Ирония судьбы, или слёт gayparty!

Открылась входная дверь. В квартиру вошёл молодой человек лет 29-ти со светлыми вьющимися волосами. Пронёс пакеты с продуктами на кухню, умудрившись снять на ходу только один ботинок. Он торопился. Посмотрел на накрытый стол, улыбнулся  и стал снимать свой короткий светло-бежевый тулуп из каракуля. Положил его на стул и включил гирлянду на новогодней ёлке. Прошёлся, зажигая настольные лампы, расставленные по углам квартиры на недавно завезённых вещах: тумбочке, табуретке и холодильнике. Зашёл в свою спальню и бережно взял за плечики голубой вельветовый костюм, висевший на деревянной строительной лестнице, на которой всё ещё лежали газеты с остатками краски, но уже стояли книги, горшки, швейная машинка и прочие домашние мелочи, ещё не нашедшие своего постоянного места в новой квартире. Он вышел к новогоднему столу, проверяя пиджак на отсутствие пыли и ворсинок, как вдруг взгляд его упал на тахту. Молодой человек вздрогнул. —Эй!...—он потеребил спящего за ногу, но тот не отреагировал.—Проснитесь, слышите! Немедленно проснитесь! Вставайте! Вы живой или нет? Послышался вздох смешанный с всхрапом. —Ах, так!...—он положил костюм на стул.—Проснитесь, немедленно проснитесь! Слышите?—продолжил он распихивать мужское тело.—Вставайте! Что вы здесь делаете? —Не надо меня трясти! —сонно отвечало тело. —Что вы... Я посплю немного. —Кто вы такой? Как вы здесь оказались?—блондин попытался стащить плед, но полусонная рука крепко вцепилась и не отдавала покрывало.— Не надо меня тянуть! — Вставайте!—он ударил его ладонью по жопе со всей силы. — Ой, как больно! — Вставайте сейчас же!—блондин попытался поднять его за руку, но тот высвободился. Тогда он встал коленом на тахту взял его за подбородок и, тряхнув, дал пощёчину. Вторую. —Ну что ты мешаешь мне спать! Кошмар!—на последнем слове блондин получил подушкой в голову так сильно, что чуть не потерял равновесие. —Ну, ладно, берегитесь! Кучерявый снял свой узорчатый исландский свитер, оказавшись в белой обтягивающей футболке с печатью орла и надписью "Wrangler". —Я вас последний раз предупреждаю. Проигнорированный, молодой человек схватил за щиколотки и начал стаскивать с кровати незнакомца, а тот возмущённо вопил и цеплялся за подушки и столик, на котором стояла новогодняя ёлка. Ёлка зашаталась, начала соскальзывать и падать. Юноша сбросил незнакомца на пол и ловко успел её подхватить. Поставил на место. —Ну, что такое? Ну, что вы! Больно же! Обалдели! С ума посходили все, что ли? Я же вам не баран... Оказавшись на полу, мужчина всё-таки очнулся и посмотрел вверх, на юношу. —Что вы такой, а?—поводил он рукой перед лицом, пытаясь рассеять нависавшее над ним в лучах гирлянд ангелоподобное видение.—Кто...? Какой кошмар... Ну-ка, выметайтесь отсюда живо! И без разговоров. —Это неслыханно! Что вы здесь делаете?—разглядывал он чёрную водолазку, разведённые ноги и оранжевые пёстрые семейники сидевшего на полу. — Я тут спим. Что такое? —Лукашин тоже успел разглядеть его и увидел, что на ногах блондина, почему-то, только один чёрный ботинок, вторая нога была в носке. —Что вам тут нужно? —Ну-ка, хватит дурака валять! Лукашин получил лёгкий пинок этим ботинком в голень. — Почему? — Что вы здесь разлеглись? Ну-ка, выкатывайтесь отсюда! Живо! Он подобрал его за подмышки и поставил на ноги. —Нена...Как это? Хамство! —Убирайтесь отсюда!