In Pale Blood

Робин Сойер, известный большинству как герой Протектората Скорость, тихонько насвистывал себе под нос, прогуливаясь по улице. Жизнь движка была одинокой. Ну, по крайней мере, в его конкретном варианте излом/движок. Сила Робина ускоряла его восприятие мира, одновременно отрывая его от него — странным, эзотерическим образом. Это было проклятием не меньше, чем даром. Он мог бежать по воде. Мог пройти пешком через весь город за то время, за которое Колин на своём навороченном мотоцикле успел бы проехать лишь половину пути. И при этом он не мог ничего трогать на такой скорости. Его сила защищала его от опасностей при движении, но в то же время защищала и мир от него самого. Робин лениво пнул кусок обвалившегося кирпича, проходя мимо. Ровным счётом — никакого эффекта. И всё же были свои плюсы в существовании в таком состоянии. Даже при спокойной ходьбе его почти невозможно было заметить, если только он не останавливался на несколько секунд. Мир вокруг двигался, как в замедленном кино, где машины и люди были актёрами немого фильма, а зрителем — только он один. Отсюда — одиночество. И скука. Музыку он слушать не мог. Электроника не дружила с его излом-состоянием: звук превращался в рваный, искажённый поток. Радио в его шлеме автоматически отключалось, как только он начинал двигаться. Колин пробовал разные прототипы, но каждый раз они сгорали от несоответствия между его силой и реальностью. Впрочем, Робин не особо жаловался на тишину. Она была такой же умиротворяющей, как и скучной. Впереди, через три перекрёстка, чёрный седан с тонированными стёклами пролетел на красный. Даже с его ускоренным восприятием было видно, что машина мчалась слишком быстро. Погони всегда могли закончиться плохо. Робин решил выйти в эфир. Мир вновь ускорился, и звуки города ворвались в уши как какофония после безмолвия. — Скорость консоли. Замечен автомобиль на высокой скорости, движется на север по Маркет. Жду инструкций, — доложил он. — Принято, Скорость. Сопровождай, но держись на расстоянии, обновлю через тридцать, — ответил жизнерадостный голос Итана. Наручник опять отбывал наказание за… что-то. Робин уже не следил за его выходками. Но его оптимизм всегда был к месту. — Есть, — ответил Робин, выключил радио и вернулся в "сонное царство". Он трусцой нагнал машину. Его сила позволяла держать форму, хотя иной раз он задумывался, не убивает ли она его медленно изнутри. Каждый его день длился как неделя. Его сила не давала умереть от голода или бессонницы, но сколько лет жизни она забирала? Лучше об этом не думать. Он догнал машину быстро, даже с учётом её скорости. Её вёл явно профи. Как и велено, он держался позади, идя шагом. — Скорость консоли. Что у нас? — спросил он, выйдя в обычное восприятие. — Поступил сигнал о беспорядках в Доках, возможно, с участием кейпов. Машина может направляться туда. Продолжай следовать за ней и проведи разведку. Не привлекайте к себе внимания, сам знаешь правила, — ответил Итан уже серьёзным тоном. — Принято. Скорость, конец связи, — сказал Робин. Он снова нырнул в тишину, следуя за седаном. И действительно, она въехала в заброшенные доки на бешеной скорости. Кто-то явно торопился. Она резко остановилась перед… это была заброшенная больница? Не внушало доверия. Робин укрылся за полуразрушенным зданием и выглянул. Из машины выскочила худощавая девушка с длинными тёмными волосами. На вид — слишком юная для вождения. Парачеловек? Или просто очень хороший водитель? Вопрос отпал сам собой, когда она оттолкнулась от земли и пролетела десять футов вверх в воздухе и тридцать вперёд. А ещё казалось, что у неё была только одна нога? В этой замедленной реальности она двигалась так, словно плыла сквозь патоку. Даже с такого расстояния Робин видел, что у неё нет левой ноги. Странно. Впрочем, это её не сильно