Душа ребенка

***

Выходные прошли быстро и весело. Сынмин немного поработал онлайн, чтобы не идти продавать товар вживую - так большой риск попасться ментам или кому ещё похуже. Хотя, хуже ментов только отец, который раньше контролировал каждый его шаг и вздох. Впервые он рад, что сбежал так далеко от семьи, не собираюсь возвращаться. Только вот по маме Ким скучал. Она очень понимающая и добрая, но спасти сына от тотального контроля собственного мужа не смогла. И когда отец в очередной раз уехал в командировку, приказывая ей следить за Сынмином, проверять каждые три часа телефон и включить камеру в его комнате, - она включалась только когда его долго не было дома - то оно оба не выдержали. Ким быстро собрал вещи на первое время, спустился со второго этажа к маме, которая сидела на диване и оплачивала счета, а затем сказал: - Ма, я ухожу. Не знаю куда, но так жить я больше не могу, - глаза предательски намокли, но Ким изо всех сил пытался это скрыть. Мама подняла на него голову, отложила очки и ненужные бумажки, и обняла. Непременно, она понимала сына, ведь жить так - без шанса на хоть какое-то личное пространство - невозможно. - Я все понимаю, Мини, - она заговорила шепотом, чтобы домработники не дай бог услышали их разговор и доложили хозяину дома, - но, куда ты пойдёшь? - Не переживай, где-нибудь останусь. В любом случае, я буду счастлив. Женщина нехотя отпустила сына, с условием, что он позвонит ей хотя бы раз, и что они обязательно встретятся как-нибудь. Ким же попросил женщину сказать отцу, чтобы не пытался найти его, ведь приложение с геолокацией давно сгружено с устройства, а его номер - заблокирован. Пару дней он скитался по городу, не находя себе место, а затем, встретил двух парней, которые стали ему незаменимой семьей. Йенчик либо делал задания по китайскому и готовился к переводным экзаменам, либо ебланил, а потом шёл на бокс. Был какой-то период, когда Ян не хотел вообще ходит на него, но после того, как старший дал ему пизды, со словами: «Пока в пиздилке меня не осилишь - бокс не бросишь, пиздюшня», вариант с завершением увлечения отпал. А вот Чанбин проработал всю субботу, забывая отвечать на звонки от Сынмин - а он никогда не звонит просто так - и, порой, обедать. Но в воскресенье Со с самого утра выдал парням: «Не писать, не звонить, буду очень занят». Под выражением «занят» он подразумевал набухаться в стельку, прийти ночью домой, снося на своём пути всё, и даже проснувшегося от шума Чонина, а потом запрыгнут на кухонный стол и орать: - ВЫШЕЛ ЗАЯЦ НА КРЫЛЬЦО! ПОЧЕСАТЬ СВОЁ ЯЙЦО! - Чанбин, слезь со стола! - кричал на него Сынмин, услышавший ебейший шум в коридоре. - Хён, съеби, весь кадр загораживаешь! - толкал его в плечо Йен, снимая на камеру пьяного старшего и угорая. Со смешно жестикулировал, прямо как настоящий поэт, отчего становилось в разы смешнее. - СУНУЛ РУКУ - НЕТ ЯЙЦА! И СЪЕБАЛ ОН… - грохот раздался по всей кухне. Чанбин споткнулся об свои же ноги, пока хвастался «поэтическими» способностями на столе, и свалился с него, разбивая нос об, рядом стоящий, стул. Но вместо слез, он начал на пару с младшим смеяться в голос, - нахуй с крыльца… - Блять, дай мне сил… Сынмин всю ночь обхаживал «больного». То до дивана его дотащил, пытаясь не разбудить рядом спящего Феликса, то заставил его заткнутся хотя бы на минут пять, то обработал нос и заткнул ноздри ваткой. Чанбин, конечно, очень возмущался из-за, цитирую, какой-то белой пушистой хуйни в носу, но после профессионального выруба с локтя от его «опекуна», Со лёг спать. Чонин все это время стоял рядом, а затем ошарашено посмотрел на нахмурившегося Сынмина. - Хён… - Пиздеть меньше будет в следующий раз. - А… - Б. А ты чего не в кровати ещё? Бегом спать. - Мне завтра ко… - А мне сегодня похуй. Спать иди. Немного обиженный младший ушёл в отбельную комнату, не громко, но показательно хлопнув дверью. Ким на это цокнул, погасил свет в коридоре, улёгся на раскладушку. Сон не шёл, за что «большое спасибо» Чанбину, который мирно сопел на всю комнату, после своего выступления. Сынмин повернулся на левый бок, сразу же замечая, как с другого края, кто-то трясётся. В недоумении он вылез из-под своей пропёрженной и обрыганной простыни с подсолнухами и обошёл диван. С той стороны, у окна с, расположенной под ним, батареей, лежал Феликс. Его