Какова твоя сила любви, Грейнджер?

      Дубовые двери распахнулись и в зал вошёл волшебник средних лет: высокий мужчина в потрёпанной дорожной мантии. Его чёрные, гладко прилизанные волосы были убраны в хвост. Короткий кивок и разворот руки в сторону, в знак почтения.       — Мистер Нотт, в баре «Дикий волк» задержан волшебник, что утверждает, будто бы накануне прибыл из Британии, и настаивает на встрече с вами.       — Настаивает на встрече с тем, кого нет в живых уже почти два года? — спросил старший волшебник, что стоял у окна. Он слегка склонил голову на бок и его пронзительный, сильный взгляд изучал неподвижные черты мужчины. — И кто же он?       — Не представился. Он молод и дерзок. Мистер Нотт, он передал это, — волшебник сунул руку в карман и достал бархатный свёрток. — Он просил вам передать. Сказал вы сразу поймёте кто он.       — Что там?       — Кольцо...       — И ты притащил сюда подобный предмет? — голос Теренса даже не дрогнул. Он был будто бы спокоен.       Но волшебник знал, что Теренс подобен ядовитой змее, которая в один момент может совершить свой смертельный бросок.       — Неужели вы допускаете мысль, что я не проверил этот перстень, прежде чем принести его сюда, к вам?       Какое-то время в зале царило ожидающее молчание, после чего Теренс махнул рукой, разрешая волшебнику подойти. И как только тот оказался ближе, то достал волшебную палочку и взмахнул ею: предмет обёрнутый тканью оказался в воздухе, ткань опала на пол и блеснул серебристый метал: толстый серебряный перстень с гравировкой змеи. И Теренс узнал этот перстень, как только увидел, то сразу узнал, без сомнений и колебаний. Он опустил волшебную палочку и пристально посмотрел на мужчину перед ним.       — Где он?       — Он находится под присмотром, там — в «Диком волке».       — Приведи его сюда, немедленно! — распорядился Теренс.       Повинуясь приказу волшебник развернулся на каблуках, своих потёртых чёрных сапог, и сию минуту трангрессировал.

***

      Теренс всё это время стоял неподвижно, погружённый в полумрак, окунувшись в свои мысли. Время пронеслось стремительно быстро и вскоре он услышал стук в дверь, развернулся и взмахнув рукой: резные двери распахнулись и на пороге стоял тот самый волшебник и держал за плечо другого волшебника, чуть выше роста его самого. Теренс пристально смотрел на молодого человека, узнавая его.       — Здравствуйте, мистер Нотт, — его голос прозвучал точно так же, как и у его отца: высокие ноты, растянутые слова, словно никого выше их не существует, словно они единственные и неповторимые.       А он уже подумал, что и они перестали существовать, стали отбросами, такими же волшебниками как семейство Уизли. А сейчас эта мысль не имела никакого значения, потому что один из двух представителей знаменитой династии оказался здесь и только что с вызовом произнёс его имя. Такой человек не мог быть трусом.       — Мистер Малфой, как неожиданно! Сказать, что вы меня удивили, это ничего не сказать.       — Драко Малфой, — поправил его молодой человек. — Можно просто — Драко.       — Оставь нас. Я думаю, что нам с Драко есть о чём поговорить.       — Но мистер Нот...       — Никаких но, Лазар! Оставь нас!       Волшебник сделал несколько шагов назад, взмахнул рукой, отворяя двери и ушёл.       — Что тебя привело сюда, в этот прекрасный город, не менее прекрасной страны? Мне бы хотелось узнать подробности твоего появления, Драко.       — Правильно будет не что, а кто. А именно — мисс Грейнджер.       — Прости, — Теренс сделал вид, что не расслышал.       Малфой сделал несколько шагов вперёд, скинул капюшон и теперь Теренс мог хорошо его рассмотреть: мальчик вырос и стал похож на свою мать, и лишь отдалённо напоминал Люциуса.       — Вы не расслышали? Мисс Грейнджер. Я знаю, что она находится у вас. Это именно она сказала мне, что вы живы. Услышав это впервые я не поверил своим ушам, но сейчас полностью доверяю своим глазам. Мистер Нотт, не нужно отрицать её присутствие здесь. Я точно знаю, что она у вас. Давайте я вам сейчас расскажу как обстоят дела. Эта девушка, язык не повернулся бы сказать что волшебница, пришла ко мне, когда её возлюбленной, — он растянул это слово, — исчез. И поведала мне историю о том, как на пороге их любовного гнёздышка, появился воскресший отец Теодора. Я сначала прогнал её, а потом подумал... — Малфой взмахнул рукой, сделав непонятный жест в воздухе, а потом резко сжал пальцы в кулак и улыбнулся. — Я вспомнил, что у меня есть одна вещица, которая способна определить местоположение любого волшебника, но для магии было одно условие: они должны быть связаны чем-то большим, чем просто тёплыми и романтическими отношения. Вы понимаете — о чём я говорю?! — растягивая уголки губ, утвердительно спросил он.       — Неужели у Малфоев остались хоть какие-то артефакты? Я наслышан о том, что всё, что принадлежало Малфоям, теперь принадлежит Министерству магии. Собственно как и вы сами.       Пауза была слишком ядовитой. Теренс ожидал, что Малфой тут же выйдет из себя, но вопреки ожиданиям старшего волшебника — он улыбался, всё так же самодовольно и смело.       — Мой отец, после заключения в Азкабан, ослаб. И не только телом, но и умом, и магия почти не слушается его... По этим обстоятельствам поместье полностью подчиняется мне. Министерству досталось только то, что я посчитал нужным отдать, а остальное прилежит по-прежнему Малфоям, только распоряжаюсь теперь этим я, а не отец.       — А как чувствуют себя Нарцисса?       — Мама почти всё своё время проводит с отцом, потому что она по-прежнему верная жена и мать, — уклончиво ответил Малфой, не говоря о истинном состоянии матери.       — Так зачем же ты привёл сюда мисс Грейнджер? — наконец Теренс задал только поистине интересующий его вопрос, забывая о Нарциссе, которая его совершенно не интересовала.       — Вероятно для того, чтобы она много не говорила, а раз она сочла нужным оповестить меня, то это так называемая удача, вам так не кажется?       — Возможно, но почему же она выбрала именно вас, мистер Малфой? Это как минимум странно и максимально не логично выбрать своего врага, или я что-то неправильно понимаю?       — Грейнджер вероятно подумала, что бывший Пожиратель Смерти, который сотрудничает с Министерством магии, поможет куда быстрее чем её друзья, мракоборцы. Согласитесь, весьма глупая девчонка? Которая не понимала, что бывших Пожирателей не бывает! Не правда ли, мистер Нотт?       — Надеюсь это так, Драко, и ты помнишь кто ты и кем ты родился.       — И никогда этого не забывал! Мистер Нотт, я полагаю, что вы находитесь здесь — в Бухаресте, не просто так. Вы здесь, чтобы собрать армию, верно?       — Не понимаю о чём ты говоришь.       — Теодор — чистокровный волшебник, молодая кровь так сказать, и по традициям магии именно такого и можно короновать. Вы ведь именно это задумали, мистер Нотт?       — Драко, ты же понимаешь, что сейчас я могу одним движением навсегда прервать твою речь?       — Понимаю, но вы этого не сделаете, потому что уже даёте возможность мне договорить. И вам же интересно узнать, а зачем я появился на самом деле, ведь Грейнджер — это лишь возможность?       — Я во внимание, мистер Малфой!       — Я никогда не забывал кем я являюсь на самом деле! Каждый день помнил об этом, и не признавал той власти, которая правит и сейчас. По этому я искренне ненавижу по сей день таких как Грейнджер. Когда она появилась на пороге моего дома, то я хотел её уничтожить, стереть... Но сдержался. Вскоре понимая, что это было необходимостью. Я понял это как только она сказала зачем пришла, несмотря на то, что мгновенно пришёл в негодование: как такой как Теодор позволил себе быть рядом с ней? Как он мог испачкаться об эту... — брезгливо сказал Малфой, поморщившись. И Теренс разглядел неподдельные эмоции, весьма брезгливые, словно он дотронулся до чего-то омерзительного. Малфой пригладил свои и без того идеальные волосы, и продолжил: — И когда я её прогнал, то подумал, а что если она приведёт меня к вам? Тогда я смогу наконец снова присоединиться к тому, кто поистине является настоящим волшебником. Тогда я уже понимал, что Теодор понадобился вам не просто так. Осознал, что вы не стали бы рисковать ради родственных связей и появились в Лондоне неспроста. Я вспомнил как отец рассказывал о том, что давным-давно, в Румынии, короновали чистокровных волшебников. В те времена выполняли весьма сложный магический ритуал и тогда именно коронованный считался главенствующим магом. И происходило это именно в Румынии. Где и был спрятан артефакт, что носил название — «Сердце крови магии». Волшебник, который выполнял тот ритуал становился идолом и ему поклонялись, слушали и шли за ним. Условие было одно — он должен был быть чистокровным волшебником