замедлило. Она приземлилась на здоровую ногу и снова прыгнула, и сила прыжка понесла её в заброшенное здание. Вернувшись к машине, он увидел, как пассажир вытащил что-то из багажника и пересел на водительское сиденье, после чего она медленно тронулась с места. Ну, медленно для него. На самом деле она наверняка двигалась так быстро, как только могла. Робин шагнул глубже в переулок и вернулся в обычный поток времени. Нажал кнопку на визоре, чтобы отметить позицию, и включил рацию. — Скорость консоли. Водитель покинул машину и вошёл в старую больницу на моих координатах. Парачеловек, либо движок, либо бугай. Машину увёл пассажир. Дальнейшие указания? — Принято, Скорость. Оставайся у больницы, смотри, выйдет ли он обратно. Готовим подкрепление, на всякий случай. — Понял, буду держать в курсе, — сказал Робин. Вернувшись в состояние излома, он глянул на больницу — и едва не дёрнулся. Из главного входа вышел Плотник. Пазл сложился. Нереально искусное вождение. Усиленный прыжок. Плотник, убийца, вырезавший сорок семь человек пилой, мечом и молотом, — была… ребёнком? Ну охренеть. Он смотрел внимательно, как та взмывает в воздух, пальто и шарф развеваются на ветру. Вот это молот. Вмятина в стене склада в субботу выглядела примерно так же. Если он так гнёт металл, лучше не думать, что делает с людьми. Что он сделал с человеком. И не раз, судя по отчётам. На боку у неё был меч. С ума сойти. А вместо отсутствующей ступни… Что это, черт возьми, такое? Она дёрнула за рычаг, и металлический шток в центре механизма ушёл назад, вставая на место. Это было… Конечно, нет. Плотник опустила ногу на крышу ржавой машины, и цилиндр ударил вниз, подбросив её вверх, за здания. Она заменила себе стопу… адским протезом. Такого он ещё не видел. Робин отступил в тень и глубоко вдохнул, прежде чем снова включить связь. Мир ожил звуками. — Скорость консоли. Водитель покинул здание. Это Плотник. Повторяю, у меня визуальный контакт с Плотником. Ответа не последовало сразу — и это было ожидаемо. — Скорость, — голос Оружейника звучал мрачно. — Не вступать в бой. Держись на максимально возможной дистанции, но не теряй визуальный контакт. У Плотника, возможно, есть сила умника, которая может усиливать чувства. Не останавливайся и не выходи из состояния излома у неё на виду. Мы с Мисс Ополчением выезжаем из штаба, двенадцать минут. Отмечай позицию каждые тридцать секунд. — Так точно, сэр, — подтвердил Робин и снова сорвался с места. Стремительно движущаяся злодейка… умник? Она уже скрылась из виду, когда он завернул за угол, но он знал, куда она направилась. Пара минут бега — и он догнал её. Следуя инструкции, он держался подальше и прятался за рушащимися строениями, когда это было возможно. Вскоре стало очевидно, куда она направляется. Вдали он увидел сияющий маяк — Чистота. Робин нырнул в нишу и снова вышел в обычное состояние. — Скорости консоли. У меня визуальный контакт с Чистотой. Плотник снова идёт против Империи, — сказал он, поднял голову, и тут… Выстрел эхом прокатился над крышами, и Чистота рухнула с неба. — Дополнение: Плотник подстрелила Чистоту. Повторяю, Чистота выведена из строя… Чудовищный рёв прорезал воздух, и его наушник взвизгнул в ухе, после чего отключился. — КРЮКОВОЛК! Голос не был похож на человеческий. На мгновение Робин застыл от дикого ужаса. Какая-то глубинная часть его существа вопила: на него охотится хищник, от которого не сбежать. Что, чёрт возьми, это было? Это могла быть только Плотник, но… На брифинге такого не упоминали. Робин ускорился и осторожно продвинулся вперёд. Он даже по старинке забрался по пожарной лестнице, как обычный человек, чтобы затаиться на крыше в сотне ярдов от схватки. Им стоило выбрать цвет костюма потемнее. Ярко-красный плохо сочетался с желанием остаться незамеченным. На всякий случай Робин смещался влево