трясло. Он вцепился в краешек одеяла, будто пытаясь спрятаться от кого-то. Через пару секунд Ким услышал всхлипы, но не такие, когда человек плачет, а когда не хватает воздуха, и ты пытаешься сделать вздох, который происходит безрезультатно. Стало не на шутку страшно за Феликса. Скорее всего - это паническая атака. Но вот от чего, ведь он просто спал. Плохой сон? Нет, он лежал с зажмуренными глазами, какими они во время сна не могут быть. Замёрз? Самый уебищный вариант. Сынмин аккуратно, пытаясь не спугнуть его, сел рядом, шепотом спрашивая: - Феликс? - Уйди. - Феликс, тише, усп… - Отъебись от меня! - Ли закричал в голос, сталкивая Кима с дивана. Тот, на удивление, тихо влетает головой в батарею, но очень больно ударяясь. - Сука… - Я не сука! - опять закричал. - Феликс, тише, все нормально… Сынмин поднялся, держать за голову, а затем вытянул руки перед собой, как бы говоря Ли: «Все хорошо, я с добром, идиотина». Но Феликс резко прижался к самой стене, вжимая в себя тонкое одеяло, и зажмурился еще сильнее. Ким, честно, не ебал в душе, что происходит с ним, ведь раньше, тот просто закрывал уши руками, пока паника не уйдёт. Сынмин видел, как Ли впечатляя в стену, будто пытаясь слиться с ней. Расстояние от Со и Кима у Феликса было не сильно большим, но так, он хотя бы смог вздохнуть. Ли, судя по поведению, которое Ким выучил с годами, явно боялся кого-то из них. И не поймёшь кого и почему: Чанбина или его? _____________________________/\____

flashback

Кухонные часы противно тикают. Но их звук перебивает громкий разогревом отца с матерью, находящихся в натрезвонить состоянии. Пятнадцатилетний Феликс лежит в своей комнате, прямо напротив которой - кухня с бухими в хламищу родителям. Они его пугали и в трезвом состоянии, но как только в их организм попадала хоть капля спирта, Ли хотел изчезнуть из этой квартиры, пока пиздец не закончится. Оба уже успели поругаться, громко крича друг на друга, затем, судя по звукам, мужчина с женщиной «мирились», но сейчас они просто громко разговаривали, не давая Феликсу и шанса на нормальный сон. Ему лишь оставалось молиться, чтобы те не приебались к нему. Но хуево он, видимо, молился. Дверь со скрипом открылась, а Ли, отвёрнутый от неё, зажмурил глаза. Судя по шагам, в комнату зашла мама. Она же и легла рядом с Феликсом, как раз таки с той стороны, куда он лежал лицом. Перегаром несло ужасно. Хотелось открыть окно или отрезать себе нос, чтобы не чуять этот отвратный запах. Женщина типо лежала, будто пытаясь что-то сказать или сделать. И честно, младший и не знал, что от неё ожидать. - Ликси… Феликс продолжил лежать с закрытыми глазами, старясь размеренно дышать, не показывая страха. Но когда рука матери оказалась на его тонкой талии, скрытой пол одеялом, то глаза сами невольно распахнулись. Рука начала ходить по стройному телу, и то ли специально, то ли случайно, она задела пах. Ли дёрнулся, а мать засмеялась. - Твой отец так меня отымел на кухонном столе. Надеюсь ты слышал. Как же Феликс захотел исчезнуть в этот момент. Женщина продолжила гладить сына, задевая уязвимое место намного чаще. - Какой же ты красивый вырос, сексуальный… На последнем слове матери Ли бросило в холодный пот, понимая ее намеки. Он, чтобы не разозлились ее, аккуратно начал снимать с себя чужую руку, но при любой попытке, та возвращалась на место, а ее хозяйка расплывалась в издевательской улыбке. Молю, пусть она лучше изобьет меня, чем… чем вот это, думал про себя Феликс. - Твой отец отказался на ещё один круг. Может… поможешь мамочке? - Н…нет… - Помоги мне, сынок. Ли начал брыкаться, отчего сама не могла справиться и позвала мужа. Тот прижал парня, которы захлёбывался в слезах от паники к кровати, а женщина стянула с него одеяло, а уже потом штаны вместе с боксерами. Рука обхватила небольшую плоть, мерзко улыбаясь, а через пару секунд, Феликс, к сожалению, увидел, как на нем прыгает собственная мать. Слёзы полились по щекам, а собственные руки были скованы руками отца. Было мерзко, неприятно, хотелось помыться в кипятке и оттереться наждачкой, ведь помимо секса мать оставила ему несколько ярких засосов на шее и царапины на груди, когда она говорила, прыгая на нем: «Ох… какой же ты…». Когда женщина напрыгалась и ушла спать, на ее место пришел отец. Но вот только теперь насиловать будут Феликса.