— юноша развернул и пихнул его к выходу. Мужчина вместо коридора завернул за холодильник и оттуда кричал: —Мало того, что вы ворвались ко мне в квартиру, ведете себя, как бандит! В чем дело? Я не понимаю... — К вам в квартиру? — Да, я тут живу, с вашего разрешения, три дня. — А где, по-вашему, живу я? — Этого я не знаю. Это мне совершенно неинтересно, —проходил он через расставленную кругом мебель обратно в комнату.—Безобразие какое-то! Между прочим, сейчас сюда придет моя невеста Галечка. Я не хочу, чтоб нас вдвоём...Застукали. —Ваша невеста?! Объясните мне, почему ваша невеста придет искать вас у меня дома? —Ой, нена... Мне сейчас не до шуток! У меня голова разламывается. Который час? —Боже мой, скоро 11. Ко мне должны придти с минуты на минуту! И ваше присутствие здесь совсем необязательно.—хозяин квартиры начал подбирать раскиданную одежду и кидать в чужака. —Почему ваши друзья придут встречать Новый Год в моём доме?—чужак же невозмутимо взял со стола графин с соком и стал пить прямо из него. Блондин попытался графин отобрать. —Я пить хочу, вы!... Что вы, с ума сошли? Почему вы безобразничаете? Он отпустил графин и Лукашин вновь прильнул жаждущими губами. Хозяин квартиры смотрел и ждал когда внезапный гость утолит жажду. —Послушайте! Ну вы хоть что-нибудь соображаете? —Всё, безусловно. —Где вы, по-вашему? —Я у себя дома. 3-я улица Строителей, дом 25… —он поставил графин. —Да нет! Это я живу на 3-й улице Строителей, дом 25, квартира 12. —Нет, лапонька.—улыбнулся Лукашин и положил руку ему на щёку. Блондин руку выхватил и заломил ему за спину. —Что же вы хулиганите?! Мы тут живем с мамой. Полезная площадь 32 метра. —Да нет, это у нас с мамой квартира площадью в 32 квадратных метра. —Поздравляю! У нас не очень большие квартиры. Блондин, зажимая всё выше руку, оттаскивал пьяницу от стола: —Очень ценное наблюдение. —Что ж ты меня, куда ты меня? —Я был бы вам крайне признателен, если бы вы, как можно скорее, испарились. —он повёл его в коридор. —Не трепыхайте меня! Лукашин пытался вырваться, но его пьяное тело плохо слушалось... —Я требую к себе уважения! —он подставил блондину подножку и они оба грохнулись на пол. Блондин был в примерно той же весовой категории, но трезв, поэтому крепко держал его сверху. —Мама!—возопил Женя. —Мама ушла. —Убью! —Женя смог-таки вывернуться.—Чья мама ушла?! —По счастью, у нас с вами разные мамы. —Да? Кудряш по-прежнему крепко держал его. Женя вдруг заметил какие у него пронзительные голубые глаза, длинные ресницы и маленькая милая ямочка на подбородке. Они лежали и смотрели друг на друга, оба запыхавшиеся. Лукашин шумно икнул (не сказать ещё хуже), разнося вонь перегара,—Пардон… Блондин поморщил свой очаровательный носик и отвернулся. Ему стало элементарно противно даже прикасаться к этому пьяному чучелу и он отпустил незнакомца, поднялся и отошёл. Женя тут же сел: —И они, мамы, обе ушли? —Мне кажется, один из нас сумасшедший. —отряхивался кудрявый. —Я догадываюсь, кто. —Евгений, пошатываясь, встал и разглядывал красивого молодого человека. —Я тоже знаю, кто. —На меня намекаете? —тут Лукашин оглядел комнату и заметил некоторое несовпадение в окружающей обстановке.—Караул! Почему вы переставили мой шкхаф? —Как его внесли, так он и стоит. —Это мой гарнитур. Это польский гарнитур. 830 рублей. —И 20 сверху. —Нет, я дал 25.