и обратно каждые пару секунд. Быстрая вибрация помогала оставаться невидимым для обычного восприятия. Его взгляд был прикован к бою далеко на улице. Чёрт. Плотник разрывала Крюковолка на части. Она умеет телепортироваться? Потом она убила Руну. И Штормтигра. Господи. Это же собаки Адской Гончей? Он видел, как Плотник что-то орёт Крюковолку, всё в замедленном движении, но не рискнул выйти из состояния излома, чтобы услышать. Не хотелось оказаться на линии её пуль, а про её дальнобойность он не имел понятия. В конце концов, она уничтожила Чистоту в небе. Крюковолк развернулся и сбежал. Робин не знал, бывало ли такое прежде. Наверное, да — но не без скоординированного удара Протектората. Он остался наблюдать, пытаясь собрать хоть какие-то сведения, даже если подойти ближе не решался. Плотник подошла и присела рядом с Адской Гончей, Мраком и одной из собак, но что они делали, он не разглядел. Вскоре она поднялась и вернулась к развалинам за своим молотом. Плотник была… Она что, ворует тела? Это было… очень плохо. До ужаса плохо. Возможно, на уровне Ампутации или Нилбога. И это могло объяснить странные образцы крови с её прошлых мест преступлений. Если она забирала парачеловеческие трупы для своих изобретений… Дерьмо. И Неформалы ей помогали? Он видел, как она пожала руку Адской Гончей, а потом села в машину к Сплетнице. Когда машина со Сплетницей и Плотником наконец уехала, Робин пробежал квартал в противоположную сторону и рискнул вернуться в нормальную скорость. — Скорость консоли. Плотник убила Штормтигра и Руну, заставила Крюковолка бежать и забрала их тела. Она работает вместе с Неформалами. В ответ были лишь помехи. А. Точно. Что бы Плотник ни сделала, его микрофон вышел из строя. Робин тяжело выдохнул. За это придётся писать отчёт. И за всё остальное, что он увидел сегодня. Столько бумажной работы. Хотя, по крайней мере, он слышал, как приближается байк Колина. Следовать за Плотником или остаться здесь и дождаться Колина с Ханной? Убирать тут было много, и он не мог уйти без связи. Он решил остаться и отчитаться на месте. Да и оставаться одному где-то рядом с Плотником было откровенно страшно. Кроме того, теперь они знали, где её база. Впереди маячила куча совещаний.

***

Публичные выступления не были его любимым занятием в качестве управляющего крупнейшей бандой города, но это определённо было впечатляюще. — Вы, каждый из вас, имеете редкую возможность стать частью чего-то большего, чем вы сами. Вместе мы даём друг другу средства подняться, стать больше, чем сумма наших частей. Людьми было легко манипулировать, если подобрать нужные слова и тон. Большинство едва ли думали дольше пары секунд, и важнее было вызвать в них нужную эмоцию, чем то, что ты на самом деле говоришь. Вызови правильную эмоциональную реакцию — и люди сами додумают сказанное под уже существующую картину их мира. — Вместе мы сможем избавиться от яда, отравляющего наше общество. Мы обязаны сделать это, чтобы создать лучшее и светлое будущее. Это были те же люди, которые в рекламе слышали часть сбалансированного завтрака и сразу думали, что товар полезен для здоровья. — Присоединяйтесь к нам в этой праведной миссии. Исполняйте свой долг перед собой и своими близкими и не уклоняйтесь от того, что должно быть сделано. Любой армии нужны были солдаты, и самые рьяные — те, кто посвятил себя идее. Дай им цель, на которую можно свалить вину за их страдания, корень их недовольства, и они стали бы эффективнее любого оружия. — Мы не ослабим своего стремления к совершенствованию. Мы достаточно сильны и смелы, чтобы отстаивать справедливость, даже перед лицом столь непреклонных и жестоких невзгод. Макс Андерс стоял, в своём сверкающем стальном доспехе, и его клинки высоко поднимались позади него, пока он обращался к своей Империи. Здесь он был не просто