без каких-либо примесей. В моей голове пазл полностью сложился, когда не без моей помощи, Грейнджер узнала, что и её возлюбленный находится именно в Румынии. Как и тот факт, что если кто-то узнает, что любовью Теодора была грязнокровка, ну кто же тогда за ним пойдёт? Какой-то неправильный идол, не так ли? К тому же, осложняется всё тем, что Грейнджер знаменита. Она героиня войны и подруга именитого Гарри Поттера. Все её ценят и любят. В Министерстве она занимает особое положение. И Теодора запомнили как её спутника, несмотря на то, что вели они весьма закрытый образ жизни. И кто же за таким пойдёт, мистер Нотт? — Малфой закончил речь и пристально смотрел на мистера Нотта, в ожидании, когда тот заговорит, и тот не заставил себя ждать:       — К чему вы клоните мистер Малфой?       — Вы же сразу перешли на ты?! Я гожусь вам в сыновья, но не скрою, что мне приятно ваше обращение, но всё же можно просто Драко. Скажите, мистер Нотт, а Теодор принесёт в жертву миссис Грейнджер? Или вы с ним подобные вещи не обсуждали? И когда вы ему скажете, что в ритуале коронации должна пролиться грязная кровь? Теодор никогда не сможет убить Грейнджер! А вы никогда не сможете её отпустить. Она сама сюда пришла и уйти сама уже не сможет, не так ли?       — Вы так хорошо знаете моего сына? — спросил мистер Нотт, проигнорировав всё остальное, при этом не опровергая того, что сказал Драко.       — Я разбираюсь в людях, мистер Нотт. И вы тоже разбираетесь в них. И поэтому знаете, что он её не убьёт. Не сможет. И оставить её ему вы не сможете, это погубит всё то, к чему вы стремитесь. Грейнджер теперь доверяет мне и если я приду за ней, то она за мной пойдёт. Позвольте мне забрать её. Поверните, что я хочу только одного, чтобы она исчезла. Исчезла навсегда. Я ненавижу её! Грейнджер & это худшее что могло случиться с магической Британией.       — Ты так её ненавидишь, что пришёл сюда ради неё? Неужели ты не мог сделать этого раньше?       — Я ненавижу её так, что только при звуке её имени мне становится дурно. Но я не мог этого сделать раньше и счастлив тому, что я не сделал это раньше! Иначе я бы не был сейчас здесь. — Он пристально смотрел в глаза старшему волшебнику. — Я смогу составить письмо её почерком. Я хорошо его запомнил ещё во времена обучения в Хогвартсе. Ненависть — лучший мотиватор для запоминания деталей. Теодор не сможет её убить, но сможет возненавидеть. Пусть для него она будет сбежавший предательницей, которую он будет люто ненавидеть и во имя этого действовать так, как нужно.       Теренс молча смотрел на Малфоя.       — Ты появился так внезапно, следом за мисс Грейнджер. Неужели я должен вот так тебе поверить?       — Верьте мне, мистер Нотт. Я никогда не предавал тёмного Лорда. Никогда не отсиживался в библиотеке Хогвартса. В это время я наоборот выполнял его задание. Всегда внимательно слушал и запоминал. Я хочу снова служить, но только не полукровке, а чистокровному волшебнику. Я смогу стать его правой рукой, к тому же мы одного возраста, и обязательно поладим друг с другом. Вы бы смогли на меня положиться. Но самое главное, чтобы Теодор был уверен в том, что она сбежала и бросила его. Если он узнает, что она мертва, то ослабнет. Эту новость он должен узнать иначе. Нет, мы не убийцы. Убийцы другие. Грейнджер умрёт от своих же. Можно выбрать любого, например одного из Уизли. Как только она расскажет, что Пожиратели смерти живы, и кто сейчас главный, все вспомнят, что она жила с одним из них. И кто-то решит её убрать, посчитав ненадёжной. Я уверен, что это сделает Теодора сильнее и он посчитает, что вокруг одни предатели и кроме его армии у него никого и ничего нет.       Теренс наконец сошёл со своего места и подошёл к Малфою. Он внимательно изучал его лицо, минуты были слишком медленными, но Драко не дрогнул и не склонил головы, а так же пристально смотрел в глаза, продолжая улыбаться.       — Грейнджер должна умереть!       — Будет исполнено, мистер Нотт. Не сомневайтесь во мне. Я сделаю это с большим удовольствием, — последнее слово он растянул, словно наслаждаясь.       — Лазар, — стоило только Теренсу позвать волшебника, как двери тут же распахнулись. — Отведи мистера Малфоя в покои к нашей гостье из Лондона, а потом выпусти их, и сделай так, чтобы на их пути не было ни единой души. Это понятно?       Мужчина кивнул, и Драко с ухмылкой развернулся и вышел.