end of flashback

_____________________________/\____ Сынмин реально не знал, что ему сделать, чтобы Феликс успокоился. Даже зная то, что происходило у него в семье, было невозможно предугадать причину панической атаки. Поэтому он быстро сел вплотную к нему и крепко обнял, начиная гладить по голове. - Тише, Феликс, все хорошо. Я рядом… Ли сразу же оттолкнул его, валя на пол и садясь сверху. Он начал бить Сынмина по лицу, по груди и по голове. Ким пытался поймать его руки, ведь удар был не слабеньким, но безуспешно - Феликс махался ими, как сумасшедший. Щеки горели от боли, бровь была рассечена, а из носа текла кровь. - Сдохни, сука! Умри, блять… Лицо с каждой секундой становилось все краснее и краснее, а Феликс - злее. Страхом сменилась агрессия, отчего Ли ничего не видел на своём пути. Даже то, что Ким уже еле дышит, а кулаки продолжают хозяйничать на его лице. Ким начал кашлять кровью, а силы покинули его. Только когда Феликс не почувствовал сопротивлений, что-то щелкнуло в его голове, и он слез со слабого тела. В глазах снова появилась паника. Он увидел бездыханного Кима, а лицо его было в крови. Феликс сел на пол, облокотился спиной на диван и накрыл уши руками, бубня под нос: нет-нет-нет-нет. Сынмин кое-как повернул голову на него, видя, что Ли качается из стороны в сторону, считая от одного до десяти и заново, чтобы успокоиться. Ким, сквозь ужаснейшую боль в лице и груди, поднялся и сел рядом. Феликс, как и ожидалось, даже не заметил его. Младший вновь попытался обнять его, уже предвидев очередной порыв агрессии, но Феликс обнял его в ответ. - Прости… прости меня Сынмин, - он плакал и коридоре себя, смотря на кровавое лицо самого близкого человека. - С тобой все нормально? - Нет… я накинулся на тебя… и избил. Господи, я чудовище. Феликс часто из-за агрессии избивал людей, но никогда не поднимал руку, кроме «пидзилок», на самых близких людей - Сынмина, Чанбина и Чонина. Никогда, за прошедшие годы. А сейчас он просто разочарован в себе, что не смог сдержаться. - Ты не чудовище, Феликс. Просто… - Сынмин начал думать, не въебут ли ему ещё раз, если скажет о том, что они обсуждали хуеву-тутуевы кучу раз, - тебе нужно сходить к психологу. - Нет. - Феликс, не нет, а надо. А если в следующий раз ты нападешь на Чонина? Он придёт в школу избитый, и все свалят на его родаков, якобы они его пиздят. Их лишат родительских прав, а пиздюка отправят жить в детдом. Ты этого хочешь? - Нет, но… - Без «но», Феликс. Зная, что был один знакомый, который знает хорошего психолога, Ким разбудил Чанбина. - Алкашня, дай свой телефон. - В косухе… - явно не увлечённый разговором посреди ночи, Чанбин отвернулся, снова подгружаясь в сон. Сынмин, взглянув на все так же сидящего Феликса, нашел на полу в коридоре кожаную куртку и достал оттуда смартфон. Он вернулся к что-то обдумывающему Ли, сел рядом, начиная искать нужный контакт в мессенджере. Прекрасно понимая, что его хотят отправить к мозгоправу, Феликс начал сопротивляться. - Сынмин, я не пойду туда, - Ли схватил его за руку, которая тянулась к иконке на экране. - Пойдёшь. - Это в первый и последний раз было. Я так не буду больше, честно. - Да как-то до пизды мне твоя честность. - Я правда буду контролировать себя. Ну Сынмин. - Ало. Ким позвонил кому-то, не церемонясь о том, что на часах четыре утра. Когда дело касалось Феликса, он готов был на все. - На завтра есть свободное окошко? - На завтра?! Ты ебнулся… - Фел шепотом крикнул на Сынмина, продолжающего запись на приём. - Да, отлично, спасибо. Ким положил трубку и повернулся на Феликса. - Тебе правда помогут, это хороший врач. У него частная клиника, но сам он работает в какой-то многоэтажке в центре города. - Да мне похуй, я не пойду, - тем более завтра, умолчал он. Слишком уж быстро Сынмин решил все за него. Хотя что раз обсуждали, что Ли к психологу - ни ногой. - Пойдёшь. - Нет! - Да. - Не пойду и все тут! Сколько это стоит? Ты не подумал? - развёл перед ним руки Феликс, вскидывая брови, - у меня даже таких денег нет. - Мне, знаешь ли, твоё здоровье дороже денег. И я тебя вообще о них не спрашивал. - А, крутой план. Хочешь, чтобы я у тебя в должниках остался, да? - Ты бы, блять, думал, перед тем как говорить… - Сынмин сразу стал серьёзнее, - какие нахуй долги, я по-твоему сволочь продажная или чё? - А я тебе содержанка чтоли, блять? - По-человечески хочу помочь. Деньги у меня есть, не безработный все-таки, - увидев в глазах напротив, что это его никак не колышет, Ким смягчился. - Пойми уже, Феликс. Ты так долго не протянешь на одних драках и паничках. - Я не пойду к этому к психологу, и точка! - начинал злиться Ли, - а за лицо извини… - Ещё как, пойдёшь, - Сынмин проигнорировал извинение и усмехнулся, - это компенсация за мое разбитое ебало. - Сука… - похоже, придётся смириться. - Чанбин на работе завтра, ну точнее уже сегодня, я тоже работаю, а Йенчику как раз ко второму, - улыбнулся Ким, - возьмёшь его за ручку и пойдёшь к психологу в девять утра. - Девять утра, блять?! Ты внатуре ебанулся. Тебя надо к нему. - Ага, десять раз, - Сынмин поднялся с пола, убрал телефон на старый качающийся столик, рядом с диваном и пошёл в сторону ванной, чтобы привести раненное лицо в божеский вид, по дороге говоря: - Иди спать ложись, чтобы врач тебя не испугался утром. - А ты иди нахуй, Ким Сынмин. - Не, я по сиськам.