очередным представителем высшего общества. Не просто безликим человеком в дорогом костюме. Здесь он был Кайзером. И его Империя взревела в знак одобрения. За его спиной стояли его валькирии, высокие и в латах — идеально дополняя его возвышающийся лес стали. Слева от него Блицкриг, мрачный и грозный в своей нацистской одежде. Необходимое зло, чтобы сжечь всё неугодное. Справа — Крестоносец и его призраки в блестящих латах. Праведный герой, контраст менее приятным частям их крестового похода. К сожалению, Отала отсутствовала. Продолжительное отсутствие Виктора сказывалось на ней, и она отказывалась покидать их убежище. По крайней мере, она по-прежнему лечила тех, кто нуждался в лечении, но потеря энтузиазма вызывала тревогу. — Не позволяйте себе расслабиться. Не верьте лжи. Не позволяйте другим диктовать направление нашего народа. Только мы можем стать теми переменами, которые необходимы. Только вы можете принять это решение за себя. Толпа на просторном складе приветствовала его криками. Макс почувствовал вибрацию телефона в кармане под доспехом, но проигнорировал её. — Вперёд, солдаты Империи Восемьдесят Восемь, и не уходите тихо! Аплодисменты были музыкой для его ушей. Он и остальные кейпы остались на сцене, пока публика расходилась. Скоро он встретится со своими наиболее компетентными и влиятельными членами их организации, которые не были кейпами, чтобы убедиться: что тот подъём энтузиазма, который дал митинг, не погаснет. Вскоре Брэд и Кайден приведут надоедливого Неформала, и он сможет начать работу по сдерживанию Охотника. Потеря Виктора и Цикады, возможно, не смертельна, но это было оскорблением, которое нельзя было оставить без ответа. Блицкриг повесил трубку и подошёл к нему, пока он спускался со сцены. Он наклонился, чтобы прошептать ему на ухо: — Крюковолк и Чистота провалились. Охотник вмешалась и… Макс, Кайден мертва. Что? Конечно, нет. Чистота… Его Кайден… Это было словно нож в животе, выкручивающий и разрывающий, но Макс сохранял невозмутимость. Он был лидером не просто так. — Ты уверен? — спросил он. — По крайней мере Брэд был уверен. Руна и Штормтайгер тоже мертвы. И, по словам Охотника, она уже убила Виктора и Цикаду. Дерьмо. Это был... серьёзный удар. И по Империи, и по его репутации. Не говоря уже о его собственном эмоциональном состоянии. Макс чувствовал, как с каждой секундой его железная хватка слабеет: ярость и подступающая скорбь вырываются наружу. Несмотря на то, что он манипулировал ею по необходимости, он любил Кайден, по-своему. И этот психопат отнял её у него. Охотник считала, что может охотиться на них как на животных. Как на зверей. Кровь Макса закипала от этой мысли. Он не мог в открытую обратиться за помощью. Если кто-то узнает, что так многих из состава Империи лишили жизни, его сожрут заживо. Созвать собрание на Сомерс-Рок было бы бесполезно. Выверт — подлый змей, а Лунгу было совершенно наплевать на мстителя, охотящегося за Империей. О Барыгах лучше промолчать, а Неформалы работают с Охотником. Фолтлайн не заинтересована помогать ему, особенно пока Охотник не нацелилась на её людей. Он даже не мог попросить помощи у Гезельшафта, не признав свою слабость. Пять его кейпов, одни из самых сильных, убиты менее чем за две недели. Это было непростительно. — Она… Брэд сказал, у неё есть послание для вас, — продолжил Джеймс. Макс приподнял бровь за шлемом. — Для меня? — спросил он настороженно. — Она сказала, что если вы ещё раз пойдёте на её людей, она "поместит вашу голову в своей мастерской рядом с головой Цикады", — сказал Джеймс. Эта маленькая… Как она смеет угрожать ему? — Это не будет проблемой, — холодно сказал Кайзер. — Сэр? — спросил Блицкриг. — Найдите её. Больше никаких игр. Мы вырвем это пагубное, ядовитое растение с корнем и сожжём его на виду у всех, — прошипел Макс. — Да, Кайзер.