— Женя разглядывал, как ему казалось, свой шкаф, за стеклом которого стояли чужие фотографии с изображением какой-то женщины в возрасте, судя по всему, мамы этого красавчика, самого красавчика и ещё какого-то солидно выглядевшего мужчины постарше. Наверно отец. —Ну, это ваше дело. —Кошмар какой-то! Наваждение просто... И ширму нашу фамильную умыкнули! А почему мама поставила чужие тарелки? —Наконец-то, вы начинаете прозревать. Слава Богу! —юноша скрестил руки. —А чего тут прозревать-то? Значит, вы вошли, переставили мебель… Поменяли тарелки. А куда вы подевали мою люстру? —Отвёз в комиссионку. —Зачем?... Где я, а? —3-я улица Строителей, 25, квартира 12! —Ну правильно, это мой домашний адрес, честное слово. Но у меня такое ощущение, что я, почему-то, не дома. А? —Вот и прекрасно! Теперь можете уходить со спокойной душой. —Нет-нет-ненадо, ну, куда же я пойду в таком виде?—Женя взял первую попавшуюся вещь со стула и прикрылся. —Мой новогодний костюм! Блондин костюм забрал. —Не надо, не обнажайте меня!—тогда Женя схватил каракулевое пальто. —Отдай пальто! Пальто вырвать не удалось, Лукашин вцепился в него, как в золотое руно, пытаясь прикрыть наготу. —Вы мне ногу отдавили! —заскакал, поджав конечность, Женя.—Что вы хулиганите?! Это мой дом, я тут прописан! —Ваш дом? —Да мой, не ваш, а мой! И мамин! Я вам паспорт покажу. —Пьяница! —Хулиган! Где мой пиджак? —Откуда я знаю?!— красавчик отряхнул и аккуратно расправил свой костюм, повесил его и стал внимательно следить за незнакомцем по-прежнему разгуливающим по его квартире в трусах, сверкая поджарыми голыми ногами. — А кто знает?! Где я его повесил... Серый, в елочку… Из Мосторга...—Женя искал пиджак и нашёл скомканным на полу.—Вот он, мой пиджачок, висит. Сейчас я вам покажу, где я проживаю, а то врывается… Лукашин выудил из пиджака паспорт и показал блондину. —...Вот, есть… Москва, 3-я улица Строителей, дом 25, квартира 12. Вот читайте, это документ, между прочим. И всё, и, пожалуйста, чешите отсюда. Давайте, хватит... Что такое? Блондин стал ослепительно улыбаться, вчитываясь в документ. —Москва? —Да, Москва. —Да? —Что "да"? —Вы думаете, что вы в Москве? —А вы думаете, я где?— Женя передразнил улыбку. —Да, да, да...—как-то снисходительно говорил блондинчик. —А что такое? В Москве, деточка, Москве. В столице! —Подождите… Юноша подбежал к шкафу, открыл створку и достал паспорт. —Почему вы туда лезете? Что вы все время шарите по моей мебели?—всё ещё возмущался Лукашин. —Пожалуйста.— вручил молодой человек свой паспорт. —Что вы тут достали такое? Ну, и что это?... Город Ленинград, 3-я улица Строителей, дом 25, квартира 12.—читал Лукашин с проштампованной страницы. —Угу.—сидел на стуле блондинчик с покровительственным видом. —Что "угу"? Подождите, я ничего не понимаю... Вы, что...Намекаете, что я в Ленинграде? —Угу. Вот! —Чего "вот"? —В Ленинграде. —Как я мог оказаться в Ленинграде? —Бедный.—блондин осмотрел его с искренней досадой. —Мы пошли в баню... —начал восстанавливать события Женя. —С легким паром! —...Сосибо. —А теперь хватит, уходите!—юноша встал и указал ему на дверь. —Куда же я пойду?—сел от растерянности на пол Лукашин.—Не надо руками махать! Вы мне объясните, я что сейчас в Ленинграде что ли? Вот это сейчас - город на Неве? Блондин усмехнулся. —Подождите… Я все прекрасно помню. Мы поехали на аэродром провожать Павлика. Перед этим мы мылись. Это что же, я улетел вместо Павлика что ли?—он изобразил руками крылья самолёта. —Не надо пить. —Нет, я вообще не пью. Это произошло случайно... Значит, я сейчас в Ленинграде? —он засмеялся было и тут же треснул себя по лбу. —Ох, какой кошмар! Хоспд...Значит, Галечка сейчас в Москве, а я на полу, в Ленинграде. —пришло осознание.—О, Господи, хоть бы я улетел в какой-нибудь другой город. Раздался звонок в дверь.

***