспешил к бару. Хель посмотрела на Юстину и её пошлый наряд. — Слишком короткая юбка. Нефункционально. Она говорила это, глядя прямо на Серафину и Хильду. — Магистр Хель, её никто не будет пускать в бой, — тут же начала оправдываться Хильда. — Она просто одета для того, чтобы радовать глаза Альти, ничего более. Хель приподняла бровь и перевела взгляд на Альтаира, спрашивая: — Действительно? Альтаир лишь пожал плечами. — Ладно, — сказала Хель, и Хильда облегчённо выдохнула. Никта же весело улыбнулась. — Альти, у меня завтра встреча с Мойрой. Не одолжишь свою рабыню? Уверена, Мойра будет очень рада узнать, что её агент попала в твои надёжные руки, и полюбоваться её новым образом жизни. Альтаир на это лишь махнул рукой. Дафна перевела взгляд на Юстину. Судя по её бледному, полному ужаса лицу, эта перспектива её совсем не радовала. Дафна сглотнула. Какой бы опасной ни была Хель, Никта была той, которую стоило опасаться в этой комнате больше всех. Хель тем временем перевела взгляд на Сурта. — Ты недавно кого-то убил. Я чувствую от тебя множество смертей. Сурт усмехнулся. — Не так уж и много. Всего лишь уничтожил на одном Осколке город-храм в честь этой твари Мойры. Дафна увидела, как Альтаир, Серафина и Хильда повернулись к Сурту. В их глазах читалось явное, неприкрытое одобрение. — Зачем? — равнодушно спросила Хель. — Там было пару десятков лепреконов, — ответил Сурт. — Убить их напрямую не получится. А вот когда уничтожается целый город, пусть попробуют спастись. Гермиона в шоке переспросила: — Вы уничтожили целый город, чтобы убить пару десятков лепреконов? Сурт недоумённо посмотрел на неё. — Ну да. Как будто это было естественно. Дафну в очередной раз передёрнуло. Очередное напоминание о том, кто сейчас находится в этой комнате. Все Аномалии выглядели так, будто Сурт не сделал ничего плохого. Дафна перевела взгляд на Альтаира. Он сидел, о чём-то задумавшись, и, казалось, совершенно не был шокирован этой новостью. Хель ответила Сурту с холодной, как лёд, логикой: — Умно. Затем её пронзительные серебряные глаза обратились к Альтаиру. Дафна тут же заметила, как строгая маска Магистра Цитадели на мгновение дрогнула, уступив место едва заметному следу… беспокойства? — Ал, что случилось? — её голос оставался ровным, но в нём пропала та ледяная жёсткость. Альтаир, всё ещё сидящий на диване, недовольно кивнул в сторону Дафны. — Она, — с обидой в голосе произнёс он, — отобрала у меня помидор. По твоему указу. Лицо Хель снова стало непроницаемым. Она медленно перевела свой тяжёлый, анализирующий взгляд на Дафну. Дафна почувствовала, как её сердце на мгновение остановилось. Она не знала, чего ждать. Гнева? Раздражения? Но Хель просто смотрела на неё — долго, изучающе. — Ты мне нравишься, — наконец констатировала она. Дафна не знала, радоваться этому или нет. Она бросила быстрый взгляд на Гермиону, но та, казалось, до сих пор была в шоке от рассказа Сурта об уничтожении целого города. — Что собираешься делать? — спросила Хель у Альтаира. — Сегодня — ничего, я устал, — ответил Альтаир, и Дафна увидела, как в его руке из воздуха материализовалась фляга. Он отхлебнул из неё. Откуда он взял эту флягу? — А потом? — не отставала Хель. — Потом спать. — Дальше. — Дальше тренировка, душ и завтрак. — Дальше. — Дальше… — Да вы издеваетесь?! — не выдержала Никта. Её бархатный голос звенел от возмущения. — Альти, не надо рассказывать всё по очереди! Хель интересует не последовательность твоих действий, а ПЛАН! П-Л-А-Н! Хель и Альтаир недоумённо посмотрели на неё. Хильда, Серафина, Фенрис и Сурт, наблюдавшие за этой сценой, тихонько посмеивались. — Сестра, — невозмутимо произнесла Хель, — он и рассказывал план. Альтаир, как бы в подтверждение, кивнул и снова отхлебнул из фляги. Никта посмотрела на Альтаира, потом на Хель, и с театральным стоном откинулась на спинку дивана. — И ведь даже не издеваются… — пробормотала она. — Планы на завтра, — как ни в чём не бывало, продолжил Альтаир, — испытание Вольмира для Гарри и тренировка авроров. — Хорошо, — ответила Хель. Дафну уже саму начинала подбешивать эта их странная, рубленная манера общения. Но первым не выдержал Фенрис. Он вскочил с дивана, подошёл к Альтаиру и бесцеремонно вырвал у него флягу из рук. — Что ты там пьёшь, что так спокоен? Мне тоже надо! В следующую секунду Альтаир уже стоял возле него. Раздался тихий, влажный хруст. Фенрис удивлённо посмотрел правую руку Альтаира, которой Альтаир вытаскивал флягу и руки Фенриса. Затем он посмотрел на левую руку Альтаира, в которой была правая кисть Фенриса. Отдельно от тела. Дафна протёрла глаза. Это не иллюзия? Фенрис, ничуть не смутившись, принюхался. — ЭТО ТОМАТНЫЙ СОК! — взревел он, и в его голосе было немыслимое разочарование. Он отобрал свою кисть у Альтаира, с будничным видом приставил её к культе, и Дафна с отвращением увидела, как плоть за долю секунды срослась обратно. — Между Алом и его помидорами… — пробурчал Фенрис, направляясь к бару. — Даже я не настолько чокнутый, чтобы вставать. Все взгляды скрестились на Альтаире. Тот спокойно сел в своё кресло и сделал очередной глоток из фляги. — Откуда у тебя томатный сок? — спросила Хель, и в её голосе звенела сталь. — Я обещал не есть помидоров много, — невинно ответил Альтаир. — Про томатный сок я ничего не обещал. — Это я придумала! — самодовольно заявила Астория, сидевшая на диване. Все теперь уставились на неё. Дафна в ужасе подумала, как будет спасать свою наглую младшую сестру от гнева Древней Смерти. Она бросила полный надежды взгляд на Альтаира. Тот лишь незаметно махнул рукой, мол, «всё в порядке». Хель тем временем хмыкнула. — Ты умна, дитя. Тут же Никта, Сурт, Хильда и Фенрис разразились громким, почти истерическим хохотом. Дафна облегчённо выдохнула. Альтаир допил свой сок, с грустью посмотрел на пустую флягу и спросил Асторию: — Есть ещё? Она ухмыльнулась и кинула ему ещё одну флягу неизвесто откуда её достав. Альтаир на лету поймал её, задумчиво повертел в руках, а затем произнёс, глядя куда-то в потолок: — Кажется, не с той Гринграсс меня контракт связал. Четыре недовольных, прожигающих взгляда мгновенно скрестились на нём. Дафна перевела взгляд на сестру. Та, кажется, за долгое время не знала, что сказать. Такого эффекта она явно не ожидала. Сурт, внимательно посмотрев на Альтаира, потом на свою громадную руку, а потом снова на Альтаира, задумчиво произнёс: — Видимо, я на самом деле слишком сильно его по голове ударил.