***

Лиза плюхнулась в кресло в логове Неформалов и с досадой застонала. Отмыть эти пятна из машины будет невозможно. И запах… ей, наверное, придётся просто сжечь её и оформить страховку как будто что-то случилось. Свалить на банды. Наиболее эффективные способы мошенничества со страховкой автомобиля включают... Не сейчас, сила. — Ух ты, ты выглядишь как дерьмо. Что я пропустил? К тому же ты сидишь в моём кресле, — сказал Алек, вернувшись из кухни с тарелкой пиццы. — Ты вообще смотрел в телефон? Приют Рэйчел атаковали Имперцы, — Лиза закрыла глаза не делая попыток встать, чтобы не вставать с его кресла. Телефон лежал на тумбочке. Вызванная силой апатия съела мотивацию, нужную, чтобы дотянуться до него. — В рейтинговом режиме паузы не бывает. Лиза вздохнула. — А всё равно это бы не помогло. Охотник нагрянула и их всех убила, прежде чем я успела добраться. Ну, не всех. Она пощадила Крюковолка — ей лень разбираться с Протекторатом, — рассказала Лиза. — Чёрт, — Алек свистнул. — Это та, кого мы собираемся вербовать? Не то чтобы я против кровавых убийств для пикантности, но, на мой вкус, это слишком уж чересчур. Не имеет моральных возражений против убийства. Убивал раньше. Предпочитает не убивать из практических соображений. — Брайан заблокировал вербовку в любом случае. Хоть Охотник и не согласилась бы. Да ещё и послала меня с порога, — пожаловалась Лиза. — Ты просто злишься, что она не купилась на твои чары, — усмехнулся он. Лиза открыла глаза и взглянула на него с неприязнью. — Нет, я злюсь потому, что она отказалась даже думать о вступлении, а потом угнала мою машину и залила там сиденья кровью. И багажник. — Жесть, дружище. — Я так тебя ненавижу. — Я ранен, по-настоящему, — невозмутимо ответил тот. — Мне кажется, я никогда не оправлюсь эмоционально от твоего неодобрения. Телефон Лизы зазвонил. Конечно, Выверт решил позвонить прямо сейчас. Интересно, сколько всякой ерунды он, как по волшебству, уже знает на этот раз? Лиза показала средний палец Алеку вместо ответа и ушла в свою комнату, чтобы принять звонок. — Привет, босс? — протянула она с фальшивой бравадой. — Сплетница. Слышал, у тебя сегодня было захватывающее утро, — прошипел Выверт. — Ага. Хочешь хорошие новости или плохие? — переспросила Лиза. — Я удивлюсь, если у тебя будут новости хуже, учитывая, что Протекторат видел весь твой утренний заезд и теперь думает, что вы связаны с Плотником, — сказал он. У Лизы кровь застыла в жилах. Как она могла этого не заметить? — Скорость увидел твою утреннюю поездку по центру города и увязался за тобой, — пояснил Выверт, как будто отвечая на её внутренний вопрос. Она тут же сменила тактику. — Всё это часть процесса вербовки. Общий конфликт создаёт инстинктивные узы. Я уже перевела нас из незнакомцев в боевых товарищей, — сказала Лиза. Выверт хмыкнул скептически — тот ещё ублюдок. Не ожидает, что вербовка увенчается успехом. Вербовка — прикрытие для сбора информации. Планирует шантажировать Охотника. Считает, что это единственный способ обеспечить её послушание. В настоящий момент у него нет нужного компромата. Это имело смысл. Охотник никогда бы не стала работать на него добровольно, и он это должен понимать. — Тогда продолжай. Только не дай Охотнику опустить тебя на свой уровень. Твоя задача — завербовать её, а не наоборот. Как будто у неё была хоть малейшая надежда на это. — Конечно-конечно. Постараюсь не поддаваться желанию устроить массовые убийства, — резанула Лиза. — Следи за этим, — и он повесил трубку. Мудак. Она позволила себе крошечную улыбку. Не нужно говорить ему, что Охотник знает, кто у неё босс. Не нужно говорить, что она выпьет его кровь и извлечёт органы, пока он будет кричать. Если повезёт, Охотник устранит Выверта восхитительно жестоким способом, и Лиза сможет занять его место. Охотник не из тех, кто переживает из-за мелочей вроде финансов. Она слишком занята тем, что пьёт кровь из черепов врагов и стреляет в нацистов. Охотник была загадкой и для силы Лизы, так и для неё самой. Обратная связь от её силы была… мягко говоря, противоречивой. Ей хотелось знать, о чём она думает, что заставило ее так увериться в том, что Лиза на самом деле не экстрасенс. А в остальном… Охотник склонна к самоубийству. Охотник не склонна к самоубийству. Охотник хочет умереть. Охотник не хочет умирать. Охотник не считает смерть конечной. Охотник знает, что смерть не постоянна. Охотник уже умирала. Охотник не мертва. Лиза покачала головой и рухнула на кровать. Кем бы ни была Охотник, она могла оказаться идеальным тараном, чтобы вломиться в карточный домик Выверта. Надо только проследить, чтобы череп Лизы не оказался в коллекции Охотника в процессе.