***

Больница не выглядела таковой. Ей являлся всего лишь один этаж в высоком здании, увидев которое Феликс знатно прихуел. Когда они с Чонином вышли из лифта, их встретила милая девушка на рецепшене, а не старая слепошарая бабка с маразмом, как бывает в обычных государственных больницах. Она спросила, на какое время у них назначен приём и рассказала, куда идти. Парни сняли куртки и повешели в небольшую гардеробную. Затем оба пошли по длинному коридору, где было не так уж и много кабинетов, но один выделялся тем, что на двери была прикручена аж золотая табличка. Именно на неё и обратил своё внимание Ли, когда они сели на диванчики напротив кабинета. «Хван Хенджин. Клинический психолог.» - Ебать, Йенчик. - Чё, - равнодушно спросил младший, копаясь в телефоне. - Тот уебок, оказывается, мозгоправом работает. - Какой уебок? У нас таких много в последнее время. - Да блять, ну этот, который нас в ментовку сдал, - нахмурился и начал жестикулировать Феликс. - А, понял, - также равнодушно уткнулся обратно в гаджет Йен. - Блять, я со стеной эмоциональней разговаривал. - Ебать, а мне сальтухи после каждого твоего слова крутить? - Хотя бы вылезти из телефона, пока я столом базарю. - Хён, я нахуй должен был в кровати лапу посасывать, а сейчас сижу тут с тобой в психушке. - Завали хавальник. - Да я бы рад. Ли в душе не ебет, зачем они так рано пришли, ведь до приема ещё пол часа. Утром, поспав после ночной панички два часа, он попытался сделать вид, что сдох - хотя, может и не пытался. Сынмин лично пошёл его будить, на что старший долго сопротивлялся. Но через пять минут уже был бодрячком, когда перед ним Ким встал с родным подиком в руках, грозя, что выкинет его нахуй, если Фел сейчас же не воскреснет. Так вот как мотивация работает. Поехали они, конечно же, на автобусе. Ли снова сопротивлялся, но уже получил пизды от Чанбина, к которому он должен был поехать после приема на работу. Тут уже Фел почти смерился, ведь сидеть опять весь день дома - хуйня идея. Лучше поработает немного на Со, получит свои кровные и побежит домой, ебланить весь вечер в телефоне. Автобус ехал до остановки ну очень долго. Ли успел побегать вокруг остановки, нормально так накуриться и подзаебать Йенчика. Но спустя десять минут карета прибыла. В ней Чонин поздоровался с десятью людьми, не меньше, которыми были его одноклассники, ехавшие ко второму уроку в школу. Перед выходом, Феликс схватил его за рукав куртки, чтобы он, не дай боже, съебал со своими друганами в шарагу. А по дороге до здания, они играли в города, поспоря, пересравшись друг с другом и чуть ли не избив. Феликс закинул ногу на ногу, достал из кармана косухи подик и затянулся. - Хён, ты ебанутый? - намекнул Ян на то, что они так-то в помещении. - Раз сейчас в лечебнице сижу, то да. - Ты только на приёме не дыми. - Я подумаю над твоим предложением, - Ли усмехнулся, сделал ещё одну затяжку и потрепал младшего по голове. - Сейчас руку откушу. - Что ты там пищишь? - 我希望你下地狱… - Сам нахуй иди, - сказал наугад Фел. - Ты откуда знаешь? - удивился Чонин, отлипав глаза от телефона. - Так я на рандом ебнул, - посмеялся Ли, а затем улыбка сошла на нет, - а ты хули меня посылаешь? - Так я ж на китайском. - Да хоть на африканском блять. По губам давно не давали? - Под губу, если только. - Я тебе и под ебло дать могу. - Ну спасибо, что хоть не в рот, - усмехнулся. - Это ты на что намекаешь, пиздюшня? - На то, чтоб ты гомиком после приема не стал. - Если стану - въеби мне, - на полном серьезе, сказал Феликс. - Я и так могу. - Кишка тонка. - Ага, и пизда мала. Оба засмеялись, и в этот момент из кабинета напротив вышел знакомый человек, которого здесь они явно не ожидали увидеть. Крис, главный «детсадовских», улыбчиво прощался с Хваном, а затем закрыл дверь, и встретился с двумя парами глаз: удивлённой Феликса, и ахуевше-осуждающей Чонина. - О, вы чего тут. Феликс, с возвращением - протянул он руку в знак приветствия. - Такой же вопрос, проблемы? - протянул руку в ответ, чего не сделал Ян. - Да там личное. Забейте. - А, ну ладно. - Слышал вы подзаборных отпиздили. Внатуре? - Тебя ебет? - не выдержал его дружелюбия Чонин, на что Ли незаметно пнул его по ноге. - Извини, Йенчик сегодня не в настроении, - с наигранной улыбкой сказал Ли, гладя на возмущённого младшего, - а так, да, отпиздили этих утырков. - Ну вы красавцы, конечно. - Ага, а потом вот это уебан, - указал пальцем на табличку на двери, - сдал нас в ментовку. - Да ну… Ахренеть, - реально удивился Бан, - Но ты не думай про него настолько плохо. Он мужик хороший. - Ага, пидор он, а не мужик, - усмехнулся Феликс. - Как Бан, - шепнул Чонин, на что опять получил от старшего. - Почему пидор? - Ты волосы его видел? Так ещё и психологом, ебать, работает, - в передразнивающей манере, сказал Ли, - работал