Злой Дозор

Бывшего ювелира долго искать не пришлось. Проводившие осмотр места происшествия светлые дозорные принялись осматривать прилегающую территорию и нашли в одном из дворов ещё один труп. Теперь было абсолютно точно понятно, что кроме пропавшего инквизитора поиски артефакта ведёт некто гораздо более агрессивно настроенный. И сколько ещё жертв он оставит на своём пути - неизвестно. Новое тело - мужчины лет пятидесяти, прилично одетого - лежало поперёк газона, в чёрном, подтаявшем снегу, широко раскинув руки. На первый взгляд казалось, что повреждений на теле никаких. А вот на второй, пристрастный, через сумрак, можно было заметить очень тонкое входное отверстие в зтылочной части. Почти мгновенная смерть. И такую "аккуратную", и с тем действенную травму мог нанести лишь иной. Артефакта при погибшем не имелось. И непонятно, забрал ли его убийца. Дозорные суетились вокруг тела. Алексей и Михей на повышенных тонах спорили о том, кто будет заниматься растущей "серией" (а вернее - кто отвертится от этой головной боли). Ведьма Таисия с каким-то нездоровым любопытством разглядывала погибшего, особенно лицо, застывшее в каком-то перепуганно-озадаченном выражении. В итоге все замолчали, дружно повернувшись к приезжему, одновременно осенённые простой идеей, что именно он должен выносить решение, ведь для этого и прибыл в город. А Филипп давно позабыл о трупе в двух шагах, потому что всю нужную информацию с него уже снял; как и о своих излишне суетливых спутниках. Он, сунув руки в карманы пальто, казалось, просто таращился на бликующие в весеннем солнце окна окружавших его домов. Главы Дозоров обменялись недовольными взглядами и синхронно покачав головами, вздохнули. Только Николай Стельмах наблюдал за гостем с этаким мудрым прищуром, словно видел в нём нечто, недоступное другим. Неожиданно московский засланец, наплевав на всех присутствующих, зашагал к одному из подъездов. - Филипп! - позвал опешивший от такого пренебрежения Михей, - Вы разве в морг не едете? - Нет, - не оборачиваясь, отрывисто бросил тот, - Позже. У меня дела. С тем и исчез за железной дверью, успешно проигнорив не только электронный замок, но и дверное полотно. - У него дела, - с фальшивым пониманием покивал Алексей своему коллеге, - Это мы с тобой игрушками тут занимаемся. - и повысив голос, велел парням, - Хватит любоваться, грузите уже. Как только тело упаковали в серую "буханку" морга, Михей позвал с нарочитой вежливостью, сквозь которую явно проглядывала острая неприязнь: - Таисия Эдмундовна, что-то разглядели? Может, поделитесь? Та оскалилась белоснежными зубками в подобии улыбки: - Обязательно, Михаил Феликсович. Если на то будет воля моего непосредственного начальника. - Не зарься на чужих специалистов, - очень похоже на свою подчинённую улыбнулся Михею Гаев, - Своих иметь надо. - Мой специалист явится чуть позже, - будто бы небрежно бросил Михей, - И если Дневной будет так любезен поделиться соображениями своего специалиста, то у него будут шансы услышать мнение моего. - Ах, я и забыла, - мурлыкнула Таисия, - Насколько скромный у тебя специалист. При посторонних стесняется. - Могу попросить поделиться. Скромностью. Хочешь? - вскинулся Михей. - Там вот, в песочнице, - очень тихо вздохнул Стельмах, кивая на уже расчищенный дворником от снега и грязи детский городок, - кто-то лопатки позабыл. Не пригодятся? Удивительно, но его замечание возымело эффект. Все мгновенно подобрались и перешли к делу. Алексей убрал с лица довольную перепалкой улыбку и велел: - Тая, что там? Говори уже. А то до вечера будем тут что ли? Кларенса дожидаться? Таисия пожала плечами и подчинилась: - Мужик весь в сумраке аж светится. Подумала бы, что иной, так ведь не иной же. Кто-то в сумрак его затащил. И так аккуратно, что он жив и бодр остался. А потом уже его убили, когда обратно вытащили. Я сравнила бы излучение от него и от платка... Но на это нужно время. Хотя и сейчас могу предположить... процентов на восемьдесят, что излучение будет идентично. - И что это нам даёт? - спросил очень озадаченный услышанным Гаев. - Теряешь былую лёгкость, Лёша, - вздохнул Михей, - Кажется, жертв порталом утягивали куда-то для допроса. А потом уже отпускали восвояси. И тут их убийца перехватывал. - Кто утягивал-то? - извлекая из пачки очередную