***

Эмили Пиггот повесила трубку и сжала кулаки так сильно, что ногти впились в ладони до крови. Имперцы вышли в полную силу, стремясь захватить территорию, как в Доках, так и в Центре. Пока что дело ограничивалось драками между их пешками и бойцами АПП и наёмниками Выверта, но долго так не продлится. Подобного они не устраивали уже много месяцев, и уж точно не среди бела дня. Она знала, почему они не охотились ночью. Не то чтобы это спасло их от неё. Эмили и так понимала, что её игнорируют, но надеялась, что у главного директора хватит хоть немного порядочности. В её городе завёлся убийца-технарь, обосновавшийся в заброшенной больнице. Он убивал кейпов и похищал их тела для своих экспериментов, и никто не хотел с этим ничего делать. Установи контакт, Эмили. Любая эскалация приведёт к новым жертвам, Эмили. При всех её недостатках, Плотник выбирает своей целью исключительно злодеев. Разве этого недостаточно, чтобы дать ей шанс? Эмили хотелось кричать. Никакого ордера на убийство. Запрос и так был на грани, но массовое убийство паралюдей прежде считалось достаточным основанием. Прецеденты были. Никакой отправки в "Птичью Клетку". Явно Плотник дорога кому-то наверху. Пятьдесят трупов — и все закрывают глаза. Никакого взрыва проклятой больницы. Никакой изоляции и замуровывания. Никакого обнародования её настоящих злодеяний. Только… ордер на арест Плотника по подозрению в убийстве. Словно Скорость не видел собственными глазами, как она прикончила троих. Эмили ненавидела кейпов. А сейчас — Ребекку Коста-Браун. Она набрала номер. — Директор. Есть новости? — голос Оружейника был напряжён. Она знала, что он разрывается между несколькими фронтами, и понимала: нападение на логово технаря — дело нешуточное. К сожалению, сегодня он такого приказа не получит. — Найдите кого-то, кто не занят Империей и при этом не нарвётся на смерть при попытке дипломатического контакта. Нужно установить контакт, проверить достоверность и масштаб угрозы, прежде чем принимать решение, — выдавила Эмили. Долгая пауза. — Да, мэм, — голос Оружейника звучал неуверенно. — Я бы рекомендовал выставить оборонительный периметр вокруг района на это время. Эмили была с ним полностью согласна. Ребекка — нет. А у них не хватало людей, чтобы удерживать зону изоляции без подкреплений извне. — Благодарю за совет. Пока просто ведите наблюдение и попытайтесь выйти на неагрессивный контакт. Это всё. Слова отдавались пеплом во рту. — Вы уверены, Директор? — Да. Спасибо за беспокойство, — отрезала Эмили. Она повесила трубку и с силой швырнула её о стену. Когда Плотник перебьёт их всех, она позволит себе роскошь сказать: "Я же предупреждала."

***

— Знаю, у всех у нас и так хватает дел, так что пройдёмся по этому быстро. Скорость, тебе слово, — сказал Колин. Текущий состав Протектората стоял вокруг большого стола для совещаний в штабе СКП. С учётом активности Империи решили собраться именно здесь, а не в Штаб Квартире Протектората. Отдел Стражи отсутствовал. У них была одна, очень простая установка при контактах с Плотником: "Не подходить". — Плотник оказалась более универсальной и лучше экипированной, чем мы рассчитывали. Я заметил несколько способностей и тинкертех, которые не были отмечены в воскресном отчёте, — доложил он. Даже Наручник не перебил. — В какой-то момент после взлома "Медхолла" Плотник потеряла или ампутировала левую ногу. Она заменила её тинкиртех-протезом, который одновременно служит оружием и механизмом передвижения, что значительно усиливает её способности как движка. Это вызвало некоторые удивленные взгляды. — Разве протез по определению не предназначен для механического передвижения? — усомнился Бесстрашный. — Было бы странно, если бы он не выполнял эту функцию. — Сочетание её способностей движка и протеза позволило ей преодолеть высоту четырёхэтажного здания и прыгнуть вбок на расстояние не менее сто пятьдесят футов, — ответил Скорость. — То есть… она прикрутила к ноге тинкертех? — переспросил Наручник. Скорость пожал плечами и промолчал. — Ещё