Сборник яндере драбблов от Riricatria

Сон. Отдых — одна из тех немногих вещей, от которых человек не может отказаться, кем бы он ни был. По крайней мере, ты так думала — до того, как встретила мужчину, в чьих объятиях оказалась теперь. Твое тело неподвижно, как стальной прут, хотя ночь уже давно вступила в свои права. Шероховатый камень на полу пещеры больно давит на бедро, а влажный и омерзительно затхлый воздух обжигает дыхательные пути. Пальцы посинели — ты не чувствуешь их, кажется, уже целую вечность. Широкая грудь мужчины вплотную прижата к твоей спине, но от его кожи не исходит ни капли тепла. Ты не решаешься прижать руки к груди, даже чтобы хоть немного согреться. Не позволяешь себе ни дрожи, ни одного лишнего движения. Все часы, что ты провела без сна в объятиях похитителя, ни разу не изменила позы — сколько бы ни ныло тело. Ты уверена: стоит вдохнуть чуть глубже обычного — и Рери, Лунный мститель, мгновенно поймет, что ты не спишь. Ты больше не веришь, что сможешь пережить эту ночь. Паника поднимается внутри, словно кипящая лава, и чем дольше ты лежишь в его руках, тем сильнее страх расползается по телу. Хотя в глубине души уже осознаешь, что еще немного — и внутреннее равновесие окончательно рухнет. Этот человек — или то существо, что носит человеческий облик — зол. На что именно, ты не знаешь: он не утруждал себя разговорами; не проявил ни крупицы сочувствия, и не сказал ничего, кроме своего имени. Тем не менее, почти физически ощутимая ярость, исходящая от него, настолько сильна, что ты боишься даже дышать громче, чем нужно, не говоря уже о том, чтобы дать ему знать, как тебе некомфортно. Кажется, будто ты стоишь на самом краю бездонной пропасти, где каждое неверное движение может стать последним. Ведь даже простое напоминание о том, что людям нужно спать, едва не вывело Рери из себя. Мысли обрываются, когда его когти скользят по твоему боку. Ты не успеваешь сдержаться — из горла вырывается приглушенный звук, хриплый и жалкий. Почти сразу зажимаешь рот ладонью, но уже через долю секунды осознаешь свою ошибку. Рери глухо рычит. Слегка меняет свое положение, отчего твое тело двигается вместе с его. — Глупо было не воспользоваться возможностью поспать, — его низкий голос звучит холодно, как лед. По позвоночнику пробегает дрожь. Ты замираешь, тщетно пытаясь сохранить видимость сна. Но притворяться бессмысленно. Тело предательски дергается от сдержанного всхлипа, когда ладонь мужчины ложится поверх твоей, крепко сжимая запястье и отводя руку от лица. Захват слишком жесткий, чтобы быть просто раздраженным жестом — в нем сквозит угроза. Сердце бьется так быстро, что кажется, будто оно вот-вот вырвется из груди. Тебя захлестывает дикое желание сделать хоть что-нибудь: вырваться, убежать, спрятаться. Но ты не двигаешься, даже когда Рери поднимает твою руку и большим пальцем проводит по тонким венам под кожей. Его коготь медленно впивается в мягкое, чувствительное место на внутренней стороне запястья. С каждой секундой давление усиливается. Ты больше не можешь терпеть. — Мне… холодно, — выдыхаешь едва слышно. Твой голос тоньше, чем кончик его когтя. А следом вырывается всхлип — тихий, жалкий, почти звериный. Рери усмехается — коротко, хрипло. От этого звука к горлу подступает тошнота. — Ваш вид не знает меры в потакании своим слабостям, — произносит он с презрением, с силой разжимая твой кулак и сплетая свои пальцы с твоими. Мужчина словно дал понять: то, что он позволил тебе отдохнуть — уже одолжение. Все, что ты делаешь, раздражает его. И все же он не отпускает. Его присутствие душит, лишает воздуха, стирает последние следы спокойствия, которые у тебя когда-то были. Ты так и не осмелилась попытаться сбежать. Под его пристальным взглядом шанс тебе не выпадет. Мужчина чувствует все — дыхание, пульс, любую, даже самую мелкую дрожь. Иногда тебе кажется, что Рери вовсе не человек. Кем он является — ты не знаешь. Но запах смерти, преследующий его, подсказывает: вряд ли ты хочешь это выяснить. С каждой новой догадкой внутри рождается ответ — лучше не знать. Сглатываешь ком в горле, стараясь не показать слабость. Даже спиной чувствуешь его взгляд — цепкий, пронизывающий до костей. Мысль о том, чтобы встретиться с Рери глазами, едва не сводит тебя с ума. Вдруг он отпускает твое запястье. Рука безвольно падает вниз, но радость от облегчения длится недолго — другой рукой мужчина сжимает твою талию, и резко поднимается, легко поднимая тебя с пола, будто тряпичную куклу. Ты теряешь равновесие, спотыкаешься, но он даже не пытается помочь. Лишь тащит тебя за собой вглубь пещеры, пока не останавливается у дальней стены. Рери садится, резко усаживая тебя себе на колени. Ты неловко падаешь на грудь мужчине — и мгновенно оказываешься в западне его рук. Они сжимаются вокруг тебя, как стальные тиски. Это не забота. Это предупреждение. Стоит тебе вырваться и попытаться убежать — он перережет тебе горло. Ты вздрагиваешь, когда его пальцы запутываются в твоих волосах. Но, вопреки ожиданию, мужчина не делает ничего страшного или болезненного. Лишь чуть приподнимает твою голову, укладывая ее у себя на груди. Сердцебиения нет. Это первое, что ты замечаешь. От осознания, что держишься за нечто безжизненное, по коже бегут мурашки. Но убежать от него тебе все равно не суждено. — У тебя есть время до рассвета, — тихо произносит Рери. Он приподнимается, вытягивает из-под себя тяжелый плащ и, словно летучая мышь, укутывает вас обоих. Комфорта это не прибавляет. От него пахнет смертью, кровью и сталью. Но тепло ткани понемногу вытесняет холод. И ты — сама не замечая как — начинаешь расслабляться, чувствуя под щекой твердую грудь. Это не покой. Просто усталость, граничащая с забытьем. Сознание плывет. И на один короткий миг ты позволяешь себе то, чего боишься больше всего — забыть об инстинкте самосохранения и просто закрыть глаза.