бы на заводе, тогда да, мужик. - Ну короче нормальный он пацан, не из «этих». - Поживем-увидим. - Бывает. Я пойду. - Пока тогда? - попытался выдавить на подобии улыбки Ли, но получилось больше так, как будто он хочет срать, а не улыбаться. - Удачи, пацаны. Как только Чан зашёл за угол коридора, а девушка с регистратуры сказала: «До свидания, Господин Бан», Чонин выпалил: - Я так и знал, что он педик, раз по психологам ходит. Феликс хотел что-то сказать, но после фразы младшего, лишь с каменным лицом посмотрел на него. - Ты бы за пиздаком следил, мелочь. Вспомнив, что между прочим они прешли не беседы гонять, а по делу, на которое его пинком под зад отправил Сынмин. Хули я старше, а Ким командует, думал Феликс, стучась в кабинет. - Пошли со мной? - Не-не-не, сам пиздуй. - Ну пожалуйста. Будешь от меня бактерии отгонять, чтоб я тоже пидорасом не стал. - Ну уж нет, я лучше потом в тебя с нового ружья постреляю. - Ой, ну и иди нахуй, чмо мелкое. По ту сторону двери послышался тот самый голос, который нёс только доброту и дружелюбие, фу блять. Из-за этого Феликс состроил самое ненавистное лицо, и вошёл в кабинет, громко хлопая за собой дверью. - Добрый день, вы Ли Феликс, верно? Знакомый мужчина сидел за столом, что-то записывая в блокноте, видимо, о прошлом пациенте. Его длинные волосы были уложены, но немного разлохмачены, а на лице были очки квадрантной формы. На подкачанном теле был надет чёрный лонгслив, а поверх него - белый халат. Точно, как ебаный ботан, усмехнулся про себя Ли. Через пару секунд, мужчина обратил на него внимание, ожидая ответа. - Нет, блять, его двойник-пришелец. - У вас сегодня отличное настроение, Господин Ли. Присаживайтесь, где вам комфортно. Мужчина встал из-за стола, перед этим сняв очки, и подошел к своему креслу по центру кабинета. В руках он держал тот блокнот и ручку. Взгляд ухватился за бейдж с надписью: «Хван Хенджин». Значит не ошибся, с сожалением думает Феликс. - Тогда я домой погнал, - Ли положил руку на дверную ручку. - Правда уйдете? Вот именно такие вопросы всегда заставляют остановиться, но только он Феликса. Он уже открыл дверь, но голос мужчины заставил его впервые задуматься. - У вас тревожное расстройство, что очень серьезно сказывается на психическом здоровье. Пока что наблюдаю у вас раннюю стадию, развитие которой можно остановить. Представьте, как вам будет хорошо жить без расстройства. - Ну и? Мне и так ахуенно живётся. - С паническими атаками, агрессией… - Да чё вы все заладили, блять?! - он закрыл дверь, разворачивая нахмуренным лицом прямо к Хвану со спокойным лицом, сидящему на все том же кресле. - Агрессия, агрессия! Заебали! - Непременно, полезно выражать эмоции и не копить их в себе, но агрессия - дело серьёзное. Ее нельзя игнорировать. - Зато тебя, нахуй, можно! Всякую хуйню морозишь вечно. - Во-первых, сделайте вдох-выдох. Во-вторых, давайте будем придерживаться субординации, и говорить на «вы». А в-третьих, присядьте, Господин Ли. - Иди ты нахуй, со своей доброжелательностью! - Феликс, несмотря на гнев, все же плюхнулся на чёрный диван, широко расставив ноги. - Чай, кофе, вода? - Чтоб ты сдох. Рядом с креслом стояла тумбочка, с телефоном на ней. Хван набрал какие-то цифры, и сказал в трубку: - Ынче, принеси в мой кабинет кружку зелёного чая, пожалуйста. Мужчина с таким же непоколебимым лицом, положил трубку. Следом он открыл блокнот, сразу что-то чиркая в нем, а затем перевел взгляд на чуть успокоившегося пациента. - У нас не задалось хорошее знакомство, предлагаю начать с самого начала, - он вновь улыбнулся и протянул руку, - Хван Хенджин, клинический психолог, который намерен вам помочь жить полноценной жизнью. - Ладно, Ли Феликс, не пожимаю руку педикам, а ещё, Хван Хенджин, идите нахуй со своей помощью. Пациент так и не пожал руку, придерживаясь своих принципов. Он отзеркалил позу мужчины, и так же закинул ногу на ногу. - Итак, что вас беспокоит в последнее время больше всего? - Твое существование. - Попрошу вас отвечать предельно честно, - впервые за все время Хенджин нахмурился. - Так я не соврал. Исчезни нахер, чтоб меня пинком к тебе не отправляли, айболит ебаный. - Так, хорошо. Значит, проявление насилия. С чьей стороны? - С твоей, блять. Хватит мне мозги долбить, отпусти домой, док. В дверь постучали, и в кабинет вошла девушка с подносом, на котором была чашка зелёного чая. Напиток приятно пах, отчего Ли невольно начал прослушивать то, о чем говорил ему Хван. Милая девушка улыбнулась и поставила блюдце с кружкой на столик рядом с диваном, и поклонившись ушла, аккуратно закрыв за собой дверь. - А давно эта девчонка у вас работает? - внезапно спокойно спросил Феликс, делая глоток чая. - Извините? - Прощаю. Я б покумекал с ней, говорю. Есть номерок? - Наша компания абсолютно конфиденциальна, и не