одна её новая штука соответствует дробящим повреждениям с субботней ночи. Она сражалась с Крюковолком огромным молотом из металла или камня — наконечник этого молота совпадает с вмятиной на стене склада. Наручник свистнул в знак одобрения. — Дальше — она умеет телепортироваться. По столу поползли раздражённые возгласы. Телепортеры раздражали в бою, особенно когда у них ещё и целый мешок дополнительных опасных способностей. — Думаю, на небольшое расстояние, — продолжил Скорость. — Она не телепортировалась, чтобы сократить дистанцию до Руны или Чистоты. Она использовала это в основном как уклонение от снарядов Руны: она определённо на долю секунды превратилась в дым и появилась в паре ярдов в стороне. — Возможно, это срабатывает рефлекторно. — добавила Мисс Ополчение. — Возможно. И, наконец, у неё есть звуковая способность с неким ментальным эффектом, похожим на ауру Славы. Её крик вырубил мой наушник и был крайне неприятным, дезориентирующим. Я испытывал… страх, хоть у меня для этого не было причин, кроме очевидного, — Скорость поморщился при воспоминании. Колин записывал пункты на доске, пока Скорость говорил. — Властелин? — спросила Батарея. — Не знаю. Меня проверяли, когда я вернулся, и решили, что изоляция не требуется, но было… тревожно. Словно я букашка под микроскопом, — Скорость попытался подавить дрожь. Никто из них не упомянул об очевидном сходстве с… ней. Они все посмотрели на список. — Это… много способностей, — сказал Наручник. Усиленная сила. Усиленная живучесть/регенерация. Усиленная скорость. Усиленное восприятие. Короткая телепортация. Опасный крик. Тинкертех: протез, молот, меч, пила, пистолет. — По крайней мере, мы теперь знаем, что её регенерация или технология не восстанавливает оторванные конечности, — вздохнул Колин. — Разве что она сама себе ампутировала ногу, чтобы эффективнее использовать протез. Это не редкость — Не думаешь, тоже отрезать кое-что и поставить более эффективные заменители? — с усмешкой подколол его Наручник. Колин не стал отвечать. Он действительно об это задумывался, но деградация тинкертеха со временем могла оставить его в затруднительном положении в самый неподходящий момент. К тому же он не сумел создать ИИ, способный управлять полноценным нейро-интерфейсом — это не совсем его профиль. — Плюс к этому, мы всё ещё не знаем, что она делает с трупами, — напомнила Мисс Ополчение. При этом напоминании все выглядели неловко. Колин решил двигаться дальше. — Скорость определил вероятное логово: заброшенная больница в Доках. Нам поручено установить с Плотник ненасильственный контакт. — Они не хотят, чтобы мы её поймали? — в удивлении спросила Батарея. — Пока нет. Прямой конфликт с ней может легко стать смертельным, и, несмотря на её предполагаемые преступления, она до сих пор нацеливалась только на Империю. Могут быть смягчающие обстоятельства, — сказал Колин. — Кроме того, Скорость сообщил, что она молода, возможно в возрасте Стражей. Без активного ордера на "Птичью Клетку" она формально всё ещё является кандидатом на испытательный срок. — Ты правда собираешься завербовать её? — удивился Триумф. — После… чего там? Пятьдесят убийств? Это… много трупов, босс. Для любого, даже для подростка. Колин сдерживал желание стиснуть зубы. Он вовсе не хотел вербовать кровавого мстителя в свои ряды, но Эмили получила приказы сверху. — Пока она не нападёт на невиновных или героев, у нас есть основания, — сказал он. — Итак, самый неотложный вопрос: как установить контакт и кого послать? Я открыт для предложений. — Не могу поверить, что собираюсь это предложить, — сказал Бесстрашный. — Но Наручник может быть лучшим кандидатом. Он самый пуленепробиваемый из нас, и его поведение может… разрядить… то, что в противном случае было бы напряжённой ситуацией — Я вызываюсь добровольцем, — сухо отозвался Наручник. Предыдущая деятельность Итана в качестве злодея Сумасброда также дала ему уникальную возможность привлекать мстителей с благими намерениями. Колин всё ещё был не в восторге. Наручник — не лучший