сигарету, хмыкнул Гаев, - Инквизитор? Ты знаешь, Михей, мне очень интересно, почему он до сих пор ни в один Дозор не явился? Кларенс вот, прямо с автобуса отметился. - Ну, - Михей сделал задумчивую паузу, - У меня два варианта. Либо инквизитор не считает нас способными хоть как-то помочь ему в поисках, либо... подозревает наличие в Дозорах "крысы". * * * Нельзя сказать, чтобы Филипп так уж не брал людей в расчет. Иногда они бывали полезны. Порой, даже полезнее некоторых иных. Вот, как сейчас. Непуганые Заледеевские Дозоры ничуть не озаботились хоть какими-нибудь предосторожностями от возможных свидетелей. Как не подумали и о их наличии вообще. Филипп же легко вычленил среди окон одно, из-за которого за ними наблюдали. В этой квартире клубились тревога и недоумение, даже некоторый страх. Стоило попытаться узнать, как долго человек наблюдал за происходящим во дворе. Он медленно поднялся по ступенькам на третий этаж и с полминуты постоял напротив нужной двери, давая время хозяйке приготовиться к визиту. Позвонил. Тишина в ответ. Хотя, хозяйка квартиры - он отлично знал это - сейчас стоит буквально в шаге от него, только отгороженная дверью, терзается, не решаясь открыть. Впрочем, у человека (почти человека) нет ни единого шанса против гостя, который не собирается церемониться. Щёлкнул замок. Дверь приоткрылась. - Здравствуйте. Могу я войти? - сказал Филипп. Пусть будет иллюзия выбора. - Вы кто? - голос девушки от напряжения осел почти до шёпота. - Вы ведь знаете, - равнодушно отозвался Филипп и повторил, - Так я могу войти? Это очень неудобно - обсуждать такие вещи на пороге. Верно? Дверь открылась шире. Хозяйка отступила к стене прихожей. - Входите. Филипп вошёл. И увидел примерно то, что и предполагал. Девушке вряд ли больше двадцати пяти, невысокая, худенькая. Чёрные волосы завязаны в короткий хвостик. Карие глаза, ещё по-детски пухлые щёки, искусанные в тревоге губы. Одета в нечто безлико-балахонистое, серое. Босая. - Меня зовут Филипп, - представился гость, - А вас? - Марина, - ответила девушка и бледные скулы покрылись румянцем. С большим трудом загнала природное смущение поглубже и достаточно твёрдо спросила, - Так что вы хотите знать? Первым делом Филипп захлопнул дверь за своей спиной. Хозяйка вздрогнула от громкого звука. - Вы одна живёте? - Да. - И гостей у вас сегодня не было? - Нет, - она вдруг спохватилась, что впустила в дом незнакомца, сама не понимая почему, - Так вы из полиции? - Почти, - Филипп повёл взглядом по безликим бежевым стенам прихожей, - В городе происходят нехорошие вещи... странные вещи. Я надеялся, вы расскажете мне, что сегодня видели во дворе. Девушка мгновенно будто замкнулась, потупилась, сплела руки на груди. Пожалуй, с ней придётся сложно. Тем более, в обычных методах придётся себя ограничить. Одно дело - развести на "длинный язык" человека, и совсем иначе могут посмотреть Дозоры на подобный допрос потенциальной иной. Поэтому - воздействие совсем лёгкое, почти невесомое. Оно расползётся в сумраке меньше чем за пару часов, и следа не останется. - Послушайте, Марина, - кашлянув сказал он, - Чем быстрее вы мне всё расскажете, тем быстрее я уйду. Она неожиданно прерывисто вздохнула, будто решаясь, и предложила: - Чай будете? Проходите на кухню. Он чая Филипп отказался. Пальто не снимал, только расстегнул - он не собирался долго здесь рассиживаться. Сел за стол, на простенький табурет, напротив хозяйки. Кухня маленькая, неуютная, наполненная лишь необходимыми вещами. Никаких тебе картинок по стенам, салфеточек и прихваточек, так любимых каждой хозяйкой. И посуда в сушилке только на одного жильца. Девушка сложила на столе тонкие руки и опустив глаза, пожаловалась: - Со мной вечно всё не так. Вижу странные вещи. И говорю глупости, - добавила ни к чему, - Извините. * * * Марина работала кассиром в супермаркете неподалёку, но сегодня у неё был выходной. Утром, часов в десять, она почувствовала себя как-то... неуютно, что ли. Такое с ней бывало. А после обязательно случалось что-нибудь плохое: автомобильная авария случится на её глазах, молния ударит прямо в крышу дома напротив или прохожий свалится на улице с каким-нибудь инфарктом. Сегодня же, её неодолимо потянуло к окну. Но во дворе ничего такого не происходило. Да и вообще там почти никого не