имеет права распространять личную информацию о… - Ой, да все понятно. Тебя только про философию спрашивать можно. Хенджин вздохнул, понимая, что разговорить парня по теме будет непросто. Но кто он такой, чтобы сдаться в самом начале? Хван знал, как завладеть вниманием человека, поэтому он сел немного иначе: выпрямил спину, обе ноги коснулись пола. Это была, так называемая, открытая поза, показывающая: «Вот он - я. Делай все что захочешь, я открыт для любого разговора». Звучало глупо, безусловно, но взгляд Феликса сразу же зацепился за него. - О чем бы вы хотели поговрить, Господин Ли. - Всмысле? Ты перестал ебать мне мозг? - Я в том плане, что раз уж вы не особо горите желанием решать свою проблему, то мы можем просто сорок минут разговаривать на интересующие вас темы. Что думаете? - У тебя шила в очке нет случайно? - выгнул бровь Ли и усмехнулся, отлипая от кружки. - Что вы имеете в виду? - Всегда пацанов сдаёшь ментам, когда ночью шараебишься? - Извините? - Да сука, что ж ты такой тупой то? - Ли закинул голову на спинку дивана и вздохнул, - нахуй, говорю, сдал ментам нас на прошлой неделе? Тебе ебало не били ни разу? - Просто выполняю гражданский долг. - Какой? Пососать у копчиков и жить, как у Бога за пазухой? Так не работает, нихуя. - Хотите поговорить о жизни? - Да как-то похуй, но раз делать нечего, - небрежно махнул рукой. - Что вы считаете самым важным в жизни? - Мы на уроке философии блять? - фыркнул Ли. - Я, к примеру, семью. Что насчёт вас? - проигнорировал вопрос Хван. - А у нас в квартире газ. - А если серьезно? - Семья - хуйня ебучая. Даже вспоминать это слово не хочу. Следующий вопрос. - Но вы не ответили на этот. - Самое лучшее в жизни - это мои пацаны. Они и поддержат, и прикроют, и блёстками присыплют. - Почему вы так отзываетесь о семье? - Тебя не должно ебать, док. Следующий вопрос, - про двух уродов, от которых кровь в жилах стынет, Феликс точно не будет говорить. Кроме пацанов, никому. - Со скольки лет вас начали избивать в семье? Вот тут Феликс ахренел. Откуда этот урод знает прочего семью и то, что в ней происходило. Но немного подумав, все сошлось: Сынмин, которому Ли доверял больше всех. - Тебя это тоже ебать не должно. Я уже сказал, что мне твоя психическая помощь в хуй не уперлась, ясно? - Господин Ли, я правда искренне хочу вам помочь. Все, что вам нужно сделать на первом этапе - довериться и рассказать мне о причинах ваших симптомов, ведь о них самих я все прекрасно знаю. - Ты блять не понял?! Феликс рывком поднялся с дивана, за секунду преодолевая расстояние до кресла Хвана, и хватает его за воротник халата. А лицо напротив оставалось таким же непоколебимым, отчего захотелось разъебать его ещё сильнее. - Мне не нужна твоя ебучая помощь! И доверять я тебе не буду ни-ког-да… - Но я все же… Не успел Хенджин договорить, как в его лицо прилетел тяжёлый кулак. Из красивого носа сразу же хлынула кровь, пачкая каплями белоснежный халат. Хван понял какой-то разочарованный взгляд на пациента, который уже отпустил воротник и встряхивал свою руку, ударившую его. После этого Феликс зло зыркнул на него и прошёл к двери. Рука легла дверную ручку, а Ли сказал, обернувшись: - Если ещё раз полезешь в мою жизнь - уебу и никто тебе не поможет, блять. Дверь громко хлопнула, а Хенджин остался сидеть на кресле с кровоточившим носом и искренним желанием о помощи, которая, как оказалось, никому и даром не нужна.

***

- Хён, здоров! Ли вошёл в небольшой ангар, стараясь тихо закрыть железную дверь. В помещении пахло металлом и гарью. Немного пройдя внутрь, Феликс увидел Чанбина, который стоял в наушниках, держа в руках большой автомат. Когда Ли собирался подойти и дотронуться до плеча старшего, то он начинает стрелять, пропадая точно в центр мишени каждый раз. При вылете каждой пули, в дуле автомата появлялся огонь, и тогда стало понятно, откуда этот запах горелого. Сделав ещё пару выстрелов, Со снял наушники и обернулся. - Ты быстро, - пожал руку. - Да это пиздец. Я не пойду больше к этому уебану. Он просто конченый и до жути тупой, вот внатуре. - О чем говорили? - О жизни и смерти, ебать, - усмехнулся Феликс, - а когда про семью спросил, я ему въебал по лицу. - Блять… Я как будто не удивлён, знаешь? - Конечно, - усмехнулся Ли. - Как сегодня идёт? - Покрыл всё. По сути можно домой пиздовать. - Блять, даже мне не оставил ничего? - Прости, кисунь, все забрали. - Фу, епта. Работа Со заключалась в том, чтобы раскладывать оружие по полкам магазина, а затем продавать их. Звучит не очень прибыльно, но деньги платят немаленькие, отчего Феликс пару дней в неделю работал за Чанбина. Старший же в свою очередь разрешал оставлять все деньги себе. Так-то магазин пренадлежал Чонгуку из «заводских», но он давно перегорел этим делом и отдал его Чанбину пару лет назад. В