Раунды похоти [КИНКТОБЕР 2025]

— Спасибо что проводил, Ай, — Эллиот переступает порожек съёмной квартирки. — Уже поздно... Ты сам-то доберёшься до дома? — Да, это не составит труда, — Айтрапед вытаскивает модный смартфон-раскладушку из кармана. — Спасибо за беспокойство, мистер Билдер... Ох. — Что такое? — Кажется, мой телефон сел. Даже не знаю, как мне вызвать такси теперь... — Заходи, я найду зарядку, — Эллиот жестом приглашает внутрь. — Заодно чаю попьёшь, да и дождь пройдёт.       Внутри аккуратная однушка; слева — спальня, справа — совмещённый санузел и малюсенькая кухня. Чистота и порядок, не смотря на наверняка изнурительные, долгие смены. С жилищем Шанса, мягко говоря, контрастирует. — Айс, тебе с чем? — Просто чёрный. Две кружки ставятся на стол. Эллиот в свою доливает воды из фильтра; Айтрапед от такого «извращения» шутливо отказывается. Беседа идёт гладко, но ни о чём: Шанс, казино, вечеринка. Обсуждение того, что такая важная шишка таки посетила стены «Coup de maitre». Не сказать, что это были сплетни; просто небольшой разговор. — Мне просто интересно... Диадема имеет какое-то значение? — Эллиот пристально вглядывается в столь нескромный аксессуар. — Просто красивая. — А выглядишь, как какой-то аристократ. — Голубая кровь? — Ай ухмыляется. — Ну типо, — Юноша тушуется. Слегка краснеет.       Повисает недолгая, но неловкая пауза. — Эллиот... Хочешь примерить? Вместо вербального ответа — кивок. Эллиот встаёт и направляется в спальню — жестом приглашает Айтрапеда за собой. Тот несколько секунд недоумевает, зачем, но в комнате стоит шкаф-купе, на котором красуется зеркало почти от пола. Двое без проблем помещаются в него в полный рост. Айтрапед встаёт сзади Эллиота; нагло нарушает личное пространство, но ещё не касается. Снимает с себя хрустальную диадему.       И венчает ей Эллиота. Тот с интересом вглядывается в своё отражение — хихикает, что-то смущённо тараторит, совсем не обращая внимание на своего гостя. Пока не чувствует, что на его талию кладут ладонь. Хочет было ойкнуть, отпрянуть, спросить «что ты делаешь?», но замирает, когда сзади к нему прижимаются всем телом. — Вам очень идёт диадема, Мистер Билдер. Айтрапед зарывается носом в изгиб шеи. Щекочет нежную кожу дыханием. Гуляет руками по телу — талии, животику, бёдрам, груди; Эллиот наблюдает за этим в отражении. Кажется, что он просто смотрит эротику, а не участвует в ней; кролик, застывший перед удавом. — Мне прекратить, Элли? В ответ — тишина. Айтрапед расценивает это как согласие.  Гладит дальше. Пальцы правой руки расстёгивают мелкие пуговицы на парадной шёлковой рубашке. Она стекает с плеч юноши, образуя складки-волны. Голая кожа груди красуется полным отсутствием волос и розовыми, уже набухшими сосками.       Айтрапед сосредотачивает своё внимание на них. Касается, сначала слегка, нежно, наблюдает через зеркало за краской, что украшает щёки Эллиота.   — Ты сокровище, Элли. Такое сокровище. Сжимает левый сосок между пальцами — совсем слабо, слыша тихий скулёж. Второй рукой расстёгивает чужую ширинку, бесцеремонно залезает в бельё. Там натыкается на крепкий стояк. — Так упорно делаешь вид, что тебе не нравится, золото. Обхватывает, двигает рукой пару раз вверх-вниз, пытаясь угадать усилие — и слышит стон. Чарующий, сладкий. Эллиот пытается сгорбиться, весь сжаться — Айтрапед удерживает того на месте. Сам «принц» возбуждён до предела; он так долго желал это «сокровище», что готов кончить в штаны просто от того, насколько Эллиот чувствительный. — Посмотрите на себя, Мистер Билдер.       Эллиот повинуется, словно марионетка — поднимает взгляд. Его глазки бегают между чужими руками, собственным лицом и лицом Айтрапеда. Одновременно и желает увидеть, что происходит, и хочет спрятаться, не смотреть. Плавится в чужих руках, мычит, стонет, хныкает. До разума Эллиота не сразу доходит то, что Айтрапед шепчет на ухо: — Попросите, мистер Билдер. Я дам вам это, если попросите. Что-то внутри юноши ломается. С отчётливым таким хрустом трескается и сыпется. — Пожалуйста, Айтрапед... — Громко вбирает воздух через рот, стоит Айсу чутка ускорить движения своей руки. — Мне надо... Пожалуйста... Хныкает. Фокусирует глаза на отражении  — и вместо лучшего работника «Builders Brothers Pizza» видит месиво и беспорядок. Заплаканный, со стекающей слюной и слезами, весь красный, как после марафона — и сзади стоит Айтрапед. Как обычно, выглядит идеально. Не хватает только диадемы, что сейчас так «ни к месту» красуется на макушке Эллиота.       Айтрапед убирает руку, может, на пол секунды раньше, чем нужно. Наблюдает, как Эллиота потряхивает, как он жмурится; как не имеет сил больше стоять на ногах. Падает на пол тряпичной куклой. Зеркало оказывается испачкано — пятно грязи в чистой квартире. Сам Эллиот сейчас — беспорядок. Айтрапед садится на корточки рядом, поглаживает по волосам, шепчет что-то милое-пошлое-нежное. Эллиоту нужно время, чтобы придти в себя, но он просто надеется, что телефон его гостя зарядился достаточно, чтобы остаться в одиночестве.