было. Только двое мужчин разговаривали возле детского городка. Один - совсем бродяга. Тот, что посолиднее, дал бродяге сигарету из своей пачки. Они закурили. Потом бродяга достал что-то из внутреннего кармана куртки, какой-то небольшой свёрток. Марине от этого почему-то стало ещё страшнее, и она спряталась за шторкой. Потом всё же выглянула одним глазом, но приличный мужчина уже рассмотрел вещицу, завернул её снова и положил в свой карман. Они ещё немного поговорили и бродяга ушёл. Оставшийся мужчина вынул смартфон из кармана и стал кому-то звонить. А после короткого разговора не удержался, сел на ближайшую скамью и вновь вынул из кармана своё приобретение. Развернул. Поражённая девушка у окна видела, как из ладони мужчины брызнуло вдруг зелёным. И ещё чем-то непонятным, невидимым, но очень жутким. И... мужчина вдруг пропал. Просто исчез. Только смутная невидимая дымка осталась на его месте. Но и она быстро развеялась. Марина сползла по стенке, усевшись на пол и обняла колени. Она и раньше видела странные вещи, но никогда ещё так не боялась. Она не отходила от окна, одновременно боясь и желая увидеть продолжение этой истории. И дождалась. В воздухе, почти на том месте, где пропал мужчина, вновь возникла некая дымка, как над асфальтом в жаркий день. А потом проявился и он сам. Потрёпанный и потерянный, он плюхнулся на ту же скамью и дрожащей рукой потёр лоб. - Вещь была при нём? - перебил Филипп, - Когда он вернулся? - Я... не знаю, - растерялась Марина, - Не помню. Она, как пробуждаясь от дурмана, медленно отходила от своего рассказа. Смотрела на гостя с восхищением и будто бы какой-то надеждой. Ей поверили? Это, выходит - нормально? И она не сумасшедшая? Выходит, есть ещё такие на свете, как она, те, кто видит невидимое? - Марина! - Филиппу пришлось повысить голос, чтобы на помнить о себе, - Это очень важно. Постарайтесь вспомнить. - Я не знаю, - промолвила она неуверенно и тяжело сглотнула, - Кажется, он убирал что-то в карман. А потом... - Что было потом? - поторопил Филипп. Потом было совсем страшно. Мужчина, едва пришедший в себя, поднялся на подкашивающиеся ноги, собираясь уйти. Но не успел пересечь двор, как невидимая, но каким-то образом ощутимая стрела пробила его голову, догнав сзади. Бедолага взмахнул руками и рухнул прямо на газон. На нём не было крови, только глаза закрыты и ни единого движения. Но Марина почему-то знала, что он мёртв. А через несколько секунд над телом сгустилась чёрная тень, очень похожая формами на человека. Она была и различима, и невидима в дрожащем весеннем воздухе. Марина догадалась, что явившийся дух-убийца осматривает свою жертву. И не найдя того, что искал, неизвестный испарился. Только после этого Марина поняла, что снова может дышать. Тяжесть, сдавившая грудь, исчезла вместе с убийцей. Филипп в задумчивости побарабанил пальцами по столу. Выходит, артефакта при "ювелире" к моменту смерти всё-таки уже не было. - Марина, - позвал он разом притихшую девушку, - Во дворе был ещё кто-то? Примерно в это время? Она заторможенно пожала плечами: - Там детский городок. Постоянно дети крутятся. Бывает, вместе с родителями. - И сегодня крутились? - Филипп не хотел давить, но время поджимало. Если посыпятся ещё и детские трупы, это будет оч-чень плохо для его репутации. - Да, кажется, - девушка нахмурилась, сосредоточилась, - Там... Да! - вспомнив в точности, она даже обрадовалась, - Были две женщины. Одна с мальчиком, а другая - с девочкой. Но... они почему-то не увидели, когда тот человек вернулся. Вообще внимания не обратили на то, что произошло. - Ушли они до или после убийства? - насторожился Филипп. - До. - девушка сосредоточенно хмурила брови. Она очень хотела помочь, - Да, он встал, постоял ещё посреди двора. Потом они все ушли. А потом уже... его убили. Осознав до конца, что стала свидетелем убийства, она прикрыла рот ладонью. Филипп порывисто встал и поспешил на выход. Времени у него всё меньше. - Постойте, - подскочила следом Марина, - А вы... Это ведь, всё, что я видела... Это было на самом деле? - К сожалению, да, Марина. Сбегая вниз по ступенькам, Филипп размышлял над тем, стоит ли сообщить Дозорам о не инициированной иной. Но очень быстро решил, что это не его дело. А выбравшись на улицу, уже выкинул недавнюю собеседницу из головы.