От тебя пахнет ладаном

Косой переулок был другим. Не было кафе Фортескью, не было магазинчика мадам Малкин, не было знакомых аптек и магазина метел. Все было другим, даже Флориш и Блоттс, так и оставшийся на своем месте, выглядел совсем иначе. Рон смотрел на чужие витрины, и ребра сдавливало тисками, не давая дышать. Вон за тем углом была лавка подержанных товаров, где ему купили первую метлу. Они прошли поворот, на ее месте стояла аптека, дверца распахнулась, и им навстречу выпорхнула девчушка лет восьми с охапкой сухоцветов... А вон там, на перекрестке, стояло дорогое ателье, на которое часто засматривалась Джинни. Грудную клетку сдавило еще сильнее, каждый вдох давался с трудом, будто воздух вдруг заменили битым стеклом. У него не хватило духу поднять взгляд в его сторону. Рон даже не знал что хуже – не увидеть знакомое здание или увидеть его. Взгляд прикипел к выложенной камнем дороге. Поток людей в старомодных мантиях со смехом и ропотом проносился мимо. В последние дни лета в Косом переулоке всегда было людно. Дряхлая на вид ведьма в лиловой мантии, бормоча что-то себе под нос, возникла внезапно. Рон, смотревший теперь только себе под ноги, не успевал затормозить, а старушка не видела его вовсе, бурча что-то о непомерно дорогой печени жаб. Чья-то рука, схватив за шиворот, резко дернула назад, и старая карга прошла мимо, даже не заметив, что ее едва не сбили. Резкий рывок вышиб воздух из легких, и совершенно дезориентированный Рон полетел назад, впечатываясь в кого-то позади себя. И вот уже он летит на тротуар не один, а в компании. – Еб твою мать! – Донесся из-за спины сдавленный голос друга. Все еще потерянный, Рон, сидя на ком-то, обернулся. Под ним, потирая нос, лежал Гарри. Картинка сложилась, Уизли обреченно вздохнул и медленно встал. Он протянул другу руку, но Реддл, оказавшийся проворнее, уже помогал Гарри встать. Поттер как-то странно весь подобрался и слишком откровенно смотрел куда угодно, только не на слизеринца. Рон удивленно приподнял бровь. Он, конечно, прекрасно знал, кто такой Том Реддл, но нельзя же палиться так откровенно. Реакция друга показалась странной, но времени на ее анализ не было – они уже привлекли внимание, не стоило привлекать его еще больше. Небольшая встряска помогла прийти в себя, Рон решительно оборвал все упаднические мысли. Хватит мотать сопли на кулак, они тут с Гарри не одни, Дамблдор из лучших побуждений повесил им на хвост Реддла. Теперь, когда все внимание было сосредоточено на опасном провожатом, Рон начал замечать и другие странности. Реддл вел себя естественно, держался немного отстраненно, но вежливо. Он действительно помогал найти нужные магазины и даже помог Гарри с выбором фасона для мантий. Поттер же вел себя странно. Он буквально шарахался от Реддла, был напряжен, а когда слизеринец наклонился к нему, поправляя новую рубашку, и вовсе побледнел, сливаясь с белоснежной тканью. Что-то явно было не так. Что-то, что он уже видел... *** Для Гарри этот поход по магазинам обернулся кошмаром. Реддл, совершенно миролюбивый и доброжелательный с виду, разил магией за километр. Странно, но никто, кроме Гарри, этого, похоже, не замечал. Темна, холодна, она пронизывала насквозь, отдаваясь странным трепетом где-то в животе. Гарри терялся в ней. Получив в нос непробиваемой спиной Рона, когда тот, чуть не сбив бабку, свалился на него, Гарри потерял бдительность, и Реддл подловил его, учтиво протянув руку. Без всякой задней мысли Гарри принял ее, но, стоило коснуться холодных пальцев, по телу прошел мощный поток магии. В глазах потемнело и, едва поднявшись, он чуть снова не полетел на тротуар. Холодная, древняя, мощная. Безумно знакомая. Странно родная. Магия струилась по их телам, лишая возможности мыслить и говорить, а подонок Реддл делал вид, что ничего не происходит, и только доброжелательная улыбка была чуть больше похожа на оскал, чем должна была. Но это было только