основном оружие у него покупали всякие киллеры и наёмники, но их было достаточно много, чтобы покрыть план продаж за месяц. - Есть че похавать? - Иди огнестрелку погрызи новую или пули пожуй. - Ну хён! - завозмущался как маленькая девочка Феликс, на что Чанбин начал смеяться. - Да ладно, ладно. Бутеры будешь? - Буду. - Тогда погнали в круглосуточный. - Вот ты сучка, - гаденько улыбнулся Ли. - Да шучу я, есть у меня похавать. Оба парня вышли из ангара, перед этим закрыв его на пять замков, чтобы наверняка. Через пару минут они зашли в небольшую, так скажем, коробку, где Со располагался во время работы. Феликс сразу прыгнул на киданный диван, стоящий прямо перед дверью. Стены были покрашены как в подъезде: белый верх, синий низ. Около небольшого окна стоял стол и стул, напротив - кухонная старая гарнитура, микроволновка и холодильник, откуда Чанбин достал свой обед в контейнере. Он поставил его греться, а сам сел на стул около стола. Феликс же во всю разлёгся на диване прямо в куртке, смотря в потолок. - Больше не пойдёшь? - Куда? - К психологу, - микроволновка пропищала и Со достал оттуда контейнер. Открыв крышку и проверив, что еда хорошо подогрелась, Чанбин взял вилку и поставил обед перед Феликсом на стол. - Нет конечно, - Ли взял вилку в руки и принялся жевать макароны с сосисками, чавкая, - Во-первых блять, там психолог знаешь кто? - Кто? - Тот уебок, который нас в ментовку отправил, прикинь? - Вот урод. - Внатуре. А ещё… - Феликс не успел ответить, когда в горле застряла макаронина, и он начал кашлять. - Еп твою… дебил, кто за столом разговаривает! - Со подскочил и начал похлопывать младшего по спине. Еда наконец-то протолкнулась и Ли вздохнул. - Ох, ебать, - от сильного кашля на глазах проступили слёзы. - Так что ты там говорил? - Говорю, что пошёл он нахуй. Не пойду туда никогда больше. - Может… попробуешь ещё разок, м? Тебе ведь правда легче станет. - Мне легче станет, если он ливнет с планеты нахуй, - Феликс быстро доел обед и улёгся обратно на диван. - Вот это царский обед, епта. - Ну как знаешь. Поверь просто, мы очень за тебя переживаем. - Я знаю. Но туда я больше ни ногой.Ещё и дорого. - Сколько? Знаешь же, бабло не проблема. - Хуй знает сколько, дорого, я уверен. Нахрена деньги тратить, если все бесполезно? - Небесполезно может быть, - вздохнул Со, - просто, попробуй ещё раз, ради пацанов. - Ради пацанов я готов на все, но не идти снова к этому педику. Парни убрали все за собой, Чанбин взял ключи от машины и они вышли на улицу. Пошёл снег, отчего настроение Феликса наконец-то улучшилось за весь день. Они подошли к старенькой чёрной «Газ фиат 24», Со открыл ее и оба парня сели в салон. Эта их самая первая тачка, на которую накопили Чанбин и Сынмин спустя два года работы. Изначально, они хотели взять новую машину, но глаз лёг на эту старушку, которую Ким случайно заметил на свалке. Поэтому автомобиль отправился на починку Техёну, и тот, за пол года сделал из неё настоящую красотку. С накопленных денег они отдали всего лишь половину, так как большинство запчастей были в хорошем состоянии, и уже пару лет она не подводит своих хозяев, кроме заглушающего иногда мотора. - Нам в магаз не надо? - спросил Чанбин, заводя машину со второго раза. - Да нет вроде. - Ну, погнали тогда. Машина тронулась с места, оставляя следы на, только что выпавшем, снегу.

***

Сынмин сидел перед телевизором, закидывая в рот какие-то чипсы из ларька рядом с работой. Сегодня смена закончилась раньше, но поступило новое задание от начальства в обмен на свободные пол дня. Одному Киму, конечно, не справиться, поэтому он терпеливо ждёт конца дня, чтобы попросить помощи у пацанов. Как только Сынмин подумал о них, в дверь постучали. Ким встал с дивана и открыл дверь. Чанбин и Феликс зашли в квартиру, поздоровались с Сынмином, и Ли случайно просыпал шоколадные шарики по всему коридору. - Ой… - Да сука! Я только всю квартиру отдраил блять! - Ким в шутку начал душить Феликса, а Со ржать, попутно разуваясь. - Ну извини. Я правда случайно, - Феликс состроил грустное лицо, а затем нахмурился. - А знаешь, иди нахер, Ким Сынмин. Твой психолог мне весь мозг выебал! - У тебя он был? - Прикинь?! Теперь уже Ли душил Сынмина, но не в шутку, отчего младший начал задыхаться, а Чанбин попытался его освободить из схватки. Ким отлетел в стену напротив Феликса, и начал кричать на него. - Ты ебанулся?! Нахуя душить то меня?!