переговорщик, к тому же казалось трусливым посылать команду в опасную ситуацию, пока он отсиживается в штабе. Батарею тоже не радовало сложившееся положение. — Как мы узнаем, что она не решит, что мы пришли драться, и не откроет огонь первой? — настойчиво спросила Батарея. — Могу сделать презентацию в "ПоверПоинт", — предложил Наручник. Батарея снова захотела ударить его, но сдержалась. — Это справедливый вопрос. Вход в логово опасного технаря — плохая идея сама по себе, — сказал Колин. Он с неохотой признал, что лучшая идея — просто стоять снаружи, на виду, и ждать, пока она выйдет поговорить. Может, "ПоверПоинт" и не так плох. — Мы будем вести наблюдение по периметру с безопасного расстояния. Наручник, ты будешь в режиме ожидания с пяти вечера. Надеюсь, когда она выйдет вечером, удастся установить контакт, — продолжил Колин. — Не хочу усложнять, но… чего именно я пытаюсь достичь? Представить Стражам потенциально чистую историю для дерзкого подростка, который, судя по всему, охотится на нацистов ради удовольствия и забавы? — спросил Наручник. — Это разведка. Мы должны понять, что она делает с телами паралюдей и почему нацелилась на Империю. Мы даже толком не знаем, как работает её технарские способности, кроме очевидного — она создаёт уникальное оружие и протезы, — ответил Колин. — Ещё мы не знаем, в каких отношениях она с Неформалами: часть их команды или инцидент сегодня был случайностью. — Возможно, я смогу спросить, не рискуя получить пулю, — сказал Наручник. — Но у неё нет никакой причины отвечать. — В зависимости от тона разговора, предупреди её, что дальнейшая эскалация усилит давление на нас и вынудит принять более жёсткие меры. Мы поступаем более чем разумно, — сказал Колин. Хотя ему это и было не по душе. — Сделаю всё возможное, босс, — усмехнулся Наручник. — По надёжным источникам, мой рот — одна из моих сильных сторон. Батарея снова шлёпнула его по заднице.

***

В одной временной линии Томас Калверт просматривал отчёты о хаосе, случившемся утром. Когда он поручал Сплетнице завербовать Охотника, он не ожидал, что всё произойдёт так зрелищно. Не то чтобы он жаловался. Текущие конфликты с Империей по всему городу идеально подходили для его целей, а безвольный подход СКП лишь упростил бы окончательное свержение Эмили. Позже он вызовет Сплетницу и вытянет из неё всё, что она забыла упомянуть в своём отчёте. Она была не такой хитрой, как ей казалось. Но пока у его второй линии было другое назначение. А именно — выяснить, что, чёрт возьми, Плотник сделала с этой больницей. Он осторожно продвигался по коридорам вместе с четырьмя отобранными людьми. Но они всё не заканчивались. По всем законам логики они давно должны были упереться в боковую стену, а вместо этого здание растягивалось на мили во все стороны. Бесконечные коридоры, разрушенные залы ожидания, кабинеты, смотровые, операционные. Ни одна комната не была точной копией другой, но каждая странным образом напоминала соседнюю. Эффект властелина? Скорее всего — тинкертех. Ни одна парачеловеческая сила не могла так искажать пространство. Уж точно не что-то из того хаотичного набора, что уже имела Охотник. Эти бесконечные коридоры напоминали ему совсем другие — стерильно белые, бесконечные помещения… Он отогнал воспоминание. И тут в застоявшемся воздухе что-то изменилось. Едва уловимое давление, ощущение чуждого присутствия. А затем он услышал. Ритмичный, размеренный стук металла о плитку. Его люди подняли оружие. Бесполезно. Эта вылазка изначально была обречена на провал. Мухи, попавшие в паутину, лишь сообщают пауку о своём присутствии. Громкий металлический лязг разнёсся по коридору — словно захлопнулся дверной засов. Томас обернулся как раз вовремя, чтобы увидеть, как по коридору скользнула живая тьма. Его люди закричали — и мгновенно смолкли. — Добрый день, Выверт, — холодный голос прошипел из темноты. — Не думала, что смогу так быстро сдержать своё обещание. Как увлекательно. Томас тут же оборвал временную линию. Ни одна информация не стоила… этого.