начало. Гарри хотелось бежать, спрятаться как можно дальше и там, в тишине и безопасности, все обдумать и оценить свою странную реакцию. Но Реддл был рядом, а по другую сторону шел Рон, которого нужно было защитить, и Гарри мужественно стоял между ними. В книжном Том любезно помог найти все книги из списка, не оставляя шанса побыть наедине и пяти минут. В аптеке, в канцелярии, в любом магазине, как и на улице, он не отходил дальше, чем на два метра. И все это так естественно – его же попросили помочь. Только улыбка, не сходившая с лица всю прогулку, и расползавшаяся все шире, выдавала его. Реддл веселился. За его, Гарри, счет. Магазин одежды должен был дать небольшую передышку. Не мог же Реддл и одежду одновременно с ними выбирать. Мог. Оказалось, гардероб он обновил себе еще месяц назад, когда всем приходили письма, так что ничего не мешало ему направить пухленькую молодую продавщицу помогать Рону, а самому вплотную заняться Гарри. Поттер не замечал, что берет. Ему было все равно, лишь бы поскорее отделаться от разящего темной магией Реддла. Похоже, тот просто отводил душу на территории, где можно снова безнаказанно колдовать. По крайней мере Гарри на это надеялся. Других, хоть сколько-то безобидных вариантов, у него не было. Белая рубашка – Гарри даже примерно не представлял, когда и как она на нем оказалась – странно душила. Воздуха отчаянно не хватало, но холодные руки, как и их оказавшийся непозволительно близко владелец, заставили забыть о самой возможности дышать. Реддл наклонился вплотную, поправляя воротник этого белого орудия пыток, и сказал глубоким, притворно заботливым голосом: – Верхнюю пуговицу лучше расстегнуть. – За бледными губами блеснули острые зубы. Длинные пальцы, скользившие по ткани, задели кожу, и новая волна магии, сильнее всех предыдущих, хлынула в тело, по венам, по нервам, в каждую клетку. Гарри Поттер потерял связь с реальностью. *** Реддл, забавляясь, выпустил свою магию. Он мог управлять ей с четырех лет, сейчас же, в пятнадцать, он превосходил в контроле большинство взрослых магов. Волшебство без палочки давалось ему легче, чем остальным, что не удивительно, учитывая его родословную. Он был на голову лучше даже отпрысков древних родов, что уж говорить об остальных. Когда он вот так выпускал магию, все реагировали по-разному. Приютские дети боялись, в гостиной слизерина смотрели с уважением и почтением, светлых перекашивало, а Блэков, например, вело. Сейчас Том не хотел привлекать внимание, только поиграть с двумя новичками. Он выпустил магии не так много и окружил ей в основном этих двоих. Эванс, стоящий ближе, похоже был светлым. Стоило надавить чуть сильнее, и он бледнел, напрягался и замирал. Ричардсон же вообще не реагировал, полностью погрузившись в свои мысли, и Реддл плюнул на него, решив развлечься со светлым. Играть с Эвансом было забавно. Светлый еще и по мышлению, он заслонял собой друга, будто это могло хоть как-то его остановить. Серьезно? Полукровка защищает чистокровного от темной магии? Не удивительно, что Реддл продолжил. Но чем дольше он продолжал, тем больше сомневался, что реакция Эванса – страх. Том привык к страху, он видел все его оттенки на лицах своих жертв, но не этот. Решив действовать наверняка, он пустил более мощную волну магии, "случайно" касаясь кожи, когда поправлял рубашку. И вот оно. Да, не страх. Эванса вело от совместимости. От магии Реддла ему сносило крышу похлеще Блэков, она струилась по телу, как его собственная, не встречая никакого сопротивления. Заглянув ушедшему в прострацию Гарри в глаза, Реддл усмехнулся. Зрачки полностью затопили радужку, оставляя лишь тонкую кайму едва светящейся зелени. Эванс не дышал. Вена под его пальцами пульсировала редко, но каждый толчок был мощным и отдавал его собственной магией. Забавно. Том действительно не ожидал. Но это было куда лучше страха. Пожалуй, ему стоит понаблюдать за этим странным полукровкой.