Тебе там вообще агрессию не вылечили?! - Как видишь - нет! Хуевый, значит, айболит! - Заткнулись, блять! Оба замолчали, как только Чанбин закричал. Парни опустили головы вниз под хмурый взгляд старшего, а затем Феликс протянул Киму мизинец. Второй протянул в ответ, объявляя перемирие. - Вот так то. - Будете обедать? - тихо спросил Сынмин. - Не, мы уже похавали на работе. - Тогда быстро все приземлились на диван. Чанбин и Феликс переглянулись и последовали за Кимом, который обратно лег на своё место по центру дивана. Со присел с правой стороны от него, а Феликс с левой. - Короче, слушаем меня сюда, блять. Йенчику потом расскажу то же самое. Включайте диктофоны, пишите конспекты и молчите. - Хорошо, учитель, - приложил руку к виску Феликс. - Я сказал: молчите, - зыркнул Ким на него и продолжил. - Чо сказал мне, что какая-то свинья идёт ночью в гей-клуб. - Блять… - синхронно вздохнули двое. - Да, блядей там хоть отбавляй. Ну так слушайте, и он дохуя задолжал ему. И кому же он приказал принести его? Верно, Ким Сынмину и его шайке-хуяйке.  - Сам ты хуяйка.  - Шат ап, бестолочь.  - Не, ну я вахуе… - ахренел Феликс от обращения к нему младшего.  - Но этот урод всегда берет билет в вип-зону. А там вход только с девками. Хуй знает, кто правила эти писал, - возмутится Ким, - гей-клуб все-таки. Лады, похуй. Но девчонки не все смогут. Только Юна и Рюджин.  - Ну и? Возьмём какую-нибудь с района левую, - сказал очевидное Чанбин.  - Не, я все продумал, - улыбнулся Сынмин и взглянул на Феликса, - Фел, Рюджин одолжит тебе парик, и ты станешь бабой Чанбина. - Блять! Ну нет! Я отказываюсь!  - Ли подскочил на ноги, - я ж не педик, в конце концов!  - Ну, всего лишь фем-бойчик, - уже представляя эту картину, захохотал Со.  - А так типо лучше, да?  - Ну, звучит не так хуево, как педик. - У кого что болит, знаешь? - невесело усмехнулся Феликс. - Не кипишуй. Это всего на… - Со глянул на Сынмина. - Час, два, не больше.  Ли замолчал, обдумывая. По сути, там будет темно, и Фел не будь сильно светить лицом. Но с другой стороны - это такой ебаный сюр.  - Блять, ну допустим. Что мне за это будет? - Респект и уважуха, - показал палец вверх Ким. - А ещё будет, что внукам расскзать.  - Да с вами попробуй хотя бы до детей дожить!  - Ой, да хорошо тут концерт устраивать… - Заебись, устроились! А почему я, а не Йенчик?  Как говориться, вспомнишь солнце - вот и лучик. В дверь постучали, и по голосу за ней было понятно - это Чонин. - Сучары, запустите домой школоту! Родители опять чпоки-чпоки дома!  - Да завали хавальник, пиздюк, - открывая дверь, сказал Чанбин.  Ян вошёл в квартиру с улыбкой до ушей, чем вызвал осуждающие взгляды пацанов. Он скинул рюкзак, куртку и кеды с ног, разворачиваясь лицом к парням. - Чё лыбимся? - спросил Ким.  - Да ебать… я влюбился, нахуй!  Сынмин глянул на Феликса, смотрящего на него в ответ с таким же непониманием, а затем на Чанбина. Все трое ничего не понимали, а Ян чуть ли не летал от счастья.  - В кого? - первым отмер Ли. - Да там такая девка ахуенная! У неё губы, глаза, улыбка, сиськи, ноги, жо…  - Можешь не продолжать! - остановил его Сынмин.  - Она внатуре с обложки сбежала и в школу примчалась. Я ее почему-то не замечал все время, а тут разговорились и она так улыбалась и смущалась. Ебать, я поплыл, пацаны… - рассказывал Чонин, пока шёл до дивана. - О, чипсы. Ян плюхнулся на свободное место Чанбина, который стоял рядом, и закинул чипсину в рот. - Ахуеть. Это че, пиздюк у нас жених чтоли? - сдерживая смех, потрепал его по голове Феликс.  - Ой, иди нахуй, а?  - Как зовут то? - поинтересовался Чанбин, улыбаясь и явно радуясь за младшего.  - Юна. Господи, даже имя ахуенное…  После его слов, Ким дёрнул бровями, а затем улыбнулся, такому же удивлённому Со.  - Ну ничего себе ты мачо. Она ж из «девчонок».  - Внатуре?! - выпучил глаза Ян.  - Ага. Всех нахуй посылает, а на тебя клюнула. Хотя они и так все от тебя кипятком ссутся.  - Ебать я красавчик…  - Не на зазнайся только, Леонардо Ди Каприо, - мечта, а не мужик.  Все четверо посмеялись, и Сынмин рассказал Чонину все то, что они обсудили до этого с парнями. Ян опять расплылся в улыбке из-за новости о ветром встречи с предметом своего воздыхания. Феликс стукнул его по затылку, а Ким продолжил. - План следующий: ночью встречаемся с «девчонками», идём клубешник, вы делаете все что хотите, ну, кроме ебли с педиками конечно, а когда я завалю урода - выносим его через запасной выход.  - А кто нам его откроет? - спросил Ян. - Я Юну просто так позвал по-твоему? У неё шпилек в бошке больше, чем в магазине.  - Не в бошке, а в голове.  - Ты смотри, чтобы она тебе вход в ширинку шпилькой не открыла раньше времени, - посмеялся Феликс.  - Вот ты сука…  - Ну на этом все вроде. А сейчас - за энергосами, чтобы никто не сдох до ночи. - Ого, даже… - начал Чонин, но его перебили. - А ты пососи у пьяной обезьяны. Колу возьмёшь.  - Ну Сынмин!  Парни быстро натянули куртки и прыгнули в кеды и ботинки. Чанбин и Феликс засунули себе сиги в рты, сразу поджигая, Сынмин цокнул, ведь Йенчик отобрал у него пачку чипсов, чтобы доесть, и четверо вышли на улицу, двигаясь в сторону уже родного ларька, где сегодня была смена Хосока. ***